Драконы Света и Тьмы

1

Я лихо спланировал к поверхности и приземлился на своей ферме. Поприветствовал своих драконов обычным словом «аха-ган». Они во все глаза смотрели на Чёрную фурию. – Нравится? – спросил я, спрыгивая на траву. – Это ваш временный сосед. А вот и ещё один, – кажется, постоянный. Я вытащил из сумки гигантское яйцо бежевого цвета. Раскалываться оно пока не собиралось. Я положил его в инкубатор и включил обогрев. Я не знал, какая нужна температура, чтобы дракон нового поколения вылупился здоровым, поэтому поставил обычные тридцать восемь градусов по Цельсию. А потом вдохнул воздух – свежий и приятный, намного лучше, чем в пещере. Те драконы, видимо, не знали, что такое ванна; к тому де, у них не было огорода, куда можно складывать продукты своей жизнедеятельности, так что запах в логове был ужасным. Вспомнив недавние события, я позволил себе криво улыбнуться. Я подумал об Ульяне. Не попытайся она украсть яйцо, контакт бы не сорвался. И вернулся бы я на ферму не на Чёрной фурии, а на «метро», как вначале и рассчитывал. Я усмехнулся. Нет уж, она не напрасно всё так устроила. По крайней мере, я был доволен выгодой, которую получил. Полтора новых дракона за один день, – что может быть лучше?!

2

Скоро яйцо начало подавать признаки жизни. Сначала оно стало покачиваться из стороны в сторону с миллиметровой амплитудой (всё-таки я его хорошо закрепил в инкубаторе), потом, выбравшись из ямки в сене, завалилось на бок и только через несколько минут стало раскалываться – медленно, по кусочкам, но упорно. Когда секунд через тридцать передняя половина дракона вылезла из яйца, он мощным ударом задней лапы раздробил оставшуюся скорлупу и отшвырнул её на землю. Я удивлённо присвистнул и взял дракончика на руки. Он был тёплым – не горячим, как Ангу, Аркон или Ашо, а именно тёплым. Весил дракончик немного больше, чем кот такого же размера. Он походил на своего родного брата из пещеры, только язык не высовывал, да и рога носил покороче – с кончик мизинца. Но самое главное отличие – глаза: не песочно-жёлтые с чёрным вертикальным зрачком-щёлочкой, а нормальные, с белками обычного цвета, янтарной радужкой и чёрным круглешком зрачка. И дракон смотрел на меня так преданно, что я подумал: а может быть, глаза стали такими, потому что яйцо дозревало в Яслях, а не в пещере, согреваемое электричеством постоянно, а не пламенем одного из родителей – раз в несколько часов? Но точно установить это пока (или уже?) было невозможно. Я улыбнулся и почесал дракончику затылок. Существо издало какой-то довольно продолжительный тихий звук, который можно было принять как за бульканье в горле, так и за удовлетворённое мурлыканье. Я снова улыбнулся и продолжил чесать Нанку, как я назвал дракона: кроме того, что имя мне нравилось, оно ещё и означало на Д-языке «красный». Я подумал, где Нанка сможет жить на моей ферме. В жилище Огня было одно свободное местечко, но… Я содрогнулся, представив, какого размера вымахает моё животное через несколько лет. Чем покупать новое жилище, проще построить загон с тентом на высоте не меньше пяти метров. А на свободном месте рядом с Ангу и Арконом может разместиться Чёрная фурия – вплоть до того момента, когда Ульяна потребует назад это чудо природы. Я опять улыбнулся. Нанка продолжал мурлыкать. Но не прошло и нескольких секунд, как он взглянул мне в глаза и куда осторожнее, чем свой братец, сказал своё «ням-ням!» – И чем тебя кормить, чудо-юдо пещерное? – спросил я, неся десятикилограммового дракончика к огороду. Подошёл к автомату, аккуратно положил Нанку на траву, вытащил из кармана мешочек с золотом, отсчитал десять монеток, кинул их в автомат, разорвал полученный взамен пакетик, высыпал семена осенников на грядку, заработала система автоматического полива, осенники выросли. Я двумя пальцами взял одно растение, присел и вежливо предложил его Нанке. Дракончик взглянул на меня, как мне показалось, доверчиво, понюхал осенник и откусил микроскопический кусочек. Кажется, ему понравилось, так как в следующий миг дракон сгрыз весь листок, а ещё через мгновение – и корень. Он снова посмотрел на меня, высунул язык (ненамного, всего на сантиметр, не больше) и повилял хвостом. Я удивился, но молчаливую просьбу выполнил. Зашёл в хранилище, пробыл там полминуты, затем вышел на воздух и кинул на землю сотню ростков дракорня. Нанка обрадовался и уничтожил этот, мягко говоря, нескромный для маленького дракона ужин меньше, чем за минуту. Потом, наверное, от переедания, сразу же зевнул и лёг на спину – заснул. Я покачал головой и понёс экзотическое создание к жилищу Огня. Чтобы завоевать там место для новичка, мне пришлось уговорить Дизи принять Фурию в своём жилище Зелени, а Фурию – временно поселиться под деревцем неизвестного мне вида. Я надеялся, что это всё – максимум на одну ночь. Завтра, так и быть, буду сооружать загон для Нанки. А сейчас можно не беспокоиться. Наверное, бюрократы из Министерства драконоводства не станут требовать от меня уплаты налога на увеличение числа драконов в двух жилищах: откуда они вообще смогут узнать об этом? К тому же, такое расположение драконов на ферме продержится недолго: одну трёхсоттысячную долю моей личной вечности – всего-то!

3

Утром следующего дня я заказал в Д-нет-магазине материалы для загона: несколько сотен металлических дощечек метровой длины и единый кусок брезента десять на десять метров. Робот привёз всё это часам к десяти, даже не удостоив меня вопроса, зачем я заказал весь этот хлам. Вот как должны себя вести идеальные курьеры. А я, расписавшись и расплатившись за покупку, стал строить жилище для Красного дракона. Палку туда, палку сюда; тук-тук-тук – забиваем гвоздь. Ещё раз… и ещё… и ещё примерно сто раз. Так, заборчик построен. Осталось навесить тент. Прежде всего мне нужны были четыре тонких железных прутика длиной метров пять, которые должны складываться… ну, наверное, вчетверо, – на них я буду вешать брезент. За этим, естественно, надо было идти к Баро – моему Металлическому дракону. Он внимательно выслушал мои пожелания и согласился сделать всё в лучшем виде, пообещав, что складывать прутики будет легко. Я дал ему единственную оставшуюся железную палку, и он с удовольствием заработал своими острыми рогами. А я отошёл в сторону и стал мысленно синтезировать свой механизм для автоматической свёртки и развёртки тента. Предполагалось, что я должен нажать кнопку, а кусок брезента, натянутый между пятиметровыми стойками, разделится на четыре части, которые заползут внутрь стоек. Последние очень легко сложить. Я разработал конструкцию за полчаса; Баро тратил на один прутик семь с половиной минут. Вот как получилось, что работа умственная перетекла в физический труд сразу, без перерыва. Монтаж продолжался ещё два часа, но я остался доволен. Я двадцать раз проверил работу механизма, вновь и вновь нажимая кнопку. И лишь убедившись, что тент абсолютно исправен, я перенёс в новое жилище Красного дракона. Нанка, выросший за день на пять сантиметров и потяжелевший ещё на полкило, был беспредельно счастлив.

4

В этот момент и пришла Ульяна, как я и ожидал. – Привет, – сказал я, не отрывая взгляд от Нанки в его новом доме. – Пришла забрать Фурию? – Да нет, – ответила она. – Можешь оставить его себе. Таких грустных интонаций в её голосе я ещё не слышал. – Вот это новости! – произнёс я, обернувшись. – Что случилось? – Я хотела… извиниться. В пещере… так получилось… я… захотела… взять яйцо… для исследований… но… не вышло… Я… во всём… виновата!.. – Она отвернулась. – Да ладно, чего уж там, – сказал я. – Ты посмотри, какой красавчик! Его Нанка зовут. – «Красный»? Хм, неплохое имя… Вот это да! Мы ещё немного полюбовались драконом, потом я дал ему пятьдесят синих фиников, затем Нанка попытался пускать огонь, но у него из пасти вылетал только дым. Мы смеялись, развеселённые этими попытками дракончика доказать, что он уже взрослый. – Он есть растения! Кто бы мог подумать… – сказала Ульяна. – Ты не знаешь, почему? – Не-а, – честно ответил я. – Может быть, потому что сразу после своего рождения Нанка поел осенников, и ему понравилось… – Наверное, – сказала Ульяна. И мы умолкли. Прошло несколько минут. Я нажал кнопку установки тента, закрыв спящего дракона от солнца, и мы пошли к жилищу Зелени, куда я поместил Чёрную фурию. Он явно обрадовался тому факту, что мы на него обратили внимание: высунул язык и часто задышал, словно домашний пёсик при встрече с хозяином. Мы почесали ему затылок и покормили рыбой и (наконец-то!) двумя осенниками. – Ну что, полетаем? – предложил я. – Да! – ответила Ульяна, запрыгала и захлопала в ладоши. – Уррр! – ответил дракон и лизнул мне пальцы. Я посадил Ульяну на Фурию, сам сел впереди, благо дракон уже достаточно вырос, чтобы нести двоих, сказал: – Держись крепко! – и мы взлетели…

5

Мы полетали немного, потом вернулись ко мне. Ульяна начала кормить моих драконов, а я тем временем заговорил: – Слушай, я тут подумал… Нехорошо как-то с Красными получилось. Помнишь, тогда, в пещере? – Помню, – отозвалась Ульяна, засовывая сахарник в глотку Асси. – Надо бы, что ли, извиниться… – Как? Она произнесла это слово таким тоном, словно я был не в своём уме. Я решил разрушить все её рассуждения по этому поводу и решительно закончил свою мысль. – Мы у них взяли одно яйцо, из которого вылупился дракон, умеющий стрелять только огнём. Значит, мы должны отдать им яйцо нашего дракона, которому тоже подвластен только огонь. – Ты же не собираешься… – начала было что-то говорить Ульяна, но я её перебил: – Нет, я хочу заказать яйцо в Д-нет-магазине. Может быть, дракон Огня, питаясь одним мясом, и вырастет десяти метров в длину. По крайней мере, так будет честно: они – нам, мы – им. – Полностью с тобой согласна. – Значит, мы помирились? – Ну конечно! – улыбнулась она.

6

Не обременённый эмоциями робот привёз на тележке яйцо с пятью красными полосками. Я взял его, расплатился, а робот запрыгнул на воз, устланный сеном, и укатил куда-то в лес, отталкиваясь от земли манипуляторами. Я повернулся к стоявшей рядом Ульяне и сказал: – Нужно взять самого быстрого дракона. Готовь Асси, а я постараюсь успокоить Фурию, а то такая жалость, что мы отправляемся в путешествие – и не на нём! Мои интонации были самыми что ни на есть ехидными, и Ульяна оценила моё старание весёлым смешком. А потом – пошла к жилищу Воздуха за драконом. Я же направился к Чёрной фурии. Остановился в двух шагах, вдохнул, выдохнул, подошёл вплотную, положил руку на чёрную кожу дракона Особого класса и сказал, глядя ему прямо в бледно-зелёные глаза: – Мы сейчас ненадолго улетим. – Дракон завёлся. – Но тебе придётся остаться здесь, дружок. – Дракон сник. – Не грусти, мы вернёмся скоро – примерно через час, а может быть, и раньше. Когда Фурия пришёл в исходное настроение, я смог-таки от него отвернуться и пойти в сторону Ульяны, уже устроившейся на хвосте у голубой змейки, чья длина уже чуть-чуть превосходила мой рост. Да, с такой тяжестью Асси будет лететь час в одну сторону. Бедная Чёрная фурия. Я сказал своей спутнице: – Вообще-то сейчас твоя очередь быть возницей, – передвинул её на условное «переднее сиденье», сам сел на её прежнее место, сунул яйцо в нагрудный карман и схватился всеми конечностями за тонкое тело дракона Воздуха. Ульяна радостно крикнула Асси: «Ахц, джа!» – «Взлёт, пожалуйста!»; дракон как-то подпрыгнул, бешено завращал хвостом, едва не скинув меня, взвыл от напряжения, но высоту всё-таки стал набирать – вместе со скоростью. Минуту спустя мы уже неслись под облаками, делая в секунду целых двадцать пять метров. Асси выл, рычал, фыркал, матерился вполголоса на драконьем языке, но всё же летел. Герой.

7

– Вот и пещера, – сказал я Ульяне, указывая куда-то вниз. – Давай, сажай мой маломощный «биолёт». – Есть, сэр! – приложив правую руку к несуществующему козырьку, а левой держась за моего Асси, ответила моя спутница. Посадку она выполнила идеально. Никто не ушибся; и даже кусты не зашуршали, когда мы приземлились в них. Мы слезли со спины яростно ругающейся рептилии и удобно устроились за зелёной стеной. Кажется, мы прибыли вовремя. Из логова как раз раздавался шум, возникающий при разрывании сырого продукта животного происхождения. Видимо, «ужин» был в самом разгаре. Вскоре всё затихло. – Ну, и кто из нас согласится стать «камикадзе»? – толкнула меня Ульяна. Из пещеры понесло ужасным запахом; мы услышали не очень приличный звук и вообразили себе процесс, происходящий в данный момент в дальнем конце грота. – «Камикадзе»? – переспросил я и рассмеялся. – Ну да, очень верное определение… Можно один наглый вопрос? – Только не… – Ты сама хочешь пойти туда? Она отвернулась, что явно не было знаком согласия. – Понятно, – резюмировал я. – Значит, придётся идти мне. У тебя есть что-нибудь, чтобы нос зажать? – Заколка подойдёт? – Хм… А впрочем… В общем, да. – Держи. – Мне в руку легла требуемая вещь. Я пространно и более чем ядовито поблагодарил Ульяну, нацепил себе на нос заколку, достал из кармана яйцо и пошёл ко входу в пещеру. Казалось, воздух сгустился там до непрозрачного состояния; но я различал в едком тумане несколько красных силуэтов. Они казались такими маленькими… Вдруг одна красная фигура стала быстро приближаться ко мне. Я не на шутку испугался и отступил на шаг, но, увидев небольшие лапы на своих плечах и морду с милым выражением на ней перед своим лицом, понял, что дракончик, с которым я вчера пытался подружиться, не забыл меня, хотя, как мне казалось, с нашей неудавшейся попытки контакта прошло очень много времени. Похоже, два братика (или сестры?) этого дракона уже вылупились, потому что я видел две небольшие фигурки по бокам от моего дружелюбного приятеля, который, уподобляясь такому странному животному, как собака, лизнул мой нос своим тёплым влажным языком. Я кое-как повернулся и обменялся приветствиями с двумя младшими детьми четы Красных драконов. Вспомнив о взрослых чудовищах, я вгляделся в почти осязаемый мрак логова. Родители замечательных созданий, встретивших меня на пороге пещеры, занимались где-то вдали чем-то очень важным; так что я пока был в безопасности, а значит, мог поиграть со своими новыми друзьями. Но «взрослые» скоро закончили свои дела и решили проверить, что за существо осмелилось проводить время с их детьми. Тихо рыча и сотрясая землю своими шагами, пара драконов направилась к нам. Я услышал, как Ульяна тихо ойкнула на своём посту и глубже зарылась в листву. Я посмотрел в жёлтые глаза чудищ, явно озадаченных тем, что их сын играет с незнакомцем или врагом, – что почти одно и то же, – и заговорил тоном уверенного в своих возможностях гипнотизёра: – Я приветствую вас, огромные создания. Я не питаю к вам зла и вообще не заинтересован во вражде с вами. Я пришёл, чтобы возместить то, что моя спутница похитила у вас. Вот! – Я поднял вверх правую руку с яйцом. – Это вам за причинённое вчера беспокойство. Держите. Один из взрослых драконов (наверное, «папа») двумя пальцами взял мой дар и аккуратно перенёс его на соломенную подстилку, где уже находилось одно новое полуметровое яйцо. Я, посчитав свою миссию выполненной, вышел из пещеры, вскочил на Асси, помог взобраться Ульяне и улетел, прежде чем Красные драконы поняли, в чём, собственно, дело. Угрызения совести оставили меня, и я улыбнулся солнцу, не слыша всего того, чем поливал меня мой же дракон Воздуха.

8

Мы прилетели на ферму часам к пяти. Солнце щекотало землю скользящими лучами, а ветерок обдувал растительность. День кончался, и вечер был чудесным. Мы спрыгнули с Асси, не дав ему соприкоснуться с землёй. Освобождённый от девяностокилограммовой ноши, дракон испустил вздох облегчения и, всего один раз взмахнув хвостом, долетел до своего жилища. Ульяна поехала к себе, а я остался на ферме, – просто чтобы полюбоваться спящими Фурией и Нанкой, у которых так и не хватило сил меня дождаться.