На подкорке

Чонгук открывает дверь и заходит в квартиру, рюкзак скидывается на небольшую тумбочку для обуви. Он разувается и снимает толстовку, достает телефон и идет на кухню. Они сняли эту небольшую студию, она им понравилась больше всего. До центра не близко, но зато, как и хотел Тэхён, море не так уж и далеко, они любят иногда прогуляться по вечерам туда. Здесь есть все, что необходимо: кухонная и спальная зоны, гостиная зона и небольшая ванная комната, плюс цена приемлемая, что немаловажно. Хозяева квартиры — приятная пожилая пара, и радует, что не задавали вопросов по поводу того, что два парня будут снимать небольшую студию с одной кроватью и не таким уж большим диваном. Или подумали, что они студенты-друзья, или поняли все, как есть, но никак это не комментировали. Чонгук открывает холодильник, там почти пусто. Он специально не зашел в магазин, потому что они с Тэхёном вечером и так собираются за покупками, поэтому достает бутылку колы и делает несколько глотков, громко выдыхая из-за газированного напитка. — Тэхён? — зовет он, закручивая крышку, и ждет ответа. — Я здесь, — отвечает Тэхён, выходя из ванной комнаты. Чонгук улыбается и идет к нему навстречу, его сразу крепко обнимают и целуют приоткрытые губы, Тэхён улыбается в поцелуй. Ладони спускаются на ягодицы и сжимают, Тэхён мычит Чонгуку в губы и отклоняется. — Я уже соскучился, — с улыбкой шепчет Тэхён. — Я вижу, — усмехается Чонгук, обнимая своего парня за шею, пока его задницу продолжают мять. — Может, уже отпустишь? Так идти не очень удобно. — Нет, меня все устраивает, — Тэхён подмигивает и чмокает смеющегося Чонгука. Чонгук сейчас счастлив. За эти три недели, как они переехали в Пусан, парни стараются привыкнуть к новой жизни и к тому, что можно дышать свободно. Проводят время вместе, Чонгук показывает Тэхёну город, параллельно они ищут работу. Понимают, что найти что-то стоящее у них сейчас не получится, а Тэхён постоянно говорит, что Чонгук должен учиться. Но сейчас главное найти стабильный источник дохода, а там можно будет уже и планы строить. Чонгук шлепает Тэхёна по рукам и отталкивает, Тэхён смеется и идет за ним к дивану. Чонгук со вздохом падает на диван и прикрывает глаза, Тэхён садится рядом, берет его ноги и разворачивает, чтобы стопы лежали у него на коленях. — Устал? — спрашивает Тэхён, пока осторожно мнет ступни Чонгука, который довольно мычит, Кима умиляют эти носки с пальцами. — Устал ходить, да, — кивает Чонгук. — Но зато в понедельник я приступаю к работе. Тэхён улыбается, Чонгук улыбается ему в ответ. Мать Чонгука, когда узнала, что сын возвращается в Пусан, была удивлена, как и отец, но рада. И пока парни искали работу, она поговорила со своей знакомой, у которой свое туристическое агентство, и ей как раз требовался сотрудник. Обучение на месте, пока Чонгук будет стажером. Пусть и многое нужно будет запомнить, но специального образования не требуется, и это самое главное. Мест больше там нет, Чонгук и Тэхёна хотел бы туда устроить, но не получается, поэтому тот пока в поисках. — Я очень рад, — Тэхён переходит к другой ноге, мнет плавно, но достаточно сильно, с усмешкой наблюдая, как Чонгук закатывает глаза и мычит. — Будешь меня содержать, я — сидеть дома, а вечерами делать тебе массаж ног. — Отличная перспектива, — усмехается Чонгук. — Твои руки просто божественны. — О да, я в курсе, — Тэхён ухмыляется и толкает язык за щеку, — ты постоянно мне это говоришь. — Пошляк, — с соблазнительной улыбкой говорит Чонгук, глядя в любимые глаза. — И это ты обожаешь. — Естественно, ты же мой пошляк. Ну что, пойдем в магазин? — Да, только я хочу кое-что тебе сказать. Звонила моя мама… Чонгук сразу перестает улыбаться и выпрямляется в спине, в темных глазах появляется тревога, а сердце забилось быстрее. Они за эти недели ничего не слышали от семьи Ким, и как же это радовало их обоих. — Что? — шепотом спрашивает Чонгук, глядя в глаза Тэхёну. — Что-то случилось? — Да, кое-что произошло, — кивает Тэхён, сжимая в ладонях стопы Чонгука. — Мама поговорила с отцом и потребовала развод. Сказала, что больше их брак не имеет смысла, если меня в их семье нет. Конечно, он был против, но мама надавила, как я понял, ей тоже есть чем устроить ему проблемы, и адвокаты уже начали бракоразводный процесс. Чонгук выдыхает и прикрывает глаза, облизывая пересохшие губы. — Это же хорошо, да? — тихо спрашивает Чонгук. — Она наконец избавится от него. — Согласен, это хорошо, — Тэхён вздыхает и откидывается на спинку дивана. — Но есть проблема. Это может стать общеизвестным фактом, а значит, моему отцу придется как-то это объяснять публично. А там может всплыть и тема про меня. Мне очень интересно, что он скажет по этому поводу. Они оба молчат, Чонгук глядит на Тэхёна и кусает губу, пока тот рассматривает белые носки и дергает пальцами ткань. — Главное, чтобы он отстал от нас, — серьезно говорит Чонгук. — Эти недели были замечательными, потому что мы ничего не слышали от него и про него. — Согласен, — задумчиво отвечает Тэхён. — Хосок тоже говорит, что все спокойно. — Надеюсь, что так все и останется. — Я тоже, — Тэхён кивает и переводит взгляд на Чонгука. — И я очень рад за маму, не представляю, как она там одна жила с ним, да и вообще жила все эти годы. И это я тоже забыл — какими были их отношения. — Уверен, ничего хорошего там не было, — бубнит Чонгук, снова отклоняясь на спинку дивана. — Я первый раз столкнулся с таким человеком, это ужасно. Мои родители — простые люди, но честные и любящие, а твой отец — это пиздец. — Да уж, — усмехается Тэхён. — Не хочу про него говорить. Мама еще сказала, что собирается переехать в Тэгу к своим родителям, а еще хочет приехать к нам и познакомиться с тобой. Тэхён с улыбкой наблюдает, как глаза Чонгука расширяются от волнения, это его умиляет каждый раз. Он может понять, что Чонгук волнуется перед знакомством, тем более после такого общения с одним из его родителей, пусть они оба и осознают, что мама Тэхёна — это не отец, и она сама была такой же жертвой. — И когда она приедет? — тихо спрашивает Чонгук, чуть заламывая брови. — Не знаю, — Тэхён смеется и двигается ближе, теперь на его коленях лежат бедра Чонгука. — Она сказала, что как только закончится развод и ей незачем будет оставаться в Сеуле, она приедет к нам. Боже, почему ты так волнуешься? — Ты знаешь, — огрызается Чонгук и складывает руки на груди. — Да, я понимаю, что она не твой отец, но то, что твоя мама хочет поддерживать связь с тобой, не говорит о том, что я ей тоже понравлюсь. Может, она тоже не сторонник таких отношений. — Мама сказала, что если я счастлив, значит, сделал правильный выбор, — Тэхён с усмешкой смотрит на хмурого Чонгука, пальцами цепляет его подбородок и приподнимает лицо. — А я счастлив. И ты не можешь не понравиться, Чонгук, ты же просто прелесть. — Кто-то вчера, когда мы ссорились, назвал меня упертым идиотом, — Чонгук щурит глаза, но не может не улыбнуться. — И это правда, — Тэхён наклоняется и мажет губами по губам. — Ты меня еще хуже называешь. — Заслужил. — Это спорное утверждение. Чонгук улыбается, когда Тэхён начинает его целовать, двигается ближе и обнимает за шею. Сам не замечает, как уже сидит на бедрах Тэхёна, нависает сверху и целует. Теплые ладони проникают под резинку свободных спортивных штанов, Тэхён гладит обнаженные ягодицы и сжимает с силой, заставляя Чонгука простонать себе в губы. Каждый раз это невероятно сладко и безумно горячо — целовать Чонгука, сжимать его тело в руках. Тэхён помнит свои мысли из воспоминания, и правда не может оторваться от Чонгука, тот будто околдовал его, привязал к себе жаркими поцелуями, идеальным телом, самыми милыми улыбками и взглядами влюбленными. Самый невероятный парень в его руках. Чонгук медленно отклоняется, прерывая поцелуй, горячее дыхание опаляет влажные от слюны губы, пока они смотрят друг другу в глаза. — Я люблю тебя, — шепчет Чонгук, мягко целуя щеку, подбородок, скулу. Тэхён улыбается и отклоняет голову, гладит обнаженную кожу упругих ягодиц. — А я тебя, Куки, так сильно. Пойдем в кроватку. Чонгук смеется ему в ухо, трется бедрами и ощущает твердый член Тэхёна. Соблазнительно улыбается и отклоняется, нависая сверху. — Вообще-то мы собирались в магазин, Тэхён. — Мы же можем поменять планы, — Тэхён закусывает губу и в глаза смотрит. — Закажем доставку. — Вы не умеете экономить, господин мажор, — фыркает Чонгук. — Нет, мы пойдем за продуктами. До ночи подождешь. Чонгук вытаскивает руки Тэхёна из своих штанов, на что тот протестующе мычит и выпячивает губу, заставляя Чонгука рассмеяться. — Не поможет, Тэхён, твоя милая моська. — А мой милый язык в твоей заднице? — от милоты ничего не осталось, Тэхён лукаво ухмыляется. — Как тебе такое? — Извращенец, — фыркает Чонгук, подкалывая своего парня. — Но запомни эту мысль. Чонгук встает с бедер Тэхёна, поправляя свой вставший член, и тянет упирающегося Кима за руку в сторону прихожей. Да, ему определенно нравится их жизнь. __________________ — Ты все равно должен с ними познакомиться, — говорит Чонгук, когда они идут в магазин, перед этим прогулявшись по парку. — В мой день рождения ты не пошел к моим родителям, сказав, что хочешь сделать мне сюрприз. Ну да, типа отмазался. А они вообще-то ждут и постоянно спрашивают. Тэхён поджимает губы и отворачивается. Сейчас начало сентября, и у Чонгука был день рождения неделю назад. Тэхён действительно приготовил небольшой сюрприз, устроив маленький пикник на берегу моря, на том месте, куда они с Чонгуком как-то ездили. Даже вспомнил какие-то отрывки, которые пролетали в голове, мелькали, словно слайды, а потом отчитывал Чонгука за то, что тот не все рассказал. Как-то упустил такой жаркий и важный момент на заднем сиденье машины, когда они ласкали друг друга и снова довели до безумия. Чонгук смеялся и убегал от Тэхёна по всему пляжу, а потом был наказан дома, стонал громко и обещал, что больше никогда не будет скрывать такие важные моменты. Тот вечер и правда был замечательным. Тэхён подарил Чонгуку новые серьги и тоже с подвесками, ему очень нравится и Чонгуку безумно идет. Они взяли с собой только бутылку шампанского и еду, Тэхён выпил один стаканчик, ему вообще алкоголь противопоказан, да и не тянет, он уже отвык от него. А вот пьяненький Чонгук, как любовник, был еще более крышесносным и требовательным. Тэхён от него с ума сходит все больше и больше, уже не удивляясь вообще, что несся к нему раньше при каждой возможности. А вот тема родителей Чонгука для Тэхёна была тревожной. Нет, он не против с ними познакомиться, и понимает, что они ждут этого, раз их сын резко бросил столицу и вернулся в родной город, и уже живет с парнем. Чонгук не рассказывал им, кто именно такой Тэхён и кто его родители, поэтому те его считают просто обычным парнем, незачем им знать всю их историю. А Тэхёну стыдно. Стыдно за своего отца и за то, что эти люди были в предполагаемой опасности из-за него. Да, те не знают этого, и Тэхён очень надеется, что никогда не узнают, но ему стыдно им посмотреть в глаза. Но все же это придется сделать. — Я знаю, — отвечает Тэхён и смотрит на Чонгука, который идет справа. — Но я тебе уже говорил… — Да, я знаю и понимаю, — перебивает Чонгук. — Но это глупо, Тэхён. Ты же в этом не виноват. — Я в курсе, — вздыхает Тэхён. — Всё, ладно. Звони потом маме, спрашивай когда они будут дома, мы поедем к ним. — Серьезно? — Чонгук расплывается в широкой и такой любимой Тэхёном улыбке. — Ну наконец-то! — Не подкалывай, а то передумаю, — усмехается Тэхён. — Куда ты денешься, — фыркает Чонгук. Он позволяет себе только приобнять Тэхёна за талию, чмокнуть в щеку, быстро прошептав на ухо «люблю», и отклоняется, чтобы не привлекать к ним внимания. Тэхён подмигивает и довольно улыбается, Чонгук прав — никуда он не денется. Они идут по стоянке супермаркета и обсуждают, что нужно купить и что хотят приготовить сегодня вечером. Тэхён смеется над шуткой Чонгука и поворачивает голову в сторону, взгляд цепляется за мужчину в стороне, который стоит к нему боком возле машины и в компании еще двоих мужчин. Тэхён резко останавливается и хмурит брови, этот мужчина, его профиль, его высокий рост и весь образ кажутся очень знакомыми, от чего сердце начинает стучать быстрее. — Тэхён, все в порядке? — спрашивает Чонгук и смотрит в ту сторону, куда глядит его парень. — Подожди, — тихо отвечает Тэхён и начинает двигаться в сторону мужчин. Не отпускает ощущение, что он знает этого мужчину или кого-то, кто на него очень похож. В голове крутится имя, и Тэхён не может пройти мимо и не попытаться узнать, тот ли это человек или нет. Он подходит к мужчинам и останавливается рядом, Чонгук стоит у него за спиной и молча наблюдает. Он понимает, что Тэхён или что-то вспомнил, или что-то кажется ему знакомым, знает, как это важно для него, поэтому не мешает. — Простите, Хисон? Мужчины замолкают, и все трое глядят на Тэхёна, пока тот не сводит взгляда с человека, который кажется знакомым. Он выше и крупнее Тэхёна, ему на вид лет пятьдесят. Дорогой серый костюм сидит идеально, светлые волосы аккуратно уложены, а светло-карие глаза смотрят с непониманием. — Что? — Вы случайно не Хисон? — повторяет вопрос Тэхён, пока в голове мысли роятся, как пчелы, Тэхён так хочет вспомнить. — Нет, парень, ты обознался, — с усмешкой отвечает мужчина. — Вы уверены? Мы с вами никогда не встречались? Вы не бывали в Сеуле не так давно? Мужчина перестает усмехаться и глядит уже серьезно, между бровей пролегла глубокая морщина. Он более заинтересованно рассматривает Тэхёна, кидает взгляд на Чонгука за его спиной, затем снова переводит взгляд обратно и отвечает: — Парень, я тебя впервые в жизни вижу, и это не зависит от того, бывал ли я в Сеуле или нет. — Вы уверены? Чонгук поджимает губы, видя, что мужчины уже смотрят не так благожелательно, не понимая такой настойчивости от незнакомого человека. Поэтому выходит вперед и чуть улыбается, когда говорит: — Простите моего друга, он просто обознался. Хорошего вам вечера, — Чонгук поворачивается к Тэхёну и глядит в сосредоточенные глаза. — Пойдем отсюда. Тэхён позволяет утащить себя в сторону, кинув последний взгляд на мужчин, которые в ответ все так же смотрят на них. Чонгук сжимает руку Тэхёна и ведет туда, где поменьше народа, пока Тэхён молчит и продолжает думать. Ему покоя не дает одна переписка в его телефоне и имя Хисон. Переписка небольшая, но вызывает вопросы, она происходила за два месяца до аварии. Тэхён писал некому Хисону, спрашивал, все ли в силе, тот отвечал, что позвонит потом. И вот именно сообщения «Ты обещал, что поможешь», " У тебя есть вся информация?», «Почему ты не отвечаешь на звонки, у нас все в силе?», наводят на размышления о том, что это мог быть тот самый человек. Хисон отвечал только, что сейчас занят, потом позвони, и да, у них все в силе. Тэхён нашел много исходящих и входящих звонков с этим человеком, а когда попытался позвонить по номеру, тот был заблокирован. Но вспомнить, кто этот Хисон, как он выглядел и куда делся, Тэхён не может. Но сегодня он увидел этого мужчину на стоянке, и в голове как будто что-то щелкнуло, образ в голове сошелся с именем Хисон. Да, скорее всего это не тот мужчина, ему нет смысла врать, наверное, но значит, похож. Они заворачивают за угол, где находятся служебные помещения супермаркета, Чонгук разворачивается к Тэхёну и глядит с тревогой. — Тэ, ты в норме? Тэхён жмурится и подходит к стене, опирается на нее спиной и думает. Цепляется в голове за образ того мужчины, стараясь хоть что-то вспомнить, потому что что-то крутится как будто на поверхности, мелькает перед глазами. Тэхён хочет схватить это и вытащить наружу. Он сползает по стене и садится на корточки, опустив голову и обхватив ее ладонями, пока Чонгук стоит перед ним и смотрит, нервно кусая губу, но не вмешивается. Тэхён, стиснув зубы, глубоко дышит, перед глазами появляется мужчина, который и правда похож на того, кого он видел на стоянке. Такой же высокий, но более худой и с русыми волосами, а не со светлыми. Он глядит прямо на Тэхёна, его взгляд твердый, а губы поджаты, и это точно Хисон… — Здесь то, что я тебе обещал. Хисон протягивает зеленую флешку Тэхёну, тот сразу же забирает ее и прячет в карман. Они сидят в машине Хисона на какой-то подземной стоянке, Тэхён осматривает бетонное сооружение и спрашивает: — Там на самом деле пиздец? — Думаю, когда ты все посмотришь, то твой отец откроется для тебя с новых сторон. — Мой отец постоянно мне открывается с каких-то сторон, и точно не самых приятных. Тэхён кривит губы, на что Хисон усмехается, глядя на него. — Это может полностью потопить Инхана, — говорит Хисон. — Так что будь готов к тому, что если он узнает, что такая информация есть у тебя, счастлив он не будет. — Его счастье меня заботит меньше всего, как и его мое, — отвечает Тэхён и смотрит на Хисона. — А ты что будешь делать? — Что и собирался. — Понятно, — Тэхён кивает. — Спасибо тебе, правда. Я бы не смог с ним справиться без этого. — Но ты помнишь, что обещал подождать? — Хисон смотрит серьезно в глаза. — Конечно помню, не беспокойся. Надеюсь, еще увидимся. — Все может быть, — усмехается Хисон и заводит двигатель. — Маме привет. Тэхён выходит из машины и идет по стоянке к своему Lexus, сжимая флешку в кармане и улыбаясь. Пора ехать к Чонгуку… Тэхён трясет головой и часто дышит. Поднимает взгляд на Чонгука, который с волнением наблюдает за ним. — Что? Что, Тэхён? — Кажется, я вспомнил Хисона, — хрипло отвечает Тэхён и с вздохом поднимается в полный рост. — Только я до сих пор понятия не имею, кто он. Вспомнил встречу с ним, это он мне передал флешку с информацией. — Как ты и думал, — задумчиво говорит Чонгук. — Как я и думал, — соглашается Тэхён. — Блять, голова разболелась. Чонгук делает два шага и крепко обнимает Тэхёна, прижимая к себе. Тот обнимает в ответ за талию и прикрывает глаза, с благодарностью принимая эту поддержку. — Таблетки дома, примешь, когда мы вернемся, — тихо говорит Чонгук. Тэхён лишь согласно мычит и немного расслабляется. Воспоминания не балуют его регулярностью. Он вспоминает все по крупицам, какие-то обрывки, или вообще ничего. Вроде пора смириться, что так может быть всю жизнь, но все равно Тэхён цепляется за каждое воспоминание, ведь это его прошлое, а оно тоже важно. — Все хорошо? — тихо спрашивает Чонгук и отклоняется, смотрит в глаза, чтобы самому все увидеть. — Да, в норме. Спасибо, что ты рядом, — Чонгук улыбается и мило морщит нос, Тэхён это обожает и чмокает его в кончик носа. — И кажется я знаю, у кого спросить про Хисона. _____________________ Тэхён крутится во сне, сжимая в кулаках простыню, но видит и ощущает руль своей машины, обтянутый тонкой упругой кожей. Он резко распахивает глаза и садится, дышит часто через рот и глядит в стену перед собой, в голове паника, страх, злость и неопределенность. Чонгук сразу же просыпается и смотрит на него, пока Тэхён часто дышит и облизывает искусанные губы. Сердце Чонгука стучит часто и мощно из-за страха за любимого, хотя оба понимают, что это просто сон, только легче от этого не становится. — Опять? — тихо спрашивает Чонгук, легко поглаживая Тэхёна по обнаженной спине, он ощущает липкость кожи от пота. — Да, — выдыхает Тэхён, начиная злиться, когда паника отступает. — Заебало уже. Тэхён встает с кровати, движения дерганные и раздраженные, и уходит за перегородку, направляясь на кухню. Чонгук вздыхает и трет глаза, на часах четвертый час утра, и ему скоро вставать на работу, но он точно не оставит Тэхёна одного сейчас. Проблема появилась спустя две недели после переезда, прошло почти два месяца, а сны повторяются иногда. Как говорит сам Тэхён, это не ощущается сном, просто во сне к нему приходит воспоминание момента аварии. В первый раз он испугался так сильно, что проснулся с криком, не понимая, что это сон, такой яркий, резкий и отдающийся болью в груди. А сейчас все больше злится, не понимая, почему это не может остаться просто воспоминанием, раз уж оно вернулось, а приходит во сне и пугает каждый раз. Раз в неделю точно. Чонгук встает с кровати и идет к Тэхёну, ему так хочется обнять любимого и успокоить, это все, что он может сделать, и готов делать бесконечно. Тэхён стоит возле открытого окна и курит, стряхивая пепел в пепельницу на подоконнике. Сильнее сжимает фильтр между пальцев, руки еще дрожат, а дыхание и сердцебиение постепенно приходит в норму, но злость до конца не уходит. Сука, почему каждый раз, как в первый, все так четко и ясно. Он же был пьян, почему это приходит в таких точных деталях? И ощущения, все эмоции и чувства тоже. Тэхён помнит, как ехал по практически пустой дороге, выжимая газ и врубив музыку на всю. Помнит, как был зол на Чонгука и как хотел вернуться к нему одновременно. Как был зол на отца, на весь белый свет, и на себя в первую очередь. Он думал, что больше тянуть не будет. Все расскажет Чонгуку. Но их последний разговор наводит на мысль, что Чонгук к нему ничего не чувствует, смеется и не верит, ему это не нужно. Неужели Тэхён ошибся? Неужели ему показалось, что в черных прекрасных глазах он видит не только страсть и похоть, но и что-то глубокое и настоящее? Каждый раз, когда Тэхён говорил, намекал на что-то серьезное, говорил, что чувствует, осторожно и самую малую долю, Чонгук усмехался и все переводил в шутку. А так хотелось выложить все, рассказать, как есть, но было еще рано. Но теперь пора, все сделано, все готово, только не ясно, готов ли Чонгук, потому что скорее всего после того, что сделает Тэхён, у него не останется семьи и дома. Тэхён ясно помнит, как в поплывшем от алкоголя и злости мозгу всплывает образ Чонгука, и это, как всегда, успокаивает. Он должен вернуться к нему и нормально поговорить, попытаться. Тэхён трясет головой и бьет с силой себя по щеке, продолжая лететь по ровной дороге, именно сейчас он это и сделает, вернется к Чонгуку. Он опускает одну руку и хочет достать телефон из кармана джинсов, и в этот момент машина теряет управление, начиная вилять по дороге. Все происходит так быстро, но во сне кажется, что в замедленной съемке. Тэхён снова двумя руками хватает руль, не понимая, что происходит и пытаясь выровнять машину, но скорость слишком большая, у него ничего не получается. И в следующий момент Тэхён ощущает удар такой сильный, что клацают зубы, ремень безопасности до дикой боли впивается в грудину, и дальше темнота. Именно в этот момент каждый раз просыпается Тэхён, в момент мощного столкновения металла с металлом. В ушах звенит от громкой музыки, скрежета металла и оглушительного удара, и кажется, что сердце вырвется из груди от паники. Тэхён с силой тушит окурок в пепельнице, когда теплые сильные руки обнимают его со спины, Чонгук грудью прижимается к нему и ставит подбородок на плечо, молчит. Тэхён прикрывает глаза, практически успокоившись, но все равно бесит то, что этот момент не может остаться каким-то воспоминанием, а возвращается во сне. Присутствие Чонгука успокаивает, дает надежду на то, что все будет хорошо. После того, что произошло, Чонгук — как оазис надежности, любви и поддержки, Тэхён никогда не устанет благодарить его за то, что он остался рядом и не бросил. — Тебе когда-нибудь снились кошмары? — тихо спрашивает Тэхён. Они так и стоят на кухне перед открытым окном, свежий утренний воздух остужает горячее тело Тэхёна и пускает мурашки по коже Чонгука, тот зябко ежится. — Да, в тринадцать лет, когда я увидел, как у папы случился сердечный приступ, — тихо отвечает Чонгук, не убирая подбородок с плеча Тэхёна и поглаживая его живот. — Приехала скорая, мама уехала с ним, я остался с бабушкой. Потом какое-то время мне это снилось, но вот конец был другой. Будто скорая не успела, а папы не стало. Я так боялся, что он умрет. — Это ужасно, — Тэхён трется щекой о щеку Чонгука. — Да уж, — вздыхает Чонгук. — Но главное, что все обошлось, папа стал лучше следить за здоровьем, и пока все в порядке. И еще мне пару раз снился момент, когда я узнал об аварии… Тэхён напрягается в его руках, Чонгуку приходится отклониться, чтобы он повернулся к нему лицом. — Что? — с непониманием спрашивает Тэхён. — Всего пару раз, — Чонгук поджимает губы. — Еще до того, как мы снова начали общаться, и я думал, что больше ничего не будет. Мне снился момент, когда я узнал об аварии, сидя в том автобусе. Как выскочил на улицу и сидел на земле, смотря новости. Но во сне, когда я позвонил Хосоку, он сказал, что ты… не выжил, — Чонгук отводит взгляд, а Тэхён обнимает его крепко за шею, прижимая к себе. — И я во сне понимал, что никогда себя не прощу, потому что именно я тебя отпустил… — Перестань, — Тэхён целует щеку, губы, нос беспорядочно, успокаивает. — Я же здесь с тобой. И ты ни в чем не виноват. — Да, я знаю, — Чонгук пытается улыбнуться. — И я переживаю за тебя, когда ты так просыпаешься. Милый, это тоже пройдет, и эти сны прекратятся. — Я понимаю, — хрипло отвечает Тэхён, они обнимаются, ощущая тепло тел друг друга. — И уже хочу, чтобы это просто осталось воспоминанием. То, что я переживаю это раз за разом, выматывает морально. — Но я всегда рядом, да? — Чонгук отклоняется и смотрит в глаза. — И я не отказался, я тоже хотел быть рядом. — Теперь я это знаю, — кажется, Чонгук всегда знает, что сказать, или Тэхёну просто достаточно того, что он рядом. — Ты и держишь меня на плаву. Поцелуй как поддержка, просто плотное касание губ к губам, они стоят так недолго и улыбаются, отклоняясь. — Прости, что снова разбудил, тебе скоро на работу. — Не неси чушь, — усмехается Чонгук. — Пойдем еще поваляемся. — С удовольствием. Тэхён обнимает Чонгука за плечи, и они идут в спальную зону. Он верит Чонгуку и знает, что эти сны когда-нибудь исчезнут, перейдя в раздел воспоминаний, но сейчас, пока они тревожат и выбивают из колеи, это угнетает. Тэхён злится на себя за то, что был таким беспечным, допустил аварию. Каждый раз, просыпаясь, ощущает неуверенность, которая тогда была внутри, в том, что он нужен Чонгуку. Только любимый, сонный и теплый Чонгук рядом дает понять, что это все позади. Они вместе и все у них хорошо, осталось дождаться, когда эти сны прекратятся. ______________________ — Да не волнуйся ты так. Чонгук кидает на ухмыляющегося Тэхёна уничтожающий взгляд, расхаживая по небольшой гостиной и заламывая пальцы, пока Тэхён расслабленно сидит на диване, широко расставив ноги. Он рассматривает своего парня, закусив губу, любуясь крепкими длинными ногами, которые обтягивают черные джинсы, сверху светло-сиреневая рубашка, заправленная за пояс. Темные волосы легкими волнами по бокам обрамляют лоб, Чонгук кусает губы и не может успокоиться. Это забавляет и снова заставляет умиляться. Чонгук в сто тринадцатый раз проверяет взглядом их небольшую студию, кажется, здесь никогда в жизни не было так чисто, потому что его парень за последние сутки вылизал каждый угол. Они вместе приготовили небольшой обед и ждут Дохи, она должна приехать с минуты на минуту, уже написав, что в пути на такси от вокзала. — Чонгук, успокойся. — А если я ей не понравлюсь, — Чонгук наконец останавливается и смотрит на Тэхёна. — Вдруг… Вдруг она все же будет против, и тебе придется снова выбирать… — Я уже выбрал, Чонгук, — спокойно и серьезно отвечает Тэхён. — И если моя мать хочет видеть меня хоть иногда, ей придется смириться, что ее сын — гей, полюбил замечательного парня и готов отказаться и от нее тоже, если она что-то имеет против. Я ни под кого подстраиваться больше не буду. Кроме тебя. Чонгук пытается улыбнуться, от этих слов узел напряжения внутри чуть слабеет. — Я не хочу, чтобы ты и ее терял… — Иди сюда. Тэхён пальцем манит Чонгука и хлопает ладонью себе по бедру, Чонгук медленно приближается и садится сверху, Тэхён выдыхает тихо, принимая его вес. Ладони, как обычно, собственнически сжимают ягодицы, Тэхён глядит на Чонгука снизу вверх и говорит: — Почему ты вообще думаешь, что она будет против? — Не знаю, — устало вздыхает Чонгук, поправляя воротник темно-зеленой рубашки Тэхёна. — У меня такое ощущение, что она принимает нас только из-за чувства вины перед тобой. Что на самом деле боится потерять тебя окончательно, поэтому и меня будет терпеть. — Нам с ней не жить, — отвечает Тэхён. — И мне глубоко похрен, если она так думает. Ей придется улыбаться и принять тебя, иначе меня она больше не увидит. — Об этом я и говорю… — Куки, закончили это, — твердо отрезает Тэхён. — Ты прекрасно выглядишь и ты самый лучший парень для меня, это ясно? Остальные пусть идут на хрен со своим мнением. И это реально работает, Чонгук не знает как. Но он влюбленным взглядом смотрит на Тэхёна и улыбается, становится более спокойным и наклоняется, чтобы поцеловать его. — Спасибо, — в поцелуй шепчет Чонгук. — Это тебе спасибо, — с улыбкой шепчет Тэхён и нажимает ему на затылок, чтобы углубить поцелуй. Плавно и медленно они сжимают губы и языком скользят по языку, смеются тихо, прикусывая губы, шепчутся тихо. — Ты правда шикарно выглядишь, — Тэхён губами обхватывает нижнюю губу и посасывает. — М-м-м, спасибо, — Чонгук облизывается. — Я очень старался. — Надеюсь, не только для мамы, но и для меня. — В первую очередь для тебя, — Чонгук улыбается и прикусывает его кончик носа, Тэхён морщится, как обычно, для этого Чонгук и делает это из раза в раз. — Тогда я приглашаю тебя после ухода мамы прогуляться, — Тэхён гладит бедра Чонгука, смотря в глаза. — Ты много работаешь, нужно хорошо провести выходные. Ласковый шепот и разговоры ни о чем, милые и с улыбками, отвлекают, Чонгук кивает и ладонями накрывает щеки Тэхёна, целует легко. Чонгук так сильно отвлекся и увлекся нежными прикосновениями, что крупно вздрагивает, когда раздается звонок в дверь. Тэхён тихо смеется на эту реакцию, чмокает в подбородок хлопающего глазами Чонгука и шлепает его по заднице, чтобы тот встал с его бедер. — Спокойно, сладкий Куки, все будет отлично. Чонгук видел госпожу Ким на фотографиях, когда после прихода Инхана искал информацию об их семье. Красивая, невысокая, стройная женщина со светлыми волосами, которая держалась со статью королевы, улыбаясь рядом с мужем. Чонгук боялся, что она холодная светская дама. Но то, что он увидел, совершенно не вписывалось в этот образ. На Дохи было легкое пальто темно-бежевого цвета, черные брюки и простые ботинки без каблука. Ее светлые волосы чуть ниже плеч были распущены и чуть завиты, легкий макияж на лице. Но главное — это счастливая, слегка взволнованная улыбка и глаза, так похожие на глаза Тэхёна, в которых, кажется, собрана вся любовь, которая может быть у матери к ее ребенку. — Тэхён, боже. Дохи заходит в квартиру и сразу обнимает сына, крепко сжимает в руках, Тэхён чуть наклоняется, потому что выше ее, и обнимает в ответ. — Я так соскучилась и так рада, что ты согласился встретиться, — Дохи быстро моргает, стараясь сдержать слезы. — Я же говорил, что мы встретимся, — с улыбкой отвечает Тэхён, продолжая обнимать маму. — Ты меня задушишь, мам. — Прости, прости, — Дохи тихо смеется и отклоняется, пару раз чмокнув сына в щеку. — Я просто очень рада. — Я тоже рад видеть тебя… улыбающейся. Дохи и правда улыбается, отводит взгляд и начинает расстегивать пальто, пока Чонгук стоит в стороне, ближе к гостиной зоне. — Ты себе представить не можешь, как рада я, — отвечает Дохи. Тэхён забирает ее пальто, пока она разувается, и тут ее взгляд падает на Чонгука, когда Тэхён отходит в сторону. — Оу, — Дохи, почему-то кажется смущенной. — Добрый день. Чонгук старается улыбнуться и чуть кланяется. — Добрый день, госпожа Ким. Я очень рад вас видеть. Тэхён сразу же подходит к нему и обнимает за талию, говорит с улыбкой: — Мама, познакомься, это мой Чонгук. — Да, я поняла, — Дохи делает пару шагов к ним, рассматривает их, но не оценивающе, а заинтересованно. — И называй меня, пожалуйста, Дохи, а не госпожой. — Как скажете, — Чонгук кивает и кусает губу изнутри, сердце от волнения бьется тяжелее. — Я… — Ты очень красивый, Чонгук, — ее улыбка такая добрая, такая материнская, что у Чонгука сжимает горло. — Уверена, это одна из причин, почему мой сын потерял голову. — Я…Э-э… — Одна из, да, — смеется Тэхён, он расслаблен и спокоен, кажется, единственный, в этой небольшой квартире. — А еще он самый лучший и добрый, а главное — честный. Тэхён не планировал шпильку в сторону мамы, но так вышло. Дохи лишь грустно улыбается, но смотрит так же с любовью, и отвечает: — Ты прав, Тэхён, это очень важно. Спасибо, что пригласили меня. — Спасибо, что приехала. — М-может чай? — Чонгук, стараясь вести себя естественно, улыбается. — Или кофе? Мы приготовили обед. — Да, было бы замечательно, — Дохи улыбается ему. — После дороги это то, что нужно. Небольшая кухня вмещает их троих за столом, но места явно мало. Тэхён помогает Чонгуку накрыть небольшой обед, пока Дохи с улыбкой наблюдает за ними. Ей хватило лишь увидеть, как ее сын смотрит на Чонгука и пытается защитить, обнимая и поддерживая, и все сразу стало понятно. И она правда счастлива за них, каждый день перед сном прося бога, чтобы он подарил им спокойную жизнь. Её сын заслужил. Её сильный сын, переживший столько давления, аварию и ложь. Они приступают к обеду, обстановка в основном разряжается шутками и спокойствием Тэхёна, постепенно Чонгук и Дохи тоже расслабляются больше, говорят увереннее, без волнения и стеснения. — Тэхён, а ты работаешь? Тэхён поджимает губы и опускает взгляд в тарелку, палочками перебирая еду. Прошло два месяца с переезда, а он так и не определился. — Пока нет, — отвечает Тэхён. — Чонгук содержит нас один. — Перестань, — усмехается Чонгук и закатывает глаза. — У меня два собеседования на следующей неделе, — продолжает Тэхён. — Нужно уже определиться. Мама, я правда говорил, что хочу быть журналистом? Дохи кивает и отвечает: — Да, на втором курсе ты часто спорил с отцом, что тебе не нравится бизнес, не нравится учиться, это не твое. Тебя заинтересовала журналистика. Но, естественно, Инхан был против. Как только это имя было произнесено, все сразу ощутили, будто над столом повисло что-то тяжелое. — Расскажи, как все прошло? — тихо спрашивает Тэхён, глядя на маму напротив. Он знает, что бракоразводный процесс уже полностью закончен. Что мама переехала в Тэгу только три дня назад, и сразу приехала к ним в гости, потому что соскучилась по сыну. Но он не в курсе всех деталей, потому что они не обсуждали этого по телефону, решив поговорить при встрече. Дохи аккуратно откладывает палочки, смотря вниз, будто собираясь с мыслями. Затем поднимает взгляд и смотрит на парней. — Было не очень легко, Тэхён. Особенно первый разговор о разводе, — Дохи сжимает кулаки под столом, вспоминая насмешки и угрозы. — Это же твой отец, он не мог спокойно допустить, чтобы развалилось полностью то, что осталось от нашей семьи. На следующий день я связалась с адвокатами и запустила процесс. Инхан, — Дохи вздыхает и прикрывает глаза, — Инхан доволен не был, возможно, подумав, что я говорила не серьезно. Он устроил скандал, кричал, что не даст развод, но я стояла на своем. Думаю, я использовала против него то же самое, что и ты, Тэхён, — его репутацию против него же. Да, я могла устроить громкий развод со скандалом, но как же я сильно этого не хотела. Мы ругались часто, пока шел развод, я старалась вообще с ним не встречаться, а потом уехала из дома в отель, невозможно было там находиться. Но я добилась тихого развода и даже выполнения тех условий, которые ставила. Правда не в полном объеме, но уже что-то. — Ты нагрела папочку на деньги? — Тэхён довольно улыбается, рассматривая эту хрупкую, но все же в итоге сильную женщину. — Как сказал адвокат, — Дохи усмехается, ее глаза на миг сверкнули лукавством, — это совместно нажитое имущество, плюс моральная компенсация за двадцать пять лет. Все же взять в адвокаты женщину было отличной идеей. Тэхён громко смеется, Чонгук тоже не может сдержаться, смотря на довольную улыбку Дохи. Тэхён правда доволен, что Инхану, скрипя зубами, но пришлось лишиться части денег, которые он так боготворит. — Я горжусь тобой, мама, — Тэхён ласково смотрит на Дохи. — Правда. — Спасибо, — Дохи грустно улыбается. — Потому что я сделала это только ради тебя. Из-за тебя и благодаря твоему примеру. — Что я могу сказать? — Тэхён обнимает Чонгука за плечи и смотрит на него с улыбкой. — Любимые люди вдохновляют действовать и отстаивать свое право на свободу. Чонгук не может не улыбнуться в ответ, они смотрят друг другу в глаза, разделяя этот момент, пока Дохи за ними наблюдает. — Вы такие молодые, и столько уже пережили, — Дохи опускает взгляд и поджимает губы, словно ей жаль, что так произошло. — Но деньги я не только для себя выбивала из своего бывшего мужа, — Тэхён хмурит брови, глядя на нее. — Большую часть денег я отдам тебе, Тэхён. Тэхён приоткрывает рот, а потом качает головой. — Нет, нет. Мне не нужны его деньги… — Это мои деньги, Тэхён, — твердо говорит Дохи. — И твои тоже. Чтобы он ни говорил, ты — его сын и наследник, но ушел и остался без всего. Я переведу тебе на счет деньги, а вы уже решите, как ими распорядиться. Там точно не так много, как имела наша семья, но сумма очень приличная. Вы сможете потратить ее на образование, на квартиру, на отдых, все, что угодно. Но ты их возьмешь, Тэхён. Дохи глядит твердо сыну в глаза, и тот вздыхает, опуская голову. Слова об учебе сразу наводят на мысли о том, что Чонгук снова сможет начать учиться, а возможно и сам Тэхён, потому что он все чаще и чаще думает о журналистике. Да и деньги не бывают лишними, это точно упростит их жизнь. — Спасибо, мама, — Тэхён рукой накрывает руку Дохи, лежащую на столе, и сжимает ее тонкие пальцы. — Это то немногое, что я могу для вас сделать, — Дохи улыбается и второй рукой накрывает руку Тэхёна, легко хлопает по ней. — А теперь расскажите, как вы тут устроились? Разговор плавно переходит в гостиную. У них не так много времени до вечера, в восемь часов у Дохи поезд до Тэгу. Она решила не оставаться на ночь, чтобы не стеснять парней в и так небольшой студии, и сказав, что они могут часто видеться, потому что между ними всего час пути. — Так ты тоже познакомился с родителями Чонгука? — заинтересованно спрашивает Дохи. Она сидит на диване, поджав под себя ноги, белый легкий пуловер делает ее такой уютной. Тэхёну нравится, как выглядит его мама, она словно помолодела. Нет тех ужасных кругов под глазами и убитого взгляда, она выглядит посвежевшей и моложе своего возраста, потому что ее глаза и правда сверкают. — Да, знакомство состоялось, — отвечает Тэхён, поджимая губы. — Он так волновался, — Чонгук не может не рассмеяться, вспоминая их встречу. — Но все прошло хорошо. — Конечно я волновался, — фыркает Тэхён. — Это же твои родители. Но они замечательные люди. — Не сомневаюсь, — Дохи с теплотой улыбается. — Такой прекрасный сын, и родители, уверена, такие же. Чонгук смущенно отводит взгляд, потому что себя он замечательным сыном не считает, вдоволь потрепав нервы родным людям. Не был прилежным учеником, бросил учебу, хотя сам кричал, что хочет учиться в Сеуле. Гулял, отрывался, не думая ни о чем, и встретил Тэхёна. Все же многое изменила их встреча, а затем и авария, заставив посмотреть на жизнь под другим углом. Чонгук до сих пор содрогается при мысли о том, что Тэхён мог просто погибнуть и всё, ничего бы больше не было. Но голос Дохи выводит из невеселых размышлений: — Надеюсь, мы когда-нибудь познакомимся. — Уверен, что да, — отвечает Тэхён. — Как минимум на нашей свадьбе. Чонгук распахнутыми в шоке глазами глядит на него, а Дохи начинает смеяться. — Ты что несешь вообще? — тихо спрашивает Чонгук. — А что? — Тэхён довольно ухмыляется. — Это же когда-нибудь произойдет. — Боже, замолчи уже, — Чонгук отворачивается, но Тэхён замечает, как алеют его щеки и уши. — Обожаю его смущать, — Тэхён получает локтем в бок и смеется. — Правда часто за это получаю. Дохи нравится их общение, оно легкое. Но при этом взгляды серьезные и искренние, ей тепло от того, что она видит. Задумавшись, пока эти двое что-то там между собой обсуждают, Дохи не сразу понимает, что Тэхён ее зовет. — Эй, мам, ты с нами? — Да, прости, — Дохи глядит на сына и улыбается. — Задумалась. — Я хотел у тебя спросить, — Тэхён серьезен и смотрит прямо в глаза, — ты знаешь, кто такой Хисон? Тэхён сразу отмечает, как расширяются глаза мамы, она напрягается и выпрямляется в спине. — Ты его вспомнил? — тихо спрашивает Дохи. — Ну, как сказать, — Тэхён жует губу, не зная, стоит ли маме знать то, что узнал он про отца. — Мне пришло воспоминание о нем, и оно важное, но я не знаю, кто он, а номер недоступен. Дохи опускает голову и ладонью водит по бедру, разглаживая ткань. Начинает говорить, не поднимая взгляда: — Ли Хисон очень долго работал с твоим отцом, лет девять-десять наверное. Сначала он был младшим помощником, потом его карьера у твоего отца пошла вверх. Инхан заметил его после того, как Хисон предложил пару идей и они имели успех, поэтому дал повышение. В итоге он стал приближенным помощником твоего отца. Они достаточно близко общались, Хисон был вхож в наш дом, и с тобой тоже нашел общий язык, — Дохи поднимает взгляд и смотрит на сосредоточенного сына. — Можно сказать, что Хисон был другом Инхана, коллегой, ну и другом семьи в том числе. Вот только он хороший человек, в отличие от Инхана. В какой-то момент он перестал у нас появляться, и мы с ним случайно встретились в городе, это было примерно год назад. Он сказал, что хочет уйти от твоего отца, потому что многое узнал изнутри, Хисон не хотел быть частью всего этого, — Дохи вздыхает и переплетает пальцы в замок, сжимает с силой. — Понимаешь, Тэхён, пусть я и была тенью в доме, тенью своего мужа и обложкой идеальной жизни, но я же с ним была двадцать пять лет. Многое видела, слышала, понимала, и я прекрасно знала, что Инхан точно не самый законопослушный гражданин нашей страны. А Хисон вдобавок и увидел доказательства этому, — Дохи грустно улыбается и отводит взгляд в сторону. — Он всегда относился ко мне и к тебе хорошо, спрашивал меня, почему я с ним живу, говорил, что мы с тобой достойны лучшего. А я думала, почему мой муж не такой, — Дохи снова опускает голову, будто понимая, что сболтнула лишнего, прячет взгляд. — Так что конкретно ты хочешь о нем знать? Для Тэхёна, в принципе, многое становится понятно, Хосок был прав. Информацию ему предоставил тот человек, кто был внутри всех дел его отца. Но Тэхён все же спрашивает: — То есть Хисон мог достать такую информацию, которая могла погубить всю карьеру отца? — Да, — просто отвечает Дохи. — И засадить за решетку. Но он предпочел молчать и просто уйти от Инхана, сказав, что решил переехать в другую страну. Хисон уволился за полгода до аварии. На самом деле, — Дохи нервно проводит рукой по волосам, — он просил, чтобы я уехала с ним. Тэхён, не пойми неправильно, у нас ничего не было, но он был… Был не такой, как твой отец, и поддерживал меня, да и тебя тоже. Как я понимаю, он что-то тебе передал? Потому что в последнюю нашу встречу почти перед аварией он сказал, что надеется, у тебя все получится. Тэхён посмотрел на Чонгука, который сидел сбоку от него, и снова перевел взгляд на маму. — Да, именно то, что передал мне Хисон, и помогло уйти из дома. Очень жаль, что я не помню его. А где он сейчас? — Не знаю, — Дохи чуть улыбается и пожимает плечами. — Хисон сказал, что хочет переехать в Европу, куда — не уточнял, а я не спрашивала. Уверена, что он давно уехал. — Вот почему я ждал, — тихо и будто сам для себя говорит Тэхён. — Возможно, давал ему время. Тэхён трет лоб и жмурится, хочет что-то вспомнить, чтобы этот человек был в голове не одним воспоминанием, а чем-то цельным, ведь его помощь оказалась незаменима. Но ничего, пустота, Тэхён раздраженно выдыхает и снова глядит на маму. — Значит, ты ему нравилась? Дохи поднимает на сына взгляд, немного с болью и будто мечтательный, Тэхён слабо улыбается. — Наверное… — Ой, да брось, — Тэхён хитро щурится и улыбается шире, чтобы разрядить обстановку. — Ты же у меня молодая красотка. И поверь, никто бы тебя точно не осудил, если бы ты загуляла за спиной отца с его помощником. — Тэхён! — возмущенно вскрикивает Дохи. Парни тихо смеются, а Тэхён может поклясться, что его мама покраснела. — Я ничего больше не буду говорить, — Тэхён тянет руку и сжимает пальцы Дохи, смотрит в глаза мягким взглядом, — но ты достойна счастья. Тем более после стольких лет с моим отцом. Я бы был рад, если бы рядом с тобой был мужчина, который будет любить и ценить тебя, а ты будешь чувствовать это. Губы Дохи чуть дрожат, когда она улыбается, и в ответ сжимает руку сына. — Спасибо, милый, но сейчас о мужчинах я думать хочу меньше всего, — Дохи тихо усмехается. — Да и навряд ли мы когда-то с ним встретимся снова. — Кто знает, — Тэхён подмигивает ей и снова отклоняется, Чонгук сразу обнимает его за талию и ставит подбородок на шею, не вмешиваясь в разговор сына и матери. — Хотел еще кое-что спросить, — Дохи кивает, глядя на серьезного сына. — Мой отец… он всегда был таким? Дохи будто задерживает дыхание, а потом тихо выдыхает и поджимает губы. Её сын очень многого не помнит, может, сейчас и к лучшему, как бы это плохо ни звучало, но их жизнь внутри семьи и дома очень сложно назвать идеальной. — Я просто не понимаю, — Тэхён как-то натянуто усмехается, — как ты могла его полюбить? — Сейчас я этого тоже не понимаю, — тихо отвечает Дохи. — Мне было двадцать, ему двадцать шесть, он тогда уже начал пробиваться, пошел по стопам родного брата своего отца, его родители погибли, когда Инхану было семнадцать. Он уже тогда был сильным, волевым, пробивным. У него было много амбиций, целей, стремления. И тогда это меня подкупало. Он сделал мне предложение, сказав, что я буду идеальной женой: скромная, красивая, добрая. А я посчитала это за любовь с его стороны. Но все то, что в нем было, стало только расти и развиваться, и не в лучшую сторону. С каждым годом он становился все жестче, бескомпромисснее. Чем выше он поднимался, чем больше власти имел, тем сильнее хотел еще, и тем больше боялся все это потерять. Власть портит людей, Тэхён, не все ее используют правильно. Его репутация, статус и деньги стали для него самым важным. Я могу сказать тебе точно, сынок, что твой отец обожает свою жизнь, обожает власть, и эта страсть в нем ко всему этому все растет и растет. И он всегда был… — Дохи запинается, переводит взгляд на Чонгука, который вместе с Тэхёном ее внимательно слушает, и снова глядит на сына. — Инхан был всегда за… традиционные отношения, как ты понимаешь. — Гомофобом, мама, — фыркает Тэхён, а Чонгук сильнее сжимает руками его талию. — Ну да, — бормочет Дохи. — Стоило только всплыть подобной теме, как он сразу же вспоминал о том, как они издевались над геями в университете. А потом, на твоем последнем курсе обучения, он узнал про тебя и какого-то парня. Тогда произошел самый ужасный скандал, который был в нашем доме. Я боялась, что или ты уйдешь из дома, или он тебя выгонит. С тех пор ваши и так не самые близкие отношения становились все хуже и хуже. Но вы смогли договориться, Инхан будто на горло себе наступил, сказав тебе скрывать все это, он верил в то, что ты будешь жить так, как должен. Компания, брак, развитие. Но потом появился Чонгук… Ну а дальше, думаю, картина у тебя сложилась полная. — Более или менее, — глухо отвечает Тэхён, смотря в сторону. — Мне так жаль, что я давала тебе мало поддержки, — Дохи быстро моргает. — Ты в последний год все больше отдалялся ото всех нас, кажется, жил своей жизнью, хотя шел на поводу у отца, не отказываясь от будущего. — Пока не влюбился в парня, имея при этом отца-гомофоба со своими планами на сына, — Тэхён тихо усмехается и вздыхает. — Да, в тот момент я поняла, что как прежде уже не будет, — Дохи смотрит на Чонгука. — Никогда и ни из-за кого ты не вел себя так, Тэхён, только из-за Чонгука, — Чонгук поджимает губы и отводит взгляд. — Я очень боялась за тебя, Тэхён, но поняла, что что-то может поменяться, когда Хисон перед отъездом сказал, что у тебя должно получиться. Слишком много мыслей. Тэхён задумчиво слушает о том, что происходило в его жизни, уже не надеясь, что что-то вспомнит конкретное. Оно или придет, или нет, бесполезно насиловать свой мозг, слишком много раз он пытался за эти месяцы. Больше говорить об этом нет желания, он знает, что если захочет, то может позвонить маме и спросить что угодно. Сейчас он ей верит, и очень рад, что у нее тоже получилось бросить ту жизнь. Они успевают выпить чай перед тем, как отправиться на вокзал. Вызывают такси, до отправления поезда остается полчаса, этого хватает, чтобы приехать вовремя. Дохи очень долго обнимает сына, они стоят и молчат, Чонгук с улыбкой отходит от них, давая пространство. — Я буду скучать по тебе, — тихо говорит Дохи, щекой прижимаясь к груди сына. — Я всегда скучаю по тебе. — Я знаю, мам, — Тэхён улыбается и губами прикасается к ее светлым волосам на макушке. — Мы приедем к тебе, обещаю. — Я очень этого хочу, — Дохи отклоняется и смотрит на сына снизу вверх. — Твои бабушка и дедушка тоже ждут тебя, вы давно не виделись. — Тем более если учесть, что я их не помню, — усмехается Тэхён. — Они в курсе… всего? — Пока нет, — тихо отвечает Дохи. — Но мне придется что-то рассказать в любом случае. Когда объявляют посадку, Дохи снова крепко обнимает сына, Тэхён улыбается и целует ее в щеку, он видит, что его маме стало легче от того, что они пообщались и от того, как они ее с Чонгуком встретили. Дохи отходит от сына и с улыбкой подходит к Чонгуку, который мило улыбается ей. — Я очень рад был с вами познакомиться, Дохи, — говорит Чонгук. — Я тоже, сынок, — Чонгук удивленно моргает и напрягается, когда Дохи тихо смеется и обнимает его крепко, Чонгук расслабляется и аккуратно обнимает в ответ. — Мой сын счастлив, значит, и я тоже, — шепчет ему на ухо Дохи. — Спасибо тебе, что ты был с ним, когда я была плохой матерью. Я всегда буду благодарна тебе за это. Он так сильно любит тебя. — А я его, — хрипло шепчет Чонгук и поднимает взгляд, Тэхён со стороны за ним наблюдает. — Очень сильно. — Я вижу, — Дохи с улыбкой отклоняется и отходит. — Берегите себя. — Ты тоже, мам. Когда поезд отправляется, парни какое-то время глядят ему вслед, будто обдумывая то, как прошла эта встреча. Чонгук поворачивает голову и смотрит на профиль Тэхёна, позволяет себе лишь на пару секунд взять его за руку и сжать пальцы. — Всё нормально? — Да, — кивает Тэхён и смотрит на Чонгука. — Мне стало легче. — Я рад, — Чонгук широко улыбается. — Она очень хорошая. — Да, я знаю, — Тэхён на миг глянул туда, где поезда уже не видно, и, приобняв Чонгука за плечи, повел его в сторону метро. — Жаль, что ее жизнь сложилась именно так. — Мне не жаль, ведь существуешь ты. Чонгук толкает его локтем в бок, на что Тэхён громко смеется. Уже девятый час вечера, и как обещал Тэхён, они не возвращаются домой. Доехав до парка, они сначала гуляют, им обоим завтра никуда не надо, поэтому торопиться не нужно, как и нет желания идти домой. К одиннадцати часам они оба решают, что слишком давно не были в клубе. Точнее, ни разу после аварии, а ведь раньше они только и делали, что развлекались. Тэхён предложил — Чонгук согласился. Ночная жизнь в Пусане только набирала обороты, Чонгук ведет Тэхёна в один из клубов, куда часто ходил, пока жил здесь. Тэхён все так же не пьет алкоголь, выбирая безалкогольные коктейли, Чонгук берет один, но алкогольный. Они создают новые воспоминания, впечатления, отдыхают и танцуют, расслабляясь, и прекрасно заканчивают отличный день. ____________________ — Ваш проект по поддержанию многодетных семей сейчас интенсивно поддерживается, — ведущая легко улыбается, на что Инхан сдержанно кивает. — Вы будете продолжать его развивать? — Определенно, — подтверждает Инхан, сидя напротив ведущей. — И я очень рад и горд тем, что многие решили вложиться в него, потому что семья — это то, что должно быть важно для каждого человека. Традиции, семейные устои должны играть важную роль в нашей жизни. — Я полностью с вами согласна, — интервьюер смотрит в листок, который лежит перед ней на столе. — Вы и сами имеете семью, это ни для кого не секрет, и давно в браке. Но в последнее время ходит много… слухов, если можно так выразиться, что вы со своей женой недавно развелись. Нам бы очень хотелось, чтобы вы лично прояснили это или развеяли беспочвенные слухи. Что вы можете сказать по этому поводу? Инхан поджимает губы и поправляет отвороты черного пиджака у себя на груди. Выражение его лица можно назвать отчасти грустным и задумчивым, но он решительно глядит в глаза ведущей напротив и говорит: — Да, я подозревал, что то, что происходит в моей семье, нельзя будет скрыть, пусть личная жизнь публичных людей все же должна оставаться личной. Но я не буду скрывать всё от людей, которые мне доверяют. Все знают, что летом этого года мой единственный сын попал в серьезную аварию. После нее очень многое изменилось. Долгая реабилитация, моя жена много времени проводила с ним, когда мне приходилось быть в разъездах и работать. Я всегда буду благодарен Дохи за то, что она была примерной и любящей женой, я глубоко уважаю ее. Но эта авария… Она нас подкосила. Мой сын решил, что не хочет больше оставаться в этом городе, ему нужно время, чтобы решить, как жить дальше, и я понимаю его. В эти сложные времена для нас мы, как могли, поддерживали друг друга, но в итоге решили, что на данный момент не можем жить вместе. Моя жена так же покинула Сеул, я уважаю и ее решение. Не считаю себя обязанным вдаваться в подробности. Простите, но это сугубо личная и наша семейная жизнь, — ведущая кивает, у нее на лице можно увидеть сожаление и понимание. — В любом случае мы продолжаем поддерживать друг друга, они для меня самые близкие и родные люди, ради которых я всегда сделаю все, что в моих силах. — Очень правильные слова, — ведущая в знак поддержки тянет руку к Инхану и пожимает его руку, Инхан сдержанно улыбается, принимая поддержку. — В каждой семье могут возникнуть проблемы, тем более такой страшный несчастный случай… Я очень надеюсь, что с вашим сыном все будет хорошо. — Физически — да, — кивает Инхан. — Тяжелее морально, но у него всегда есть наша поддержка. Поэтому в связи с тем, что произошло с нами лично, а также с тем, что происходит с людьми постоянно, я планирую уже в новом году запустить еще один проект. Я планирую вкладывать больше в нашу медицину, в ее развитие, ведь когда происходит что-то подобное — авария, несчастный случай, болезнь — мы в первую очередь обращаемся к врачам. Наша медицина на высшем уровне, но это не значит, что нам не к чему стремиться. И важна не только физическая составляющая, чтобы человек стоял на ногах, но и моральная. Часто людям нужна помощь специалистов и психотерапевтов, что также немаловажно. Поэтому у меня большие планы в этом направлении, реабилитационные центры должны быть доступны каждому, кому нужна помощь, и я хочу привлечь как можно больше инвесторов, которые точно так же понимают всю важность этого вложения. — Это прекрасная заявка на успешный проект, господин Ким, — ведущая пару раз хлопает в ладоши, Инхан сдержанно улыбается. — Ваши проекты всегда отличаются важностью и необходимостью, вы знаете, что нужно людям, и пытаетесь дать это им. Это достойно уважения. — Спасибо за такую оценку, — Инхан чуть кланяется. — Будем стараться сделать наш город, а вместе с ним и страну, еще лучше… — Твою мать, какая же он тварь. Первым не выдерживает Чонгук, глядя в экран небольшого телевизора. Недолгое интервью Ким Инхана подошло к концу, меняется студия и ведущие, которые продолжают обсуждать такой замечательный проект, выражая гордость, что такие люди имеют влияние в их городе. — Да, хитрая, изворотливая, гнилая тварь, — плоским безразличным голосом говорит Тэхён, Чонгук поворачивает к нему голову и видит напряженный профиль. — Пиздец какой-то. Тэхён кривит губы и резко встает с дивана, Чонгук смотрит на его напряженную спину, пока его парень идет на кухню. Снова глядит на экран, новости уже рассказывают о какой-то выставке в Сеуле, Чонгук берет пульт и выключает телевизор. Они узнали от Хосока, что будет небольшое интервью Инхана, и решили посмотреть, чтобы знать, что происходит и будет ли упоминание о разводе. Если отъезд Тэхёна не был замечен вообще, то развод не придать огласке не получилось, как и думал Тэхён. И то, что они услышали, заставляло Чонгука чувствовать к этому человеку еще больше презрения. И ему сложно представить, что по этому поводу чувствует Тэхён. Чонгук идет за ним на кухню, Тэхён, как обычно, курит в открытое окно. Сейчас середина ноября, вечером воздух уже прохладный, но Тэхён этого не ощущает, стоя в одной майке возле полностью раскрытого окна. Он глубоко затягивается и глядит на улицу, стараясь успокоиться. Чонгук подходит сбоку, не трогает его, молча берет сигареты и прикуривает. Они молчат пару минут, просто курят и наблюдают, как становится все темнее, Чонгук ждет, что скажет Тэхён, но тот молчит. Поэтому, затушив окурок, он поворачивается к нему, опирается бедром на подоконник и спрашивает: — Сильно злишься? Тэхён кидает на него взгляд, его тело в напряжении, как и линия челюсти, а в глазах сверкает злость. — Честно, я не знаю, как мне реагировать, — отвечает Тэхён. — Одновременно хочется истерически смеяться от того бреда, что я услышал. Хочется разбить что-то из-за того, что я услышал. А еще хочется пожать этому ублюдку руку за то, как он шикарно все вывернул. Идеальная, любящая, поддерживающая друг друга семья. Сука, меня тошнит от него. Движения Тэхёна резкие и немного дерганные, когда он снова хватает пачку и прикуривает сигарету. Он скрипит зубами и не смотрит на Чонгука, который сбоку наблюдает за ним, будто ждет, что буря поутихнет. — Ему нужно было как-то вывернуть все это в свою сторону, — тихо говорит Чонгук. — Мы ожидали чего-то подобного… — И у него, блять, это прекрасно получилось, — Тэхён со злостью выпускает дым через нос. — Теперь в глазах общественности он прекрасный глава семейства, понимающий и все делающий для семьи, его даже будут жалеть, ведь любимый сын попал в аварию и наступили у нас, блять, сложные времена. Ну а его пиар-отделу можно целовать мозг, идея с медициной и реабилитационными центрами просто шикарна, это всегда подкупает, такая помощь. — Тэ, успокойся… Чонгук кладет ладонь ему на плечо и ласково гладит по руке, пока Тэхён тушит окурок. — Знаешь, — Тэхён ладонями упирается в подоконник и глядит Чонгуку в глаза твердым взглядом, — вот в такие моменты мне так хочется его уничтожить. Мы живем спокойно, у нас все отлично, наконец можем быть вдвоем. Но после того, что я услышал… Как же мне хочется раскрыть всю правду, скинуть эту бомбу и утопить его в собственном же дерьме. — Тэ, пожалуйста. Чонгук заламывает брови и кусает губу, а Тэхён прикрывает глаза и медленно выдыхает. Выпрямляется и тянет на себя Чонгука, крепко обнимает, тот в ответ цепляется за его майку на спине и прижимает к себе. — Я знаю, малыш, я все понимаю, — в ухо шепчет Тэхён. — Ты не можешь, Тэ, — Чонгук гладит Тэхёна по спине, хочет успокоить и расслабить. — Я понимаю, что ты злишься, что это все несправедливо, но мы много раз обсуждали это. Нам эта информация нужна для защиты, а не для нападения. Если ты начнешь, то неизвестно что с нами будет. — Я знаю, — повторяет Тэхён. Тепло Чонгука, его поддержка и любовь в каждом жесте, слове, как всегда успокаивают. Сильные руки обнимают его, ладони уверенно гладят спину, Чонгук трется щекой о его щеку, как всегда отдает свое тепло, дает уверенность, что все это не зря. Ведь ради этого Тэхён и боролся, бросил все, ему большего и не надо. Да, его может накрыть не столько жаждой мести, а сколько желанием справедливости, ведь несмотря на то, что его отец — отбитая мразь и точно не самый честный человек, он продолжает процветать, его продолжают уважать, не зная правды. А сколько таких «Инханов» в каждом городе, в каждой структуре, в правительстве, в обществе сильных мира сего, лучше вообще не думать. И Тэхён не собирается рисковать своим любимым человеком, собой и их жизнью, жизнью других ради того, чтобы раскрыть правду. Если открыть этот вентиль, то затопит многих, и невинных в том числе, потому что Инхан слов на ветер не бросает, и его месть не заставит себя долго ждать. Как он и сказал, если он начнет тонуть, то потянет за собой и Тэхёна, и многих вслед за ним. Кто это будет? Чонгук, мама, родители Чонгука, Хосок и Намджун с родными? Поэтому приходится позволять Инхану тонуть не в дерьме, а в своем величии, чтобы сохранить то, что дорого. — Меня так злит, — сдавленно шепчет Тэхён, — что он выставил меня и маму теми, кто не справился и сбежал. А ведь сбежали мы именно от него. — Я понимаю, милый, — тихо говорит Чонгук и отклоняется, смотрит в любимые глаза. — Но я так хочу, чтобы этот человек просто исчез из нашей жизни, и мы этого добились. Пусть он делает, что хочет, если это не касается нас, — Чонгук чмокает легко сухие губы Тэхёна, потом нос, щеку, губы порхают по всему лицу, Чонгук хочет успокоить, дарит свою любовь и поддержку, и это снова вытаскивает из злости и раздражения. — Я хочу жить с тобой, малыш, у нас же все хорошо, как и у наших близких, и мне страшно от того, что будет, если ты все это начнешь. — Я этого не сделаю, ты же знаешь. — серьезно отвечает Тэхён, и Чонгук снова чуть отклоняется. — Ты полностью прав, просто меня накрыло. — И было из-за чего, — Чонгук гладит его плечи и мнет пальцами, расслабляя напряженные мышцы. — Я ушам своим не верил. Но нам придется это принять, иначе… Чонгук закусывает нижнюю губу и глядит в глаза, Тэхён вздыхает, уже практически успокоившись. — Если бы я был один, я бы не раздумывал. Если бы на кону стояло только мое благополучие, я бы это сделал. Но не сейчас. Я люблю тебя. Тэхён вплетает пальцы в темные волосы Чонгука и губами накрывает любимые губы. Целует с напором и страстью, стараясь затушить в себе злость, понимая, что она ни к чему. Рядом с ним Чонгук, он обнимает за шею и жмется ближе к телу, отвечает с таким же нетерпением и любовью. Тэхён получил то, что хотел: свою жизнь и безопасность для близких людей. Тэхён получил того, кого хотел, кого полюбил, и не собирается все это терять. Он ушел из когда-то родного дома с радостью и облегчением, получив второй шанс на жизнь, и не имеет права рисковать. Он выбирает себя и свою семью, из которой он навсегда исключил одного-единственного человека. В войне, которую он может начать, не будет победителей, только проигравшие, она не имеет смысла для них, а Тэхён всегда будет выбирать в первую очередь Чонгука, а не всех остальных. ___________________ За окном темно и медленно кружат снежинки, сверкая в свете уличных фонарей. На полу расстелены два пледа, чтобы было мягче, парни решили, что на диване будет не очень удобно. Точнее, так решил Чонгук, когда устраивал романтический вечер в честь дня рождения Тэхёна. Наступает конец этого года, который принес им столько страха и боли, но при этом подарил тоже многое. Возможность быть рядом, быть с тем, кого выбрало сердце, несмотря на то, сколько испытаний принесла им жизнь. За пределами импровизированного ложа стоят тарелки с едой: фрукты, овощи, жареное мясо под остро-сладким соусом. Чонгук научился его готовить, ведь Тэхён обожает это блюдо. Он решил ничего не заказывать, взял специально выходной, и пока Тэхён был на работе, все приготовил. В том числе и кимбаб со свининой, который сейчас Тэхён с удовольствием запихивает в рот под громкий смех Чонгука. — Это наводит на непристойные мысли, — лукаво тянет Чонгук, сидя напротив Тэхёна и покачивая бокал шампанского в руке. — На то и рассчитано, — с набитым ртом отвечает Тэхён, ухмыляясь. — Молодец, что не порезал его. — Я же знаю, как тебе нравится. — О да, ты все знаешь о том, как мне нравится. Тэхён играет бровями, подначивая, на что Чонгук соблазнительно улыбается. Ему хорошо. Хорошо в этой небольшой студии и рядом с любимым, который захотел только с ним отпраздновать свой двадцать пятый день рождения. Хотели приехать друзья и мама Тэхёна, но он их попросил перенести визит уже на новый год, потому что хотел провести этот день с Чонгуком. Сейчас, когда он тоже устроился на работу в довольно крупную редакцию (не без помощи и связей Хосока, к слову), у них меньше времени на них самих, потому что Чонгук тоже продолжает работать. Сам Тэхён долго думал и взвешивал, что ему делать дальше, и решил все же пойти в журналистику, понимая, что ему это правда интересно. Поэтому сейчас он просто помощник, как он сам говорит «принеси-подай», но нужно с чего-то начинать. Издательство крупное, он уже месяц наблюдает за его работой, и ему нравится. Хочется стать частью команды. Поэтому в планах пойти учиться, он уже поговорил с начальником, чтобы ему дали возможность оставить за собой работу хотя бы на неполный день. Хосок со своей женой и Намджун со своим парнем приедут к ним уже после нового года. Сам новый год Чонгук и Тэхён договорились встретить с родителями Чонгука, те ждут их завтра к вечеру у себя. Столько планов на жизнь, и это их личные планы, их личные проблемы и стремления, не навязанные никем, поэтому Тэхёну хочется их строить и стремиться их выполнить. — Кстати, звонила мама, — Тэхён вытирает губы и руки салфеткой и ложится рядом с Чонгуком на живот, тот удобно расположился и смотрит на него. — С ней связался Хисон. — Что? — выдыхает Чонгук, во все глаза глядя на Тэхёна. — Да, у меня была такая же реакция, — Тэхён причмокивает, языком убирая рис с зубов. — Он узнал об их разводе и позвонил. В общем, они переписываются и созваниваются, а он зовет ее к себе. Сам в Корею не хочет возвращаться. По-моему он где-то в Швеции. — А мама что? — Мама сомневается, — отвечает Тэхён и берет свой единственный на этот вечер бокал шампанского. — И я ее понимаю. Но знаешь что, — Тэхён ухмыляется, — мне кажется, что она согласится. Она о нем так говорит. Да и я бы хотел с ним снова познакомиться. Мне мало воспоминаний о нем. — Больше ничего не было? — тихо спрашивает Чонгук. — Нет. Есть у них небольшая традиция. Вечером, когда они после ужина садятся на диван, Чонгук перебирает волосы Тэхёна и спрашивает, есть ли что-то новое. Если нет, они сразу переводят тему. А если Тэхён что-то вспомнил, то он это рассказывает, они обсуждают, бывало, что это помогало вспомнить что-то еще. Но прошло больше полугода с аварии, и воспоминания, пусть и приходят отрывками, но память не восстанавливается полностью. Тэхён смирился. У него нет выбора, ведь зацикливаться на этом значит стоять на месте, а это смысла не имеет. Он радуется, когда что-то возвращается, но не думает теперь об этом постоянно, продолжая жить своей жизнью. — Но я вспомнил что-то другое, — тихо говорит Тэхён. — И что же? — Моменты из выпускного в универе, — Тэхён смеется. — Похоже, там было весело. — Тэ, я так рад. Чонгук улыбается и наклоняется, чтобы поцеловать Тэхёна. Он каждый раз радуется его маленьким победам с памятью, а больше всего он рад, что Тэхёну перестали сниться сны с моментом аварии, потому что они реально пугали и изматывали. Чонгук ласково сминает пухлые губы со вкусом шампанского, языком плавно скользит в рот, на что Тэхён довольно мычит. Они улыбаются и отклоняются немного, глядя друг другу в глаза. — А у меня есть еще один подарок для тебя, — говорит Чонгук, губами водя по губам Тэхёна. — Еще один, кроме нашего отпуска в Японии летом? — Тэхён довольно улыбается. — Поскорей бы лето. — Ты хотел туда, и я урвал путевки по классной скидке, — Чонгук довольно улыбается. — Пока была возможность. Но вот боюсь мне придется бросить работу, потому что я узнавал про учебу в медицинском… — Черт, серьезно? — Тэхён сразу же приподнимается на локтях и внимательно смотрит. — Ты решил? — Думаю, да, — Чонгук неуверенно кусает губу. — Но, Тэ, мы это потянем? В смысле, ты тоже будешь учиться, я может не смогу работать. Могу пойти официантом… — Никаких официантов, — отрезает Тэхён. — Чтобы на тебя пялились и лапали? Нет уж. — Тэхён, я работал раньше официантом здесь, в Пусане, — смеется Чонгук. — Ничего не хочу слушать, — Тэхён ставит бокал и двигается ближе, обнимает Чонгука поперек спины. — Мама же дала нам деньги на учебу, а там очень приличная сумма, на многое хватит. Возможно к тридцати годам мы будем серьезными дядями с серьезными профессиями. Чонгук смеется на широкую улыбку Тэхёна и прижимается к нему. Ему страшно начинать заново учебу, но внутри решимость, а не похуизм, который был раньше и стал причиной того, что он бросил учебу. Все же этот год изменил многое, изменил их и приоритеты. Когда ты понимаешь, что взрослеешь, и только ты сам можешь строить свою жизнь. — Я так рад, Куки, — Тэхён целует в висок, Чонгук довольно улыбается. — У тебя все получится. Тэхён всегда говорит, как ему важна поддержка Чонгука, но и сам ее дает с лихвой. Тэхён мотивирует своей твердостью, уверенностью, Чонгук раньше таким не был, пропуская жизнь сквозь пальцы и живя одним днем, считая, что молодость для этого и дана. Но Тэхён открыл что-то глубокое внутри, и Чонгук хочет быть другим, он уже другой рядом с ним. Получая заботу и поддержку, хочется соответствовать. — Спасибо, — Чонгук поднимает бокал и говорит: — За тебя, любимый. Спасибо, что ты есть у меня. С днем рождения. — За тебя, — как всегда отвечает Тэхён, поднимая полупустой бокал. — Спасибо за тебя, Куки. Они улыбаются и делают по глотку, пока за окном все так же темно, все так же кружат снежинки. Болтают, смеются, о чем-то спорят, планируют. Они живут. Вместе, рядом, сами по себе, в той свободе, которую хотели и получили. Вечер плавно перетекает в ночь, наполненную жаркими поцелуями, самой невероятной близостью и сбитым дыханием, одним на двоих, до дрожи и самого яркого наслаждения в руках друг друга. Как и всегда между ними. Тэхён засыпает первым, лежа на спине и крепко обнимая Чонгука, который прижимается к нему сбоку. Чонгук слушает его дыхание, кладет ладонь на его грудь и чувствует, как точно и четко бьется любимое сердце. Невольно вспоминает, как сидел возле его кровати в больнице и просил, чтобы Тэхён очнулся. Уже тогда осознавал, но противился, хотя чувствовал так много. Это казалось нереальным, несбыточной надеждой, которую даже не стоит питать. Но они рядом заканчивают этот год, этот очередной день, и Чонгук счастлив, что они получили такую возможность. Тэхён постоянно благодарит Чонгука, просто подходит, обнимает и шепчет «Спасибо», этого достаточно, потому что за этим одним словом очень многое. Спасибо, что не бросил, не уехал, рискнул и открылся. Спасибо это как «Люблю», такое же ёмкое и важное между ними. Потому что если Тэхён говорит, что Чонгук даже после аварии был где-то на подкорке, то Чонгук может ответить ему тем же самым. И счастье Чонгука в данный момент в том, что он может снова уснуть рядом с любимым, крепко обнимая его, чтобы снова завтра прожить еще один день с ним же. Следующий день из тысячи и тысячи впереди.