Другой Зайчик

Страх... Это чувство, которое я испытал в данной ситуации. Оно неприятно, но оно имеет свой шарм, и даже по своему притягивает к себе... Я люблю читать, смотреть, и видя страдания героев, испытавать страх, благодаря эмпатии, но я не выношу страх в реальности... В голову сразу приходят моменты моей жизни в посёлке, драки, лес, маньяк... Я ужасно боялся, но я продолжал двигаться вперёд, не сдавая позиций, но сейчас... Сейчас я не могу не идти дальше, и не могу убежать, да и стоять я не способен. Я ничего не осознаю, хоть и ясно всё вижу, надо уметь бороться в этот момент с самим собой. Я очнулся с глубоким вдохом, я пытался глотать воздух, будто это моя последняя возможность насладиться им, словно перед тем как меня отпустят на дно морское, подальше от воздуха. Зрачки бегали по комнате, пытаясь рассмотреть хоть один размытый объект, а звук сердца затмевал собственное глубокое дыхание... Я перевернулся на бок, чуть прикрывая глаза, осознавая, что это всего лишь кошмар, но он был столь реалистичен, столь ужасен, что сердце ещё минут пять не могло успокоиться. Да что со мной творится... С тех пор как я стал зайцем, мне удалось поспать трижды, и все три раза объединял один и тот же сон, он был полностью идентичным, ничего не менялось. Я стоял у чёрного, словно смоль гаража, и трясущаяся рука тянулась открыть его, даже не смотря на крик мозга, что этого делать не стоит. Рука была вся в порезах, вплоть до локтя, кровоточила, было похоже, будто её исцарапало дикое животное, раны шипят, я это чувствовал. Сердце отдавало в уши, а в голове вертелись одни и те же слова, "Лишь бы никого не было, лишь бы никто из них...". Но вот кого я имею ввиду? Этого я не знаю. Дверь со скрипом открывается, тьма, это первое что встречает, хоть глаз выколи, всё равно не черта не видно. Пытаясь нащупать выключатель, я понимаю, что стена испачкана в чём-то. Всё же найдя его, я вижу, что весь пол был во всяких ножах, лезвиях, были ломы, и был один пистолет, совсем рядом со входом. Взгляд стал плавно переходить с пола. От увиденного я упал на колени, я почувствовал как кожу протыкает пару лезвий, но это было неважно. Стены были испачканы в уже застывшей крови, а на потолке весели крюки, на которых собственно аесели уже люди... Я не знаю этих людей, но та душевная боль, которую я чувствую, не сравнится не с чем, из того что я ощущал в своей жизни, мне хотелось кричать, мне хотелось плакать, но сил не было, я мог лишь бесшумно и с пустым взглядом смотреть на это, пока по моему лицу текли солёнве капли.. Люди весевшие на крюках выгялдили ужасно и пугающе, их тела были изуродованны, и некоторые даже дышали, но едва заметно, пару минут, и всё... Всё в тишине, нет прежнего звука дыхания, и это очень сильно давит на меня, ведь всё в какой то момент просто отстранилось от меня, словно меня и нет.... На мне была маска, и я снял её снизу вверх, растрёпывая волосы. Мои руки обхватили образину, так, чтобы я видел то, что обычно предстаёт другим, старая образина зайца. Руки начали трястись ешё сильнее, а на маску упали несколько солёных капель. Я обнял маску, прижал её к себе так, как я не обнимал даже Олю, но затем... Я закричал, что есть мочи и выкинул маску в сторону. Меня подкосило, и я упал на бок, чувство острой боли дало понять, что я зацепился о всякий мусор, и вероятнее всего порезался, впуская грязь внутрь себя. Я подвёл их, я не смог, это моя вина... Впереди меня лежал уже ранее замечаний пистолет, но на этот раз рядом с ним была бумажка, но мне было всё равно на неё, мои руки тянулись к пистолету, поднеся его ближе к глазам, я признал в нём ТТ... Я продолжал лежать на боку, мои глаза полу прикрыты, весь мир не был таким чётким, каким мог быть. Дальнейшие действия я не смогу объяснить даже для себя, я поднёс пистолет к виску, я весь трясся... Я не хотел умирать, но в голове вертелась лишь одна мысль, которая была сильнее моего страха. Я не достоит жизни, я не смог, и разве я достоит жизни? Нет... Дыхание участилось, но я не был намерен отступать, надавив пальцем, я услышал щелчок, но не более... Нажав кнопку, магазин вывалился, и он был пуст... Оружие выпало из моих рук. Пролежав с две минуты, я всё же решил узнать, что это за бумажка. Она была сложена в несколько слоёв, раскрыв её, я ужаснулся, она была написана кровью... Каракули были сложно читаемы, но я с трудом смог их разобрать, "Это твоя вина". И дальше я просыпался. Три раза один и тот же сон, разве это нормально? Я укутался в одеяло в надежде на то, что мне получиться поспать. Сложный выбор... Купить тортик с клубничной начинкой, или всё же купить кексов с шоколадом... Я стоял в магазине, и уже минут пять таращилсяна на эти лакомства, словно я человек, что жил всю жизнь на необитаемом острове , и ему впервые показали вкусняшки. Да, я соизволил решить, что приходить в который раз в гости без гостиница, это не самая лучшая идея, особенно учитывая, что там будут присутствовать старшие моего друга и девушки. Выбор остановился по итогу на торте, ведь я вспомнил, как Алёна один раз говорила, что крайне их любит. —Какого...—когда я вышел, неожиданно мне на голову начали подать капли дождя. Со временем дождь усилился, превращаясь в ливень, вот так привет от весны. —Нихуя себе грибной—Проворчал я себе под нос, прикрывая глаза рукой, использую её как щит. Щит который может спасти от всего... А вот и нужный мне дом, сколько же до него бежать... Я остановился у двери, глубоко вздохнул, и меня совсем не волновало, что я продолжаю намокать, и нажал на кнопку звонка. Спустя недолгое время, мне открыли дверь, а открыл её Даня. На нём была тёмно синяя футболка с длинными рукавами, и чёрные спортивные штаны. —Привет... Как погодка?—Шутливо, и даже с издёвкой спросил он. Вот стоило его Смирнове покусать. —Привет... Пропустишь?— Спросил я, подняв одну бровь перед этим проигнорировав его вопрос. —Нет уж, стой теперь на улице—с улыбкой ответил голубоглазый, пропуская меня внутрь. —Благодарю...—сухо сказал я. Стоило мне войти, как я сразу протянул хозяину дома торт. —Спасибо—принял тот, уходя на кухню. Вот так сервис. Я начал снимать обувь, которая к счастью не сильно намокла. Вслед пошла и куртка, шапка, шарф, весь боекомплект. —Лови—прежче чем я успех среагировать, мне в лицо прилетело полотенце. Кайф... Хмурясь, я убрал его с лица и глянул на нападавшего, коим являлась Алёна. В принципе, ну а кто это ещё мог быть..? —И тебе привет—попреветстовлал я, вытирая волосы. —Привет, привет. Зная тебя, конечно, глупый вопрос... Но... Смотрел вообще прогноз погоды?—подняв брови удивлялась она. —Ответ думаю понятен...—поджав губы я отвёл взгяд, но вскоре снова направил его в сторону девушки. На ней была зелёная футболка с принтом Чипа и Дейла, серые домашние шорты, и нечто непривычное... Часть её волос были убраны в хвост, выглядело это... Достаточно красиво. —Эх... Ну ты и идиот... —прикрыв глаза рукой говорила она. —Тебе идёт—проигнорировав её слова, я указал на волосы. —Спасибо—её лицо тронула лёгкая улыбка. Вот мы все и собрались, за куханым столом сидело всё семейство... И мы с Катей. —Вот мы и познакомились с вами—начал мужчина на вид лет сорока. У него был приятный, и довольно глухой голос, который мне что-то напоминал, но я никак не мог понять что... У него были средней длины блондинистые волосы, которые были уложены назад, а в некоторых местах была видна седина. Под серыми глазами были видны мешки. —Вы какие-то нервные—заметила женщина, на вид ей тоже было порядка сорока. У неё были длинные волосы, цвета жолудя, а глаза были голубыми. Дети по большей части пошли в отца, как я погляжу. —Ещё бы... Обычно как-то пропускается шаг знакомства с родителями—ответил я поправляя чёлку. Нервозность предательски подступала, ведь глава семейства буквально сверлил меня взглядом. Если судить из рассказов друзей из прошлой школы, родители просто узнавали о том, что их дети встречаются с кем-то, узнают кто это, и всё, ни каких специально запланированых встреч, а тут... —Хех, мы не задержимся здесь, у нас ещё дела. Мы просто хотели увидеть вас лично—Допивая чай, говорила женщина. Пардон? Тут я впал немного в шок. И типо это всё? Реально?.. И как оказалось да. Мы посидели ещё немного, допивая чай, но вскоре старшие покинули нас, уезжая по делам. —И что это было?—как только дверь закрылась, Катя удивлённо глянула на Даню, а тот лишь пожал плечами. —Сняла с языка. То есть они нас позвали, лишь для того, чтобы увидеть как мы выглядим, и уйти?—откинувшись на стуле я смотрел на ребят. —Да... У них странная фигня, они всегда хотят знать в лицо людей—допивая кофе говорил Даниэль. —Заебись...—убрав руки за голову, я прибывал в не то шоке, сколько в непонимании, что это за странная фигня только что произошла? Я стоял на крыльце и докуривал сигарету, в голове была каша... Перед глазами вновь появился отец Ивановых. Почему же он кажется мне таким знакомым? Да и кошмар появлялся перед глазами, он явно посещает меня не просто так... Что-то явно происходит нехорошие. Дверь позади меня открылась, и повернув голову, я увидел Алёну, которая по сей видимости меня уже потеряла, что неудивительно, пусть сигарета в моих руках лишь вторая, но пропал я на добрые пол часа, прокручивая всё в своей голове снова и снова. —Эта уже которая?—Прдгяв бровь указала она на сигарету. —Вторая—выдыхая дым, и туша ещё недокуриную сигарету ответил я, отворачивая голову в сторону леса. Перед глазами были звери, и по сей момент неизвестные мне люди, что были в кошмаре... —Какой ты медлительный—говоила Алёна подходя ко мне со спины. Не могу судить, но мне кажется, что она закатила глаза в этот момент. —Какой уж есть. Не люблю быстро заканчивать приятные вещи, предпочитаю чтобы они длились подольше—приподняв брови отчеканил я. —Это я знаю, уже проверила, и ещё не раз проверю—закинув руки мне на шею, тихо сказала сероглазая. Хех, чтоб её, она умеет смутить меня. В ответ я лишь промолчал, с лёгким румянцем на носу. Выпутвшись из её хватки, я осмотрел её. На ней была лишь домашняя одежда, дабы куртки не накинула. —Тебе не холодно в одной футболке, да в шортах?—я решил сменить тему, обеспокоено осматривая, как легко она одета. —Я вышла на минуту, так что по-фи-гу—раздвинув руки в сторону ответила она, после разворачиваясь зашла в дом. Я последовал её примеру. Брр, зайдя в дом, я понял, что на улице действительно было прохладно... —Будешь ещё чай?—развернувшись на месте поинтересовалась блондинка. —Лишним не будет—тихо ответил я снимая обувь. —Оке, Оке—Алёна удалилась. —Оке, Оке?—я удивлённо моргал ресницами от её фразы. Ладно, это не Ромский жаргон, а просто сокращённый английский, и на том спасибо. По итогу мы до вчера страдали фигнёй, играли в карты, смотрели какие-то фильмы, я даже не заметил как настал вечер. Я хотел было идти домой, но меня остановила одну вещь, у меня закончились сигареты... Прилётся сделать круг. Я уже был около моста, как застали вдалеке одну фигуру. И что он тут делает? Я начал потихоньку подходить к человеку в кожанке. —Что ты здесь шляешься?—между нами было растения в пару метров, и стоит заметить, что меня не замечали до тех пор, пока я не подал голос. Рома, коим и являлся этот человек, резко развренул голову в мою сторону, но поняв, что это всего на всего я, расслабился, и убрал свой излюбленный нож, который я только сейчас заметил. —А, это ты Тох... Могу спросить тоже самое и у тебя—говорил парень походя ко мне ближе. —Это путь к моиму дому. Твой же находится в противоположной стороне...—я показывал рукой сторону посёлка. В моём голосе звучал холод. Слишком уж это все странно... —И так, что же ты тут... Блять... Только не говори мне...—я прикрыл глаза рукой, поняв, что он здесь собирается делать. —Хорошо, не буду—прервав меня, Рома развернулся и направился в сторону леса—Давай, у меня ещё дел по горло. —Ради всего святого, не делай этого!—я подбежал к нему, и схватил его за плечо, тем самым останавливая. Буквально через секунду мне прилетел удар в челюсть. От самого удара, и от неожиданности я не смог устоять и упал. —Не смей мне говорить, что делать, а что нет!—тыча пальцем в меня, шипел Пятифанов. После он бросил на меня презрительный взгляд, и уже собирался зайти в лес. От злобы я сжал зубы... Вот так и пытаяся помогать людям, части их от самоубийственной затеии, а они так. Я набросился на друга как хищник на добычу. К несчастью для нас обоих, там был довольно крутой спуск, из-за чего мы оба покатились вниз, отбивая себе всё. Пусть тело и болело, но мы находились в лесу, а значит мне явно было легче чем Роме. Я поднялся, и увидел как Роман начал вставать, но злость всё ещё кипела, и я ударил его ногой по лицу, снизу вверх. Он чуть было не упал, но его так скажем подхватило дерево, о которое он упёрся спиной, и я решил не терять и минуты, и решил нанести второй удар, только уже прямой, но ему удалось уклонится, от чего я ударил пятокй прямо в ствол дерево, что было не особо приятно. Но неприятные ощущения меня ещё ждали впереди, ведь Рома смог подняться и ударить меня с размахом по лицу, в глазах на секунду потемнело, но вернувшись к реальности, меня ждал второй удар, от которого я к счастью смог увернутся, но было и другая сторона медали, да, я увернулся от кулака, но я открылся, чем и воспользовался Рома. Я почувствовал что-то на своей шеи, а вскоре воздух тсла проблемно проникать внутрь, Рома делал мне удушающий. Мои действия становились всё более ватными, а разум затуманенным, казалось ещё чуть-чуть, И я покину сей свет... Сердце билось в бешеном ритме, а можн пытался найти способ выжить, но всё тщетно... Я почувствовал боль, постепенно взгял становился чётким... Я лежал на земле... Сердце пыталось успокоится, в то время как я глатал воздух. Рома конечно же решил не убивать меня, но не долго я радовался, ведь друг схватил меня за шкирку, и занёс кулак. —Довольно, не мешай мне!—после этих слов, по мне прилетел первый удар, а за ним и второй... Сил сопротивляться не было... Мог быть и третий, но мы услышали крик, звонкий крик. Рома тут же расслабил хватку, от чего я упал, застонав от боли... —Блять...Ты слышал?—глаза Ромы были полны шока, и кажется, будто он не верил, что был крик, словно его безумный мозг сам всё выдумал. Я медленно закивал, паралельно пытаясь убирать чёлку. Стоило мне это сделать, как крик зазвучал по новой. Мы с Ромой переглянулись. Все наши невзгоды отошли на второй план. Рома протянул мне руку. Благодарю его помощи я быстро поднялся. —Пошли скорее—прохрипел я, смотря в примерную сторону крика, может благодаря силе зайца, а может от моей шизы, но я понимаю где находится источник шума. —Может ещё не поздно...—Рома сразу сдвинулся с места. Взгляд его был суровым, в нём не было видно того пацана, что готов был делать необузданные вещи, пусть таковым он и был... Мы пошли быстрым шагом в сторону крика, вскоре переходя на бег. От бега ноги начинали ныть, а дыхание становилось не стабильным, лёгике сжигало, моя выносливость действительно ухудшилась... Из-за сегодняшнего дождя снега стало куда меньше, а его остатки напомнили лишь сгустки белой массы, что развалиться от любого взгляда. И должен признать, это значительно так мешало передвигаться, всё было мокрым, сырым, и любой шаг мог стать последним перед падением. Мы оказались на небольшой поляне, где было всего пару берёз, да одна ёлка. И нам открылось осознание, что здесь было абсолютно пусто... Мы точно не могли ошибиться, я был уверен в этом... —Может мы где-то свернули?—Рома внимательно осматривал местность, пытаясь найти хотя бы какой-то след, или томуподобное. —Нет—тревожные ощущение окутывали меня. Кончики пальцев начали подрагивать, вслед чему начали и кисти. Сердце билось, предвещая не хорошее. Недавние удары Ромы подливали масло в огонь, не давая понять, в чём подвох... Я склонил голову на бок, а рукой пытался убрать треклятую чёлку... Когда-нибудь я либо её состригу, либо перестану лениться, и возьму отцовские средства для укладки, которыми он раньше пользовался, до того как коротко подстригся. Внезапный удар по затылку на секунду отрезвил, но вслед отправил в царство снов... Или вероятнее всего с этого момента начнутся кошмары... Вот только не во снах, а в реальности... Постепено тяжёлые веки начали подаватся моим поыткам выбраться из повторящегося кошмара. Взгляд был размыт, словно с меня специально сняли линзы. Голова в то же время была тяжёлой, словно чугуном облили всю голову, от чего я склонил её набок. Шея ныла как после неудачной позы для сна, врочем это и произошло... Губы подрагивали. У меня было даже попытки поднятся, я перкарсно чувствую верёвки, которые настолько туго стянуты по моим ногам и рукам, что они скоро начнут неметь. Вгляд начал постепенно возврощать свою чёткость, и я узнал это тёмное, и в тоже время грязное словно уголь помещение... Чёрный гараж. Повернув голову на право, я увидел Рому. что был в тоё же ситуции, что и я. Мы стаяли на коленях, ноги были связанны, так что поднятся у на бы не получилось, а руки находились за спиной, вокруг кистей были верёвки, что не позвоялли ими нормально двинуть даже на сантиметор в сторону. Во рту был самодельный кляп, сделнный конечно же из верёвки, будто он мог сдлеать из чего-то другого. Тело трясло, не то от холода, не то от страха. Я наконец-то поднял глаза вверх, и увидел в углу гаража стол, за которым некто сидел, сказать точно было сложно, ведь весь обзор закрывала газета, но думаю я знаю кто это... Почувствовав взгляд мужчина отбросил газету, и я оказался прав, это была зайчья губа. Мужчина начал подходить почёсывая кадык, а в то время как я пытался успокоить дыхание, и нацепить маску серьёзности и злости, дабы хоть так скрыть страх. —Очухались? Наконец-то...—лениво говроил он, расматривая нас. —Я тут вас обычкал, и должен признать, ножи у вас такие себе—он всё продолжал монолог. Подойдя к столу он взял нож Ромы и сложил его, исполнив какой-то трюк.—Эффектно, но не эффективно...—Я от сюда чувствовал как в Роме накапливается злость. —Мне вот инетерсно, долго ли вы протяните с такими хлебалами, или истинная трусоть и страх выволиться сраху же, как у вашего друга—На его лице появилась ухмылка. Меня начало трясти сильнее, смотрел я из под лба. Губа, что до этого лишь изредка заастрял на ком-то из нас вгляд, вдруг начал смотреть на безостоновочно. Он направился ко мне, и оказвшись рядом, он присел на корточки, и начал смотреть мне в глаза, на его лице заграла улыбка пуще прежнего. —Ты напоминаешь мне одну мою старую добрую знакому, а если быть точнее, твои глаза, взгляд очень похож, надменый, самоуыерный, и такой отстранённый, что аж бесит—и вдруг с его лица пропали всякие эмоции—Терпеть её не мог, так что надеюсь ты не против, если я отыграюсь на тебе? Хорошо?—он наслаждался, ой как наслаждался этим диалогом с самим собой, и фигурой, что не могла даже проранить слова, помимо мычанья. Я тратил все силы, дабы мыслить ясно, и не показывать страха, но с каждой секундой это становилось всё сложнее, а голова начинала изрядна болеть. Вдруг Рома начал мычать, будто говоря отрицательный ответ на его вопрос. —Ч-ч, мы с тобой ещё поговорим—резко повернувшись он показал указательный палец—Ну так что? Можно?—В ответ я недовольно мычал, даже скорее рычал. Он осмотрел нас, и потом на его лице заиграла улбыка. —Вы мне нравитесь, даже не смотря на своё положение, продолжаёте огрызаться, и так нагло смотреть мне в глаза—Последнее он сказал сквозь зубы, давая мне пощёчину, но свкоре я вернул взгляд в его пустые глаза. —Хотя должен признать, вы меня давно заинтересовали, с тех самых пор, как высвободили девчёнку, а я ведь даже не успел наиграться—Поджимая губы говорил он хрпилым и совсем неприятным голосом, будь здесь Полина, чего к счастью не произошло, она бы описала его голос в духе "Звук скрипучой и очень старой кровати". —Ладно, давайте начнём веселье—Хлопнув в лодоши он встал, и отрхнув пыль с плеча сказал—Скоро вернусь, не скучайте—И он просто вышел, просто вышел. —Я услышал какие-то звуки, повернув голову, сквыозь боль в шее, я увидел как Рома агресивно пытается порвать вервёки на руках. Я не отставал, но как? Хаотичные движения не помгут. Был вариант подобрать, что-то острое, и освободить другого, но это может быть опасно по многим аспектам, банально резать что-то в слепую, не видя рук, это ужже сомнително, но это ладно, главное, мы не знаем сколько у нас времени. ДА И ГДЕ НАЙТИ ЧТО-ТО ОСТРОЕ?! Паника Начала захватывать наши мысли. Но вскоре дверь со скрипоп открылась. —Надеюсь не заждались, надо было кое-что забрать из машины—В след его словам он скрылся на улице, но через секунду, что-то влетело в гараж. Этим "Что-то", а если быть точнее чем-то оказался Бяша... Сначала появилась радость, что он жив. но через секудну оно разбилось, осозновая, что вероятнее всего Было, есть, и будет с ним происходить... На нём не было не куртки, не свитера, ни чего либо на торсе, и стоило его расмотреть, как сердце ушло в пятки, он был весь в шрамах, свежие порезы кровоточили, на правой руке не было палца, в то время как на левой руке отсутвовали ногти, а по телу были следы, говрящие, что об него тушили бычки, но самое примечательное был рисунок, а если быть точнее шрам на спине в виде улыбающегося колобка, или чего-то подобного... —П-п-пожал-луйста... Не Н-надо... П-п-прошу...—Бяшу всего трясло, и голос подобная учесть не обошла, его голос дрожал. Его голова была опущена вниз, и он не поднимал её, будто боясь, что от этого станет хуже. Моё дыхание было тяжёлым, мозг всеми силами пытался найти выход из ситуации, но ничего... Ничего не приходит в голову. —Подними-ка глазки—Губа схватил Бяшу за чёлку, и поднял его голову. Глаза Бяши были итак раскрытыми от шока, а сейчас округлились ещё больше. —П-пацы..? Н-нет...—из глаз Бяши полились слёзы. Я услышал звук, и глянув, я понял, что Рома хотел подрваться, но у него ничего не вышло, и он лишь упал лицом вниз. —Ладненько, связанные вы мои, начнём игру—Неторопилов подойдя к столу, он взял молоток, ржавый, и крайне старый на вид. —С кого начнём?—Подойдя к нам, он решил поднять Рому, дабы тот всё видел. —С одной стороны, ты меня невероятно бесишь—указав молотом в сторону Пятифана, растягивая слоги говрил мужчина.—С другой, мне так хочется вырвать твои глазки—Казалось, что ещё чуть-чуть, и он решит всё при помощи щеталочки, от чего становилось только страшнее. Наступила тишина, которая диллась секунды, но по оущениям, прошли годы... Лишь вхлипы Бяши, и наше с Ромой тяжёлое дыхание давало понять, что никто не выключил звук, ведь даже шум леса был не слышен, сквозь эти стальные пластины. —Я знаю как выберу—неожиданно прервалась тишина—И так, дорогие мои, не подведите—он оказался за нами, от чего и так неприятные ощущения только увеличилсь в два раза. Но неожиданно, кляп спал с моего лица. Из моих уст вырвался кашель, что всё это время был застрявшим в горле. Вслед и Рому осбоводили. —Я посмотрю на вашу реакию на одну и ту же вещь...—На его лице играла... Ничего не играло, лицо было каменым. Осмотрев нас, он внезапно развернулся замахиваясь, и ударил Бяшу молотом по лицу, а если быть точнее, то гвоздодёром. Вслед этому дейстивю последовал крик и падение Бяши, Губа навис над ним, и продолжил наносить удары, я видел как бьются ноги Бяши, в такт ударам... Скоре стоны Бяши стихли, а он продолжал бить снова, и снова, наслаждаясь процесом... Кровь летела во все стороны, оставляя на убийце, и на полу бардовые следы... ... ... Пустота... Я уже ничего не понимал. Хотелось просто открыть глаза, будто ото сна... Но... Это все реальность... Я уже ничего не слышал, не криков Ромы, не хлюпанья крови, ничего... Сердцебиение лишь усилилось, меня трясло, но взгляд и повидение... Я никогда не смотрел на человека с таким холодом, и желанием убийства... Если Рома опять попытался встать, то я сидел, и ждал дальнеших действий. Когда он наконец-то закончил, и осмотрел нас, на его поганной маске, которую он смеет называть лицо, появилась улыбка. Вот бы на живую срезать ему лицо, дабы увидеть, кто скрываеться под этой ложью сделанной из кожи... Из уст Ромы неслось множество оскорблений, ругани, и пожеланий смерти, передически он всхлипывал, но почти сразу возврощал палтинку полную всемозможных проклятий. —Вот это разница в реакции—махнув молотом, он частично облил нас кровью человека, что некогда был нашим другом. Он заострил внимание на мне, на моих глазах— Посмотри на своего друга, я убил его на твоих чёртовых глазах, а тебе нечего даже сказать?—цокнув, он посмотрел на Рому оценивающим взглядом. С моих уст сорвались слова. —Я убью тебя...—негромко, но до боли ровно и холодно сказал я, удивляясь своему голосу в такой ситуации —Что ты сказал? Повтори, я не расслышал—он определенно слышал... —Не сегодня. И не завтра. Но я убью тебя.—моц голос звучал уверенно, будто не было и сомнения, что именно так и произойдёт. Пусть мою головушку и посещали мысли, что совсем не стоит говорить не думая, но именно это я и делал. Губа обошёл меня, и положил свою ладонь, мазолистую, грубую ладонь мне не плечо. —Говрить такому человеку как я, человеку, что только что убил твоего друга, у тебя же на глазах... Это смело, крайне смело... Но ещё более это глупо—он похлопал меня по плечу, вслед чему по затылку ударили чем-то тяжёлым, вероятнее всего молотком. Голова раскалывается... Хотелось помасировать вески, но у меня не получилось поднять руки. Постепенно голова возвращалась в реальность, а воспоминания взбодрили лучше любого холодного душа... На моё удивление, линзы не выпали, хотя глаза болели невероятно, обжигали как кипяток. В прошлый раз, когда мои глаза были открыты, то от верёвок руки уже немели, ну а сейчас... Будут им давали свободу на какое-то время. Когда зрение до конца восстановилось, я увидел, что был привязан к стулу... Я сразу начал рассматривать гараж, ищя глазами Рому, в надежде, что тот ещё жив. —Он жив, так что можешь расслабиться ненадолго—За спиной звучал до боли неприятный голос. Только сейчас я обртали внимание, что на мне не было не куртки, не рубашки... Сердцебиение участилось, так же как и дыхвние стало неравномерным, я пониал, что будет идти дальше... —Уверен, что ты понял, что будет дальше...—за спиной я услышал знакомый, и непредвищающий ничего хорошего звук... Эти щелчки, это определено... Да, это нож Ромы... Я чувствовал холод, и вскоре проходя мимо стула, гвбя тянул нож от лопаток до плеч, от неожиданной боли я зашипел, но почти сразу закусил зубами язык. Тёплая кровь потекла по коже, оставляя следы. Он уже смотрел в мои глаза, и поднёс нож ближе к моему лицу. Дыхание стало глубже, быстрее, а сердце уже билось в ритме скрецо, но я пытался держать маску злости и серьезности, не желая показывать ему страх... —До сей поры пытаешься выглядеть бесстрашным? Ну-ну, посмотрим сколько эта уродская маска протянет—я проглотил желание сказать, чья маска ещё уродская. Мои действия не имели смысла, но от них мне будто становилось лучше и легче. Внезапно он вспылил и всадил мне нож в бедро. От боли я простонал и прогнулся впрёд. Рана пульсировала, а ощущение, что внутри находится инородный предмет лишь усугубляло положение. Вытащил нож он так же резко, от чего стало лишь больнее. —Теперь страшно?—он был хмур, и явно хотел услышать ответ. Но я молчал. Страшно, ещё как страшно, ведь я могу уже не увидеть солнечного света. ... Я не знаю сколько прошло... Может неделя? Может две? А может и всего два дня? У меня нет никой уверенности, и каждый раз открывая глаза, я надеюсь, что это был всего навсего сон,а закрывая глаза я вижу кошмар, который меня преследует... И так повторяется и повторяется, вновь и вновь. Я чувствую как меня кто-то бьёт по щекам, в голове появляется Оля, ведь раньше она меня будила подобным образом, но спустя ещё пару секунд на меня выливают нечто холодное, от чего я резко просыпаюсь. Отойдя от шока, я увидел уже ставшую привычной картину... Губа, стоящий с пустым ведром. —А ты сегодня быстро вырубился—цокнув начал он. Писк в ушах не позволил понять, что он сказал вслед. Голова опустилась, и я смог лицезреть, что привязан к стулу, торс был оголён, всё было в свежих и порой очень глубоких порезах. Где-то виднелись шрамы, по большей части они были на руках, которые не переставая тряслись. Схватив меня за волосы он поднял мою голову, на что я невольно прошипел. Я смотрел в его глаза, не знаю зачем я это делал, почему я продолжал делать всё после чего мне становилось только хуже, я не контролировал собой в эти моменты, я сверлил его взглядом, я говорил, всё происходило против моей воли. —Страшно?—Он каждый раз задавал этот вопрос, каждый раз на его лице была ужасная ухмылка, но из раза в раз я его разочаровавал. —Нет...—прохрипел я. Это уже стало традицией, которая не нравилась не мне, не ему, но мы оба делали одно и тоже, не думаю, что у нас были надежды, что сейчас или в следующий раз всё пройдёт по другому, это безумие, но мы это делали. —Сраный мальчишка—он начал бить меня по лицу левой рукой, на ней были кольца, так что это добавляло свой эффект, хотя в этом был даже свой ритм, раз... два... и раз, два, три, и так по кругу. Мои глаза опять начали закрыватся, заметив это он перестал, дав мне время прийти в себя. Лицо всё горело от боли, как и тело, но боль в теле уже стала привычной, я даже её не замечал, пока не почувствую тоже самое на своём лице... Теперь я ощущал боль и по телу, каждый раз это было как напоминание, что я должен страдать. Я сплюнул накопившуюся слюну, что была смешина с кровью. Глаза были влажные, но у меня не было сил не плакать, не кричать, слёзв просто текли водопадом, а потом переставали... Пусть он и был садистом, но он всегда кормил нас, и давал воды, немного, столько, чтобы мы не умерли, но это было хоть что-то... Правда у этого была ужасная деталь, если он это сделал, значит ты ему надоел и он собирается поменять игрушку, и будет заставлять смотреть тебя на то, как пытают твоего друга... За всё это время я понял одно, не так больно, когда тебя пытают, не так больно ожидать боли, всё это меркнет перед тем как смотреть на то, как пытают дорогого тебе человека... Нас с Ромой нельзя назвать хорошими друзьями, мы сначала не понравились друг другу, затем пусть мы и стали друзьями, но мы постоянно прерикались и спорили, но тем не менее, сейчас... Сейчас я чувствую себя ужасно... Мне хочется извиниться за всё перед ним, попытаться его спасти, но всё тщетно.. Я слышу крики Ромы, и вижу его страдания, и я не могу ничего сделать... Я не могу даже отвернуться, губа активно следит за тем, чтобы мы смотрели на всё, что творится с нами... И каждв фраз он приговаривает, что каждый из нас виновен... Режа меня, он говорит Пятифану, что это всё из-за него. Ломая пальцы Роме, он так же активно напоминает, что это моя вина. Бывало, что он был с нами лишь часть дня, а бывало, что всё это могло продолжаться весь день, и каждый раз, каждый ёбаный раз меня посещают мысли, столь ужасные мысли, что мне самому не верится... Я начинаю думать, что было бы неплохо, если бы он меня убил, это было бы так легко, этим он бы закончил мои страдани. Но я пытаюсь отгонять эти мысли подальше. —На сегодня с вас достаточно—эти слова одновременно успокаивали, и в тоже время терзали, ведь следующий раз может наступить в любой момент и ты просто ждёшь, ждёшь и ждёшь с надеждой, что всё не начнётся по новой через минуту. ... По ощущениям прошло уже несколько часов с ухода нашего личного дьявола, а в голове были мысли, что можно было сделать, дабы этого избежать. Мысли эти не к чему не приводили, а лишь больше топили в безысходности, но они всё бегали у меня перед глазами, но я держался, я не позволю страху затмить мои глаза, мы выбиремся. —Тохич... Прости, прости пожалуйста—и вновь старая песня слетела с уст Ромы. —Заткнись—мой ответ был довольно холоден—Тут нет твоей вины. —Нет, есть!—прокричал Рома—Это же из-за моего баранизмп мы здесь оказались, а если бы я вас послушал...—и вновь мы пришли а этому. —да заткнись ты уже!—удар связанных рук по стене звучал довольно громко—Не о том ты сейчас думаешь! Нам нужно найти способ как выбраться из этой чертовщины, а уж потом, если появится желание, то мы можем побеседовать кто виноват, а кто нет!—я сорвался. Я склонил голову вниз и отдышавшись решил попробовать что-то придумать, хоть что-то. —ты прав, нам необходимо сначала выбраться—голос Ромы звучал серьёзно.—Мне надоело просто сидеть и страдать. —Тогда приступим, у меня есть пару идей— Всё мои задумки не увенчались успехом, нас не удалось достать какой-либо предмет, дабы помочь себе, не получилось распутаться, что было ожидаемо, но попытки не пытки. Не получилось об что-то натереть верёвку, всё тщетно. —Эй, ты смирился со смертью?— неожиданный вопрос Ромы застал меня в расплох. —Чей смертью?—немного погодя я ответил вопросом на вопрос. —Бяшеной, а так же возможно и нашей—послк слов Ромы я поднял голову, смотря в крышу гаража. —Нет...—послп минутной паузы я наконец-то дал ответ—Я выживу и отомщу за Бяшу. А ты?—Я вновь посмотрел на Пятифана. —Хех, спрашиваешь ещё, пока этот уёбок жив я не умру—Состояние Ромы менялось та уже быстро как и моё, это был не самый хороший звоночек, но нам сейчас не до этого. —Ты думаешь о Дане, Алёне, Кати и Полине?—Настал мой черёд задавать вопрос.—Я думаю о них постоянно— —Стараюсь не думать, мне становится тошно от этого—угрюмость Пятифана затмевала даже угрюмость гаража. —Тошно?—не совсем поняв друга спросил я. —Блять, ну, я боюсь, что они окажутся здесь и увидят нас, потом заняв наше место. Как мы с тобой, врубаешь?—Рома пытался жестикулировать, но с привязанными руками это делать сложно. —Врубаю...—протянул—Когда выбиремся, я попробую вам кое что рассказать, не знаю, получится или нет, но я попробую—я говорил о зверях, я хочу о них им поведать. Рома ничего не ответил, разве что кивнул. Звери... Мои глаза стали шире,, ведь по мне пришло небольшое осознание... Почему я не чувствую звериных сил? Ведь мы в лесу, но ничегошеньки, вообще ничего не чувствую. —Ты чё?—заметив моё выражение лица спросил Рома. —ничего—бросил я. Этот гараж не так прост, мало того, что он исчезает и появляется из воздуха, так ещё и блокирует силы. А может во мне их просто недостаточно? Не понимаю, нихуя не понимаю! Послышался скрип дверей... И вновь по новой.