Звёзды и шрамы

— Хён, что ты вечно достаёшь Хосока? — Чимин слышит из-за приоткрытой двери голос Сокджина, — не всё ли тебе равно, с кем он спит? Чимин думал, что он придёт сегодня в офис первым, — на часах ещё только без четверти девять, — но это не так. — Мне всё равно с кем он спит, — отвечает Сокджину Юнги, — но он же несчастлив с этим мудаком! — Ты думаешь, он не в курсе, что он несчастлив, хённим? — в голосе Сокджина слышится лёгкая насмешка. — Иногда людям нужно давать пинок для ускорения, Сокджина, — Юнги звучит назидательно, — Есть что-то ненормальное, что Хосок так стремится к саморазрушению. А руки его ты видел? Он же и летом порой в футболках с длинным рукавом ходит. А если с коротким, то можно шрамы разглядеть. — Это не наше дело, — его шрамы и всё остальное. И кто бы говорил про саморазрушение, — Сокджин звучит твёрдо, — Именно поэтому ты не даешь себе быть счастливым, хённим, и не подпускаешь к себе ближе своей постели, сам знаешь кого? — Не лезь в это, Сокджинни, — предупреждает Мин, и его голос становится слегка надтреснутым, — Не твоё дело. — Хосок мог бы тебе сказать то же самое, — не сдаётся Сокджин, — если бы не был таким мягким. — Ты хотел сказать, «тряпкой»? — посмеивается Юнги, — Так и сказал бы мне, может, и со своим женатиком стал бы построже. Чимину немного неприятно слышать такое о Хосоке. Он понимает, что Юнги, в общем, прав, но всё равно. Разве Чон виноват, что он такой чувствительный и ранимый и что его привязанность к тому человеку такая болезненная? Чимин кашляет у двери и заходит в офис. Юнги отходит от стола Сокджина, на ходу кивнув Чимину на его приветствие. — Доброе утро, Сокджин хён, — Чимин немного кланяется, приветствуя старшего. — Доброе утро, Чимина. Позже Чимин сидит за своим столом и, пользуясь затишьем в работе, думает. Взрослая жизнь вовсе не такая уж прекрасная. И почему дети и подростки так хотят побыстрее вырасти? .. Нужно думать о работе и о куче вещей. Отношения - почти всегда сложная штука. Вон и у Юнги хёна, видимо, какая-то драма, хотя тот кажется стреляным воробьём и непробиваемым, к тому же. Хосок приходит на работу после обеда. У него новая стрижка и цвет волос огненно-красный вместо прежнего рыжего. На нём штаны цвета хаки и такая же жилетка поверх белой футболки. С коротким рукавом. Чимин невольно косится на его запястья. С его места не видно, но, вроде, там действительно есть шрамы. Чимин слышал про сэлфхарм, но никогда не встречал таких людей лично. Сейчас он припоминает, что вроде и тогда, четыре года назад, у Хосока на левой руке была марлевая повязка. — О, Хосоки хён, — приветствует Хосока Намджун, — круто выглядишь! Тебе идёт этот цвет. И штаны с жилеткой топчик. — Спасибо, Намджуна, — улыбается Хосок. Он, правда, выглядит будто иначе. Веселее?.. — Хосока расстался с Джунсо, — объявляет всем Чонгук. — Да неужели? — первым реагирует Мин, — И на сколько на этот раз тебя хватит? — Хён! — одёргивает его Чонгук. — Готов поставить сотку баксов, что через неделю мы снова услышим о пиздостраданиях Чон нашего Хосока, — язвит Юнги. — Я его везде заблочил, — сообщает Хосок, — ещё в пятницу. — Это круто, Хосока, — Сокджин подходит к нему и подаёт ему руку для рукопожатия, — Я верю, что у тебя получится. — Спасибо, хённим, — тепло благодарит старшего Хосок. Чимин-человек в коллективе новый, и ему неудобно что-либо говорить на личную тему. Он лишь улыбается и смотрит на Хосока, стараясь выглядеть поддерживающим. Хотя, хрен его знает, как выглядят поддерживающие люди. Во всяком случае, они точно не топят людей, которые еле держатся на плаву, подобно Мин Юнги. Телефон Чимина вибрирует в кармане штанов. Он достаёт его и видит, что ему пришло сообщение в Какао от Намджуна. Чимин оборачивает на старшего. Они же в одной комнате, зачем он?.. «Видишь, он расстался! Пока свободен, действуй!» Чимин знает, что Намджун имеет в виду, но какое-то время он просто пялится на гифку от Намджуна, на которой медведь стоит в позе культуриста и демонстрирует публике мощные бицепсы. Внизу подпись: «Дерзай!» Чимин понятия не имеет, как ему «дерзать» и как подкатить к Хосоку. Для старшего он всего лишь новый сотрудник, который и месяца в компании не проработал. Это Хосок для него четыре года воспоминаний, мыслей, снов и влажных фантазий. Сейчас Чимин впервые немного жалеет, что у него не было никакого опыта. Может быть, тогда он бы знал, с чего начать. Вообще у него для Хосока есть подарок. Он подсмотрел эту идею в одном тайском фильме, и все выходные был этим занят. В том фильме парень делает для своего возлюбленного банку со звёздами. На самом деле, это разноцветные бумажки, которые он складывает в форме звёзд. На каждой такой бумажке написано что-то хорошее для его парня. Слова поддержки, внимания, любви. Он дарит эту банку перед разлукой и говорит, что это для того, чтобы разлука прошла легче. Каждый день нужно доставать из банки одну звёздочку, разворачивать и читать, что там написано. Чимину понравилась эта идея, и он тоже сделал целую банку таких звёзд. Сейчас она в его рюкзаке, в коробке, и Пак думает, как бы ему незаметно подсунуть подарок адресату. Чимин прислушивается, — Хосок рассказывает Намджуну, как ходил в салон и на шопинг, как сделал новую стрижку и маникюр, как они выпивали с Чонгуком и как он даже ни разу не вспомнил про Джунсо в выходные. Из раздумий его выдёргивает голос Тэхёна, который выглянул из своей двери: — Чимини, можно тебя? Чимин встаёт из-за стола и направляется к кабинету босса. — У нас в отделе принято отмечать дни рождения, — говорит Тэхён, — как правило, мы идём в какое-то симпатичное местечко, — поужинать и выпить. А также мы дарим подарок. Точнее, два подарка. Один ребята дарят от себя, а я дарю от себя, как начальник отдела. Скоро день рождения Хосока. Я бы хотел найти какое-то новое место с неизбитой атмосферой и кухней. А ещё у меня совсем нет времени выбрать хороший подарок. До дня рождения несколько дней, я завтра утром улетаю в командировку в Тэгу, а вернусь как раз седьмого июля. Могу ли я поручить тебе поиск ресторана и подарка? Вот здесь сумма, которой должно хватить. Тэхён протягивает Чимину пухлый конверт. Чимин кивает в ответ: — Хорошо, я всё сделаю. — Спасибо, Чимини. Пак выходит из кабинета босса, предварительно спрятав конверт в карман. Тэхён выходит за ним следом. — Ребят, — обращается он к подчинённым, — я завтра лечу в командировку. — Куда? — спрашивает Чонгук. — В Тэгу. — Надолго? — вопрос от Юнги. Ким, как кажется Чимину, немного тушуется, а потом отвечает: — На несколько дней. Утром, седьмого буду в Сеуле. Сокджин останется за главного. Сокджин кратко кивает: — Безопасного полёта, Тэхён щи. — Безопасного полёта, босс, — подхватывает Чонгук. — Да, хорошо слетать вам, — Намджун и Хосок вторят почти хором. Юнги хмыкает и отворачивается к окну. Тэхён смотрит на него, как кажется Чимину, чуть дольше обычного, а потом разворачивается, чтобы вернуться в свой офис. Перед дверью он оборачивается и произносит: — Я буду скучать… Юнги вздрагивает. — …по всем вам, ребят, — добавляет Тэхён, — Седьмого идём в ресторан. Я всё помню. Ким улыбается, смотря на Хосока, и тот, чуть смутившись, улыбается в ответ. Чимин думает о том, какой хороший человек их босс и какая у Хосока яркая улыбка. Почти такая же яркая, как его красные волосы.