Firsts and Seconds

                    Санс лихорадочно обшаривал свою память на предмет того, как обращаться с Павшими монстрами.       Ему уже некоторое время не приходилось думать об этом аспекте, он давно задвинул эти знания подальше — наверное с тех пор, когда скончался его дедушка. И сейчас появление незнакомца в его доме вызывало в нем горько-сладкие воспоминания. Вместе с землистым ароматом грибов и запахом картофельного рагу все сейчас навевало легкую ностальгию. Слишком близкую его сердцу.       Так много «а что, если» и всего прочего, что он мог или должен был сделать, лились бурным поток в его голову. Снова. Опять и опять. Глаза щипало, будто туда попал песок, и было его там так много, что казалось из глаз вот-вот польются водопадом слезы.       Он смирился, принял кончину своего дедушки. Он ничего не мог сделать. Дедушка просто был старым, а старые монстры в конце концов исчезают. Так и должно быть. Но Санс все также скучал по своему старику.       Фермер устало вытер лицо. Он был голоден. Ему определенно должно было стать лучше после тарелки супа. Возможно… его неожиданному гостю тоже бы понравилось немного, но Падшие монстры становились холодными, когда начинали сдаваться. И дать им что-нибудь теплое - это верный способ ускорить их путь на тот свет.       Мужчина также не был уверен, сколько неизвестный скелет смог бы выдержать. Их магия была настолько слаба, что фермер даже не понял по началу, что перед ним другой монстр. Если бы не крохотный огонек в чужом черепе… Санс этого бы и не увидел вовсе.       Что ж, он налил себе небольшую порцию супа, немного подождал чтобы та остыла, а затем сел за стол с целью спокойно поужинать. И как ни странно, он чувствовал себя виноватым за это. Еще раз вздохнул, встал. Из буфета достал краюху хлеба, из холодильника взял сыр. Попутно на плиту поставил ковшик с оставшимся сливочным супом, чтобы разогреть его до чуть теплой температуры. К счастью, у фермера давно вошло в привычку делать несколько вещей сразу.       Скоро Санс вернулся в комнату для гостей. По какой-то причине он не ожидал, что незнакомый монстр все еще будет там, но, конечно же, те там были. Те все также лежали, едва ли пошевелив даже пальцем, — этого не произошло, как бы сильно Санс ни надеялся на это. В комнате было немного душно и поэтому мужчина чуть приоткрыл форточку, потревожив при этом пару сонных пауков на оконной раме.       Приблизившись к кровати, Санс оглядел нежданного гостя. Те на вид были хрупким, а кости у них были слабыми. Похоже, что эти несчастные долгое время обходились без магии, вынужденные довольствоваться тем скудным запасом, который у них оставался. Санс никак не мог отвести взгляда от серьезной раны на их черепе. Края были грубыми и острыми, от них шли тонкие молнии трещин, а сама кость напоминала старую шершавую акварельную бумагу. Глазницы у его гостя были целы, хотя глубокие темные линии под ними говорили насколько же эти несчастные нуждались в уходе.       Между суставов не было ни одной искры ржаво-красной магии, что не означало ничего хорошего. Этот скелет действительно был близок к концу.       Видимо, действительно, — Сансу ничего не оставалось делать, кроме как наблюдать, как незнакомец в конце концов покинет этот мир. Тишина действовала фермеру на нервы. Он придвинул тумбочку ближе к себе, поставил на нее миску и начал размеренно крошить хлеб на мелкие кусочки, добавляя те сразу в суп. Фермеру нужно было куда-то деть руки, пока он разговаривал. — слушай… я не знаю, как ты здесь оказался, но тебе повезло, что я нашел тебя, — дружелюбно произнес скелет, хотя его беспокойство прошло, когда эти безжизненные пустые глазницы смотрели на него в ответ. Его руки не дрожали, но внезапно стало трудно отрывать корку от хлеба. — мне жаль, что ты оказался в таком трудном положении… — пожал плечами он, уже закончив крошить хлеб. Санс взял ложку и перемешал суп в тарелке, — я знаю, что это немного, и ты, вероятно, не будешь есть многого, что ты уже так далеко, но я тут немного тебе разогрел.       Санс чуть опустил палец в суп. Само собой еда все еще была слишком горячей — прошло же всего несколько минут. Он не мог дать им что-то настолько горячее, иначе незнакомый монстр просто превратились бы в пыль от мгновенного шока. Вместо этого Санс перевел взгляд на дверь. Как-то спонтанно в его голове промелькнула мысль о его корове Бринли и о том факте, что уже было время проверить как она там. Он мог ускользнуть всего на несколько минут, поэтому фермер разделил на несколько кусочков сыр и уложил его небольшую горсть на грудь монстра. — я сейчас схожу проверить, как там моя малышка. если ты в конечном итоге съешь что-нибудь из этого, то это хорошо. если нет, что ж… я. не знаю, чего я жду, на самом деле.       Когда Санс вернулся из амбара, ему было холодно и от него сильно пахло сеном. Он снял перчатки и как всегда положил их в задний карман, потер руки друг о друга, стараясь согреть их. Сыр был нетронут, незнакомец все еще был в постели. Обе их миски с супом уже были достаточно холодными, чтобы их можно было есть без беспокойства. Санс сел на край матраса, взял свою тарелку. Помешал суп и отправил в рот несколько полных ложек, каждый раз вздыхая.       А затем… что-то начало происходить. Это было едва заметно, но кусочек сыра отломился и немного прокатился по одеялу. А после он засветился белым светом, — это было как хрупкий маяк надежды.       Впервые с тех пор, как Санс нашел этого скелета, улыбка фермера стала шире и он удивленно ахнул. Если быть до конца честным, он не ожидал этого, хотя, безусловно, надеялся.       Мужчина с тихим ликованием наблюдал, как сыр неуклюже превращался в энергию, становился ржаво-красной цветной искоркой, прежде чем двигался к ближайшей точки поглощения — их позвонков — и просачивался вниз через трещины. Магия была настолько слаба, что удивительно, что это вообще происходило.       Фермер ухмыльнулся и быстро вытер лицо, восхищенно наблюдая за происходящим. Прошло несколько долгих мучительных секунд прежде чем засветился следующая кусочек сыра, и Санс не мог не подбодрить незнакомцев громким хлопком. — давай, друг, продолжай. у нас здесь много еды. о, и, если подумать, я, вероятно, должен привести тебя в порядок…       Санс прекрасно знал, что был склонен много болтать, если рядом была хоть какая публика. А еще он обычно был склонен напевать про себя во время работы. Когда фермер встал, чтобы взять несколько вещей из своей спальни, он сам не заметил как начал насвистывать веселенькую мелодию.       У них в доме точно должна была быть одежда, которая подошла бы их неожиданному гостю, а в кладовке нашлось ведро и пара щеток. Это потребовало много работы, но фермер всегда был целеустремленным. Он знал, что приведет своих подопечных в порядок, когда к ним вернутся силы. Весь этот песок вперемешку с травой между их суставами, должно быть, был очень неприятным.       Итак, он приступил к делу, медленно и уверенно. Когда Санс вернулся в гостевую комнату, не хватало еще одного маленького кусочка сыра. И скелет не мог не улыбнуться на это. Он лишь надеялся, что монстр перед ним легко проглотили предложенную еду. Мужчина снова опустился на край матраса и осторожно отодвинул воротник чужой куртки, — ткань в том месте была словно лед, холодный, твердый и грязный, пропитанный засохшей землей. — я не собираюсь делать ничего смешного, не волнуйся. я просто снимаю с тебя эту грязную одежду, чтобы помыть тебя, ладненько?       Санс не ожидал какого либо ответа, поэтому не принял близко к сердцу чужое молчание. Тем не менее, он нежно похлопал монстра по плечу и ободряюще улыбнулся, — пусть они этого не видели, но так было легче. Когда фермер расстегнул молнию на их воротнике, бегунок начал застревать на некоторых звеньях, — явно между ними застрял мелкий мусор.       Чтобы не тратить еду понапрасну, Санс решил собрать кусочки сыра и пока что переложить их на тарелку. Однако… стоило ему случайно прикоснуться к незнакомцу, как горький коктейль из отчаяния и сильного ужасного голода, затяжного истощения и неудачи захлестнул его с головой.       Просто. Полный провал.       Эти чувства мертвой хваткой вцепились в Санса. Внезапно он понял, что не мог дышать, но это было всего мгновение. Фермер положил сыр рядом с черепом незнакомого монстра, гораздо ближе, чем это было раньше. Ощущение неопределенной, сокрушительной потери постепенно ускользало, но крохотная искра этих эмоций все же осталась в душе Санса, прямо как клеймо. Незаметно для себя он начал думать о том, каким же образом монстр перед ним стали такими. Хотя не нужно было быть гением, чтобы понять, что они сильно голодали, и, возможно, так было большую часть их жизни.       Нет. Это не было его делом. И Санс само собой не будет думать об этом круглые сутки. Он просто хотел накормить их и обеспечить им комфорт.       Потребовалось некоторое время, чтобы раздеть гостя. Не было слышно ни протестов, ни сонного бормотания, спрашивающего Санса, что он делал. Мужчина прикрыл чужой таз из скромности, хотя для этого не было реальной причины. Там не было ничего, кроме костей. Монстр был слаб, их кости по цвету напоминали нечто среднее между терракотой и мелом. Пыль не осыпалась с них, но видит Небо, те были чертовски близки к этому.       Санс положил испачканную одежду рядом с собой на пол, не забыл подложить еще сыра рядом с чужой головой, — он надеялся, что гость съест еще. Фермер взял в руки маленькую щеточку с тонкой мягкой щетиной, намереваясь особо тщательно удалить засохшую грязь и налет с чужих костей. Санс орудовал инструментом невероятно аккуратно и осторожно, медленными движениями легко счищая лишнее, и почему-то это казалось ему похожим на то, как он чистил пух у цыплят. — у нас тут маленькая ферма, но здесь живем только я и мой брат. его зовут папайрус - он сейчас в городе, но он не будет возражать, если ты проведешь здесь несколько дней, пока к тебе не вернутся силы, — пробормотал он, излучая нежную заботу. Воздух был наполнен теплом от печки в соседней комнате, поэтому здесь было не так холодно.       Как-то незаметно и тихо пролетело время. Говорил Санс размеренно и успокаивающе, — мужчина считал, что этим бедным монстрам был необходим весь комфорт в этом мире. Они действительно умирали с голоду: пропал весь кусок хлеба, большая часть сыра и несколько ложек супа. В следующий раз Санс, прежде чем снова отправился на грядки, принес им миску с ягодами и измельченными орехами.       Также, когда выходил из дома, Санс набрал из колодца ведро воды, что теперь стояло на кухне. Перелив воду в большую миску, монстр вернулся к своему гостю. Вода была комнатной температуры, — скелет помнил, «ничего слишком горячего-ничего слишком холодного» в таком состоянии.       Фермер смочил ткань и отставил миску на тумбочку. Взял чужую ладонь в руку, перевернул и аккуратно провел влажной тканью от локтя до кончиков пальцев, убирая беспорядок. Санс думал о том, как гость лежал в грязи, было видно, что те тянули руки, будто отчаянно пытались выбраться. Это было печально.       Ни боли, ни пыли. Только красновато-коричневая грязь, что пластами сваливалась с чужих пальцев, оставляя под собой еле заметные пятна. Взгляд Санса скользил по их рукам, осматривая каждую трещину и шрам. Не похоже, что у монстра на кровати была очень легкая жизнь, по крайней мере, на первый взгляд. Но неровная нить, в которую сливались старые трещины от переломов оставляла ощущение, что так было всегда. — ну-у вот, — пробормотал Санс со вздохом облегчения. — я приведу тебя в порядок и все будет прекрасно. а сейчас просто отдохни, ладьненько?       Монстр с огромной слабостью и убитым интересом, кусочек за кусочком поглощал орехи и ягоды, еле как превращая их в магию.       Санс продолжил купать монстра, время от времени выходя на задний двор, чтобы слить мутную воду в канаву, а после набрать порцию новой воды. В какой-то момент мужчина заметил, что солнце было уже низко. Возвращаясь в дом, фермер зажег свет в масляной лампе сначала на кухне, а после взял еще одну такую, что бы не оставлять гостя в темноте. Мягкий приятно желтый огонек отбрасывал длинные тени по углам, чуть колыхаясь, когда случайный сквозняк пробегал рядом.       Через некоторое время эта тишина стала утешением и начала убаюкивать Санса. В большинстве ночей скелет не засиживался допоздна, ведь он привык вставать рано, — с утра всегда было много работы, — а сегодня он и так сделал весьма много. Лишь после полуночи мужчина закончил ухаживать за своим гостем, — он весьма придирчиво и настойчиво счистил грязь даже между пальцами рук и ног. Да, этого было не достаточно и не столь эффективно, но и нести слабого монстра в таком состоянии в ванную было опасно.       В который раз за вечер Санс снова сходил на кухню за едой. На этот раз он смешал для своего гостя в одной миске тыквенные семечки, мягкие сухари, несколько видов орехов, ягоды, чуть мягкого масла и мед. Возвращаясь назад, пламя в лампах тихо потрескивало, стоило фермеру пройти мимо. В комнате Санс снова обратив внимание на окно. На улице становилось холодно, так что мужчина быстро подошел ближе и закрыл форточку. Потом подошел обратно к кровати, устроил посуду на тумбочку. Смесь в плошке на первый взгляд была не столь приятной и больше походила на нечто, что смешал в песочнице ребенок. Но, Санс знал как это было вкусно, — обычно он ел такое, когда нуждался в дополнительных силах, даже так и называл, «заряд энергии».       Это должно было подойти. Возможно, монстр могли прийти в норму после этого блюда. Если нет, то это в любом случае было вкусно и наполнено энергией и волшебством.       Санс снова укрыл гостя одеялом, натянув то им до подбородка. Снова залез в шкаф и нашел еще одно одеяло, более плотное и теплое. Накрыл монстра еще и им поверх. Забрав пустую после прошлого перекуса посуду, Санс отошел от постели.       Фермер не был уверен, стоило ли ему оставлять монстра одного. Если те случайно проснутся, им может быть страшно и странно обнаружить себя голыми и в абсолютно незнакомом месте. Взгляд Санса задержался на куче одежды на полу. Скелет чувствовал, как в его теле нарастала усталость от всей той работы.       Он действительно устал. Он хорошенько постирает чужие вещи, когда проснется. Все же было принято посыпать пыль монстра на его одежду, если поблизости больше ничего не было.       Чувствуя себя слегка неловко из-за того, что оставлял гостя голыми, Санс ушел к себе и покопался в вещах. Выудил пару фланелевых пижамных штанов, — у фермера было еще несколько, так что ничего страшного. Чуть повозившись, Сансу удалось одеть монстра в пижаму. Да, вот теперь мужчина чувствовал себя лучше, когда его гости находились в комфорте.       Все-таки это было самое малое, что он мог для них сделать.