II
28 июня 2023 г., 14:20
Одиночество начинает пугать.
Точнее, пугает тот факт, что остаться одному теперь означает остаться один на один с образом мёртвой матери, так услужливо созданным собственным мозгом. А непрекращающееся ощущение взгляда чуть-ли не прожигающего его плечи уюта ситуации не придаёт.
Поэтому Стайлз старается никогда не оставаться один. Он каждый раз настойчиво зовёт в гости Скотта, сам напрашивается к нему, играет целыми днями на детской площадке, заводит новых друзей, устраивает ночёвки у себя дома, старается хоть чем-нибудь быть полезным в участке отца и чуть-ли не заставляет себя засыпать там же, чтобы никто даже не подумал отправлять его домой.
Но спокойнее всего ему с отцом.
Когда шериф поблизости, внимание Клаудии на время переключается со Стайлза на него и парнишка может спокойно выдохнуть. Он занимается своими делами, играет, пишет, рисует, но неизменно следит боковым зрением за каждым движением женского силуэта.
В один из дней, когда других вариантов, кроме как остаться дома, не находится — Скотт уехал к каким-то родственникам, у отца активное ночное дежурство, а родители новых друзей скоро начнут принимать его за начинающего сектанта (четыре устроенные ночёвки за последние три дня) — Стайлзу приходится остаться одному. Ночью. В пустом доме. В тёмной комнате. Наедине со слабо освещённым человеческим силуэтом в углу.
Взгляд из тени ощущается чуть ли не физически, заставляя ёжиться и сильнее кутаться в одеяло. Заснуть не получается, что Стайлза ни капли не удивляет. Непонятный страх скручивает живот, заставляет сжимать пальцы и челюсти, напрягает все мышцы и не даёт закрыть глаз. Богатая, разворошённая как улей фантазия не дремлет, подкидывая всё более красочные картины возможного будущего: Стайлз, что не может заснуть в собственной комнате, Стайлз с синяками под глазами от недосыпа, обеспокоенный состоянием Стайлза отец, Стайлз у очередного психолога отвечает на формальные, но все ещё неудобные вопросы, Стайлз не может посмотреть вправо, потому что не хочет встречать взглядом несуществующую, но внушающую страх фигуру, Стайлз пытается сбежать туда, где наиболее людно, Стайлз…
Просто не хочет больше бояться.
Он не собирается с духом, не отсчитывает от десяти до нуля — он совершенно не думает, не даёт себе подумать, просто разворачивается и бездумно встречает упрямым, твёрдым взглядом то, от чего отводил глаза последние несколько недель.
И наконец всматривается.
Обхватывает взглядом всё сразу и каждую деталь по отдельности. Босые ноги, светло-голубой больничный халат, обручальное кольцо, немного растрёпанные волосы на плечах. И единственное различие, что он находит, то, что отличает женщину в комнате от его матери, это глаза. Те, что напротив, невообразимо пустые — они смотрят на него, но не наблюдают, не замечают. Будто покрыты полупрозрачной пеленой, не позволяющей видеть четко и осознанно.
Проходит несколько секунд. Он изучает, сравнивает, запоминает. А потом, в один момент, становится не до размышлений.
Оно двигается в его сторону.
Абсолютно дикий, удушающий страх накрывает мгновенно. Он сковывает, парализует, не позволяет на лишний вдох.
Четыре мягких, беззвучных шага и оно стоит у его кровати.
Лёгкие горят, дрожь идет от позвоночника до пальцев, холодный пот скапливается у бровей.
Устрашающе бледная рука тянется к его лицу.
Глаза зажмуриваются, плечи напрягаются.
Тишина оглушает.
Проходит несколько бесконечно долгих мгновений прежде чем глаза настороженно открываются, а сердце тотчас же замирает.
Нежный поцелуй в лоб не ощущается от слова совсем, но воспоминания о последнем подобном оживают столь стремительно и ярко, что окончательное осознание горькой правды сбивает с ног, а слёзы уже не остановить.
Он ещё долго не может успокоиться в самых что ни на есть призрачных объятьях.
***
Когда рука, которую он тянет, чтобы погладит собаку, проходит сквозь её голову, Стайлз удивлён чуть меньше, чем следовало бы. Другой мальчик, предположительно хозяин собаки, уже в слезах бежит к родителям, а пёс, будто отмирая, начинает спокойно следовать за ним. И вроде бы ничего обидного сын шерифа не сказал, лишь спросил разрешения — и то, лишь для приличия — погладить прелестнейшего чёрно-белого сенбернара. А потом темноволосая женщина говорит ему, что несколько дней назад у их семьи умер пёс. И Стайлз, наконец, начинает понимать. Теперь, имея примерное представление о том, что нужно искать, он ищет. Кто-то отстранённый, немой и пугающе спокойный. Заметить такого легко. Труднее — понять, имеешь ли ты дело с призраком или просто замкнутым человеком. Первого долго искать не приходится. Кавендиш Лето. Высокий, сложенный и явно слишком молодой для полицейского участка. Целыми днями стоит у окна, расслабленная поза, мягкая улыбка, в ночные смены отсиживается в углу, обязательно что-то держа в руках. Стайлз бы возможно и не обратил на него внимание, если бы не сантиметровая, багрово-красная дыра в его правом виске. Никто из подчинённых отца ломаться не хочет. Лишь кидают взгляды полные скорби и сокрушения, а некоторые стыдливо опускаю головы. Но разве это когда-нибудь останавливало сына шерифа? Как только становиться ясно, что на болтовню парня у всех в участке уже иммунитет, Стайлз не колеблется использовать оружие более действенное — он убеждает отца в необходимости нескольких дополнительных выходных для более старшего сотрудника по имени Грег, которые тот принимает практически без зазрения совести, а вот рассказ начинает с куда меньшим рвением. Новичок поступил на стажировку в Бейкон Хилс около двух лет назад. Быстро влился в компанию бывалых полицейских, заражал своим натуральным позитивом весь участок, смеялся громко и звонко, был ко всем приветлив и тактичен, а его любопытство и посвящение в каждом порученном задании восхищали. Воспоминание о чистейшем восторге стажёра собственной новой формой и именным бейджиком Грег пересказывал с нежностью и даже гордостью. Месяц после поступления, на внешне безобидном деле, парень был взят в заложники и застрелен, в том числе по неосторожности партнёров. Даже со скудным запасом информации на тему призраков Стайлз понимал что что-то не сходилось. Почему Кавендиш был именно в участке? Не преследовал любимого человека или не остался на месте своей смерти (что в будущем тоже могло бы быть одним из вариантов)? Мужчина делился знаниями не совсем охотно, но всё же узнать причину удалось — семья молодого полицейского погибла от рук грабителей в их собственном доме, а Кавендиш, будучи заранее спрятанным родителями, единственный ушёл живым из того кошмара. Было обидно за молодого полицейского и за несправедливую к нему судьбу. Но всё встало на места. Стажёр прикипел к новому обществу схожих по интересам людей, а участок за столь короткое время стал для него новым домом, уютным и безопасным. Мужчина напротив игриво треплет его по волосам и задористо улыбается. «Вы бы наверняка подружились» Брошенная напоследок фраза оставляет непонятно горький осадок.
