Ты запомнишь меня

       На следующий день отец припахал его вместе с Каваки к работе в саду рядом с резиденцией Хокаге. Это вполне тянуло на миссию для новичков-генинов. Им было поручено обработать деревья от паразитов и убрать старые засохшие ветки. Боруто был рад какой-то, хоть и скучной, деятельности, а вот Каваки едва ли зубами не скрипел от злости. Если бы Хокаге лично не остался присматривать за ними, то он бы точно уже удрал. — Так о чём ты всё-таки разговаривал с Орочимару? Боруто фыркнул. Конечно же, от него не отстанут так просто. — Всего лишь спросил у него кое-что. — И что ты мог спросить у такого, как он? — папаня недоверчиво сощурился. Он заметил, что Каваки навострил уши, изображая усердную обработку дерева неподалёку. Хочет послушать, как его отчитывают? — Да так… Простые вопросы. — Погоди-ка! Ты что, задавал ему «те» вопросы? — он схватил его за плечи и едва ли не затряс. — Чего? Какие-такие «те» вопросы? — Боруто скривился. Что его бестолковый старик себе удумал? — «Те» вопросы, что ты не задал мне! — он драматично взмахнул руками. — Бать, я ничего не понял. — Наш разговор, Боруто! И чего он так разоряется? — Ты постеснялся спросить у родного отца и пошёл к Орочимару! К Орочимару! Боруто тяжело вздохнул и закатил глаза. Иногда его отец вёл себя как круглый идиот. Хотя почему «иногда»? Он вёл себя так постоянно. — Нет, я задавал ему не «те» вопросы. — Точно? — он продолжал сверлить его напряжённым взглядом. — Точно, — Боруто сделал серьёзное лицо. — Я спросил у Саске-сана. — Чего?! У Саске?! — отец захрипел от ужаса, схватившись за голову. — Ты спросил у Саске?! Отлично. Его маленькая шутка удалась на славу. Каваки злобно посмотрел на него.

***

Боруто наслаждался обедом в любимой бургерной. Хоть друзья и устроили ему небольшой выговор за вчерашнее, но всё же он был очень рад их компании. — Ещё день, и ты вернёшься в команду, Боруто. Лучше начинай готовиться сейчас. Твоя концентрация совсем упала. — Не будь такой занудой, Сарада. — Она права. Ты совсем расслабился, тупица. Ого, должно быть, в лесу что-то сдохло! Каваки согласился с Сарадой! Обычно его невыносимый братец не составлял им компанию, но у их временно сокращённой команды была назначена тренировка сразу после обеда. — Ничего я не расслабился, — пробубнил он в ответ. Попробуй-ка тут сконцентрируйся, когда один противный пришелец активно сводил его с ума целую неделю. — Мой родитель сказал, что ты очень нуждаешься в поддержке, Боруто. Он удивлённо посмотрел на друга. Орочимару не только помог, но ещё и волновался за него! Как же здорово, что им удалось случайно встретиться. — А знаешь, Мицуки, он у тебя просто замечательный! — Знаю, — тот улыбнулся в ответ. Сарада подозрительно сощурилась. — Чего это ты вдруг? — Хах! — он смутился. — Да мы с ним столкнулись вчера на улице и немного поболтали. — Ага, поболтали они! Так поболтали, что поставили на уши всех Анбу! — выкрикнул на весь зал Иноджин, сидящий с командой за соседним столиком. Вот зараза! Взял и привлёк к нему нежелательное внимание. Боруто поймал на себе любопытные взгляды других посетителей, нескольких генинов из их выпуска и трёх взрослых чуунинов. Друзья тоже удивлённо смотрели на него. Только Каваки довольно усмехнулся. А ещё брат называется! — Боруто… — Ничего я рассказывать не буду! — грубо прервал он Сараду. Придумывать очередную ложь было выше его сил. — И вообще!.. — он вскочил, поддавшись трусливому желанию убежать от неприятного разговора. — Я тут вспомнил, что у меня есть срочные дела! Пока! На этот раз никто не окрикнул его. Но взгляды друзей ещё долго продолжали жечь его спину.

***

Какой же он идиот! У него оставалось так мало времени, а он тратил его на то, чтобы срываться на близких. Боруто хотелось призвать клонов и хорошенько избить самого себя. Он уныло брёл по саду, которым они занимались утром с Каваки. Дядьки из слежки держались чуть поодаль. Пройдя обработанный участок, он вышел к небольшому пруду, где присел на упавший ствол дерева у побережья. Лучи солнца просвечивали почти неподвижную воду насквозь. Красивые рыбки плавали в своём ритме, завораживая взгляд. Боруто почувствовал, как его голова опустела. Тяжёлые мысли ушли, сменившись смирением. Он обязательно извинится потом перед друзьями. Особенно перед Сарадой. Она всегда искренне переживала за него. Рыбки, на которых он смотрел, неожиданно остановились в движении. Он понимающе хмыкнул: — Что, соскучился по маленькому жалкому мне, а, Момошики? — И тебе привет, глупое дитя. Он поднял взгляд. Ооцуцуки сидел на ветке дерева, что росло на противоположной стороне берега так важно, будто восседал на троне. — Ну и? Какую очередную гадость ты скажешь? Рад, что я сорвался на друзьях? — Мне наплевать на твоих друзей, сопляк. — Ха! Ну конечно, какое уж тебе дело до нас, жалких смертных. Момошики грациозно спрыгнул с ветки, а потом, воспарив, плавно пролетел над поверхностью воды. Боруто напрягся от его приближения. Что этот ублюдок выкинет на этот раз? Он молча сел рядом и пристально уставился на его лицо. Боруто нервно сглотнул. Смотря в чужой бьякуган так близко, он снова вспомнил о том мутном пророчестве, что изрёк его враг, перед тем, как внедрить в него карму. — Помнишь, ты как-то сказал мне… — у него пересохло во рту. — Что мои голубые глаза отнимут у меня всё. Что ты имел в виду? Момошики растянул рот в глумливой улыбке. — А ты подожди и сам всё увидишь. — Козлина! — он отвернулся от него, переведя взгляд в глубь сада, где застыли шиноби-сенсоры, совершенно ни о чём не подозревая. Ооцуцуки мог в любой момент вырвать его из привычной реальности по своему капризу. Он почувствовал руку на своём колене и, вспыхнув от злости, повернулся обратно. — Эй, живо убрал свои лапы, мудак! Момошики лишь ехидно усмехнулся и схватил его за подбородок второй рукой. Он собирается?.. Боруто не стал сопротивляться, послушно пустив чужой язык в свой рот. Ублюдок всё равно добьётся желаемого. Когда тот, наконец, отстранился с довольной рожей наевшегося сметаны кота, он саркастично заметил: — Это так ты держишь своё обещание? Больше никогда не поверю тебе на слово. — Чем тебя ущемляет поцелуй с самым красивым парнем? — он заулыбался ещё противнее. У Боруто загорелось лицо от возмущения. Вот же хитрый ублюдок! Снова обернул его же слова против него! К его губам прижался палец, оборвав готовое сорваться с языка оскорбление. — Знаешь, дитя… — Ооцуцуки вдруг стал серьёзен. — К сожалению, я не могу увидеть свою собственную судьбу. Но мне бы очень хотелось, чтобы из всех живущих на этой планете… — приблизившись, он прошептал ему на ухо. — Ты был тем, кто запомнит меня. У него дрогнуло сердце. Да что он такое несёт?! — Ты… ты чего это?.. Взгляд Момошики опалял. Он склонил голову набок и мягко улыбнулся. — Потому что для меня ты, Боруто Узумаки, мальчик с самыми красивыми глазами во вселенной. Ох!.. Какой кошмар! Этого не может быть. Он точно бредит! Его сердце выскакивало из груди. Он закрыл пылающее лицо руками и отвернулся. Пусть Момошики исчезнет прямо сейчас! Боруто больше не может смотреть на него — он, кажется, сошёл с ума. Никто и никогда не говорил ему подобного. Это даже и близко не стояло с замечанием про цвет его глаз от Сарады. Услышать такое от смертельного врага! От своего смертельно красивого врага!.. Он едва не заплакал от досады. Ну почему? Почему ему были так приятны эти слова? Он не знал, сколько прошло времени, но даже успокоив бушующую бурю внутри, так и продолжил сидеть с закрытыми глазами. — Боруто, ты плачешь? Он оторвал руки от лица и увидел сквозь расплывающиеся перед глазами пятна знакомую фигуру. — Саске-сан?! Момошики оставил его в полном раздрае. Боруто даже не заметил, как к нему подошёл учитель. Сарада была права. Он совсем расклеился. — Почему ты сидишь здесь один? Как бы ему хотелось рассказать правду! Но выглядеть слабаком перед Саске-саном не хотелось вовсе. — Я… ну, типа… — он тяжело вздохнул. — Кажется, я обидел своих друзей из-за сущего пустяка. — Хм, — Саске-сан присел возле него на высохший ствол дерева. Ему стало легче даже дышать. Рядом с ним он всегда чувствовал себя в полной безопасности. Пошатнувшееся душевное равновесие восстанавливалось вновь. — Не повторяй моих ошибок, Боруто, — он непонимающе взглянул на учителя, который смотрел на водную гладь. — Саске-сан? — Не замыкайся в себе. Поделись с кем-нибудь своей болью. — Саске-сан, я… — он просто не мог найти слов, чтобы выразить свою безграничную признательность этому потрясающему человеку. Учитель положил руку ему на плечо и посмотрел в глаза. — Я буду ждать столько, сколько нужно, если тебе это станет необходимо. Но пообещай мне, что не станешь делать глупости, Боруто. — Саске-сан!.. — у него брызнули слёзы. Не сдержавшись, он обнял его. — Я обещаю, Саске-сан!