Запутанные сети/Tangled Nets

Яги отпустил руку Изуку, когда Айзава вытащил его из машины. Мальчик затих некоторое время назад, но его лицо все еще было мокрым от слез. Яги отвел глаза от этого зрелища, стыд свернулся в его нутре. Он хотел бы найти другой способ заставить Хисаши сотрудничать с ним, но этот ребенок, похоже, был его единственной слабостью. Им нужно было использовать свое преимущество, пока была такая возможность. Но даже если это было необходимо, ему все равно было противно видеть мальчика таким беспомощным и напуганным. Он никогда не хотел опускаться до такого уровня. Он выскользнул из машины, морщась от боли, вызванной старыми травмами. Костыль очень помогал, но он не мог идти в ногу с остальными, когда они направлялись в безопасную комнату. К тому времени, когда он прибыл, Изуку уже сидел на стуле со связанными перед собой руками. Он вертел головой из стороны в сторону, явно пытаясь понять, где он находится и что происходит. Яги положил руку ему на плечо, и ребенок резко подпрыгнул. – Все в порядке. Мы не собираемся причинять тебе боль, — напомнил он ему. – Я сниму повязки. Мирай бросил на него взгляд, настраивая камеру. – Пока нет. Сначала нам нужно сделать фотографии, подтверждающие, что он у нас. Яги кивнул, крепче сжав трость. Айзава смотрел в сторону от этой сцены, его рот был сжат. Мирай проигнорировал их, аккуратно расположив Изуку и начав фотографировать. Изуку вздрогнул от звука фотоаппарата и попытался пригнуть голову. Но он все равно был хорошо узнаваем, даже с повязкой на глазах и кляпом. Желудок Яги (или, по крайней мере, то, что от него осталось) сжался, когда он смотрел на перепуганного ребенка. Было так неправильно фотографировать связанного мальчика, но им нужно было, чтобы Хисаши знал, что ситуация серьезная. Этому человеку пора было хоть раз в жизни испугаться. Через несколько минут Мирай проверил фотографии и кивнул. – Они подойдут. Я немедленно подготовлю их к отправке. Яги подождал, пока мужчина покинет комнату, и, прихрамывая, направился к Изуку. Мирай был жизненно важен для успеха их операции, и он знал, что у этого человека доброе сердце. Но это не отменяло того факта, что его холодная и расчетливая натура иногда его пугала. Айзава попятился, когда Яги подошел к мальчику, и заблокировал дверь на случай, если Изуку попытается сбежать. Яги опустился на колени рядом с Изуку и заговорил тихим, успокаивающим тоном. – Сейчас я сниму повязки. Пожалуйста, постарайся не шевелиться. Изуку замер, когда руки Яги коснулись его затылка. Он постарался не обращать внимания на дрожь мальчика, когда начал возиться с повязкой. Айзава завязал ее очень аккуратно, и распутывание узла заняло мгновение. Когда повязка соскользнула с глаз Изуку, Яги почувствовал, как он повернул голову, пытаясь рассмотреть каждую деталь окружающей обстановки. – Пожалуйста, не двигайся, молодой человек. Мне нужно снять кляп. Изуку затих, слегка склонив голову, чтобы Яги было легче добраться до узла. Сняв ленту с головы, он обошел его спереди и осторожно вытащил мокрый кусок ткани изо рта Изуку. Мальчик вздрогнул и несколько раз сглотнул, когда кляп выскользнул на свободу. Через мгновение он поднял голову и уставился на Яги. Впервые Яги смог полностью рассмотреть сына Хисаши. Образ был абсолютно душераздирающим. Глаза мальчика были опухшими и красными, заплаканными. Под каждым глазом были тяжелые мешки, на что Яги озабоченно нахмурился. Это точно не последствия похищения. Мальчик явно плохо спал еще до рейда. Большая часть его тела была скрыта под пижамой, но руки, которые высовывались из рукавов, были костлявыми и дрожали. Его кожа имела нездоровую бледность, что говорило о том, что он много дней не выходил на солнце. На лице мальчика еще был детский жирок, но щеки были впалыми. Мальчик испуганно смотрел на него, не смея пошевелиться. Яги попытался ободряюще улыбнуться ему, но улыбка превратилась в гримасу, когда Изуку быстро моргнул и покачнулся на стуле. Яги повернулся лицом к Аизаве и спросил, – Вы накачали его наркотиками? Аизава покачал головой, нахмурив брови. – Он уже был дезориентирован, когда мы вошли в комнату. Возможно, Хисаши дал ему снотворное перед уходом. Яги задумчиво хмыкнул, наклонившись, чтобы снять веревки с рук и ног Изуку. Он чувствовал настороженный взгляд мальчика, пока работал, и вряд ли мог винить его за это. Это ужасно, когда тебя выдергивают из постели посреди ночи. Он отступил назад, когда последняя веревка упала. Изуку потирал запястья, глядя туда-сюда между двумя мужчинами. Его глаза то и дело бросались на дверь. Яги не удивился бы, если бы он попытался убежать, хотя и выглядел так, словно мог упасть в любой момент. Пытаясь отвлечь его, Яги жестом обвел комнату. – Это немного, но я надеюсь, что тебе здесь будет удобно. Через эту дверь есть ванная комната, а в шкафу есть одеяла и полотенца. Я знаю, что это пугающая ситуация, но, пожалуйста, скажи нам, если вдруг что-то понадобится. Изуку вцепился в край стула, его худые плечи напряглись. Он облизнул губы и нервно посмотрел на пол. – Что вы собираетесь со мной сделать? Сердце Яги сжалось при звуке тихого голоса. Воображение Изуку явно разбушевалось от беспокойства. – Мы не собираемся ничего с тобой делать. Мы... привезли тебя, потому что нам нужно отправить сообщение твоему отцу. Мы дадим ему знать, что ты жив, а потом сможем договориться об условиях твоего освобождения. Но никто не причинит тебе вреда. Изуку поднял на него глаза, скептицизм ясно читался в каждой изможденной черточке его лица. Его глаза были слишком усталыми для его возраста. Это было совсем не то, чего он ожидал от сына Хисаши. Он думал, что Изуку будет высокомерным и самоуверенным, как и его отец. Но перед ним стоял маленький, испуганный и измученный мальчик. Он отодвинул свои сомнения и выпрямился. – Мне нужно уйти, но я скоро вернусь с едой. Пожалуйста, постарайся отдохнуть до тех пор. У тебя была напряженная ночь. Яги потянулся вперед, чтобы погладить его по плечу, но мальчик отшатнулся, на его лице промелькнул страх. Яги тут же отпрянул. – Мои извинения. Старые привычки, понимаешь? Мы дадим тебе немного отдохнуть. Яги отвесил мальчику небольшой поклон, а затем направился к двери. Усталые глаза Айзавы в последний раз просканировали Изуку, прежде чем он, ссутулившись, вышел из комнаты. Он плотно закрыл за собой дверь и запер ее. Оба мужчины коротко переглянулись, а затем молча направились в командный центр. Мирай загружал фотографии, когда они вошли, и не потрудился поприветствовать их. Яги рухнул на стул и тихо застонал, пытаясь ослабить скованность в ноге. Айзава без слов передал ему бутылочку с обезболивающим, устроившись рядом. – Я уверен, что Хисаши уже знает, – заявил Яги и посмотрел на Мирай в поисках подтверждения. Худой мужчина кивнул, очки сверкнули в свете экранов. – Он не будет звонить в полицию; он не может. Это показало бы, что он уязвим. Его служба безопасности скоро прибудет, но они ничего не смогут сделать, чтобы отследить нас. – Ты уверен? Мирай бросил на него взгляд. – Абсолютно. Мы планировали эту миссию уже несколько недель. У меня было достаточно времени, чтобы предвидеть любые возможные результаты. — Наручники на лодыжке и трекер были неожиданностью, — пробормотал Аизава, выражение его лица помрачнело. Яги обернулся, морщась и скручивая шею. – Что? – Ребенок был прикован наручниками к кровати, а в его руке был маячок. Либо Хисаши невероятный параноик, либо ребенок раньше пытался убежать. А может, и то, и другое. – Мы были готовы к возможным дополнительным препятствиям, — хмыкнул Мирай. – Следящее устройство было нейтрализовано ещё до того, как мы покинули отель, а наручник было легко взломать. Я уверен, что мы скрылись незамеченными. Руки Яги сжались в дрожащие кулаки при мысли о том, что Изуку был прикован к кровати. Отвращение и беспокойство кипели в его желудке, когда он думал об дезориентированном состоянии мальчика под действием наркотиков. Что Хисаши делал с этим ребенком? Чем больше он узнавал, тем больше волновался за мальчика с худощавым телосложением и испуганными глазами.  Какими на самом деле были отношения между Изуку и Хисаши? ... Изуку подождал, пока стихнут звуки шагов, и поднялся на ноги. Он не знал, что думать о людях, которых только что встретил, но не собирался задерживаться здесь надолго, чтобы выяснить это. Если они планировали продать его обратно Хисаши, он не мог остаться. Это был его лучший шанс сбежать. Впервые за год Хисаши не нависал над ним. От осознания этого у него по позвоночнику пробежал трепет возбуждения. Он вскочил на ноги и оперся на стул. От длительного действия успокоительного у него кружилась голова и тошнило, но он не мог ждать, пока действие лекарства закончится. Изуку быстро моргал, пытаясь прояснить затуманенное зрение. Комната, в которой он находился, была довольно маленькой и простой. У одной стены стояла кровать, шкаф и небольшая книжная полка. Не было ни окон, ни доступных вентиляционных отверстий. Слабый затхлый запах, проникавший в комнату, говорил о том, что ею пользовались нечасто. Спотыкаясь, он подошел к двери и проверил ее. Как и ожидалось, она была заперта. Сама дверь была прочной, но на ней не было ни клавиатуры, ни оборудования для наблюдения. Он присмотрелся к дверной ручке и петлям и усмехнулся, заметив винты и щели. Если это и была тюрьма, то она была плохо спроектирована. Он быстро осмотрел комнату в поисках возможных инструментов. После нескольких минут поисков он вернулся к двери с разобранной ручкой, несколькими мелкими монетами и скрепкой, которая была засунута в книгу. Это было не идеально, но он работал и с меньшим. Он согнул скрепки и детали ручки и начал копаться в дверной замке. Он замирал при каждом скрипе металла, молясь, чтобы за дверью никто не стоял. Пальцы болели, когда винты открутились, но волнение пересилило боль. Открутить замок оказалось проще простого. Он приоткрыл дверь и заглянул в коридор. Он был пуст. Сердце Изуку колотилось, когда он крался вперед, ступая босыми ногами по каменному полу. Из конца коридора лился слабый свет, но голосов он не слышал. Когда он ступил в коридор, его внимание привлек какой-то постоянный звук. Он был слабым и почти напоминал ветер. Он на цыпочках приблизился к свету, стараясь держать дыхание под контролем. Инстинкты побуждали его перейти на бег, но он не мог позволить себе делать поспешных действия. Враги могли быть за любым углом. Даже болезненно выглядящий блондин в теории мог бы одолеть его в ослабленном состоянии. Он не хотел знать, что они сделают, если найдут его бродящим по коридорам. По меньшей мере, они наверняка снова свяжут и заткнут ему рот, и он потеряет этот драгоценный шанс сбежать. Он сложил губы в решительную линию и сжал кулаки. Сегодня он не потерпит поражения. Он заглянул за угол и увидел, что слабый свет исходит из окна. Приглушенный звук стал громче, когда он, спотыкаясь, прошел вперед и вгляделся в ночь. У него перехватило дыхание, когда он понял, на что смотрит. Океан. Он был совсем рядом, волны бились о скалистый берег. Лунный свет отражался от волн, и он почти чувствовал вкус соли отсюда. Это объясняло звук, наполнявший залы! Это был шум прилива, почти как дыхание. Слезы застилали его глаза, когда он смотрел на темную воду. Она была так близко! Ему нужно только добраться до воды, и он будет свободен. Изуку оторвал взгляд от вида на океан. Вода была под ним, поэтому он должен был немедленно найти лестницу или лифт. Он поспешил вперед, волнение начало пересиливать страх. Обогнув очередной угол, он заметил у дальней стены старый лифт. Изуку сделал шаг к нему, но замер, услышав голоса. – Я только что отправил фотографии Хисаши. Сообщение было перенаправлено через несколько серверов, так что он не сможет отследить его здесь. – Как ты думаешь, когда он ответит? – Вероятно, в течение следующих 24 часов. Думаю, нам стоит подождать несколько дней, прежде чем вступать в контакт. Пусть он немного побудет в раздумьях. Изуку быстро отступил назад и прижался к стене, зажав рот руками. Он делал неглубокие, прерывистые вдохи, стараясь не шуметь. Ему действительно нужно было убираться отсюда. Похитители затеяли опасную игру, и он не хотел оставаться здесь, чтобы посмотреть, как отреагирует Хисаши. Одержимость этого человека достигла опасных высот. Если Хисаши вернет его после этой катастрофы, он больше никогда не упустит его из виду. Это был его единственный шанс сбежать навсегда. Изуку снова повернулся к лифту, настороженно поглядывая на комнату, где замышляли заговор его похитители. Комната была между ним и лифтом, но другого пути вниз он не видел. Ему придется пробежать мимо дверного проема и добраться до нижнего этажа, прежде чем его поймают. Это было рискованно, но это был его единственный выход. Собравшись с духом, Изуку бросился вперед, двигаясь как можно быстрее и тише. Он проскочил мимо открытого дверного проема и нажал на кнопку лифта. – Что это было? Он оглянулся через плечо, глаза расширились от ужаса. Двери лифта открылись, и из комнаты показалась светловолосая голова. Глаза тощего мужчины комично расширились, когда он уставился на Изуку. Мгновение никто не смел шелохнуться. Затем Изуку нырнул в лифт и нажал на кнопку первого этажа. Худой человек бросился вперед, задыхаясь от сдавленного кашля. – Молодой Изуку! Пока двери лифта закрывались, из комнаты вышло еще больше людей, все они устремились к лифту. Изуку прижался к задней стенке металлической коробки, сердце бешено колотилось в горле. Пока лифт опускался, он собрался с мыслями и приготовился бежать. У него был только один шанс. Он бросился вперед, как только двери открылись. Он все еще находился в помещении, но перед ним простирался большой водоем с водой. Казалось, что он находится в какой-то крытой гавани. В воде покачивались корабли разного размера, каждый из которых находился в разном состоянии разрухи. Соленый воздух ворвался в его легкие, обещая свободу и безопасность. Позади него распахнулась дверь, но он не остановился, чтобы посмотреть. Его тонкие ноги бешено тряслись, когда он летел к воде. – Стой! Изуку погрузился в воду, задыхаясь от холода, который потряс его организм. Шаги раздавались все ближе, но он погружался все глубже, борясь с теснотой одежды. Он нащупывал молнию, когда кто-то прыгнул за ним. Рука ухватилась за заднюю часть ткани и потянула его наверх как раз в тот момент, когда ему удалось расстегнуть молнию. – Нет, черт возьми, иди сюда! Это небезопасно… Изуку вырвался из захвата, освободив свой хвост, на коже появилась изумрудная чешуя. – Что за...? Он нырнул под воду, прежде чем его похититель успел закончить предложение. Холодная вода текла по его жабрам, когда он мчался вперед, уворачиваясь от цепей, которыми корабли были прикреплены к земле. Дикая ухмылка растянулась на лице Изуку, когда он набрал скорость. Теперь они не смогут его поймать! Он несся по воде как стрела, вглядываясь в темноту. Он видел впереди слабые лучи лунного света, но что-то явно искажало его. Когда Изуку увидел в чем проблема, он резко остановился, страх заполнил его желудок. Выход преграждала металлическая решетка.