Пробудившийся дракон

Щека Марка ощущала приятную на ощупь и немного шероховатую поверхность подушки, или не подушки? Он не мог точно определить что это, оказавшись в подобном положении. Его знобит, тело будто ватное и трясётся, как будто отходняк после очередного кутежа с Пулионом и Вареном, другой внятный пример спросонья придумать Марк не смог. Жуткий холод пробирает до костей, время от времени сменяясь нестерпимым жаром перекатывающимся по его внутренностям. Сил не было даже на то, чтобы открыть глаза и осмотреть окружение, хотя казалось бы, он давно уже не мог настолько сильно истощиться. Когда он в отключке, его «метка» автоматически преобразовывает жизненную силу, доводя организм хозяина до идеального состояния, даже невзирая на его желание. И сейчас Марк себя чувствует крайне истощенным и слабым. Адская боль между лопатками была просто невыносимой, будто его положили на раскаленную кочергу. На фоне такой муки, боль в левом мизинце была ничтожной, походя на комариный укус. С ужасом он понял, в каком положении оказался. Это тело чем-то болело, и «метка» попыталась исправить этот недуг, используя его же жизненную силу, несмотря на сильное истощение. Повезло, что он очнулся, в таком-то состоянии и смог замедлить отток жизненной силы. И да, именно что замедлить, прервать восстановление невозможно. Что это за тело такое?! Такое чувство будто его переселили в ходячий труп. Он понятие не имел, чье тело занял на сей раз, но этому бедолаге крайне не повезло с тушкой. Иммунная система никчёмна и атакует саму себя. Возможно проказа или нечто подобное, но метка явно не справляется с таким недугом… просто не знает как. Ему катастрофически не хватает сил для восстановления. Его глаза стали медленно открываться, муть в них постепенно проходила и тяжелый взгляд уткнулся в высокий потолок над головой. Потолок был высоким, из крепкого светлого камня над которым работали настоящие мастера, судя по изысканной резьбе, представляющей из себя нечто похожее на трехглавого дракона, который изрыгает пламя. Марк начал мучительно вспоминать: Где он? Что с ним случилось? Обычно воспоминания реципиента сразу утрамбовывали в его разуме, но сейчас явно что-то не так. Возможно из-за тяжелого состояния этого тела или виновато сильное истощения жизненной силы? Он не знает точно, но Марк сомневался, что сумеет выкарабкаться из такой передряги без сторонней помощи. Ему срочно нужна жертва, чью жизненную силу можно поглотить, возможно тут даже десяти будет мало. — Д-дерьмо, как же мне хреново, — Марк попытался пошевелить головой, насколько позволяла шея, глаза немного сфокусировались и он осмотрел помещение. Большая комната была темна и лишь отблески огня метались по каменным стенам, освещая поистине королевские покои. Большой, изысканный камин извергал из себя широкое пламя, даря истощенному парню тепло и чувство уюта, несмотря на плачевное состояние. Кем бы не был бывший владелец этой тушки, он явно не бедствовал, — хмыкнул он про себя и попытался сесть, но руки и ноги не слушались. — Кх… дерь… , — После такого усилия его накрыла волна тошноты, после, он почувствовал сильнейшую головную боль и он снова провалился во тьму. Следующее пробуждение было уже полегче, глаза открылись почти сразу, а нос почувствовал ароматный запах какого-то варева. Кто-то аккуратно приподнял его на кровати и откинул на мягкие подушки у изголовья кровати. Перед глазами маячила глубокая чашка, а к губам была приставлена, ложка, наполненная чем-то вроде бульона, которая настойчиво пытались пропихнуться через его сомкнутые челюсти. — Пожалуйста выпейте, и вам сразу станет полегче, — прозвучал нежный, девичий голосок и он позволил челюсти расслабиться, сразу же почувствовав как приятное тепло просочилось через горло. — вот так, ваша милость, — женская рука медленно вытащила ложку и с помощью шелкового платочка, аккуратно вытерла уголок его рта, — вам нужно набраться сил. Марк скосил глаза и увидел рядом с собой красивую черноволосую девушку лет семнадцати, которая кормила его с ложечки. Девушка была одета в нежно-зеленое платье, волосы были собраны в необычную прическу и ниспадали до самой груди третьего размера, которая маячила перед его лицом. Приятная девушка, Марку понравился ее взгляд, она смотрела на него с нежностью и заботой, возможно они были даже близки с бывшим владельцем этого тела. Может быть дочь, или может даже жена? Про себя он надеялся на второй вариант, так как такой нежный цветок он хотел видеть в своей постели. Марк весьма охоч до женской ласки, и эта черта не менялась несмотря ни на что. Эти дурацкие мысли не мешали ему время от времени открывать рот, и в него пролилась очередная порция теплого, приятного варева. Чтобы не захлебнутся он жадно сглотнул, затем еще и еще. Марк боялся захлебнуться, но ему очень хотелось есть и восстановить хотя бы крохи жизненной силы, которой практически не осталось. От осознания свое положения его охватил страх… и страшный голод. Это болезненное, мучительное чувство вдруг накрыло его с головой. И неожиданно для них обоих, мужчина поднял руку и жадно вцепился в чашку, резко подтянув безумно вкусный бульон к губам, но едва не захлебнулся горячим варевом и тотчас закашлялся, проливая содержимое чашки на себя. — Ах, в-вы не обожглись, государь? — девушка быстро подскочила к Марку и начала вытирать его лицо тряпочкой. И у него из глаз чуть не хлынули слезы от чувства собственной беспомощности и слабости. Марк чувствовал как жизненная сила постоянно утекала, постепенно сокращая его жизнь. Он уже потерял годы, возможно даже десятилетия. Такого раньше не было, что же это за болезнь такая? Даже регенерация отрубленных конечностей не требует столько сил! Это было невыносимо, на мгновение ему захотелось вцепиться в эту хрупкую девушку и высосать из нее всю жизнь до последней капли, лишь бы не чувствовать это ужасное, сосущее чувство от потери такого количества жизненной энергии… но он сдержал себя, хотя и очень хотелась облегчить эту муку. — Вот так, все хорошо, — участливо бормотала девушка вытирая его лицо и рубаху. Она видела его никчемное состояние, видела как он пытается скрыть эту слабость, но лишь аккуратно делала свою работу с неизменной заботливой улыбкой. Руки незнакомки были теплыми и нежными, от них веяло добротой и заботой, будто Марк оказался в руках любящей матери, приятно чувствовать такую заботу. Последнии годы, предыдущей жизни Марк потратил на войны, мужчина и не представлял как соскучился по женской ласке, и он сейчас не про секс, а о… чувственности? Хм, он не знал как это описать. — Вам надо набраться сил, государь, — нежно сказала девушка и поправив подушки, уложила его на широкую кровать. В животе его приживался сытный бульон, распространяя по телу приятную негу от которого его уставшее тело снова клонило в сон. Марк снова провалился в объятия Морфея. Следующее пробуждение было активнее, отток сил немного остановился, болезнь не отступила, нет, просто у него практически не осталось сил для восстановления Руки его заметно исхудали, несмотря на то, что чувствовал он себя куда лучше чем раньше, но ему не стало лучше, просто тело начало отмирать и гнить с ужасающей скорость, он тупо потерял чувствительность. Последствия работы метки, которая высосала из организма все соки и бросила их на борьбу с болезнью. Тело заметно истощилось, тело явно постарело, Полное поражение, — самоуничтожительно ухмыльнулся Марк, — еще немного и я точно сдохну. Метка почти полностью выпила этот сосуд, зазря потратив годы жизни. Вскрыла гнойник, с которым не сумела справиться. На восстановление потребуется высосать энергию из сотни жертв! Блядская метка меня убивает, в отчаянной попытке спасти! В этом и заключалось слабость его силы. Метки — это сила которую он получил после первой трансмиграции. Мистические отметины на руках в виде странных татуировок на тыльной стороне ладони. Левая метка даровала ему мастерство в обращении с любым видом оружия. Мечи, копья, палаши, булавы, стрелковое оружие, да даже гребанная катапульта, все что люди классифицируют как оружие было мне подвластно на уровне мастера. Помимо мастерства эта метка дает возможность поглощать, передавать и высвобождать жизненную силу, временно усиляя физические параметры или восстанавливаясь после ран. Единственный, но значительный недостаток в том, что с каждым использованием метки, Марк сокращал свою жизнь. С каждым взмахом оружия, он тратил дни, или даже недели жизни. С восстановлением же все было намного сложнее. Во-первых, это была пассивная способность и ему не требовалось сосредотачиваться на регенерации. Метка автоматически выкачивает ресурсы из организма и латает хозяина несмотря на степень тяжести ран. Звучит хорошо, вот только сам процесс регенерации очень и очень неприятен, да и боль иногда бывает просто невыносимой, даже если это небольшая царапина. На поле боя эта способность одновременно была настоящим благом и сущим кошмаром, ведь в этих мясорубках требуется постоянно быть начеку и при этом практически невозможно остаться невредимым, каким бы великим воином ты не был. Одна случайная царапина в гуще битвы и Марк на пару секунд потеряет концентрацию из-за невыносимой боли. Адская боль и мерзкое, сосущее чувство опустошенности в душе — это цена за левую метку. Правая же, была не настолько сильна и опасна, но довольно универсальна и полезна. Способность позволяющая связать себя с любым животным. Очень удобная сила для разведки или демонстрации своей «избранности» суеверным жителям античности. Между Марком и выбранным животным образуется тесная ментальная связь из-за которой животное как бы использует разум хозяина в качестве отдельного мозгового сервера, многократно усиливая собственные умственные способности. Со временем они умнели настолько, что могли понимать человеческую речь и свободно общаться с Марком ментально. Недостаток заключается в том, что связь становиться настолько крепкой, что чувства животного передаются Марку. То есть, если фамильяр пострадает, хозяин почувствует всю его боль, особенно болезненной будет смерть животного. Разрыв ментальной связки спровоцирует обширное кровоизлияние в мозг, который в свою очередь активирует левую метку для восстановление. Представьте какую боль вызывает регенерация мозга? Скажем так, Марк больше никогда не связывал себя с фамильяром так сильно. Можно сказать, что у него психологическая травма после потери фамильяра. — Государь, — кто-то, аккуратно потряс его за плечо, вырывая из воспоминаний. Повернув голову, перед ним снова предстала та самая девушка, которая облегченно вздохнула, наблюдая вялую ответную реакцию, и склонила голову: — Простите, вы уже несколько минут, смотрите в потолок и не реагировали на мои слова. Марк порывался ответить, но вместо слов из горла вырвался лишь непонятный клекот, а за ней тяжелый кашель, будто гортань сдавили раскалёнными тисками. — Вам нельзя напрягаться, — взволнованно подскочила девочка и поднесла к его губам чашку с водой. — вот, не спешите… На миг, он почувствовал себя неразумным ребенком в руках заботливой матери. Неплохое чувство, но его гордость с каждым пробуждением все сильнее опускает голову. Даже понимая свое плачевное положение Марку не хотелось, чтобы кто-то видел его таким. Особенно, такие прекрасные девы. Тем более когда память реципиента начала пробуждаться. И должен сказать, если не учитывать странную болезнь этого сосуда, он словил настоящий джекпот. Пробудился в теле настоящего короля, чей род повелевает могучими огнедышащими драконами. Король Визерис Таргариен, первый своего имени, король Андалов и Первых людей и так далее. Странная же у него все таки карма. Предыдущий сосуд принадлежал римскому аристократу, который умудрился просрать все состояние на вино и шлюх. А теперь слабовольный король, который живет в своем маленьком мирке, где единороги кушают радугу и какают бабочкам, а еще все-все его проблемы решаются сами собой, без его участия. Странный мужик, которого важные дядьки посадили на чертов Железный трон. Мягкий, добрый, великодушный и полностью внушаемый слабак, который не раз жалел, что пошел на поводу у деда и прочих лордов. Занял трон который ему нахер не сдался, и теперь расплачивается за власть которую он вовсе не желал. Кузина и ее гордый муженек на него сильно обижены, за то что он «украл» ее трон… будто у самого Визериса кто-то спрашивал — хочет он стать королем или нет? Тупо поставили перед фактом, взывая к его долгу, благоразумию и тд. А тот просто не нашел в штанах яиц, чтобы послать всех нахер и жить как хочется. Младший брат и вовсе считает некомпетентным слабаком, хотя про таких говорят «в чужом глазу соринку видит, а в своем бревно не заметит». В общем Дэймон ему совершенно точно не нравится: наглый, вспыльчивый, похотливый и злобный говнюк, от которого больше проблем чем пользы (П.А. как говорится, два тигра не могут ужиться на одной горе,). Визерис, а до него отец с дедом, все они относились чересчур снисходительно к этому паршивцу, вот и приходится теперь расплачиваться за свою мягкость. Нынче братец проживает в Рунном камне, если конечно в очередной раз не проигнорировал его приказы. А еще… дочь? Странное ощущение, своих детей у него не было, хоть он и воспитал пару ребятишек в качестве приемного отца, но вот биологически… Рейнира хорошая девочка, умна, красива и весьма любима как отцом, так и его подданными. Только вот чем этот придурок думал, назначая девочку своей наследницей?! Все равно что плюнуть в лицо всем своим вассалам и сказать — Вот смотрите, мне похер на ваши тысячелетние патриархальные традиции! Почему брат не унаследует, если нормального наследника нет? Так ведь он мудачье редкостное, и вообще бука каких поискать! Что, не нравиться? Ну так заткнитесь пожалуйста и ждите пока я сдохну, будете потом бунтовать сколько душе угодно! Тем более я и так скоро помру от неведомой болезни, хе-хе! В общем решение было крайне спорным и неоднозначным, а учитывая его состояние… черт! Повезет если Дэймон и Корлис еще не начали бунтовать, ведь король умудрился заболеть в самый неподходящий момент. Ситуация и так была нестабильной, и если Визерис в ближайшее время не выйдет в люди и не успокоит народ, междоусобиц не избежать. И его девочка окажется в самом эпицентре этого хауса, кстати о ней: — Гд… кха-кха… Где моя дочь… хаа… Алисента? — тяжело спросил он игнорируя боль в горле и приподнялся с кровати. — Полагаю, она катается на драконе, государь, — мягко ответила девушка подложив под его спину подушки, чтобы ему было удобно сидеть, — Она сказала, что ей нужно проветрить голову и… — Я понял, не продолжай, — резко отмахнулся Визерис, тяжело вздыхая, игнорируя кольнувшее сердце. Конечно, было обидно, что его ребенок шляется непонятно где, когда он тут борется за жизнь испытывая адскую боль. Но думаю, ее тоже можно понять. То что он сделал с ее матерью… — Рейнире не дозволили навещать вас, — внезапно произнесла Алисента, почувствовав его грусть. Действительно чуткая девушка, — но уверена, она молиться за вас. Принцесса очень переживала и часто плакала, моля богов, чтобы они не забирали у нее отца. — Вот как, молилась значит? Моя девочка многое пережила за этот проклятый месяц. Как только поправлюсь, нам с ней нужно многое наверстать, — нежно улыбнулся король, наблюдая как девушка с большими карими глазами трогательно защищает свою наперсницу, при этом облегчая душевную боль свое подопечного. — сколько я был в беспамятстве, Алисента? — Почти месяц, мой король, — вздохнула девушка, осматривая его изможденное тело. Волосы потеряли свой блеск, глаза потемнели, щеки впали, а сам он сильно исхудал несмотря на заботу девушки. А ведь раньше у короля присутствовал лишний жирок, но увы, стратегические запасы энергии пошли на ремонт тушки. — Мы так сильно испугались за вас. Неизвестный недуг поразила вас так внезапно, и с такой силой, что мы думали… — и замолчала, хотя он прекрасно понимал о чем они думали, винить их не за что. Он и сам так думал. — И все это время, ты заботилась обо мне? — спросил Визерис ощупывая исхудавшее тело, он хотел знать сколько примерно людей нужно прикон… хотя, зачем людей-то? Если кто пронюхает о жертвах, его станут бояться пуще Мэйгора, да и ему самому не очень хочется пускать столько народа под нож, даже если это преступники. Может животные? Не, кпд ни к черту, слишком много трупов. Хмм… Погодите-ка! У него ведь есть драконы! Существа, у которых должно быть колоссальное количество жизненной силы. Родившихся трогать не стоит, как никак важнейший стратегический ресурс династии, но ведь есть яйца, которые вряд ли проклюнутся. Гениально! Великолепная идея, но а если с яйцами не получиться, можно и детеныша сожр… — Д-да, — неловко ответила Алисента от нахлынувших воспоминаний, пытаясь скрыть румянец. Она ведь следила не только затем, чтобы он не умер от голода, но и промывала его плоть от пота, возможно даже переодевала. — кормила и… и… — Спасибо тебе, дитя, — прервал ее Визерис, аккуратно погладив вздрогнувшую девушку по голове. Привычка доставшаяся от прошлого воплощения, Марк часто гладил детей, нравился ему такой «отцовский» жест, сам не понимая почему. Девочку небось Отто заставил стать королевской сиделкой, это ведь такая «честь», признак королевского доверия и вообще десница ведь должен первым узнать, если король отойдет к предкам. Хмф, вот ведь проныра старый. — Тебе пришлось нелегко. Присматривать за больным стариком, вместо того чтобы наслаждаться благами моего двора, вместе с подругами и очаровывать глупых юношей. Прости уж за такие хлопоты. — Э-это было честью для меня, государь, — девушка состроила трогательные глазки, опустила голову, — уверяю, забота о вас меня ни капли не обременяла. — Я благодарен тебе Алисента и обязательно воздам за твою доброту, — улыбнулся король, краем глаза заприметив лорда командующего королевской гвардии, что стоял у парадного входа, и не вымолвил ни слова, с тех пор как он очнулся. Гвардеец лишь облегченно выдохнул, радуясь выздоровлению своего короля, но предпочел тихо наблюдать и не вмешиваться в их разговор. — Тебе стоит отдохнуть, Алисента, больше нет нужды присматривать за мной. — Но ведь… — Не стоит переживать, дитя, — перебил ее, король снова потрепав по шелковистым волосам, — Отдохни и набирайся сил, ты сделала более чем достаточно, — и видя как девушка пытается возразить, продолжил, — если хочешь, можешь считать это моим приказом. — Как прикажете, — затихла девушка, чувствуя приятное тепло от его большой ладони, которая нежно трепала ее волосы, — но может мне позвать мейстера? — Не стоит, — покачал он головой, — нудный старик с цепями, это последний человек которого я хочу сейчас видеть, ха-ха, — тихо посмеялся Визерис успокаивая девушку. — Мне лишь нужно немного передохнуть и сытно покушать. Больше нет нужды волноваться. — Я распоряжусь, чтобы вам принесли ужин, — поклонилась Алисента и двинулась к выходу, бросив напоследок несколько приятных слов, — пожалуйста, берегите себя. На ее неловкое пожелание Визерис лишь улыбнулся: — Обязательно. Тяжелая дверь закрылась за дочерью Хайтауеров, и Гарольд немедля занял свое место перед входом, краем глаза следя за королем, чья доброжелательное выражение лица и нежная улыбка мигом сменилась на абсолютно равнодушную маску, чей пугающий взор, болезненно впился в гвардейца, заставив опытного воина вздрогнуть. Гарольд не знал что произошло, но казалось будто с уходом леди Алисенты, вместе с ней ушло все тепло. Даже жар из широкого камина вдруг погас, навевая на сурового рыцаря пугающие образы из детства, когда ему чудились всякие чудовища, которые жаждут нежной человеческой плоти. Перед ним абсолютно точно был его король, но вот его взгляд… он никогда не видел такое выражение на лице своего государя, но он совершенно точно где-то видел нечто подобные. Видел этот взгляд… Да, видел пару раз… — Гарольд, — его холодный голос заставил гвардейца немедленно вынырнуть из задумчивого состояния, вытянуться и сделать шаг вперед: — Государь? — Немедленно отправь Аррика и Эррика в Драконье логово, пусть переоденутся и пройдут тайными тропами, не стоит привлекать внимание. И я запрещаю говорить кому бы то ни было о целях миссии. Даже деснице! — Что за миссия, государь? — спросил рыцарь, обеспокоенный таким необычным приказом. — Пусть немедленно принесут мне пару живых драконьих яиц, — ответил король сощурив глаза от предвкушения, и рыцарь был готов поклясться, что видел как с уголков хищного оскала короля, капала слюна… Вспомнил, — вздрогнул рыцарь, припомнив как когда-то наблюдал за кормежкой драконов, — у этих тварей тоже был этот голодный пугающий блеск в глазах…»