Эй, откинь немного ноши

Хоухуа снова увидел Юэ Ци перед тем, как его друзья и его… парень (???) ушли на гору Бай Лу пару дней спустя, и он не мог просто держаться за Юэ Ци и не отпускать его, как бы сильно не хотелось закатить истерику. Он сделал мужественное, достойное лицо, и ему удалось почти без слез наблюдать, как праведные воины Горной секты Цан Цюн уходили, чтобы помочь Дворцу Хуан Хуа противостоять угрозе, которую те сами, черт возьми, создали. Лорд Пика Ань Дин даже положил руку ему на плечо в знак поддержки и одобрения. Когда они ушли, он попытался отвлечься работой, но ничего не получилось. Он не мог долго ни на чем сосредоточиться. Он продолжал смотреть в пространство или просто держался за голову, стараясь не рвать на себе волосы, и пытался прыгать между разными проектами, чтобы двигаться, что означало, что он почти ничего не добился ни в одном из них. Его бесполезность стала настолько ужасной, что Лорд Пика Ань Дин сказал ему просто сделать перерыв и выйти из офиса. Он пытался отвлечься, объезжая секту, проводя какие-то инспекции, тестируя новые установки, получая различные просьбы и отзывы с других вершин. Это тоже не сработало! Все, о чем кто-либо хотел говорить, это та особая чертова миссия с Дворцом Хуан Хуа! Большинство людей не знало подробностей о ней, чтобы не допустить того, чтобы сплетни добрались до Тяньлан-Цзюня до того, как ловушка захлопнется, поэтому люди отчаянно нуждались в информации, и все они, очевидно, думали, что Хоухуа выплюнет её под небольшим давлением. Не помогало и то, что многие из них на самом деле слышали что-то о продолжающихся конфликтах Дворца Хуан Хуа с различными повелителями демонов, или даже что-то о том, что самого Императора Демонов видели в том районе, и многие из них думали, что Хоухуа активно хотел услышать их предположения. Обычно, да, Хоухуа мог бы быть всеми руками за! Ему нравились бредовые теории заговора не меньше, чем кому-либо другому. Он любил придумывать дерьмо, чтобы трахать им людей. Возможно, когда-то ему нравились слухи о том, что Небесные Демоны могут заставить человека расплавиться изнутри одним только взглядом, но, когда он узнал, что его единственные друзья собираются сразиться с самым могущественным демоном в мире, он просто хотел кидаться вещами и кричать. В частном порядке он уже умолял Систему трансмиграции на своих гребаных коленях убедиться, что люди, о которых он заботится, переживут это, и на этот раз он, блядь, имел это в виду. Он любил шутить про себя, что он создал этот мир, но на самом деле он никогда не был богом. Он никогда еще не осознавал себя таким болезненно человечным. 【Система трансмиграции не может изменять события по желанию пользователя! Сюжетные точки могут быть изменены только собственными действиями пользователя!】 【Мы хотим предоставить вам наилучший опыт трансмиграции. Мы искренне надеемся, что вы сможете осуществить свои желания. Желаем вам удачи в ваших дальнейших начинаниях!】 Он никогда не проклинал Систему трансмиграции так яростно. Как всегда, ей было все равно. Никакие мольбы, угрозы или торги не изменили бы ее мнения или установок. Хоухуа сумел взять себя в руки в первый день разлуки. Ему даже удалось не развалиться на части на второй, что, по его мнению, было очень впечатляюще с его стороны. К третьему дню он знал, что военная делигация Цан Цюн должна была прибыть к горе Бай Лу к полудню и приступить к организации лагеря, и он продержался около часа после этого осознания, прежде чем сорвался. Он отправился на Пик Цюн Дин за новостями. Все, чего он хотел, это чтобы кто-нибудь сказал что-то вроде: «Мы получили известие об их благополучном прибытии. Все идет по плану». Вместо этого его отругали за то, что он спросил о деталях конфиденциальной миссии, а помощник потребовал объяснить, откуда он вообще об этом узнал. Хоухуа чуть не обнажил меч, прежде чем пропищал: «Я главный ученик Пика Ань Дин! Я был там на экстренном совещании с дворцом Хуан Хуа!» Его неохотно впустили в двери офиса только потому, что он был главным учеником Ань Дин! Хотя один из культиваторов, выступавших в роли охранника у дверей, узнал в нем только «того ученика Ань Дин, который все время околачивается вокруг Юэ Цинъюаня». — О, — сказал культиватор Цюн Дин, и у него даже не хватило такта изобразить извинение за то, что он не знал, кто он такой. — Нет необходимости держать вас в курсе ситуации. Если Пик Ань Дин сможет сделать для нас что-нибудь еще, то об этом будет сообщено непосредственно лорду пика. — Я не об этом спрашиваю! — протестовал Хоухуа. Помощник бросил на него равнодушный взгляд, который ясно говорил, что это не имеет значения: что касается пика Цюн Дин, они, вероятно, даже не удосужатся сказать ему, если Юэ Ци погибнет в бою. Хоухуа мог узнать это, как и все остальные, постфактум. Затем мужчину отозвал в другой конец кабинета другой помощник лидера секты. Он покинул Хоухуа, даже не попрощавшись. Хоухуа смотрел ему вслед, потеряв дар речи от гнева, хотя он, вероятно, должен был считать себя счастливым, что Лорд Пика Цюн Дин не был в офисе в данный момент. Этот мудак мог приказать его выпороть или что-то в этом роде. Лидер секты на самом деле ушел с отправленной группой, хотя он, по-видимому, собирался оставаться в безопасности от боевых действий, если вспыхнет насилие, в том случае, если ловушки не сработают идеально или Тяньлан-Цзюнь просто-напросто не пойдет, как хороший барашек, в нужное место. Лорд Пика Цюн Дин собирался встать рядом с мастером дворца Хуан Хуа, следя за тем, чтобы их культиваторы пахали для их удовлетворения. Хоухуа не мог поверить, что этот человек сделает что-нибудь, чтобы помочь Юэ Ци, Шэнь Цзю или Лю Минъи. На самом деле, Хоухуа действительно не сомневался, что этот мудак мог бы отвернуться в нескольких местах, позволив Шэнь Цзю или Лю Минъи умереть, чтобы «доказать свою точку зрения» о том, что они не были «подходящим материалом для становления лордами пиков». Хоухуа также не исключал возможность того, что этот мудак позволит Юэ Ци умереть, потому что решит, что его старший ученик не победил Императора Демонов должным образом и поэтому не заслуживал медицинской помощи. Если кто-нибудь потом подвергнет сомнению следующие действия Хоухуа, он полностью намеревается обвинить во всем пик Цюн Дин. Эти высокомерные, могущественные засранцы заставили его сделать это. На столе культиватора, который только что отошел, отмахнувшись от него как от кого-то, о ком не стоит беспокоиться, лежала стопка свитков, в некоторых из которых Хоухуа узнал переписку лидера секты. У некоторых из них даже была личная духовная печать Владыки Пика Цюн Дин, которую, насколько известно большинству людей, нельзя было подделать или использовать кому-либо другому. (В Пути Гордого Бессмертного Демона было несколько уловок, чтобы обойти это, но сейчас Хоухуа не мог провернуть ни одну из них.) К счастью, ему не нужно было знать никаких особых приемов. Когда никто не смотрел, он взял один из этих свитков со стола наугад и сунул его в карман, а затем вышел из офиса в подобающем унынии. Его никто не остановил. Как только он благополучно скрылся из виду, он пробежал всю дорогу до комнаты Юэ Ци, вошел и украл одну из самых старых униформ, которые все еще хранились в шкафу его парня (???). Сейчас она была слишком мала Юэ Ци, слишком плотно облегала плечи и была короткой в подоле и рукавах, но она вполне подходила Хоухуа, если бы он правильно подворачивал и складывал слои. Правда, автор не сразу ее надел. Он сложил одежду в случайный мешок и выпрыгнул обратно в окно. Он пробежал весь путь обратно до Пика Ань Дин, чтобы найти одну из своих старейшин из того первого торгового каравана с которым он путешествовал много лет назад. Одна из самых младших, ближе к его возрасту, хотя это означало, что на самом деле она была замужней и являлась матерью очаровательного маленького отпрыска, который уже доставал до талии Хоухуа, и, вероятно, была одним из его ближайших друзей по работе. Что еще более важно, она была, черт возьми, обязана ему за то, что он несколько раз прикрывал ее и был тем, кто познакомил ее с хорошей грязной литературой. — Эй, если Шизунь спросит обо мне, ты можешь сказать ему, что я отправился на пик Цюн Дин, чтобы узнать новости о миссии, — беззаботно сказал Хоухуа. — Вероятно, они мне ничего не скажут, но я должен попытаться! После этого я, вероятно, пойду на кухню и возьму столько еды, сколько смогу унести, а затем запрусь в своем доме, чтобы заедать свои печали в течение нескольких дней! Не нужно беспокоиться! Спасибо, что присматриваешь за этим благодарным младшим! Его старшая, Чэнь Рилин, посмотрела на сумку, наполовину выглядывающую из-за его спины, где были украденный свиток Пика Цюн Дин и униформа. Хоухуа кашлянул. — Кроме того, я определенно выгляжу для тебя немного больным, верно? Чэнь Рилин вздохнула. — По крайней мере, я не буду лгать об этом, — сказала она, что лишь немного задело его чувства. Но это было справедливо! Он полностью заслужил это. Затем он пошел к себе домой, чтобы забрать свои дорожные принадлежности, свою аптечку и дополнительные фишки, которые он придумал для себя на случай очередной встречи с каким-нибудь демоном на миссиях. Затем, оглядевшись, чтобы убедиться, что никто не вломился в его дом, пока он отвлекся, он открыл свой самый секретный тайник и вытащил маленький темно-синий драгоценный камень, ощущающийся льдинкой в его руке. Он уставился на него, отмечая его угрожающий блеск, прежде чем резко вдохнуть и выдохнуть, а затем надежно спрятать его за пазуху. — Что только люди делают ради любви, а? — пробормотал Хоухуа про себя. — Собственные действия пользователя, да? У меня никогда раньше не было чертового парня, и я не потеряю его так легко! Если бы это было действительно неправильно, кто-нибудь бы остановил меня, верно? Он был автором. Он был тем, кто определил сюжет. И что более важно: он был Шан Хоухуа. Он мог что-то сделать. Когда Хоухуа запер дом, вскочил на свой меч, а затем улетел прочь от секты, его никто не остановил. Даже система трансмиграции не появлялась, чтобы сказать ему, что он мешает естественному развитию сюжета или что-то в этом роде. Лорд Пика Ань Дин был бы очень зол, когда понял, что Хоухуа, вероятно, ушел, но Хоухуа чувствовал, что это будет его проблема, если он удивится чему-либо из этого. Он знал, что такое Хоухуа, когда решил сделать его своим главным учеником! И, честно говоря, Юэ Ци и Шэнь Цзю знали, каким он был, когда уходили! Пришло время использовать все, чему он когда-либо научился в этом мире, чтобы сделать что-то невообразимо глупое.

***

Хоухуа не видел Мобэй-Цзюня с момента их судьбоносного расставания в конце их первой встречи. С тех пор он ни разу не пытался связаться с демоном. Насколько ему было известно, Мобэй-Цзюнь за все эти годы ни разу не пытался связаться с ним. Хоухуа часто предполагал, что гордый повелитель демонов не хотел никаких напоминаний о том, что его жизнь была спасена и пощажена каким-то невероятно невпечатляющим культиватором-человеком. Ну хреново ему! Потому что сейчас Хоухуа требовал этот долг! Не то чтобы Мобэй-Цзюнь прямо сказал что-то о готовности выплачивать долги, но Хоухуа не понимал, зачем еще демон мог оставить этот драгоценный камень, особенно когда он явно был наполнен слабенькой искрой демонической силы. Оригинальный Шан Цинхуа каким-то образом сумел создать какие-то взаимовыгодные рабочие отношения с Мобэй-Цзюнем до того, как пошел и испортил все это предательством, так что шансы Хоухуа провернуть это безумное дерьмо определенно были не равны нулю. Он нашел изолированную поляну вдали от секты, а также далеко от любого из городов, поселков или деревень, живущих в безопасности в тени хребта Тянь Гун. Затем вытащил холодный драгоценный камень и аккуратно вложил в него часть своей духовной силы. Это реально было похоже на прикосновение к куску льда, но Хоухуа выдержал. — Мобэй-Цзюнь… или, ах, принц, который станет Мобэй-Цзюнем… если ты меня слышишь, то нам действительно нужно поговорить прямо сейчас. Когда-то я оказал тебе очень, очень большую услугу, и теперь мне нужна услуга взамен. …Я очень надеюсь, что ты меня слышишь, потому что, если я просто разговариваю с камнем, то мне придется лететь до… срань господня! Воздух перед ним разорвался, обнажив темную пустоту, завывающую от холода и демонической энергии, и чудовищно высокая тень вышла из портала. Земля покрылась инеем там, где приземлились сапоги повелителя демонов. Мобэй-Цзюнь был более грозным, чем когда-либо прежде, одетый в те же сине-черные цвета, а его глаза по-прежнему светились тем же холодным синим светом, что и демоническая метка в центре его лба. Он все еще был несправедливо красив. Он также злобно смотрел на Хоухуа, как будто этот жалкий человек никогда не мог быть достоин его внимания. Но… подумал Хоухуа… повелитель демонов все же появился. — Ах, еще раз привет, — выдавил Хоухуа, пытаясь быть вежливым. — Как дела? Мобэй-Цзюнь сердито посмотрел на него. — Что ты хочешь? — О, ты не из тех, кто тратит время на расшаркивания, не так ли? Хорошо! Я вообще-то тут тороплюсь. Ты вроде как обязан мне жизнью, и я, наконец, прошу тебя об одолжении, — поспешно сказал Хоухуа. — Я все еще думаю, что мы можем быть друзьями! Как ты относишься к тому, чтобы трахнуться с сектой Дворца Хуан Хуа? Мобэй-Цзюнь продолжал сердиться, но не возражал против этой идеи. — Главная ученица Дворца Хуан Хуа, Су Сиянь, пропала без вести, и старый Мастер Дворца утверждает, что Тяньлан-Цзюнь похитил ее. Я думаю, что они лгут об этом. Я собираюсь ворваться во Дворец Хуан Хуа и узнать правду, — сказал Хоухуа, что означало, что сейчас он определенно посвятил себя этой идее. От его предположительного сообщника не последовано никакой поддержки. Мобэй-Цзюнь не выглядел впечатленным. — И что ты хочешь? — Ну, а… помощи? Если ты снова сможешь сделать эту особенную штуку с порталом, тогда, наверное, мне нужно, чтобы ты подбросил меня во Дворец Хуан Хуа? А потом… может после этого прокатиться на гору Бай Лу? Ты мог бы просто проникнуть во Дворец Хуан Хуа в одиночку, а? Это то, что ты проворачивал раньше?.. — Я не войду во Дворец Хуан Хуа, — категорически сказал Мобэй-Цзюнь. — Что? Ах, ну, я тоже не очень хочу этого делать, но давай! — У тебя нет плана. — У меня есть план! Я только что рассказал тебе его! Просто в плане есть… дыры. — У тебя нет плана, — повторил Мобэй-Цзюнь. — Я импровизатор! Я делаю действительно хорошую работу, когда придумываю ее по ходу дела. Планы все равно никогда не выдержат контакта с врагом! — запротестовал Хоухуа, волнуясь. — Ну давай же! Ты был бы оскорблен, если бы я попросил что-то легкое и глупое в обмен на твою жизнь! А теперь я прошу тебя помочь мне поиметь дворец Хуан Хуа вместо чего угодно, что является своего рода дополнительной услугой. Разве ты не ненавидишь Хуан Хуа? Хочешь хорошенько отомстить? Мобэй-Цзюнь зарычал на него. Это было ужасно. Температура на поляне уже значительно снизилась с момента его прибытия. Теперь воздух затрещал. Но Хоухуа был посредником в спорах между Юэ Ци, Шэнь Цзю и Лю Минъи. Хоухуа сам ссорился со своими ужасающе могущественными друзьями. Итак, он весь трясся, но стоял на своем. В руке у него был меч, но он еще не поднял его. — Итак, ах, у нас есть сделка? — спросил Хоухуа. Мобэй-Цзюнь снова попятился, все еще хмурясь, но сказал: — …Я отведу тебя во дворец Хуан Хуа, но я не войду туда вслепую, с непонятной целью. Не снова. Хоухуа получил не совсем то, что хотел, но это было лучше, чем ничего, и он, вероятно, уже достаточно разозлил повелителя демонов. — Я могу войти сам! Но, ах, если я придумаю план, мы можем поговорить об этом снова? Знаешь, мне все еще понадобится поездка на гору Бай Лу после этого!

***

Прохождение через один из теневых порталов Мобэй-Цзюня было неприятным опытом, но не таким ужасным, как те времена, когда Мобэй-Цзюнь пытался его убить. В считанные секунды повелитель демонов привел их к высокому холму, возвышающемуся над долиной, где Дворц Хуан Хуа, раскинулся подобно золотому городу, где проживали тысячи земледельцев и было разбито более сотни различных садов. Хоухуа смотрел на это с благоговением и ужасом, недоумевая, как ему удастся проникнуть туда или найти Су Сиянь в этом лабиринте, когда Мобэй-Цзюнь толкнул его вперед. Хоухуа дико замахал руками, едва удерживаясь от падения с холма. — Эй, зачем ты это сделал? — спросил он. — Я не буду ждать здесь вечно, — отрезал Мобей-Цзюнь. — Иди. Импровизируй. Хоухуа выпрямился со всем достоинством, на которое был способен, а затем сказал: — Просто смотри на меня. — А потом он полетел вниз по склону. «Ты делал это дерьмо раньше, Хоухуа! Ты можешь сделать это! Вся дичь, которую ты творил до этого, была просто практикой для этого момента. Ты знаешь, как это работает! Ах, черт, я, наверное, в полной заднице...» Ему пришлось снова приземлиться, чтобы переодеться в форму Пика Цюн Дин, которую он украл, и заколоть волосы по-другому. После всех приготовлений он запрыгнул обратно на меч, пролетел через несколько деревьев, чтобы выглядеть должным образом растрепанным, а затем полетел вперед к воротам Дворца Хуан Хуа, как будто его преследовало все Демоническое Царство. — У меня срочные новости! — выдохнул он охранникам, которые сразу же узнали униформу внутреннего ученика Пика Цюн Дин. Он представил украденный свиток с личной духовной печатью лидера секты Цан Цюн. — Я с горы Бай Лу! Я должен доставить это сообщение прямо в руки исполняющему обязанности лидера Дворца Хуан Хуа! Охранники сразу же пропустили его во внутренние залы секты. Кто-то даже побежал, чтобы предупредить исполняющего обязанности лидера Дворца Хуан Хуа, в то время как самого Хоухуа лично вел в глубины их города еще один культиватор Хуан Хуа. Хоухуа, на свой вкус, находил некоторые здания Цан Цюн красивыми, но в тоже время еще и довольно показными, однако каждое здание, мимо которого они проходили здесь, во дворце Хуан Хуа, казалось, делало все возможное, чтобы превзойти его собственную секту. Золото повсюду. Секта кишела людьми настолько занятыми, насколько мог быть занят Пик Ань Дин, по крайней мере, пока они не достигли действительно важных секций, которые, по мнению Хоухуа, были больше похожи на офисы Пика Цюн Дин. Его провели в чрезвычайно причудливую приемную, прежде чем его пригласили в чрезвычайно причудливую частную приемную, где он низко поклонился новой Хозяйке Дворца Хуан Хуа, Ши Чунь. Она была… ах… невысокой. С культиваторами иногда трудно было сказать, кому сколько лет, но почтенные мастера по-прежнему имели тенденцию нести свой возраст едва заметными способами, и Хоухуа догадался, что она была близка к его собственному возрасту, лет двадцати или около того. Она также была одета в несравненно красивую розово-золотую мантию, и у нее была, пожалуй, самая впечатляюще сложная прическа, которую Хоухуа видел в этой жизни. К тому же она была очень, очень беременна. Хоухуа ничего не знал о беременности, но Хозяйка Дворца Хуан Хуа выглядела так, будто вот-вот лопнет, и он внезапно испугался, что это каким-то образом может превратиться в его проблему. Где, черт возьми, был Му Чжуфэн, когда Хоухуа нуждался в нем?! Ах, верно. Му Чжуфэн играл хиллера для людей на горе Бай Лу. Ловушка должна была захлопнуться в любой день, в любой час, в любую чертову минуту, в зависимости от того, когда появится Тяньлан-Цзюнь. Хоухуа пришлось сосредоточиться. Он приветствовал Хозяйку Дворца со всем подобающим уважением, независимо от того, было оно заслужено или нет. — Госпожа, эти слова от самого Лорда Пика Цюн Дин не для ушей тех, кто не полностью посвящен в тайны Дворца Хуан Хуа, — сказал он с самым многозначительным взглядом, который на самом деле заставил ее выдварить остальных ее слуг и охранников, которые, казалось, привыкли к этому дерьму. — Передайте нам свое сообщение, — приказала Хозяйка Дворца. Хоухуа взвесил все варианты, а затем сказал: — Госпожа, демон, известный как Тяньлан-Цзюнь, мертв! Он был убит в бою! Хозяин Дворца Хуан Хуа хочет лично объявить об этом секте, как и мой собственный Мастер делает это в своей секте, но мы, посланники, были отправлены сразу же, чтобы самые важные люди, такие как Хозяйка Дворца Хуан Хуа, могли подготовиться к встрече героев, вернувшихся после успешной миссии! Хозяйка Дворца ахнула, и выражение ее лица стало радостным: — Правда? — сказала она так же молодо, как и выглядела. Черт, Хоухуа мог быть старше нее. — Этот мерзкий демон мертв? План удался? — Именно так! Его заставили заплатить за то, что он сделал со старшей ученицей Су Сиянь! — ответил Хоухуа. Он действительно не знал, как много Хозяйка Дворца знала обо всем, поэтому он сказал: — Я не могу передать вам, как мы были расстроены, узнав о ее исчезновении! О, если бы только ей рассказали сейчас об успехе плана и смерти демона! Я уверен, что ее душа обрадуется, узнав, что нечестивый Император Демонов умер жалкой и мучительной смертью от рук наших храбрых культиваторов, хотя он лживо заявлял о своей невиновности до последнего вздоха! Хоухуа уже видел выражение лица Хозяйки Дворца. Прошли годы, но он не думал, что когда-нибудь сможет это забыть. Лицо Цю Цзяньло, на котором отразилась такая же ликующая жестокость, злобное предвкушение того, кто не сможет удержаться от подлости как можно скорее. На самом деле лидеры великих сект и короли были ничем не лучше остальных. — Как ужасно! — заявила Хозяйка Дворца, не очень хорошо скрывая свое счастье. — Я уверена, что моя дорогая, покойная Шицзе была бы рада услышать — если бы только она была еще жива — что она отомщена. Я также ничего не желаю, кроме как поделиться с ней такими новостями. Хоухуа не открыл рот, чтобы сказать, что последнее, что он слышал, что Су Сиянь пропала без вести, и никто точно не знал, что с ней случилось. Лидеры секты Дворца Хуан Хуа, должно быть, заранее решили, что после того, как Тяньлан-Цзюнь будет мертв или иным образом побежден, история будет заключаться в том, что Су Сиянь трагически погибла от рук демона. Или, может быть, Дворцовая Хозяйка шла немного не по сценарию. — Я был большим поклонником старшей ученицы Су Сиянь, — признался Хоухуа. — Я бы все отдал, чтобы сказать ей, что Император Демонов пал! Хозяйка Дворца, не будучи столь же глупой, как подросток Цю Цзяньло, не собиралась привожать его туда, где они держали Су Сиянь. — Такие вещи сейчас делать нельзя, — ответила она. — Какими трагичными были эти события для всех нас, но, по крайней мере, этот грязный демон мертв. У нас нет ответа на сообщение, кроме подтверждения доставки. Вы можете покинуть секту прямо сейчас. Прежде чем она успела позвать слуг и охранников вернуться, Хоухуа поспешно вытащил свиток, который нес, протягивая его как подношение, которое спасет ему жизнь. — Хозяйка, простите меня, у меня также есть это письменное сообщение от моего лорда! Мне сказали, что ему были доверены некоторые из глубочайших секретов Дворца Хуан Хуа самим Хозяином Дворца, поэтому это сообщение должно быть доставлено непосредственно вам и прочитано вдали от посторонних глаз. Я считаю, что он также содержит личное послание соболезнования в связи с безвременной кончиной главной ученицы Су Сиянь. Хозяйка Дворца выглядела раздраженной, но поманила его ближе, чтобы получить сообщение. Хоухуа поспешил передать его ей. К несчастью для нее, как только он приблизился, он споткнулся о собственные ноги, едва справившись с направлением, чтобы врезаться в одно из ее плеча, вместо того чтобы упасть прямо на нее. — Ой! О, Госпожа, пожалуйста, простите меня! Этот скромный ученик такой неуклюжий! Такой неуклюжий! Пожалуйста, позвольте мне помочь вам подняться! Я всегда делаю эти ошибки! Мне очень жаль! Хоухуа снова попытался помочь ей подняться, но она яростно замахалась на него и начала кричать во все горло о том, что собирается сдернуть плоть с его костей. Тут в комнату ворвались слуги и охрана. Хоухуа немедленно схватили и утащили от Хозяйки Дворца. Он плакал, умолял и кричал о том, что Лорд Пика Цюн Дин ожидает его немедленного возвращения, поэтому вместо того, чтобы бросить его в темницу, охранники послушались крика Хозяйки Дворца, чтобы немедленно вышвырнуть его из секты. Они буквально выгнали его. Хоухуа вскочил на ноги прежде, чем один из охранников успел нанести еще один удар ногой, уже и так сильно избитый и весь в синяках, спасибо! Он помчался прочь от золотого города так быстро, как только могли нести его ноги, прежде чем вскочить на свой меч и улететь. Он был почти уверен, что сможет прокрасться снова, если ему действительно нужно вернуться внутрь через одни из многих, многих ворот секты, даже несмотря на то, что свиток, который он представил, как послание от Лорда Пика Цюн Дин, был оставлен на полу той приемной. На данный момент похищение, а затем выдача себя за одного из многих людей, приходящих и уходящих из секты, должно было быть запасным планом! Хозяйка Дворца была так сосредоточена на той руке Хоухуа, в которой парень держал свиток, что не обратила внимания на другую, в которой был тщательно спрятан маленький голубой драгоценный камень. Когда Хоухуа намеренно споткнулся, она, видимо, не заметила, как он спрятал его в ее прическе. — Черт возьми, я мог умереть, — прохрипел он про себя, прежде чем отправиться на поиски ужасающего ледяного демона, который все еще мог когда-нибудь убить его.

***

Хоухуа нашел Мобэй-Цзюня дремлющим под деревом. Хоухуа также нашел это невероятно оскорбительным. Пока его избивали охранники Дворца Хуан Хуа, этот демон с непревзойденными способностями к телепортации буквально просто валялся?! Так нечестно! Но опять же, если Хоухуа когда-нибудь получил бы ядовитый дротик в живот из-за Дворца Хуан Хуа, он также бы крайне не хотел возвращаться туда. Он был впечатлен тем, что Мобэй-Цзюнь действительно все еще здесь, как и было обещано. С другой стороны, это все же немного раздражало, что Мобэй-Цзюнь не удосужился открыть глаза, пока Хоухуа не откашлялся, хотя Хоухуа мог точно сказать, что демон на самом деле не спал. Мобэй-Цзюня не впечатлило известие о том, что Хоухуа подбросил драгоценный камень Хозяйке Дворца, но он подтвердил, что может внимательно его отследить. Он нахмурился из-за многословного объяснения Хоухуа о том, как он подозревал по поведению Хозяйки Дворца, что Су Сиянь никогда не была похищена Тяньлан-Цзюнем, не была мертва и, весьма вероятно, содержалась где-то во Дворце Хуан Хуа. Он нахмурился еще больше, услышав, что Хоухуа хочет, чтобы он переместил их к Хозяйке Дворца, когда она в какой-то момент перестанет двигаться под землей, и чем глубже под землей, тем лучше. — Дава-а-а-а-а-а-а-а-а-ай, — захныкал Хоухуа. — Вероятно, с ней не будет столько охранников! Су Сиянь была чрезвычайно популярна! Не может быть, чтобы старый Хозяин Дворца получил такую большую поддержку в преследовании Тяньлан-Цзюня, если бы она не была таковой, поэтому он ни за что не рискнул бы, чтобы слишком много людей узнали правду! И ты застанешь их врасплох! — Я могу послать тебя, — упрямо возразил Мобэй-Цзюнь. Но, учитывая, что они могли только ждать, пока Хозяйка Дворца не посетит Су Сиянь, что, как можно надеяться, произойдет очень скоро, просто потому что у женщины был именно такой характер, у Хоухуа не было других дел, кроме как беспокоить лорда демонов, которому суждено было убить его. Наконец Мобэй-Цзюнь прорычал: — Если это заставит тебя заткнуться! Затем он выглядел таким разъяренным на себя за то, что согласился пойти, что Хоухуа решил отвернуться и понаблюдать за дорогами к дворцу Хуан Хуа, отмечая людей, которые выглядели легкой мишенью для подражания. Резервные планы оказались не нужны. Через пару часов Мобэй-Цзюнь встал и сказал: — Условия выполнены. Пора, — и схватил его сзади за мантию, чтобы поднять на ноги. — На этом наш долг заканчивается. — Конечно! Конечно! Как скажешь! Хоухуа сделал все необходимые действия, чтобы подготовиться к этому. В основном это означало то, что он просто чувствовал, что его вот-вот стошнит, но Мобэй-Цзюню, видимо, хватило и половинчатого согласия, потому что демон протащил его через еще один мучительно холодный и головокружительный портал, не говоря ни слова. Прежде чем Хоухуа осознал это, они снова оказались во Дворце Хуан Хуа. Это подземелье нельзя было назвать показушным. Оно было холодным, темным и построено из гладкого простого камня. Это была пещера. Тут стоял сильный химический запах. Перед ними была широкая каменная платформа посреди большого бассейна, наполненного жидкостью, которая выглядела почти как вода, за исключением ее молочно-прозрачного и зеленоватого оттенков. К платформе вела каменная дорожка, в конце которой, спиной к ним, стояли двое культиваторов Хуан Хуа, явно выступавшие в роли охранников. На самой платформе Хозяйка Дворца стояла перед коленопреклоненной женщиной, чьи запястья и ноги были скованы тяжелыми цепями, очевидно, соединенными с каменным полом под ней. Хозяйка Дворца открывала свиток, который принес ей Хоухуа, по-видимому, намереваясь прочитать его вслух заключенной. Другая женщина была одета в тонкую и простую белую мантию и тоже явно была беременна, хотя, возможно, ее срок был не таким большим, как у Хозяйки Дворца. Она, наверное, была красива, но сейчас выглядела больной, слишком худой и слишком бледной, с глубокими серыми мешками под глазами. У нее были длинные темно-каштановые волосы, которые выглядели грязными и растрепанными. — Су Сиянь, — выдохнул Хоухуа. Он знал это! В основном, потому что он написал эту предысторию в другой жизни, но никто об этом не знал, поэтому он просто собирался считать это своей победой. Он схватил Мобэй-Цзюня за руку и настойчиво прошептал, — Мы должны спасти ее и доставить на гору Бай Лу! Мобэй-Цзюню явно не нравилось получать от него приказы, но демон похоже не собирался упускать шанс сразиться с культиваторами Дворца Хуан Хуа. Мобэй-Цзюнь стряхнул его, а затем призвал из воздуха два ледяных копья, которые схватил по одному в каждую руку, а затем бросил одно за другим. Хоухуа едва успел подумать: «О, черт, точно, убийство», прежде чем ледяные копья попали охранникам Хозяйки Дворца в спины, пронзив их сердца. — ...Это письмо Вершине Тянь И о методах севооборота, — недоверчиво прочла Хозяйка Дворца. Ах, так вот, что это было? Хоухуа было немного любопытно, что он схватил. Один охранник рухнул на каменную дорожку к платформе. Другой охранник упал в жуткую лужу, окружающую эту тюрьму, и… о, черт, просто растворился. Хоухуа все еще чувствовал себя плохо из-за портала, и ему пришлось проглотить рвоту. Звуки их падения насторожили Хозяйку Дворца, которая обернулась, увидела приближающегося к ней ледяного демона и закричала. Хоухуа поморщился, приготовившись к тому, что снова прибегут десятки слуг и охранников, но никто этого не сделал. В конце концов, старый Хозяин Дворца не мог допустить, чтобы кто-нибудь узнал правду о том, что он сделал. — Не убивай ее! — прохрипела Су Сиянь. Мобэй-Цзюнь уже призвал еще одно ледяное копье, но остановился. — По крайней мере, не сбивай ее в воду, — поправилась Су Сиянь, слегка кашляя, звуча так, будто каждое слово причиняло ей боль. — У нее могут быть ключи при себе. Мобэй-Цзюнь молча вышел вперед, чтобы пригрозить Хозяйке Дворца из-за этих ключей, но она только продолжала качать головой, как будто страдая от какого-то сбоя, вызванного ужасом. Итак, Хоухуа вытащил одну из своих «карт в рукаве», ткань, покрытую особым зельем, которая входила в резервный план по перевоплощению (у него не было времени, чтобы учесть беременность, но другой вариант здесь заключался в том, чтобы просто позволить Мобэй-Цзюню убить ее), и метнулся вокруг ледяного демона, чтобы ткнуть тряпицей в лицо и нос Хозяйки Дворца. Она была слишком удивлена, чтобы остановить его, и быстро потеряла сознание, поэтому он положил ее на камень. — Ах, добрый день, где она могла бы хранить эти ключи? К сожалению, после обыска, выяснилось, что у нее не было ключей. Су Сиянь с сожалением предположила, что, скорее всего, они были только у Хозяина Дворца. Но сейчас такие мелочи уже не остановят Хоухуа! Он осмотрел цепи. — ...Кто ты? — спросил Су Сиянь. — Шан Хоухуа, вскоре буду известен как Шан Цинхуа, в настоящее время главный ученик Пика Ань Дин горной секты Цан Цюн, — ответил он, поднимая свиток, который уронила Хозяйка Дворца, и запихивая его в карман, а также вытаскивая маленький голубой драгоценный камешек, который ранее воткнул ей в волосы. — Это звучит довольно впечатляюще, когда я говорю все это сразу, на самом деле. Плевать на все это! Это… принц, который станет следующим Мобей-Цзюнем, сын Северного Короля Демонов. Он должен мне услугу. — ...Кажется, это становится популярным, — сказала Су Сиянь. — Почему ты здесь? — Ну, Хозяин Дворца готовит ловушку для Тяньлан-Цзюня на горе Бай Лу, и, утверждая, что он похитил вас, ему удалось заставить Цан Цюн и некоторые другие секты помочь ему сделать это. Мой, э-э, возлюбленный — один из тех, кого послали сражаться с Императором Демонов, и я очень, очень не хочу, чтобы он умер в бою с твоим возлюбленным. Ах, я думаю, здесь. — Хоухуа махнул в сторону вздувшегося живота. Су Сиянь уставилась на него, затем кивнула, видимо, не желая сейчас сомневаться в своей удаче. Практичная женщина. Она сосредоточилась на том, чтобы помочь Хоухуа найти способ разорвать цепи или наручники. Помогло то, что она частично разработала их. Она также, по-видимому, была той, кто разработал большинство ловушек, которые Хозяин Дворца спланировал для Тяньлан-Цзюня. Потребовалось некоторое осторожное применение уникальных сил льда и теней Мобэй-Цзюня, способных искривлять пространство и создавать порталы, но они освободили Су Сияня на удивление быстро. — Спасибо, — сказала она, затаив дыхание. — Спасибо. Она не могла ходить. Она попыталась, но ее ноги подкосились. Предполагалось, что могущественные культиваторы смогут долгое время выживать за счет внутренних сил, но заключение, возможно, пытки и беременность самым могущественным гибридом человека и демона, когда-либо существовавшим? Су Сиянь жила чисто на силе воли. Хоухуа предложил ей воду, которую она приняла, а также лекарства и еду, которые, по ее словам, могут подождать, пока они не покинут это отвратительное место. Мобэй-Цзюнь неохотно поднял ее и понес с платформы обратно по дорожке, перешагнув через убитого им охранника. — Подождите минутку, пожалуйста, — сказала Су Сиянь, прежде чем они зашли слишком далеко, и потянулась к стене, чтобы дернуть выключатель. В пещере раздалось нарастающее шипение, прежде чем с потолка над бассейном хлынул водопад, окружив платформу и бессознательную Хозяйку Дворца в неприступной тюрьме. Су Сиянь выглядела так, будто ничего не сделала, кроме того, что не забыла задуть свечу позади себя, и сказала: — Теперь мы можем идти, если вы не против, будьте так любезны.