Надежда светит, как Звезда...

Относительно спокойная жизнь закончилась в тот момент, когда в Гондолине появился сам Владыка Вод Ульмо, а потом пришел его посланец — Туор. От его призыва покинуть город все оторопели. Но внезапно идею поддержала Идриль. И Финрод. Тургон заколебался. После Нирнаэд он безоговорочно верил брату. И если тот говорит, что город надо покинуть, значит… Но тут слово взял Маэглин. Он пользовался в Гондолине немалым влиянием, основал Дом Крота. Многие воспринимали юношу, как наследника Тургона. В Маэглине клокотала ревность (он видел, как смотрит на гостя Идриль). В итоге Тургон согласился с предложением племянника «подождать». А Маэглин теперь буквально поселился в горах. Если же и вылезал из них, то тенью ходил за Идриль, досаждал ей, оскорблял Туора. Несколько раз дело закончилось дракой. Финроду происходящее не нравилось. Он видел, как Тьма одолевает Маэглина. Государя, как перед Битвой Слез, томили тяжкие предчувствия. Но хозяином в городе был Тургон. И решал тоже он. А Финрод всего лишь его кузен. И гость. Но эльф многое сделал для Гондолина. Работал в мастерских, показывал способы обработки камня, принимал участие в советах, был военачальником (наравне с Эктелтоном и Глорфиндейлом), стал основателем Дома Звонкого Каменщика. И одновременно со всем этим занимался целительством. А еще ждал, от всей души ждал вестника Надежды. И он пришел в этот мир. Идриль полюбила Туора и вышла за него замуж. Тургон союзу этому не препятствовал. Он искренне хотел, чтобы дочь была счастлива. Король и к Туору относился очень доброжелательно. Он помнил, как в Битве Слез отец молодого воина, Хуор, пожертаовал собой, чтобы Владыка Гондолина вернулся в свой город живым. Спустя короткое время покои молодожёнов огласил пронзительный детский крик У Идриль и Туора родился сын. Роды у юной матери принимали Вильялоттэ и Финрод. Государь помнил, как принцесса помогала целителям спасать ему жизнь. И потом ухаживала наравне с отцом. Да и никому другому ни Тургон, ни Туор не доверили бы свое сокровище. После рождения Эарэндила Маэглин просто помешался от ревности. Он буквально осаждал молодую мать, предлагал ей бросить мужа и сына, уйти с ним. Безумие полностью охватило юношу. На попытку Финрода поговорить с ним, Маэглин прогнал эльфа, обозвав его «проклятым приблудой», «дядюшкиным подлизой», «драной приживалкой». Велел не «лезть не в свое дело или же вообще валить в свой Нарготронд!» Финроду было горько слышать все это в свой адрес. Маэглин, как выяснилось, ревновал не только Идриль к Туору, но и Финрода к Тургону. Юношу злило то влияние, которое Государь имел в городе. Он воспринимал его как вполне себе реального соперника. Ведь именно Финрода, (а не кого-то другого) Тургон назначил своим наместником на время Битвы Бесчетных Слез. И если бы король не вернулся, вся власть досталась бы этому паршивому приблуде! И венец правителя, и Гондолин, и… И Идриль! У Маэглина от ревности, зависти и злости окончательно помутился разум. Финрод уже не мог сделать ни-че-го. Кроме одного. Убедить Тургона покинуть город. Турнон согласился. Он попросил Финрода возглавить жителей. А сам собирался оставаться в Гондолине. — Я умру вместе с ним. Помнишь, Инголдо, наш спор в Валиноре? — Ты тогда крикнул мне: «От твоего города и пепла не останется! А тебя запрут а одном-единственном уцелевшем подвале!» Сбылось… Почти, — невесело усмехнулся Финрод. — А ты огрызнулся: «От твоего, в лучшем случае, одни камни! И они от души постучат по дурной голове создателя». Пусть так и будет. — Турьо…. Нет! — Финдарато, послушай. Я устал. У меня нет сил гореть в этом огне. Я хочу туда…. к Эленвэ. Всегда хотел. Еще с той ночи в Хэлькараксэ. Но я должен был вырастить Идриль. И помочь отцу с братом. Теперь я сделал все, что мог. Отец и Финдекано погибли, Идриль выросла, она сама уже мать. Ты спасен. Мое время пришло. Но я уйду, как воин. А ты возглавь гондолинцев. Отныне, — Тургон снял с себя венец, надев его на голову Финрода, — их лидер — ты. У Финрода ком стоял в горле, но он не посмел отказать другу. Другу, которому обязан жизнью. Спустя короткое время Маэглин попал в руки Моргота. Испугавшись пыток, он предал город. Но благодаря внимательности Финрода о подлости узнали раньше, чем она бы привела к необратимым последствиям. Суд Тургона был суров и скор. Предателя постигла участь отца. Поняв, что нападение Моргота на Гондолин — это теперь лишь вопрос времени, Тургон попросил Финрода как можно скорее уводить жителей. Еще до предательства Маэглина из города были вырыты тайные ходы, ведущие по разным направлениям. Сделано это было по настоянию Туора и Финрода. Беженцев возглавляли самые опытные воины. Они успели вывести и переправить в безопасное место почти всех. Оставалась последняя группа. С ней покидали город Идриль, Эарендил, Туор и Финрод. Государь попытался в последний раз уговорить Тургона, но это было бесполезно. Провожая друга, Тургон тепло простился с ним, попросив передать Эрейниону письмо и венец правителя. А Финрод второй раз временно становился наместником. Понимая, что эта просьба ни что иное, как последня воля и видит он Тургона в прследний раз, Финрод не сдерживал слез. Рыдала и не хотела уходить Идриль, всхлипывал маленький Эарэндил, хмурил брови Туор. С трудом отцепив от себя дочь, передав ее мужу, Тургон коротко пожал Финроду руку, попросив его: — Береги их всех, Инголдо. Счастливого пути! И резко развернулся, спеша вернуться во дворец. Беженцы, разбившись на группы, скрылись в тонелях. За несколько часов до начала осады в Гондолине остались трое эльфов: Тургон, Глорфиндейл и Эктелион. И небольшие отряды воинов. Лорда Золотого Цветка Тургон отправил прикрывать отход жителей. Более странной победы у Моргота еще не было. Гондолин как будто вымер. Жителей там не было. Только горстка эльфов, защищающая город с отчаянием безумцев. Их смели, но и у орков потерь было немало. Да, Гондолин пал. Последней рухнула башня вместе создателем города — Тургоном. Но ловить Морготу было нечего. Сотня мертвых эльфов, разрушения и… И все. А где жители? Куда они делись? За всеми выходами и из Гондолина и из самой долины враги тщательно следили. Последний отряд беженцев попал в засаду. Возглавлял нападавших Готмог. Он уже праздновал легкую победу. Женщины, дети, несколько воинов. И сама златовласая принцесса Гондолина о которой так грезил тот жалкий червяк. С сыном на руках. Вот это добыча! Торжествующий рев. Свистящий взмах огненного бича. Крики ужаса. И…. На пути Балрога встали двое могучих витязей. Оба высокие, златовласые с горящими глазами. Они били без промаха. Но и сами не были неуязвимы. Наконец, один златовласый буквально оттолкнул второго, что-то крикнув ему. И остался один. Глорфиндейл принял свой последний бой, как было предсказано. А Финрод увел жителей. Гондолинцы обосновались в Гаванях Сириона. Они смешались с выжившими из Дориата, Нарготронда и Оссирианда. Какой радостью для Финрода было увидеть среди эльфов Индриса — племянника Эдрахила! Государь чуть не задушил юношу в объятиях. Немного придя в себя, Финрод передал Гил-Галаду королевский венец и письмо Тургона. Новый Верховный Король Нолдор-изгнанников почти все время находился на острове Баллар. В Гавани он приезжал нечасто. По его просьбе лидером всех уцелевших беженцов безоговорочно стал Финрод. В Гаванях он встретил еще одну, частичку своего прошлого — Эльвинг. От нее Государь узнал полную историю Берена и Лютиэн,. Эльвинг же и показала Финроду Сильмарилл. Шли годы. Моргот властвовал в Белерианде, где то в Барад Эйтель жили братья-Феаноринги. А Гавани процветали. Вырос Эарендил, сын Идриль и Туора. Он всерьез увлекся мореплаваньем и от всей души полюбил Эльвинг. И была веселая свадьба. И Финрод благословлял молодых. И плакала от счастья Идриль. Родились близнецы Элронд и Элрос. А Финрод с Эарендилом строили корабль. Они хотели попробовать найти Валинор. Просить Валлар о помощи. Почувствовав приближение старости первым попробовал отыскать Благословенный Край Туор. С мужем уплыла и Идриль. Но они не вернулись… Следующие попытки тоже были неудачными. А время поджимало. Моргот в любой момент мог обрушить всю свою мощь на Гавани. И была еще одна угороза — Феаноринги. В конце концов решено было, что в путь отправятся Эарендил и Финрод. Может, у них что то получится? Финрод спас Берену жизнь и этим напрямую поспособствовал освобождению Сильмарилла. Эарендил — сын посланника Владыки Вод Ульмо. От таких гонцов отмахнуться сложно. Уплывая, Финрод окончательно передал все бразды правления Гил-Галаду. Сын Фингона по праву наследовал титул отца и дяди. Непосредственное управление Гаванями перешло к Эльвинг. Рискуя лишить благосостояния свой народ, девушка отдала Эарэндилу Сильмарилл. Она сделала это во имя Высшей Надежды. И Надежда эта исполнилась. Конец.