Страж Локи

— Подъем! — грубо приказал стражник темницы. — Что-то случилось, парни? — Локи лениво поднял голову. Стражники подняли его за шиворот, заковали в наручники и кандалы и привели прямо к Одину. Также в тронном зале была Фригга и олимпийцы. — Благодари наших дорогих гостей, Локи, сын Лафея. — молвил Один. — Они заберут тебя. Но сначала я лишу тебя магических способностей — теперь твои фокусы никому не навредят. Локи потерял дар речи. Он учился магии с самого детства, а тут — лишить?! — Прошу, Локи, прими это. — шепнула ему на ухо Фригга. — Это твоя возможность начать новую жизнь. Поможешь нашим гостям и будешь с ними. Они не станут тебя никуда заточать. — Довольно. — сказал Один. — Отойди от него. Фригга поцеловала приемного сына и отошла в сторону. Один подошел к Локи и коснулся его сердца своим скипетром. Локи понял, что лучше ничем не мешать королю Асгарда, а то, чего доброго, превратит его в горстку пепла. Один произносил какое-то древнее заклинание минут пятнадцать, не отнимая скипетра от груди Локи и не отводя от него свирепого взгляда. Когда, он, наконец, замолчал, Локи почувствовал, что не держится на ногах. Когда он упал на колени, его трясло минут пять. Потом он почувствовал сильную усталость, встать на ноги смог только с третьей попытки. Говорить он не мог, лишь тяжело дышал. — Помни, Локи, сын Лафея. — промолвил Один. — Это твой шанс начать новую жизнь. Если ты будешь полезен великому и славному королю Олимпа Зевсу, станешь его советником. Если же попытаешься сбежать или навредить ему или его людям, оставляю за ним право казнить тебя. Локи кивнул. Фригга приказала стражникам снять с Локи кандалы и наручники и обняла сына. Локи тоже обнял ее, оба плакали. Когда Фригга его отпустила, Один кивнул Аиду, тот дал знак Гефесту и Аресу, чтобы они взяли бога хитрости под руки. Олимпийцы покинули дворец, Один и Фригга провожали их до дирижабля, на котором они прилетели. Локи бросил теплый прощальный взгляд на приемную мать, Гефест подтолкнул его, и тот зашел в дирижабль. Когда туда зашли и олимпийцы, Локи попытался завязать с ними разговор. — Я никогда не забуду, как ты победил Вольштагга и Тора в соревновании по поеданию пирогов. — обратился он к Гефесту. — Уверен, ты бы и в кулачном бою их уделал. В ответ на это Гефест лишь бросил его в трюм. Крышка захлопнулась. Локи вздохнул и заснул — что же ему ещё оставалось делать? Когда спать больше не хотелось, дирижабль все еще летел. От скуки бог обмана принялся изображать своего брата. — Прими смерть от моего молота, отродье морской пучины! — прокричал он, делая вид, что раскручивает оружие Тора. — Что? Локи изобразил, что его кто-то схватил за горло, как было с его братом лет сто или двести назад. — Получи, килька-переросток! — героическим голосом произнес Локи, изображая, что метает в чудище, схватившее брата за горло, острые кинжалы. Да, славное было время! Тогда Локи подшутил над братом, сказав, что кракен в своей пещере охраняет несметные сокровища. В эту пещеру Тор и пошел, несмотря на запрет отца. Если бы Локи вовремя не отрубил щупальце кракена, схватившую Тора, чудище бы слопало его вместе с молотом. Король Асгарда тогда сильно отругал Тора, а Локи даже похвалил за спасение наследника, чего не было ни до этого, ни после. И зачем только надо было пытаться убить Тора и его друзей в Мидгарде? А мстить ему, напав на Нью-Йорк? Это же просто невыгодно! Да, ненависть порой ослепляет и лишает последних способностей здраво рассуждать. Тор, будучи в изгнании, вернул себе репутацию, а вот сам бог хитрости остался в дураках. Ну, ничего, главное в будущем подобные ошибки не допустить, и вот тогда он станет вторым на Олимпе после Зевса! А, впрочем, сколько уже Зевсу лет? Не слишком ли одряхлел?.. Трюм открылся, и могучая рука Гефеста вытащила Локи за шиворот. — Так, погоди… — удивился Локи, увидев вместо Гефеста какого-то гигантского бронированного дракона. — Мне кажется, раньше ты выглядел более-менее привлекательно… Дракон в ответ грозно зарычал ему в лицо и бросил на пол, а подняли его другие существа, тоже ни капельки не похожие на олимпийцев. — Да кто же вас превратил в таких уродцев? Не сам ли повелитель мертвых? — А меня, я полагаю, ты знаешь, асгардец. — усмехнулся дряхлый безносый старик со сморщенной кожей, и Локи бы его совсем не испугался, если бы не знал, кто это… — Эбони Мо? — удивился он. — Но как? Эбони Мо направился к выходу, не считая нужным отвечать. — Это ошибка! — запаниковал Локи, но подручные Эбони Мо потащили его за руки. — Я могу все объяснить! Дайте мне второй шанс! Поверьте, я тоже хочу отомстить Мстителям, а! Локи бросили на твердую землю, гигант наступил на него ногой, а двое других подручных Эбони Мо поднесли свои копья прямо к его шее. Эбони Мо тем временем низко поклонился перед сидящем на троне Безумным Титаном. — Мы его доставили, господин. — сказал Эбони Мо. — И Тессеракт тоже. Локи ахнул. — Только Камня Разума я там не нашел, прости, мой господин. — еще раз поклонился Эбони Мо. — А что король Асгарда? Ты уверен, что он ни о чем не догадается? — спросил Танос. — Это исключено, мой повелитель. Я создал точную копию Тессеракта, в которой асгардцы ни за что не распознают подделку. А всевидящий Хеймдалль, я слышал, серьезно заболел, вместо него Радужный мост охраняет некий Огун, а он не может видеть то, что вне поля его зрения. — А как асгардцы отдали вам своего пленника? — Я приготовил зелье, превратившее нас в олимпийцев, друзей Асгарда. Точную копию дирижабля олимпийцев мне помогли изготовить Небула и лучшие инженеры Ронана. А сокровища, на которые мы обменяли этого полукровку, нам передали читаури. Ограбили какую-то планету. — Славно. А теперь подведите этого тщеславного, но трусливого асгардского щенка ко мне. Локи подняли, подвели прямо к трону Таноса и поставили его на колени, гигант тем временем своей могучей рукой поднес его голову к земле. — Итак, осталось только узнать, где Камень Разума. — На Земле. — ответил Локи. — Отпустите меня на Землю, и я принесу тебе его, повелитель. — Так я тебе и поверил. И не смей называть меня своим повелителем. В тебе нет ни капли преданности. — Я с самого начала говорил, что он нам не нужен, о господин. — вмешался Эбони Мо. — Дай мне Тесеракт. — приказал Танос. — Хотел быть королем, асгардец? Твои мечты скоро сбудутся, будешь ты королем. Королем Солнца. Эбони Мо достал Тессеракт, но не успел он отдать его повелителю, как Локи закричал: — Стой! — Так у тебя есть информация о Камне Разума, асгардец? — Нет… У меня… Есть информация о Тессеракте. Я хорошо знаю Одина. Он, скорее всего, спрятал его в более надежном месте. А то, что нашли твои люди, великий Танос… Подделка. — Это настоящий Тессеракт, мой повелитель! — возразил Эбони Мо. — Великий Танос! — парировал Локи. — Я жил в Асгарде и знаю, как отличить истинный Тессеракт от фальшивого. — И как же? — спросил Танос с долей насмешки. — По нему надо… Ударить со всей силы копьем. Ваши вполне подойдут. — обратился он к тем, кто держал его. — Тогда подделка расколется на тысячу маленьких кусочков, а настоящий Тессекракт, конечно же, останется невредимым. — Проверить. — приказал Танос. Эбони Мо положил Тессеракт перед женщиной, которая держала Локи, та подняла копье и только собралась ударить по синему кубу, как Локи коснулся его, зажав между пальцами. — Я выпотрошу тебя, асгардец! — услышал Локи напоследок злобный рык Безумного Титана. Но Тессеракт уже нес бога коварства, теперь уже уверенно взявшегося за него обеими руками, по бескрайним просторам космоса, временами мелькали быстро сменяемые друг другом звезды и планеты.