Это мой альфа

      — Я разве спрашивала, как тебя зовут?       Голос Чжан Лилинь сквозил презрением. Она даже не представляла, с кем говорит. Все, что она видела, был какой-то безродный альфой, чересчур самоуверенный даже по ее меркам. Этот мерзкий выродок, что так бесцеремонно пришел, отнимал драгоценное время, которое она могла посвятить беседе с главным прокурором и обсуждению плана, как же развести парочку столь желанного альфы и каким-то омегой. Поставить на место выскочку пока не получится, Сяо Чжань скорее всего приставил к нему охрану, которая знает девушку в лицо. Но что они смогут сделать, если в гости к сыну приедет отец? Да ничего. Однако вместо всего это Чжан Лилинь вынуждена смотреть на какого-то таракана, отнимающего время молчанием.       — И долго ты будешь еще здесь просто так сидеть? Вообще-то я очень занята. Видимо, в отличие от тебя. Так кто ты такой?       — Я же говорю, что...       — Замолкни и говори по делу! — терпение определенно не является сильной стороной альфы. Особенно если она не заинтересована в собеседнике.       — Я Суэ Хэн, сын главы группировки Тонгукки из Гонконга. Отец отправил меня сюда, чтобы наладить, так сказать, дружественные связи импорта - экспорта. В особенности нас интересует поставка оружия и наркотиков. В свою очередь мы получаем несколько иной товар и, разумеется, отличную прибыль. Теперь госпожа Чжан готова уделить мне немного времени?       Глаза Чжан Лилинь округлились. Этот человечишка, которого она только несколько минут назад считала не лучше таракана, оказался сыном одной из группировок, с которыми они ведут дела. Ее брат, Чжан Исин, не знает всех тонкостей и, если честно, то и знать не хочет, зато она, словно губка, впитывает знания, узнает информацию о конкурентах и союзниках, о партнерах и тех, кто может хоть чем-то помешать. Этот Суэ Хэн был одним из основных партнеров, поэтому да, она готова уделить время в таком количестве, которое потребуется. По крайней мере пока он говорит что-то стоящее.       — Я тебя слушаю, говори.       — Рад, что вы приняли такое решение, — он покосился на охрану и помощника, находившегося здесь. — Могу ли я говорить при них?       — Каждый, кто находится в этом комнате до кончиков волос предан мне. Неповиновение или предательство караются смертью, — он кивнул своим мыслям. — Говори же.       — Не так давно нам удалось наладить канал сбыта наркотика ТХЭ-35: непродолжительное состояние эйфории чувство беззаботности, сильная сонливость после, нарушение координации, сильное сексуальное раскрепощение, быстрое привыкание. И самое основное, что действует от трех до пяти часов. После распадается в организме, так что никакие анализы найти потом ничего не могут. Но есть и минус. Ребята из Шинг Тонг постоянно вставляют нам палки в колеса. Даже не представляю, как именно, но каждый раз, когда у нас намечается сделка, они все время мешают. Уж простите, если немного подпорчу личико вашему жениху.       — Так это ты продаешь наркотики на их территории? Но действуешь определенно не один. Кто твой помощник? — посмотрев на ухмыляющееся лицо, она поняла, что альфа ничего не скажет больше того, что уже рассказал. Тогда дело за шпионом. — Послушай, я не имею ничего против такого рода ведения бизнеса. Если сможешь разлучить их, я разрешу тебе продавать на нашей общей после свадьбы территории, но, разумеется, не бесплатно.       — Разумеется. О доле поговорим после, а сейчас мне пора, — и больше ничего не добавляя, он развернулся и вышел, полностью игнорируя крики остаться.       Эта взбалмошная девица его порядком позабавила. Неужели думает, что он и правда будет делить с ней хоть малую часть прибыли? Наивная соплячка! Его интересует вовсе не расширение территории продажи, а безумно вкусно пахнущий омега. Если вы хотя бы раз смогли почувствовать аромат спелой малины, увидеть сияющую при этом улыбку и пляшущих в глазах чертят, вы бы влюбились по уши. Его энергия, магнетизм и сокрушительное обаяние не оставили Суэ Хэна равнодушным. И он поставил себе цель добиться расположения этого омеги.       А если он ставит цель, то непременно получает желаемое.

***

      — Сяо Чжань, немедленно объясни, куда ты меня ведешь и почему нельзя сделать это в другой день?       Это был один из тех редких дней, когда Ибо не хотелось делать вообще ничего. На парах он уже был, и, придя домой, хотел просто полежать. Но неугомонный альфа, который на работу пойдет только ближе к ночи, решил пройтись по магазинам. И не просто по магазинам, а по детским. Да, именно по тем, где чепчики, распашонки, тонна подгузников всех марок и размеров, детское питание и игрушки для любых возрастов. На все заверения омеги, что он согласен хоть все такие магазины в городе обойти, но в другой день, альфа только качал головой, неизменно улыбался и вообще был настолько воодушевленный, что в итоге Ван Ибо сдался. А вы бы не сдались, если бы на вас смотрели глазами кота из Шрека? Вот у Ибо совершенно нет на это иммунитета, поэтому он переодевается в более удобную для долгих прогулок одежду, смотрит на альфу совершенно уничтожающим взглядом, но послушно выходит следом и садится в машину.       — Я рад, что ты согласился поехать, — произнес сияющий от счастья альфа. Пока затишье по всем фронтам, он хочет быть готовым к появлению малыша. Да и Ибо наверняка не сможет устоять перед изобилием игрушек и крохотной одежды для новорожденных. Не сможет же, да?       — Ты не оставил мне никакого выбора вообще-то. И почему ты хочешь поехать именно сейчас?       — Бо-ди, мы ни разу не были на свидании, так что я подумал, что сегодня отличный день для этого, — Сяо Чжань быстро посмотрел на омегу и вновь перевел взгляд на дорогу. — Я не хочу давить своими чувствами, тем более не хочу обременять ими, но ты даже не представляешь, какое счастье возвращаться к тебе, к вам. Я счастлив каждый день и бесконечно за это благодарен.       Ибо нечего было здесь добавить. Он радовался тому, что живет с альфой, тем редким в последнее время моментам, когда они были вместе. Омеге нравилось даже готовить. Черт, да он полюбил кулинарию и совершенствовался в готовке, лишь бы Сяо Чжань не ел то, что было в самом начале. Пусть пока что получались съедобными простые блюда, но и их альфа ел так, словно еду только что привезли из лучшего ресторана. Он не чувствовал, что Сяо Чжань давит на него чувствами или постоянно уговаривает. Нет, наоборот, Ибо окружен заботой и завернут в нее, словно в кокон. Ему очень нравился Сяо Чжань. Каждый раз, когда они ложились спать всегда неизменно вместе и в одной постели, Ибо засыпал не сразу. Он еще несколько минут лежал и смотрел на расслабленное и невероятно красивое лицо рядом. Наблюдал, как серебристый лунный свет отражается на коже, делая человека рядом и сам момент волшебным.       И при всем при том, что альфа был чутким и понимающим, он еще был невероятно опасным старшим сыном мафиозной группировки. Ибо не единожды видел, как лицо Сяо Чжаня становится непроницаемой маской холодного равнодушия, как меняется голос, осанка. Ибо несколько раз даже видел, как Сяо Чжань чистит пистолет, обдумывая при этом что-то свое. А иногда еще насвистывая какую-то незамысловатую мелодию. Ибо старался не подходить к нему в такое время. Нет, он не боялся, однако понимал, что у каждого бывают моменты, когда хочется быть наедине со своими мыслями и в собственном мире. Но почему он не делает этого в том самом кабинете, который лишь единожды видел омега, не понятно. Дверь всегда была закрыта, а Сяо Чжань лишь загадочно улыбался, но ничего не говорил.       И вот теперь их поездка могла бы восприниматься как полноценное свидание, если бы не ужасная апатия и нежелание Ибо вообще что-либо делать. Хотелось лежать в постели, прижимаясь к теплому и уже родному альфе, и смотреть что-то не имеющее значения по телевизору. Даже столь горячо любимая доска или байк не вызывали в Ибо желания вскочить и бежать как раньше.       — Ты сегодня такой ленивый. Что случилось с моим энерджайзером, не способным усидеть на месте и получаса?       — Я просто не хочу ничего делать. На меня напала ужасная лень и я очень хочу ей поддаться.       — Ничего, сейчас я тебя растормошу, и твои глаза снова будут сиять.       — Не сегодня, точно тебе говорю, — но даже такой скептицизм не мог испортить настрой и настроение альфы.       Когда они приехали к торговому центру, с которого планировал начать Сяо Чжань, Ибо успел задремать в машине. Будить омегу не хотелось, но время работало сейчас против них.       Все звонки, которые были от отца Ибо Сяо Чжань велел переводить на него, поэтому телефон днем и ночью был на беззвучном из-за постоянных звонков и сообщений. Ибо, конечно, ничего об этом не знал, думая, что отец успокоился и хотя бы на какое-то время оставил его в покое. Альфа был готов терпеть надоедливого прокурора, лишь бы он не трогал Ибо.       — Бо-ди, просыпайся, — альфа ласково провел по щеке и немного пощекотал нос омеги. — Диди, мы приехали. Ты сможешь выспаться дома, а сейчас время покупок.       Ван Ибо от щекотки поморщил нос и открыл глаза. Он недовольно посмотрел на альфу, тем не менее из машины вышел, нарочно захлопнув дверь сильнее, чем требовалось. Но Сяо Чжаня такое поведение скорее забавляло, чем раздражало. Он последовал примеру Ибо, выходя из машины, поставил ее на сигнализацию и поспешил за своим вредным омегой.       Первой остановкой по его плану была небольшая кофейня. Пусть Ибо и нельзя сейчас кофе, которым он бы смог насладиться, зато есть отличный чай и много видов пирожных. Видимо, беременность понемногу начала сказываться на омеге. Вот эта сонливость, пристрастие к сладостям и капризы стали частыми гостями в их доме. Так что, как очень надеялся альфа, небольшая порция сладостей должна привести Ибо в более радушное состояние. И после второго пирожного Ибо действительно заулыбался, с удовольствием попадаясь на крючок альфы.       Как только миссия с исправлением настроения была выполнена, Сяо Чжань потянул Ибо по детским магазинам, коих было великое множество. Уже в первом альфа с таким восторгом рассматривал вещи для новорожденных, что такому поведению удивились даже продавцы.       — Бо-ди, ты только посмотри, этот комбинезон такой крошечный! О, а эти носочки! Нет, ты только посмотри какие они крошечные! А эта шапочка... Мы берем вот это все, — поворачиваясь уже к консультанту говорит альфа, — А что еще нужно новорожденному: подгузники, салфетки, смеси? Господи, я вообще в этом не разбираюсь... Диди, я все выучу и к появлению малыша буду готов!       — Чжань-гэ, перестань. Ты как ребенок, честное слово.       — Согласен, — альфа подошел к Ибо и сжал его руки в своих, — Зато с малышом мы будем на равных.       — Гэ, я не буду возиться с двумя новорожденными одновременно, особенно учитывая, что один как бы должен будет мне помогать и быть нормальным отцом.       Сяо Чжань стал серьезным, чтобы уже в следующий момент прижимать Ибо к себе и шептать на ухо, что он будет самым лучшим отцом рядом с таким замечательным и чутким папой как его любимый Ибо. Омега напрягся, так как не привык к проявлениям нежности на людях, но сопротивляться Сяо Чжаню невозможно. И он расслабился, обвивая руками крепкий торс и даже немного целуя шею. То самое место, где, как он надеялся, когда-нибудь появится его метка.       Альфа чутко уловил перемену настроения своего омеги. Он хочет пошалить и Сяо Чжань ничего против этого не имеет. Но не в детском магазине же, в самом деле.       — Малыш, пожалуйста, держи себя в руках, а дома сможешь делать все, что захочешь, — Сяо Чжань сладко поцеловал ушко Ибо и отстранился, пока омега не расшалился окончательно.       — Ммм, это слишком заманчиво. Не забудь об этом, когда приедем. Можем даже прямо сейчас поехать, а покупки отложить на потом.       — О, нет, не выйдет. Ты слишком соблазнителен, чтобы отказаться, но неужели ты не хочешь сейчас купить что-то малышу?       — Он появится не сегодня. К чему такая спешка? Тем более, — глаза Ибо не смогли скрыть промелькнувшее в них беспокойство. — Тем более, ну...       — Все будет хорошо, пожалуйста, верь мне.       И Сяо Чжань, поцеловав Ибо, принялся расхаживать по магазину, показывая то одежду, то игрушки, погремушки, прорезыватели для зубов всех форм и расцветок. И омега сдался. Они даже поспорили насчет пола ребенка, выбирая игрушки.       Все покупки Сяо Чжань нес сам, Ибо доверил только пакет с мягкими игрушками, и то только самый легкий. Там были зайчик и львенок, которые слишком мило смотрелись рядом. Но смотря на количество покупок, у Ибо волей-неволей возникал вопрос, а где все это хранить. Ответ он получил дома, когда Сяо Чжань попросил открыть дверь в комнату, что, как помнил Ибо, была ранее кабинетом.       Однако вместо устрашающей обстановки там была поражающая воображение детская. У всех нарисованных предметов и деревьев были забавные лица, животные все были мультяшными, словно сошли из всевозможных мутиков и мультсериалов. Ибо даже подумал, что попал в параллельную вселенную, потому что вот эта комната снова никак не соответствовала сдержанной, хоть и очень уютной обстановке в квартире.       — Чжань-гэ, что здесь случилось?       — Здесь будет детская. Как тебе? — альфа осторожно сложил покупки в одном месте, делая себе пометку после все разобрать. Но внезапно остановился и повернулся к омеге, — Тебе не нравится? Если ты хотел сам все сделать, это не проблема. Давай я сейчас позвоню, договорюсь с мастерами, а ты им расскажешь, как хочешь все переделать. А потом...       — Чжань-гэ, делай хотя бы небольшие остановки для вдоха.       Ибо даже не мог найти слов, чтобы описать то, что творилось внутри. Сейчас его не волновал ни отец, ни все те сложности, с которыми он может столкнуться. Все, что имело значение, это альфа, стоящий перед ним. Поэтому он поддался порыву и поцеловал его, сначала целомудренно. Но страсть и благодарность Ибо вместе с порывами Чжаня захлестнули их. Они страстно целовались, немного постанывая. Сяо Чжань притянул Ибо так, что омега оказался на его коленях, ягодицами чувствуя напряженную плоть. Как же хотелось ощутить ее внутри, но здесь упорство Сяо Чжаня было непреклонным.       Как только кислород закончился во второй раз, Ибо оторвался от альфы и принялся расцеловывать ставшую любимой родинку под нижней губой, прикусывая. Сяо Чжань с ума сходил от такого страстного Ибо.       — Диди, если ты не перестанешь, я возьму тебя прямо здесь среди смеющихся облаков и улыбающихся деревьев. Помилуй, малыш...       — Чжань-гэ... — голос Ибо стал низким от желания. Его плоть, кровь, все его существо желало оказаться под альфой, стонать от наслаждения и выгибаться от оргазма снова и снова. Он готов подчиняться, но только одному альфе. Тому, кто сейчас перед ним. — Чжань-гэ...       И Сяо Чжань не выдержал. Он повалил Ибо, устраиваясь прямо между широко разведенных ног и притираясь пахом. Альфа млел от феромона омеги, что с первого дня сводил с ума все его рецепторы. Его губы опускались все ниже и ниже, пока не нашли железу на шее. Альфа чуть прикусил ее, намекая. И омега не возражал, подставляясь. Он хотел всецело принадлежать Сяо Чжаню.       Но альфа не хотел переходить эту черту. Сейчас он просто не мог этого сделать. Еще так много всего надо решить. Эти мысли отрезвили затуманенное желанием сознание Сяо Чжаня. И почувствовав настроение альфы, понемногу успокоился и Ван Ибо, тяжело дыша под ним. Он смотрел на лицо Сяо Чжаня, а сверху, на потолке были нарисованы улыбающиеся облака и солнце.       «Меня чуть было не поимели в детской. Что я вообще творю? От этой беременности у меня крыша поехала! Или это от альфы, что сейчас нависает сверху, придавливая своим весом к полу? Как же я хочу пометить его...»       — Диди, твой взгляд немного пугает. Ты хочешь сожрать меня что ли?       — А если я скажу, что хочу пометить тебя, чтобы на твоей шее была моя метка и что хочу, чтобы и ты пометил меня, как ты отреагируешь?       — Бо-ди, метка омеги ставится лишь раз. Ты уверен, что хочешь быть связан со мной до самого конца несмотря ни на что?       — Уверен в этом, как ни в чем другом.       — Тогда сделай это.       Сяо Чжань сел, поднимая Ван Ибо следом. Он смотрел, не моргая и не отводя взгляд. Метка омеги - самая большая честь для альфы, но огромный риск для самого омеги. С меткой омеги альфа может вязаться с другими, но вот омега, поставивший метку, кроме этого альфы быть уже ни с кем не сможет. Именно поэтому такую метку или не ставят, или же ставят тогда, когда на всю тысячу процентов уверены в партнере.       Когда Ван Ибо сказал, что хочет поставить метку Сяо Чжаню, это было больше, чем признание. Больше и куда честнее простого «Я люблю тебя». Больше самых громких признаний, обещаний и слов.       Сяо Чжань почувствовал на шее легкое дыхание, несмелый поцелуй, острые клыки и небольшую боль. Не было чувства эйфории, полета или звука фанфар, напротив, было ощущение, что веревки сдавливают его тело, сердце и внутренние органы. Ему казалось, словно он видит, как невидимые нити связывают его существо с существом омеги, оставляя при этом свободу ему, но полностью ограничивая Ибо.       Сяо Чжань открыл глаза, чувствуя, как Ибо рядом плавится от той связи, что сейчас установилась между ними. Он был полностью расслаблен, опираясь на альфу, доверяя держать обоих. Доверяясь сам.

***

      — Госпожа Чжан, что прикажете делать?       — Проследите на ним. Я хочу быть уверена, что он сказал правду.       После этого собравшиеся беты и альфы низкого ранга ушли, чтобы проследить за Суэ Хэном. Чжан Лилинь ни капли не поверила в то, что тут рассказывал этот альфа кроме некоторых моментов. Например, она слышала про новый и сильнодействующий наркотик, вызывающий быстрое привыкание, но самое интересное то, что стоил он гораздо дешевле тех, что сейчас были на подпольном рынке. Меньшая стоимость для нее означала меньшую прибыль, а терять ее юная альфа вообще не хотела и не любила. Однако она определенно опаздывала на встречу с отцом Сяо Чжаня, Сяо Чунсаном. Для встречи решено было выбрать максимально не вульгарную и неброскую одежду, остановившись на одном из классических строгих костюмов, добавив легкий макияж и дизайнерскую сумочку.       Сяо Чунсан отдыхал все в той же комнате. Болезнь прогрессировала, и боль порой становилась невероятно сильной, настолько сильной, что обезболивающие приносили облегчение лишь на короткое время. Он не хотел даже пробовать лечиться. На самом деле он хотел встретиться со своим любимым омегой, воссоединиться с ним после стольких лет в разлуке. Пусть даже это и произойдет в загробном мире.       Но его покой был нарушен Чжан Лилинь, которая единственная так бесцеремонно входила в эту комнату. Но даже несмотря на такое поведение девушки, она все еще оставалась самой первой кандидаткой в законные жены его старшего сына.       — Я слышала, что Чжань-гэ завел себе любовника-омегу и тот даже забеременел! Почему вы не следите за собственным сыном? — прокричала прямо с порога юная альфа, полностью игнорируя приветствие и хотя бы минимальные правила приличия, бросая сумочку в кресло, ранее принадлежавшее Тао Мэнле. Он этого брови старшего сошлись на переносице, отчего вид стал очень и очень пугающим.       — Ты что, забыла где ты и с кем разговариваешь? Ты в доме моего клана, в моем доме и смеешь дерзить мне, девчонка? — с трудом Сяо Чунсан поднялся на ноги, тем самым становясь выше. — Это ты должна была следить за ним, это в твоей постели он должен был оказаться и ты должна была от него понести! Не смей больше никогда повышать на меня голос, особенно в этой комнате! — Я? И каким же таким образом? Я же не течная омега, готовая лечь под любого! Вы-то должны знать, какие они, — высокомерно ответила она, показывая на фотографию.       Сяо Чунсан был готов стерпеть многое, но только не то, что кто-то оскорбляет память его горячо любимого мужа. Он замахнулся и ударил девушку по лицу. Она дернулась и только невероятным чудом устояла на каблуках. На глазах появились слезы, но рот она все же закрыла, понимая, что сама допустила огромную ошибку. Лилинь хотела извиниться, но Сяо Чунсан не дал ей даже рта раскрыть.       — Убирайся отсюда, дрянь! Я вмешаюсь только в том случае, если ты окажешься совершенно бесполезна. А пока что действуй сама и не беспокой меня.       Чжан Лилинь кипела от злости. Да как этот старикашка посмел ударить ее, когда даже родной отец никогда не поднимал на нее руку. Да, она понимала, что переходить на личности со всех омег до конкретного не стоило, но все же пощечина - явный перебор. Она дала себе слово, что как только заполучит этот клан, проведет хорошую чистку в их рядах, сразу убирая недовольных, а также тех, кто поддерживает текущего босса.       Тогда, раз с одним отцом не получилось, есть же еще один. Тот был куда менее сговорчивым, однако если он сможет забрать своего блудного сына домой и избавиться от того, что он там в себе носит, то в качестве свадебного подарка Чжан Лилинь раскроет делишки с наркотиками, про которые ей так любезно рассказал ранее Суэ Хэн. Так она сможет избавиться и от конкурента на черном рынке. Даже глава группировки Тонгукки не сможет ничего сделать против продажи товара на чужой территории без разрешения. Таковы были законы этого мира.       — Господин прокурор, у меня есть для вас отличное предложение, от которого вы не сможете отказаться, — почти пропела альфа в молчаливую трубку по телефону, уже выходя из дома.

***

      — Как поживают мой племянник и его папочка? — Сяо Чжунья, в университете известный как Янь Ижэнь, догоняет Ван Ибо в одном из коридоров, пока омега шел от одной лекции к другой.       — А ты можешь так громко не говорить, а?       — Ты стесняешься беременности? Но почему?       — Потому что я как бы даже в отношениях ни с кем официально не состою. Просто не хочу, чтобы люди думали, что я шлюха. Ты же знаешь, что омег в целом не особо принимают в расчет.       — Ты только при брате так не скажи, иначе наш универ закроют, — смотря на непонимающее лицо Ибо, Сяо Чжунья подмигивает и добавляет, — Он просто живьем закопает тех, кто так говорит.       — Ты же шутишь, правда?       Но когда Ибо присмотрелся к текому веселому на вид омеге, то в глубине глаз заметил, что тот говорит абсолютно серьезно. Да уж, видимо Сяо Чжань чертовски не любит, когда ему перечат. Или когда оскорбляют близких. Ибо дома у альфы часто замечал реакции на те или иные свои действия. Да, ему нравилось не все, но показывалось это только чуть сузившимися глазами и легким оттенком стали внутри бездонных прекрасных глаз. Увидеть Сяо Чжаня по-настоящему в гневе Ибо не хотелось бы совершенно.       — Так зачем ты пришел сюда? У тебя же нет лекций на этом этаже, — Ибо решил сменить тему. Как его сосед Ибо знал расписание Сяо Чжуньи также хорошо, как и собственное.       — У меня сегодня дела после пар, поэтому я не смогу отвезти тебя к брату. Но я вызову тебе такси, хорошо?       — Я что, маленький? Сам смогу добраться. В конце концов, если ты не забыл, у меня есть байк...       — Умоляю, только не на этом! Чжань-гэ оторвет мне голову, если ты на него даже просто сядешь. Давай на такси, пожалуйста, — он умоляюще сложил руки и состроил такое смешное выражение лица, что у Ибо просто не получилось отказаться.       На этом они попрощались, и Ибо пошел дальше слушать лекции по праву, а вот Сяо Чжунья, проводив его взглядом, поспешил по просьбе отца заняться крысой, что сливала информацию конкурентам. А как известно, грызуна надо изловить и убрать, чтобы другим не захотелось поступать также.       После пар Ван Ибо чувствовал такую сильную усталость, какой у него даже во время сессии никогда не было. Ну просто полное состояние нестояния. Он облокотился на стену, пытаясь хоть как-то собраться с силами, чтобы дойти до выхода. О том, чтобы ехать даже на автобусе уже не шло и речи. Только такси, хотя Ибо и не любил ездить на нем.       Внезапно кто-то сильно потянул его на себя, заставляя практически упасть в объятия, как бы банально это не звучало. Ибо почувствовал крепкое тело альфы, но вот его феромон аромата смолы начал раздражать обоняние. Омега поднял голову наверх, чтобы встретиться со взглядом Суэ Хэна, того самого старшекурсника, который подкатывал к Ибо ранее. Для омеги это вообще словно в прошлой жизни было. В той жизни без беременности, неопределенного будущего. В жизни без Сяо Чжаня.       — Бо-ди, ты такой бледный. Тебе нехорошо? — тон альфы был приторный, противный с максимально фальшивой заботой. Его голос резал барабанные перепонки не хуже острозаточенного ножа. Ибо поморщился и отстранился настолько быстро, насколько смог. — Пойдем, отведу тебя в медкабинет. Стоило так долго не навещать тебя, чтобы увидеть, как ты тут стены подпираешь, боясь упасть.       — Суэ Хэн-гэ, со мной все хорошо, не стоит беспокоиться. Мне просто нужно домой.       — Тогда давай я провожу тебя.       — Не стоит, я доберусь сам.       — Мне не сложно тебя проводить. Давай же, прекрати упрямиться.       Его феромон подавлял, заставлял подчиниться воле более сильного. Заставлял согласиться. Но Ван Ибо не был бы собой, если бы не боролся до последнего. Он дал себе слово, что не станет подчиняться ни своему отцу, ни тем более другому альфе, и сделал это в тот самый момент, когда поставил метку Сяо Чжаню. Ван Ибо пообещал человечку, что растет в нем, что будет защищать его до последней капли крови, если этого потребуют обстоятельства.       — Я сказал нет! Я отказываюсь идти с тобой, — Ибо взял себя в руки, пообещав расслабиться дома в обнимку с вещами своего альфы, но сейчас до этого самого дома надо еще добраться. — Мой партнер не будет рад узнать, что меня кто-то провожает.       — Ты сказал «партнер»? У тебя кто-то есть? — тон голоса стал недоверчивым. Суэ Хэн думал, что этот омега слишком свободолюбивый, чтобы просто так подпустить кого-то. Он хотел завоевать его, а теперь эта сладкая ягодка говорит о другом? Недопустимо! — Кто это? Я его знаю?       — Да, я больше не одинок. Остальное тебя не касается. Я пойду, он будет ждать меня дома.       И Ван Ибо направился в сторону выхода, чтобы на улице подышать воздухом в ожидании такси. Зато Суэ Хэн, смотря на гордо удаляющегося омегу, скрипел зубами от злости.       «Какого черта? Кто этот ублюдок, что забрал то, на что я положил глаз? Ван Ибо должен быть только моим!»       Тем временем, пока альфа кипел от злости, Ибо вышел из здания и успел только достать телефон, чтобы вызвать такси. Следующее, что он почувствовал, это мокрая тряпка, что с силой прижали к лицу и темнота.