История о Мышке и Подгорном Короле

В больничной палате время тянулось бесконечно медленно. Один день монотонным потоком перетекал в другой, хотя я спала столько часов в сутки, что просыпаясь, не сразу понимала день или ночь на дворе. Первые звуки пищания аппаратов показались мне пугающими и нереальными, а теперь стали привычной фоновой музыкой. Когда с разума немного спала тошнотворная пелена полузабытья, я попыталась отсчитывать время приходами медсестер и сменами капельниц, но очень скоро забросила это гиблое дело и просто часами пялилась в потолок, пересчитывая трещины на штукатурке. Мне приносили книги и журналы, включали телевизор на стене, но я с трудом могла сосредоточиться хоть на чем-то, не испытывая при этом головной боли и раздражения. В мыслях крутились странные то ли сны, то ли воспоминания, которые сложно было выгнать прочь. Словно слишком реалистичный сон, они оставили в душе ноющее чувство потери. Я все-таки чуть не умерла и мне просто чудились все эти приключения в странном нереальном мире. Ничего на самом деле не было… Полный перечень своих увечий я услышала от доктора только когда мне наконец разрешили полноценно вставать и начинать всякие упражнения, чтобы не атрофировались мышцы и быстрее затягивались раны. Естественно все они были получены во время столкновения со злосчастной Ауди. Мне не повезло получить множество порезов, рваных ран от металлолома и даже сломанное ребро. Но милый молодой человек в белом халате уверил меня, что я выжила только благодаря «невероятной удаче». Я кисло улыбнулась ему в ответ, с удивлением вспоминая, как это все преобразил мой разум. — Не переживайте, шрамы украшают девушек, — снова попытался он меня приободрить. — В коме было легче, — вздохнула я, снова опуская взгляд к шрамам на предплечьях. — Технически в коме вы не были, просто теряли сознание и достаточно долго были под воздействием различных обезболивающих препаратов, — начал он объяснять, но я замахала рукой, давая понять, что мне это все вообще не интересно. — Встретимся завтра на обходе. Не унывайте. Если бы я сказала, что в коме было лучше, пожалуй, он неправильно бы меня понял. Но мне было до боли обидно, что все ради чего я старалась — лишь плод воспаленного разума. Не существует ни прекрасных лужаек с изумрудной травой, ни отвратительных черных орков. Нет никаких гномов, вместо них была только бригада санитаров и неравнодушные прохожие. Нет приключений, Одинокой Горы, Аркенстона… Ничего нет. А как все было реально… По щекам снова покатились слезы. Стоило мне только вспомнить обо всем пережитом, как я не могла сдержать внутри горечь потери. Почему все не правда? Почему я не могу просто закрыть глаза и снова очутиться там? Обычно так бывает, когда прочитаешь хорошую книгу, закрываешь ее и кажется, что вместе с последней перевернувшейся страницей что-то оборвалось… ты больше не вернешься в этот мир, не будет больше этих первых восторженных ощущений. Можно перечитывать снова и снова, но быть лишь гостем. А когда читаешь впервые — живешь там, внутри этого мира, дышишь его воздухом, каждую эмоцию проживаешь сердцем. И каждый раз перед сном я в мечтах и воспоминаниях возвращалась туда гостем, проматывала раз за разом все лучшие и худшие воспоминания… от первых синяков на ребрах до последних мгновений счастья в золотом зале. Встретить бы в реальности таких друзей… такого мужчину… бессмысленные мечты. На этом моменте я обрывала все свои мысли и начинала представлять летающую черную муху, чтобы поскорее остановить слезы и уснуть. Каждый раз в тайне надеясь, что проснусь, и больничная палата окажется всего лишь кошмарным сном. Но с каждым днем эти воспоминания только гасли и все больше подергивались поволокой... — Машенька, — ласковый голос медсестры ворвался ко мне неожиданно и заставил распахнуть глаза. Я тут же прищурилась от слишком яркого света вокруг. — Машенька, к вам пришли. Вы вставайте, я пока запущу ее там. Уточнить кого «ее» я не успела. Медсестра поторопилась на выход, чуть не сшибая тумбочку необъятными бедрами, а я кое-как подтянулась за поручни у кровати, вставая. Шипя от боли в ноге, я прошла к раковине и несколько раз плеснула на себя холодной водой, еще не успевшей нагреться. Зубы можно было чистить только пальцем, потому что щеток больница не выдавала, а предметов гигиены у меня с собой не было. Как впрочем, и всего остального. Меня уже порадовали, что личных вещей в больницу не поступало. — Блин, Маша, ну ты капец ваще! — в палату залетела Оля, сходу вводя меня в ступор. — Пипец видок! — Жива и на том спасибо, — я закатила глаза и попыталась вернуться к кровати, благо, Оля тут же подхватила меня под руку и помогла. — Меня тока щас согласились впустить! До этого сколько приходила: «она в реанимации, никому нельзя». Ваще Саша тоже хотел, но я чисто на удачу седня, — тараторила она, усаживаясь поудобнее рядом. — Как ты умудрилась так? Ну надо смотреть, блин, по сторонам! — Я на зеленый шла, — это я точно запомнила… — Да я уже знаю, блин, — слова-паразиты вырывались из нее непривычно-сплошным потоком. — Меня, короче, тоже допрашивали там, потому что я прилетела, канеш, сразу как узнала. — Спасибо, — я искренне обняла ее. Оля была своеобразной, но единственной близкой моей подругой, реально готовой выручить… И то, что она не забыла про меня в такой ситуации — дорогого стоило. — Что говорят про все это? Мне уже собирать вещички в тюрьму? — Да нет, конечно! Он бухой был в хлам! — тут она, видимо, имела в виду водителя «Ауди». — Кстати, про вещи… я чуть не забыла! Она подхватила с пола сумку, которую бросила почти сразу, как вошла. Из недр полетели в разные стороны пакеты, кошелек, какие-то документы, пачка чипсов… и наконец она выудила оттуда что-то небольшое. — У тебя при себе ничего не было, кроме этого. Я забрала из участка под расписку, подумала, может, тебе будет важно, — она всунула мне в руку что-то холодное и тяжелое. На открытой ладони лежало тяжелое серебряное кольцо с рунами. Я уставилась на него невидящим взглядом. Слишком массивное для меня, оно идеально подошло бы на палец только одного человека. Точнее гнома. Откуда оно тут? Кто мне его дал? Почему мой больной мозг вывернул все таким образом? Я не могла вспомнить, чтобы видела эту вещь где-то, кроме своего «сна». — Это… Ты же… Ты же видела его у меня раньше, да? — я подняла взгляд на Ольгу, но та поджала губы и отрицательно покачала головой. — Мужское какое-то… — она пожала плечами. — Может, Сашино? Я примерила кольцо на палец и почувствовала тонкий шов на металле — оно село почти идеально, ровно в пору. Сердце пропустило несколько ударов. Меня бросило из жара в холод, и стало так плохо… Больно, горько и очень-очень страшно. Я только примирилась с тем, что все это было нереальным. Надо было только придумать логичное объяснение, и все стало бы вмиг нормально. Я просто не помнила, что у меня всегда было это кольцо! Просто не помнила. Ведь должен мозг откуда-то брать образы для всех этих бредовых фантазий? Вот и все… Вот и все… Потому что если нет… Если нет, то я в полной заднице.