Звёзды и шрамы

Тот ресторан, что Чимин выбрал для празднования дня рождения Хосока, довольно большой. Здесь два этажа, — на первом находится основной зал, на втором — отдельные комнаты для компаний разных размеров. Поскольку это был четверг, то забронировать зал на втором этаже не составило труда. Чимин почитал отзывы, изучил меню заранее, чтобы, если что, советовать своими коллегам. В зале довольно просторно, играет тихая музыка, чтобы не мешать общению. Этот зал называется синим из-за преобладания синего в интерьере. Немного мрачновато, но лишь самую малость. Скорее таинственно и интимно. Ребята уже выпили и съели заказанные закуски и теперь ждали основных блюд. Наступило время вручения подарков. От отдела Чимин вручил Хосоку букет цветов и конверт с деньгами, а от Тэхёна сертификат в СПА салон на целый день. Когда Хосок рассказывал про свой выходной на следующий день после того, как он выгнал Джунсо, он говорил, что хотел сходить в СПА, но не успел, — всё было расписано. Чимин сделал верный вывод, что Хосоку нравится такое, и купил подарочный сертификат на пять процедур на выбор. Судя по всему, Хосок остался доволен. У Пака был для старшего отдельный подарок. Но он не был уверен, что уместным будет подарить его при всех, да и вообще в открытую. Лучше, как и с банкой со звёздами, он прибегнет к маске инкогнито и подложит Хосоку подарок в ящик стола, придя завтра раньше всех в офис. Чимин, впрочем, заметил, что последние пару дней Хосок часто смотрит на него, когда думает, что Чимин не видит. Но у Чимина хорошее периферийное зрение, а ещё интуиция. Особенно, если дело касается Хосока. Возможно, он понял, кто подарил ему звёзды? Или? . Впрочем, о каких «или» может идти речь? Чимин ведь не думает, что Хосок внезапно заинтересовался скромным ассистентом отдела? Чимин сидит между Сокджином и Намджуном, Хосок сидит на другом конце стола между Тэхёном и Юнги. Во главе стола находится Чонгук, который, как кажется Чимину, чувствует себя вольготнее всех. Он пьёт больше других и не пьянеет, подливает всем алкоголь и шутит шутки. Хосок произносит тост, благодаря ребят и Тэхёна за подарки, и говорит, что завтра принесёт в офис закуски и десерты. После основных блюд и нового раунда выпивки рокировка за столом немного меняется. Теперь Чонгук сидит рядом с Хосоком, и они о чём-то шепчутся и смеются. Тэхён и Юнги сидят рядом, и такое ощущение, что между ними какое-то напряжение. Правда, когда Тэхён вкратце рассказывает о своей поездке в Тэгу, Юнги смотрит на него. Но как только Ким оборачивается к нему, Мин тут же отворачивает голову в другую сторону. Чимин сидит между Намджуном и Сокджином и немного говорит то с одним, то с другим. Ему бы и хотелось сделать так, чтобы они поговорили между собой, но он не знает, как подтолкнуть их друг к другу. Наконец, Чимин встаёт, чтобы пойти в туалет. Туалеты здесь на третьем этаже, самом верхнем. Возвращаясь, Чимин в дверях сталкивается с Хосоком, который говорит ему: — Можно поговорить с тобой? И кивает на соседний «красный» зал. Там тихо, видимо, его никто не забронировал на этот вечер. Чимин кивает и послушно следует за старшим. О чём, интересно, Хосок хочет с ним поговорить? — Чимини, я не буду ходить вокруг да около, а перейду к делу. Они входят в зал, Хосок закрывает дверь и, подойдя к окну, встаёт к нему спиной и опирается о подоконник. Чимин чувствует волнение. — Это ведь ты, да? От тебя ., — Хосок вдруг начинает запинаться, — Банка со звёздами. Это ты подарил её мне? Чимин поднимает глаза на старшего. — Да, — отвечает он кратко. — Зачем? Я хочу сказать, почему ты подарил мне её, Чимина? — Я хотел сделать вам приятное, Хосок щи, — отвечает Чимин, — У вас, похоже, было нелёгкое время. — Спасибо, конечно, но ., — Хосок делает паузу, видимо, формулируя свой вопрос правильно, — …мы ведь почти незнакомы, и вдруг ты делаешь такое для меня. Это… — Вы мне нравитесь! — выпаливает Чимин, — Очень нравитесь. И прежде, чем вы что-то скажете, выслушайте меня. Пожалуйста. Чимин поднимает глаза на Хосока, тот также смотрит на него и молчит, как бы давая понять, что он готов выслушать и не перебивать. — Вы мне нравитесь с самого начала, вы хороший, добрый и очень красивый, — Чимин говорит быстро, словно боится, что его перебьют и не дослушают, — Я знаю, мы почти не знакомы, и я знаю, это прозвучит странно. Но дайте мне пять недель. Проведите со мной пять выходных. Не как мой парень, а просто проведите их со мной и узнайте меня получше. Вдруг, кто знает, я всё-таки понравлюсь вам? Я не прошу чего-то интимного, даже поцелуев не прошу. Просто дайте мне пять недель, и потом. Чимин сглатывает и переводит дух. -… и потом, если вдруг я вам понравлюсь, мы можем начать встречаться, — заканчивает Пак свою тираду. Чимин поднимает глаза на Хосока. Тот явно сбит с толку, смущён и озадачен. — Я знаю, это звучит странно, но просто дайте мне шанс, — просит Чимин, — Я знаю, что вам не везло с парнями. Я буду другим. Просто давайте попробуем? Хосок, конечно, немало удивлён. Он ожидал, что Чимин окажется тем самым дарителем банки, но он и предположить не мог, что нравится ему. И похоже это не розыгрыш, потому что парень звучит серьёзно. Чон никогда не встречался с парнями младше себя. Даже в клубах и в приложениях для знакомств он выбирал кого-то постарше. Не то чтобы он искал папика или у него был дэдди кинк, но предпочтения всё-таки были всегда на стороне парней постарше. А тут совсем юный мальчишка. Ему же есть двадцать? — Сколько тебе лет? — уточняет Хосок. — Через два месяца будет двадцать два. Чимин боится, что сейчас ему откажут по причине возраста. Но Хосок, подумав ещё немного, говорит ему: — Что ж, я думаю, пять недель вполне достаточно, чтобы узнать друг друга. Но давай сразу договоримся, — никаких иллюзий и никаких, если что, обид. Ладно? Чимин с энтузиазмом кивает головой, соглашаясь. Главное, чтобы Хосок дал ему эти пять недель. — Тогда послезавтра и начнём? — интересуется Чон, — Как раз будет суббота. — Да, — отвечает Чимин. — И, кстати, обращайся ко мне без официоза. Просто говори «хён». — Хорошо, хён. Хосок направляется к двери. — Хён! — окликает его Чимин. — Да? Пак подходит к старшему и достаёт из кармана маленький шёлковый мешочек. — Это тебе, хён. С днём рождения! — Что это? Ты что, купил ещё подарок? Не стоило, ты ведь скидывался со всеми. Тем не менее, Хосок открывает мешочек за шёлковые нити и на его руку выпадает серебряный браслет. Браслет представляет собой тоненькую цепочку. Через примерно сантиметр по окружности расположены маленькие серебряные звёздочки, каждая с белым камушком посредине. — Какая красота., — выдыхает Хосок. — Тебе, правда, нравится? — Да, очень! Он красивый. И в моём стиле. Поможешь? Чимин подходит к Хосоку ближе и, когда тот протягивает ему руку, на которой видны два шрама, старший немного смущается, но руки не отдёргивает. Чимин одевает Хосоку браслет и застёгивает крошечный замочек. — You drew stars above my scars, — бормочет Чон себе под нос. — Что? — спрашивает Чимин. — Да, так, вспомнилось одно стихотворение, — Спасибо за подарок, Чимина. Они выходят из красного зала и направляются в синий. Перед тем, как войти, Чимин поворачивается к Чону и говорит ему: — Кстати, бумажные звёзды нужно разворачивать. Там внутри есть послания.

***

Обычно Сокджин знает свою меру, когда пьёт. Он не помнит, чтобы напивался до потери чувств или памяти. Алкоголь на него, как правило, действует скорее позитивно, если пить ровно, сколько нужно. Настроение поднимается, а сам Ким расслабляется. Но сегодня что-то пошло не так. Внезапно после определённого количества крепкого соджу Сокджину становится невыносимо грустно. Вдруг наваливается тоска и невесёлые мысли о том, что очередные выходные на носу, и он снова проведёт их один, ведь какое-то время назад отказался от свиданий. Даже плотная закуска и куксу не особо помогли ситуации. Сокджин идёт в туалет, а потом просто садится на ступеньке и сидит, думая о своей нелёгкой доле. — Хён. ты чего тут? . — Сокджин видит над собой лицо Намджуна, что выражает обеспокоенность. — Ты в порядке, хённим? — голос Намджуна звучит так мягко и искренне, что Сокджину вдруг хочется довериться ему. Он рассказывает о том, что ему катастрофически не везёт в личной жизни и что красота вовсе, оказывается, не гарант чего-либо. Иногда ему кажется, что лучше бы он родился посредственным. Намджун слушает внимательно и не перебивает. В процессе монолога Сокджина он присаживается рядом. К счастью, в силу того, что посетителей немного и часы работы ресторана уже подходят к концу, никто их не беспокоит. Намджуну немного непривычно видеть Сокджина таким. Обычно он всегда спокоен, даже хладнокровен, а также собран и кажется, что у него под контролем не только рабочие процессы, но и эмоции. Сейчас он другой, — ранимый, немного сломленный и разбитый. И это делает Сокджина ещё более привлекательным для Намджуна. Словно на идеальной вазе стала заметна трещинка или крошечный скол, который делает её более настоящей. Не такой совершенной, но абсолютно особенной. Намджуну хочется защитить Сокджина от этого мира, закрыть его собой, выступить щитом от злых или мелких людей. Стать для него кем-то, кто покажет ему, Сокджину, его уникальность и индивидуальность. — Я думаю, хённим, дело вовсе не в тебе, — говорит Намджун, поправляя очки на переносице, когда Сокджин, полностью выговорившись, замолкает, — И не в твоей красоте. Сама по себе она ещё ничего не значит и ничего не даёт. Тебе просто не везло с людьми, тебе попадались потребители и пустышки, которые не смогли разглядеть твою глубину, потому что сами мелкие, как чайные блюдца. Намджун делает паузу. — Тот, у кого есть глаза и зоркое сердце, увидит и твои другие стороны. Твою творческую натуру, твоё чувство юмора, твоё гармоничное внутреннее спокойствие. Увидит и оценит. Думаю, … — А ты? — внезапно спрашивает Сокджин. — Что я? — Ты видишь? — Вижу, — Намджун абсолютно уверен в том, что говорит. — Ты бы стал встречаться со мной, Намджуни? — Да. Конечно, стал бы, хённим. Намджуну хочется кричать, что он только об этом и грезит, бог знает, сколько времени, но ему кажется, что Сокджин ничего не предлагает, а просто теоретизирует. Старшему понадобилась поддержка, а он, Намджун, оказался, под рукой. Что ж, Намджуну вовсе не жаль. Скорее даже, он счастлив помочь любимому человеку, не ожидая ничего взамен.