Завтра приеду

На следующий день, в университете Сенку начертил эскиз колец. Набросок и правда был похож на чертёж, что подтвердил даже Хром, который за первый год на факультете инженерии чертежей насмотрелся на две жизни вперёд. Всё было выверено до мельчайших деталей, указаны все размеры. Все, кроме самого главного. – Ага, привет, дубина, – усмехнулся Сенку, говоря в трубку телефона и почёсывая мизинцем в ухе, – у Юдзурихи найдётся сантиметровая лента? Да? Прекрасно. Я хочу измерить размер пальца у Гена. Мог бы конечно посчитать по памяти, но велик шанс погрешности на пару миллиметров… В общем, я сейчас на станции монорельса, так что зайду к вам через полчаса и потом в библиотеку. Ишигами стоял на остановке, прислонившись поясницей к колонне и постукивая носком кроссовка по плитке. Слушая следующую фразу Тайджу, он немного нахмурился. – Что?... А, чёрт, я забываю, что вы не вместе живёте. Постоянно ведь она у тебя ночует, – эти слова прозвучали то ли с небрежностью, то ли в обвинением. Сенку прищурил глаза вглядываясь вдаль в поисках приближающегося поезда. Он слегка поправил белую помятую рубашку и отстранился от колонны. Кажется, за дальним домом блеснула крыша поезда. – Да-да. Вот только съехались мы с Геном совершенно случайно, а дома мало бываем потому, что оба заняты. Нашёл кого сравнивать… Зрение не обмануло учёного. К станции действительно подъезжал поезд и, похоже, нужный для Сенку. Этот маршрут ехал прямо до библиотеки, в которую студент всегда заходил после учёбы. В тишине, наедине с компьютером и книгами он мог часами искать и изучать информацию. Дома он мог делать это только с телефона или, в крайних случаях, с ноутбука Гена. Но во-первых, Сенку чувствовал себя неловко, когда работал за гаджетом Асагири. Там и интерфейс непривычный, и в принципе много странной и личной информации, которая отвлекала глаз от первостепенных научных задач. А во-вторых, Ген сам редко давал учёному работать за его ноутбуком, делая исключение только ради его университетских задач. Менталист, видите ли, слишком трепетно относился к личным границам. – Но факт того, что вы живёте раздельно, остаётся. Юдзуриха, по-моему, живёт вообще на другом конце города. Мне сейчас придётся топать до другой станции? – в предчувствии неизбежного, с неохотой проныл Сенку, на что получил утвердительный не то ответ, не то смешок, – Ох, ладно, адрес я вроде помню. К станции подъехал поезд, и люди толпой стали выходить и заходить в вагоны. Ишигами с горечью смотрел на номер, понимая, что сегодня вряд-ли найдёт в себе силы, чтобы после всех похождений поехать в библиотеку. Да и времени это займёт приличное количество. Ишигами развернулся и пошёл к выходу со станции, смотря себе под ноги и чуть горбя спину. – Кстати, спасибо за то, что посоветовал мне мастера, я уже почти подал заказ. Ага, Сенку поблагодарил тебя, болвана! Радуйся, пока можешь. Отключаюсь, – усмехнулся учёный и тут же нажал на кнопку сброса вызова. На ходу Ишигами написал сообщение Юдзурихе, что скоро зайдёт к ней. Убрал телефон в карман старых джинс, огляделся и пошёл дальше.

***

Девушка с удовольствием одолжила ему портновский инструмент. Правда, немного позлилась, что парень пришёл так внезапно. – Ой, подожди, Сенку, а ты подумал насчёт моего предложения испечь торт? Мне нужно будет заранее закупить ингредиенты и, в принципе, освободить пару часов из графика, – девушка стояла в коридоре, протирая короткие, мокрые после душа волосы полотенцем. Парень, до этого уже желающий уйти, остановился и обернулся на подругу. Ишигами задумчиво посмотрел вправо, почёсывая ухо. – Не думал, но я согласен. Причин отказываться нет, – равнодушно произнёс он. Юдзуриха смущённо улыбнулась. Сенку с таким же успехом мог ответить ей и вчера. – А что мы возьмём из ингредиентов? Что любит Ген? – задала довольно логичный и простой вопрос Юдзуриха, но именно на него Сенку не знал, как ответить. Как раз потому, что он предусмотрел этот вопрос он и не согласился вчера сразу. Ему нужно было думать именно об этом. – Шоколад, ягоды, может быть… Мороженое, орехи, корица, бананы, помню, он брал их на съёмки… – Сенку чуть усмехнулся, вспоминая, как однажды Ген прислал ему фото почерневшего банана со смеющимися смайликами и словами о том, что тот забыл его в шкафчике на съёмочной площадке, и бедный фрукт пролежал там неделю. – Он не то чтобы сладкоежка, но никогда не откажется от чего-нибудь вкусного. Думаю, он будет рад абсолютно всему, – более уверенно ответил учёный, припоминая все слова и трапезы Гена, которые он только помнил. Юдзу приложила палец к губам, раздумывая и переваривая сказанное. – А аллергии у него ни на что нет? – спросила она, поднимая невинные карие глазки на друга. Да уж, Тайджу было за что влюбиться в эту девушку. Сенку покачал головой. – Уверен на десять миллиардов процентов, что нет.

***

Выйдя из квартиры на свежий воздух, Сенку задумчиво посмотрел на небо, расплывающееся в голубо-розовом закате. Нет, сегодня он уже не поедет в библиотеку, не успеет. Зато успеет вернуться домой до того, как Ген ляжет спать. Может, даже успеет поужинать. Менталист, скорее всего, опять приготовил что-то быстрое и простое: либо кашу, либо рис, либо макароны. Асагири в основном и занимался бытом: убирался, готовил, стирал. Просто в отличие от Сенку, он не имел привычки сбегать из дома при любом удобном случае, слишком ленив, чтобы бегать туда-сюда. А значит, по честному распределению труда «кто дома, тот и работает», Гену всегда выпадала эта великая миссия. Около половины девятого Ишигами вернулся домой. Свет в комнате Гена горел, но на приветствие парню никто не ответил. Из ванной доносился шум воды, а значит тот принимает привычный для него вечерний душ. Сенку внезапно задумался, а не преследуют ли его чистюли, принимающие душ чаще, чем пищу? Сегодня ещё и Юдзуриха вышла к нему с мокрыми волосами. А Ген принимает водные процедуры и утром, и вечером. Так ещё и часто с водой работает: то посуду вымоет, то только что купленные овощи, то сходит умыться и смыть подводку с глаз. Почему-то Сенку всегда увлекал вид капель на теле Асагири. Например, нравилось смотреть, как они стекают по его белой чёлке. Делают шею с плечами мокрыми и спускаются по груди, пока не встретятся с тканью футболки и не впитаются в неё. Нравилось по выходным наблюдать, как он умывается, придерживая в это время его волосы. Как набирает воду в ладони и плескает ей на лицо. Та разлеталась почти до ушей и, омыв собой его кожу, капала с носа, щёк и подбородка. Нередко менталист мыл руки по локоть, а ещё чаще пренебрегал полотенцем. Поначалу это сильно нервировало Ишигами, ведь потом по полу встречались мокрые места, но это можно было стерпеть. А вот что стерпеть было сложнее, так это каменный стояк в штанах, после того, как Ген один раз облился водой в жаркий день! Началось всё довольно безобидно. Нанами пригласил Сенку и Хрома к себе, чтобы обсудить детали их "небольшого" проекта под названием «постройка спорткара с нуля». Сенку и Хром напишут научную работу и, может быть, вместе с этим пару курсовых. А Нанами получит машину и бесценный опыт, все довольны, все счастливы. Идею подал Рюсуй. Всё-таки в детстве он сам организовывал гонки на треке, так что решил повторить прошлый опыт. Сенку занимался всем, касательно химии и теории, Хром изготавливал детали. Месяц кропотливой работы, и у них уже был собран двигатель. Однако, его нужно было протестировать… Услышав о том, что Ишигами идёт в шикарное поместье корпорации Нанами, Ген захотел воочию увидеть, как живут богачи, и увязался за ним. Он всю дорогу светился от радости, мурлыкая какую-то песенку себе под нос, но по приезду уже не был таким весёлым. Температура и яркое солнце не щадили никого. И Рюсуй, как назло, потащил их на природу для испытания двигателя. Видите ли, тот мог взорваться. И если Рюсуй, Сенку и Хром хоть как-то терпели жару, то вот Гену было действительно плохо. Он ныл почти без остановки. В какой-то момент Хром не выдержал и посоветовал ему облить себя с ног до головы из литровой бутылки, которую они взяли, чтобы если что остудить двигатель. Ген либо не понял шутки и посчитал это хорошей идеей, либо решил пойти на поводу у юного инженера и намеренно продолжил эту игру. Так или иначе, счастливый фокусник тут же побежал за живой водицей к авто. Пока Хром наблюдал за работой двигателя, Сенку и Рюсуй решили отдохнуть в тени у машины и заодно проведать менталиста. Тихо обойдя машину, взору учёного предстала картина, которую он ещё долго не мог выкинуть из головы. Ген открыл бутылку и поднял её вверх. Вода полилась сначала на его грудь, слегка отскакивая от рубашки. Но пластиковый сосуд тут же приподняли, направляя жидкость на лицо и плечи. Асагири зажмурил глаза и сомкнул губы. Вода лилась сплошным потоком, омывая лоб, уши, капая с подбородка на ключицы и стекая струями под расстегнутый воротник. Почему-то эта ситуация казалась слишком эротичной… То, как он поднимал голову навстречу прохладной воде. Как его одежда становилась мокрой, липкой и просвечивающей. Как он, потрясывая бутылку, старался поскорее вылить на себя остатки, чтобы после судорожно и тяжело вдохнуть и, слегка смеясь, отдышаться. Ген издал сдавленное мычание и вытер глаза запястьем. Волосы тут же прилипли к мокрым щекам. Его расфокусированный, но полный удовольствия от живительной прохлады, взгляд смотрел куда-то вниз. Менталист сделал ещё пару тяжёлых вздохов и вытер мягкие губы другим запястьем. Рубашки как будто и не было. Ткань настолько вымокла, что на груди полностью прилипла к телу. Отдавала лёгкий бежевый оттенок на плечах и животе и розово-красный на сосках. Сенку сам не заметил, как стал откровенно пялиться на тело парня. Своего парня. С которым он, на тот момент, встречался почти четыре месяца. Все разы, когда Сенку видел его без футболки, можно было по пальцам одной руки пересчитать, а про бёдра и говорить не стоит. Ишигами, конечно, довольствовался видом на его утончённые кисти, ступни, шею и голени, но другие части тела тоже хотелось увидеть. Так, чисто научный интерес. Тем более Ген говорил, что на его ногах и спине много родинок. Учёный один раз рассматривал голени Асагири, пока тот лежал на животе и смотрел какой-то психологический триллер. И на его правой ноге он увидел пять родинок, расположенных в точности, как созвездие Лиры. Мило. Ведь по легенде это созвездие носило название лиры Орфея. Ген вполне себе мог напоминать этого греческого героя. Так же очаровывал своим голосом и мастерством… Что-то он задумался. Ах, да, мокрая рубашка и соски. Лучше бы не вспоминал. Как же хотелось сейчас подойти к нему, положить на капот, расстегнуть рубашку и облизать всю его грудь, сделав мокрой ещё раз. Хотелось взять в рот вставшие от влаги и прохлады соски, обласкать их горячим языком, зажать между губ и слегка укусить, выбивая стыдливое скуление или же громкий стон, что ещё предстояло проверить. Хотелось исследовать пальцами влажную кожу, целовать капли на шее и прижиматься напряжённым пахом между его ног. Кстати, в паху и правда было странное ощущение, как будто… Рюсуй резко потянул друга за плечо назад и увёл в лес, подальше от машины. – Сенку, какого чёрта? – шёпотом спросил Нанами, остановившись. Его лицо и голос были какими-то то ли злыми, то ли взволнованными. – Что не так? – Ишигами вообще не понимал из-за чего волнуется его друг, пока тот не показал вниз. Студент опустил взгляд и увидел бугор на своих штанах. Он стыдливо наклонился и руками оттянул ткань шорт. Ладонью через одежду можно было почувствовать напряжённую горячую плоть. Да уж, это, наверное, была первая подобная ситуация за всю разнообразную и насыщенную жизнь Сенку. – Ой, – тихо произнёс учёный, отводя взгляд. – «Ой»? Сенку, мать твою, Ишигами, какого дьявола у тебя встал? Ты что, извращенец, который возбуждается от водички на теле? – не выдержав, начал ругаться Рюсуй, пытаясь хоть как-то регулировать громкость своего голоса. Учёный чуть помялся на месте, прижимая ладонь сильнее и чувствуя, как пульсирует его орган. – Походу... Я и сам не ожидал такой реакции от своего тела, – смущённо говорил студент, представляя, что его лицо сейчас такое же красное, как и солнце на японском флаге. Или, как соски Гена… Нет, лучше сейчас вообще не думать о существовании менталиста в этой вселенной. Мимика Рюсуя говорила за него самого. Он застыл с выражением отвращения, непонимания, стыда и шока. Щёки чуть красные, брови сведены вверх. Уголок рта приподнят, глаза широко раскрыты, а взгляд бегал в попытках понять суть происходящего. Помедлив две секунды, он глубоко выдохнул, скрещивая руки на груди. – Я всё улажу. Отведу Гена подальше, а ты пока сделай что-нибудь с продуктом своих влажных фантазий, – Нанами похлопал его по плечу и пошёл к машине. – Прямо тут? – ещё более смущённо спросил Сенку, оборачиваясь на друга. – У тебя есть другие варианты? Тут обычно никто не ходит, будь спокоен. Лучше поскорее разберись со своим стояком. Я бы, может быть, не отказался от опыта подрочить парню, но точно не тебе, Сенку, и не при таких условиях, – блондин неловко улыбнулся и отвернулся, уходя и оставляя Ишигами одного между густых деревьев. Лучше не вспоминать, как это всё закончилось, но Рюсуй умело наврал, что Сенку стало плохо на солнце и он ушёл остыть в тени у леса. Через десять минут Сенку сам подошёл к группе и устало покивал на все вопросы, во всём соглашаясь с Рюсуем.

***

Что-то Сенку снова задумался. Он погрузился в воспоминания о том дне и потерял нить своих мыслей. К этому времени Ген уже вышел из душа. – Ой, Сенку, я не услышал, как ты пришёл. Голоден? – как всегда ласково и игриво произнёс Асагири. Парень зашёл в комнату, держа в руках махровое полотенце. Его сырые волосы собрались в неаккуратные пряди, торчащие во все стороны – менталист потрудился хорошо вытереть их полотенцем. Даже слишком хорошо, судя по этому смешному гнезду. Однако, на его шее и голенях можно было увидеть маленькие капельки, что так и притягивали взгляд. Студент старался не обращать внимания на вид Асагири и поспешил ответить. – Есть такое. Последний раз перекусывал, наверное, только около пяти вечера. Ты что-то приготовил? Сенку проследил за тем, как менталист обошёл его и повесил полотенце на спинку стула. После повернулся и осторожно опустился коленями на кровать. Ген, на четвереньках, точно сонный новорожденный котёнок, прополз к своей половине и устало упал головой на подушку. На нём были шорты до колена, футболка и длинное лавандовое хаори, которое он носил и дома, и на улице. Почему-то Ген всегда одевался излишне тепло. Наверное, из-за низкого давления и частого озноба, но скорее из-за того, что не любил открытую одежду, как-либо показывающую тело или его очертания. – Ага, – зевнул Асагири, – рис с карри. Решил купить немного мяса и вспомнить этот рецепт. – сказал болтолог, сонно щуря глаза. Он закрыл ноги до самых стоп в хаори, оттянул рукава, полностью спрятав в них руки, и прижал кисти к груди. – Хорошая работа, я давно не ел карри, – сказал Ишигами, слегка улыбаясь и смотря добрым взглядом на менталиста. – Сильно устал сегодня? – неожиданно ласково спросил учёный. Настолько, что Ген даже открыл глаза. – Не то чтобы сильно… – он вздохнул и немного помедлил, – Просто, да, устал. Вымотался что-то, даже посуду не вымыл после готовки, – тёмно-синие глаза были наполнены какой-то жалостью и стыдом, как будто Ген извинялся. Сенку положил руку на его плечо и погладил. – Я вымою, а ты спи. Тебе завтра к восьми на работу? У нас заболел преподаватель, так что ещё два дня я буду приходить ко второй паре. В ответ на это Асагири лишь сонно промычал и снова закрыл глаза. Сенку сидел рядом с ним минут десять, а когда убедился, что тот крепко спит, достал сантиметровую ленту. Он чуть поколебался перед тем, как обернуть гибкий инструмент вокруг безымянного пальца, но всё-таки сделал это. После так же измерил и свой палец. Узнав размер по таблице, Сенку наконец доделал эскиз. Сфотографировав чертёж, он тут же отправил его мастеру. В ответ получил пару воодушевлённых возгласов и слова о том, что к выполнению мастер приступит уже сегодня, меняя сон на работу. Сенку усмехнулся такому настрою и поинтересовался о цене двух колец. Сумма заставила его пожалеть об этом вопросе… «Взять денег в долг у Тайджу или Рюсуя не вариант, у Хрома примерно такое же положение, что и у меня. Придётся, наконец, найти подработку. Ген давно просил меня об этом. Я, вроде как, видел вакансии в кафе возле универа и в библиотеке. Надо будет зайти, глянуть.» – ставя воображаемую галочку в своём списке дел, подумал студент и пошёл на кухню, пробовать кулинарное творение менталиста. Которое, кстати, получилось довольно вкусным. Почти таким же, какое готовил Бьякуя…

***