Наконец-то я могу выбрать, что неправильно (и что правильно)

— Капитан! Бенн и Ясопп быстро заканчивают спускать веревочную лестницу, крепко удерживая ее сверху, пока Шанкс карабкается по ней, отдавая предпочтение левой стороне. Позади него Морской Король опускает голову, и Луффи спрыгивает, приземляясь прямо на перила корабля, прежде чем спрыгнуть на скользкую от морской воды палубу. — Какого черта, что, чёрт возьми, только что произошло? — Ясопп практически визжит, взволнованно подхватывая Луффи, когда Бенн хватает Шанкса за руку. — Хонго, иди сюда, капитан пропал, и его укусил проклятый Морской Король! — кричит Бенн. Шанкс дуется, что выглядит довольно забавно, учитывая, что он промокший насквозь взрослый мужчина в шляпе от солнца. — Всё не так уж и плохо, перестань психовать… — Морской. Король. — Не то чтобы у меня не было ничего хуже… — Это ужасное оправдание, и вы это знаете, босс, теперь садитесь, прежде, чем я подниму вас и сам брошу на одну из больничных коек. — Хонго хмурится и упирается руками в бедра, сжимая в одной руке медицинскую сумку, а в другой — толстый рулон свежих бинтов. — Мне нужно попросить Луффи убедить тебя? Я уверен, что она была бы более чем счастлива… Ясопп кричит, прежде чем он успевает закончить. — Не втягивай в это Луффи, я всё еще пытаюсь убедиться, что с ней всё в порядке! Она была на голове Морского Короля, ради всего святого, не говоря уже обо всей бандитской каше! — И я доберусь до нее, когда доберусь до нее, если только не будет какой-то чрезвычайной ситуации, потому что я почти уверен, что гигантский гребаный укус в плечо Шанкса имеет приоритет прямо сейчас! — Следи за своей речью перед шестилетним ребенком, Хонго! — Вы все, пожалуйста, перестаньте волноваться? Не то чтобы я потерял руку или что-то в этом роде… — А если ты заразишься? Ты можешь это сделать, так что держись спокойно, чтобы я мог это проверить, упрямый идиот! Вообще-то, Бенн, просто держи его спокойно. Я верю, что ты сделаешь это лучше, чем он. — Конечно, док. — Что… вы все такие грубые! Луффи хихикает, заставляя всех четверых пиратов прервать спор. — Шишиши! Команда Шанкса действительно заботится о нем, не так ли? Ясопп кивает с мягкой улыбкой, все еще держа ее. — Может, он и идиот, но он наш идиот, и будь мы прокляты, если позволим, что бы с ним что-нибудь случится. — Что случилось с правилом: наблюдать за своей речью перед ребёнком? — Хонго ворчит, но тоже начинает улыбаться. Он прижимает ватный тампон, пропитанный каким-то антисептиком, к самому высокому проколу на руке Шанкса, и мужчина скрывает дрожь, заставляя Луффи сузить глаза. Тем не менее, она ничего не говорит — Ясопп уверен, что она достаточно хорошо понимает ситуацию, чтобы не жаловаться на болезненное обращение с Шанксом. Укус Морского Короля и так достаточно болезнен, так что крошечная боль от антисептика вряд ли что-то сделает в общей схеме вещей. — Снейк у руля? — спрашивает Шанкс, наконец, просидев достаточно долго, чтобы позволить Хонго тыкать и тыкать в свои раны. Ясопп решительно игнорирует тот факт, что Шанкс неподвижен только потому, что Бенн прижал его к палубе руками, удерживая торс Шанкса и неповрежденную руку на месте. Бенн кивает. — Да, он отвезет нас обратно в Фуушу, раз уж вы вдвоем. Ру и Макино ждут в доках. Без сомнения, он понял это с Хаки, как и Ясопп. На данный момент у Ясоппа лучшая наблюдательность в команде, но дальность действия Бенна определенно не вызывает нареканий, даже если она не всегда такая четкая. Шанкс кивает. — А как насчет остальных членов экипажа? — Все еще в Фуше — я думаю, они прогоняют остальных бандитов, хотя Лайм контролировал толпу, когда я в последний раз его видел, — отвечает Ясопп. — Но, кажется, он уже покончил с этим. Хаки действительно пригодится в подобных ситуациях. Возможно, это было нелегко выучить, в любом значении этого слова, но, клянусь морями, это полезная карта, которую можно разыграть. Хонго не потребовалось много времени, чтобы элементарно очистить раны Шанкса, аккуратно обмотав их марлей. Как только он закончил, он одарил Шанкса проницательным взглядом, как будто подталкивая его пошевелить рукой и испортить заплатку, прежде чем встать и подойти к Луффи. — Ты где-нибудь ранена, морская птица? Луффи качает головой, улыбаясь Хонго. — Не-а! — Бандит довольно сильно схватил ее за запястье — может быть синяк, — вставляет Шанкс, зарабатывая на себе раздраженный взгляд. — Оно не в синяках, видишь? Это просто кожа. — То, что синяк еще не проявился, не означает, что его там нет. — Хонго открывает свою сумку и начинает копаться. — У меня где-то здесь была мазь от синяков, которая поможет быстро избавиться от них. Луффи явно недовольна этим и начинает извиваться, пытаясь вырваться из объятий Ясоппа, но он просто смещает хватку и остается на месте. Усопп тоже был немного неуклюж на Сиропе, и Банчина сказала ему, что лучший ответ — просто убедиться, что они не упадут. Конечно, она была абсолютно права, как и всегда. (Моря, он любит эту женщину.) — Стой спокойно, иначе это займет еще больше времени, — предупреждает Ясопп, и это действительно заставляет ее перестать двигаться. Луффи стоит совершенно неподвижно, пока Хонго наносит мазь, и даже не шевельнет мышцей, когда на всякий случай наматывает повязку на запястье. Ясопп даже не знал, что она может быть такой тихой, не говоря уже о том, что она сделает это нарочно. — Хорошо, теперь все готово. — Хонго решительно кивает и поворачивается, чтобы снова приставать к Шанксу, а Ясопп наконец сажает Луффи на палубу. В соответствии с его ожиданиями, она сразу же бросается к такелажу, и ему приходится схватить ее за рубашку менее чем за долю секунды, чтобы не дать ей забраться туда, где никто не сможет до нее добраться. — Теперь подожди, и оставайся там, где мы можем тебя видеть! Тебя чуть не съел Морской Король, а теперь ты хочешь полазить по снастям? Луффи дуется. — Он не собирался меня есть. Унаги просто ворчун, потому что он здесь единственный Морской Король! Через палубу Шанкс наклоняет голову. — Ты его так назвал? — М-м-м. Это имя, с которым он пришел. — Действительно? — спрашивает Ясопп. — Откуда ты знаешь? — Я вежливо спросила. Он моргает. Шанкс на мгновение замирает (и теперь Ясопп немного обеспокоен, потому что это мимолетное выражение полного удивления всегда означает только что-то интересное, а определение интересности у Шанкса не такое, как у него), но он так же быстро стряхивает свое удивление, пожимая плечами, которые в настоящее время не прижали ни его врач, ни его первый помощник. — Справедливо. Ты, вероятно, не узнала бы его имени, если бы спросила не без задней мысли. — Да, именно! И, конечно, это имеет смысл для шестилетнего ребенка. Почему бы и нет? Дело не в том, что морские короли — это буквально морские звери, хорошо известные как не говорящие животные. Ясопп вздыхает, отпуская рубашку Луффи всего на секунду, и тут же делает фейспалм, когда видит, как она снова ныряет в оснастку. Как Макино общается и обращается с этим ребенком каждый день, но как, он никогда не узнает. Вероятно, сочетание подкупа с едой и чертовой удачей.

***

— Дело в том, что- — Луффи в порядке! — …кто-нибудь может позвать Макино? — Пираты спасли жизнь Лу-чан! — Этот рыжеволосый капитан… Толпы людей Фуши в беспорядке, когда Шанкс идет через деревню, Луффи надежно лежит на сгибе его неповрежденной руки, а ее голова покоится на его плече. Она не спит (во всяком случае, пока), но явно утомилась всем этим испытанием. Кроме того, на обратном пути в порт она лазила по такелажу (несмотря на многочисленные протесты Ясоппа и попытки заставить ее спуститься), и это утомило бы любого ребенка, даже такого безграничного по энергии, как Луффи. — Вы случайно не видели, куда делась Макино? — спрашивает он, оглядываясь в поисках каких-либо признаков черных волос с зеленым оттенком или банданы в золотую клетку. — Думаю, мне есть что ей вернуть. — Он наклоняет голову в сторону Луффи, которая ухмыляется. Эта щель в ее зубах до сих пор не заросла до конца — если повезет, она со дня на день потеряет другой передний зуб, так как он не вылез обратно, когда она укусила того бандита. Из толпы выходит человек, местный врач Фуши, если он правильно помнит, и поднимает руку. — Она… с патрульными. Я отведу вас к ним, если вы пойдете сюда. Шанкс кивает. — Спасибо, ах… Кажется, я не знаю вашего имени? — Цзянь. — Она почтительно кланяется, прежде чем развернуться и двинуться по тропинке к центру города. — Это я присмотрела за этим шрамом у нее под глазом. — А, я думаю, Макино уже упоминал тебя раньше — во всяком случае, Луффи точно упоминала. — Да, потому что Цзянь крутая, — довольно многозначительно говорит Луффи. — Вот почему я никогда не говорю о Лусе, потому что она не крутая. Она скучная. Шанкс борется с желанием хихикнуть и ужасно проигрывает. — Да, я бы сказал, что это хорошая причина, чтобы не говорить о ком-то. — Несколько минут спустя они достигли городской площади, и Шанкс замирает как вкопанный, когда его взгляд падает на сцену, которой он никак не ожидал. Главарь бандитов, похитивший Луффи, сейчас стоит на коленях в грязи, промокший насквозь и выглядящий абсолютно несчастным, послушно сложив руки на коленях. Позади него стоит Макино и серьезно разговаривает с одним из патрульных Фуши, а в руках у нее огромный кухонный нож, острие которого направлено прямо к горлу бандита. Она даже не смотрит на своего очевидного пленника, и, тем не менее, он не шевелит ни единым мускулом — предмет угрозы, что кажется кухонным ножом, единственное, что удерживает его на месте. Моргая, Шанкс наклоняется, чтобы опустить извивающуюся Луффи, с легким шоком наблюдая, как она пробегает мимо бандита, даже не оглянувшись, практически проверяя ногу Макино своим объятием. Макино, уже привыкшая к агрессивным чувствам Луффи, ерошит ей волосы с нежной улыбкой, острие ее ножа не покидает горла Хигумы. — Так что же с ним тогда? — спрашивает Шанкс, неопределенно указывая на бандита. Глаза Макино смягчились с появлением Луффи, но теперь, когда ее дочь снова надежно цепляется за подол юбки, выражение ее лица становится ледяным при упоминании о бандите. — Ему нужно было усвоить небольшой урок о том, что происходит с теми, кто связывается с моей семьей. Особенно с моей дочерью. Шанкс кивает. Это бы объяснило, почему Хигума так напуган. — Справедливо. Как ты думаешь, что ты собираешься с ним делать теперь? — Передай его Дежи и Тэмсин, как только мы решим, куда его положить. — Я уверена, что ты не покинешь любую комнату, в которую мы тебя поместим. — Это не вопрос и не просьба, и стальной взгляд Макино делает это очень ясным, когда бандит слегка кивает, стараясь не прижимать шею к острому острию, всё еще касающемуся ее. Одна из патрульных, женщина с высоким светлым хвостом, пожимает плечами. — Я доверяю твоему мнению, но я действительно предпочла бы место с замком на двери. Нам просто нужно подождать, пока Тасо найдет этот замок, а потом… мы можем положить его в чулан, я полагаю? Немного странно засовывать его с канцелярскими принадлежностями, но ладно. Потребности должны быть учтены. — Маа, — говорит Луффи, вероятно, тихим голосом, дергая Макино за юбку. — Маа, я попалась бандиту, и Морской Король чуть не съел его. Макино моргает. — Я… действительно видела Морского Короля, да. Ты не ранена, не так ли? — Она как будто ждала согласия, как будто уже была уверена, что ее дочь невредима. Шанкс размышляет над этим, но решает, что этот вопрос лучше оставить на потом. Конечно же, Луффи качает головой. — М-м-м. Хонго заставил меня замереть, чтобы перевязать мне запястье, потому что, видимо, синяки или что-то в этом роде, но это совсем не больно! — Она ухмыляется. — Это хорошо. Мы вернемся к Хонго или к Цзянь, если будет больно, хорошо? — Этого точно не будет, но ладно! За Шанксом подбегает еще один мужчина, гордо держа в загорелых руках висячий замок. — Нашел! Макино, ты хочешь передать этого парня нам, чтобы мы могли поместить его куда-нибудь… не сюда? Барменша кивает, убирая нож от горла бандита. У Хигума есть лишь доля секунды, чтобы перевести дух, прежде чем блондинка и мужчина, который принес замок, грубо схватили его, его руки были вывернуты в стороны, чтобы патрульные могли увести его в каком-то другом направлении, предположительно, чтобы посадить в тюрьму до тех пор, пока Морские пехотинцы могут прийти и забрать его или пока не будет найдено более постоянное решение.

***

Луффи не совсем уверена, почему ее родители выглядят такими серьезными, но надеется, что ничего страшного. Ей действительно хотелось услышать больше историй сегодня, даже если большую часть дня этот тупой бандит вел себя глупо. Но Шанкс сидит за кухонным столом сзади, вместо своего обычного места в баре, а Маа вытаскивает остатки вместо того, чтобы что-то готовить, поэтому Луффи забирается на свое место и смотрит на них обоих, готовая вынести, вероятно, лекцию о том, как не ставить себя в излишне опасные ситуации. Она уже слушала эту лекцию раньше; на самом деле несколько раз (хотя худшее время было после той истории с бандитом, когда ей порезали лицо), но на этот раз она должна быть намного более интенсивной, учитывая… ну. Вс`, правда. — Луффи, — начинает Маа, — можешь рассказать нам, что случилось с бандитом? Как он попал к вам? Ах, так это еще не лекция. Это объяснение. Она может это сделать. — Ну, я собиралась пойти и увидеть Шанкса, а потом я узнала, что бандиты в городе, поэтому я хотела сходить и сказать Шанксу, что бандиты были там, на случай, если они попытаются что-то сделать, потому что бандиты хитрые; только тогда они увидели и меня схватили. — Луффи решительно кивает. Маа на мгновение замолкает, и Луффи чувствует, как она волнуется — нет, она слышит это. Она до сих пор не может сказать, что такого особенного в этих двух вещах, но она знает, что это не одно и то же. Шанкс тоже кажется взволнованным, но есть еще кое-что, что она может услышать от него — почти как будто он не уверен, должен ли он что-то сказать или нет. Хорошо. Луффи хочет знать, что он хочет сказать, поэтому она решает упростить решение и просто наблюдать за ним, пока он не сломается. Обычно это работает на всех остальных, так что это должно работать и на ее папу, и работает, потому что она делает это всего около шести секунд, прежде чем он вздыхает и наклоняется вперед, опуская свое лицо на ее уровень. — Луффи, с Морским Королем… что там случилось? О-о-о-о. Ей больше не нравится этот разговор. Лицо Луффи становится немного перекошенным, несмотря на то, что она изо всех сил пытается скрыть всю эту перекошенность на своем лице. — Он… вышел из воды. И я была у него на голове. Конец. — Нет, не «конец», — не соглашается Шанкс. — А как насчет имени Морского Короля? Ты сказал, что его зовут Унаги. — Он и есть. Вот только он… — Луффи замолкает на полуслове, скептически глядя на родителей. Маа… может, и понимает, но всё, что она слышала, говорит о том, что ни один из них не поймет. У Луффи только что появился папа, и она слишком любит его, чтобы вернуться к тому, чтобы у неё не было отца, как бы сильно она ни любила свою маму. Но Шанкс… у него такое выражение лица, как будто он знает, что она собиралась сказать. (Как будто он уже слышал это где-то раньше.) Ветры были в основном тихими с тех пор, как они успокоились ранее, довольствуясь тем, что Луффи могла сосредоточиться на своих родителях, в то время как они оставались успокаивающим фоновым присутствием, но теперь они снова начинают оживляться. — Должна ли я сказать им? — Они будут слушать, маленькая птичка. Говори, говори свои слова и высказывай свое мнение, они будут слушать. И она делает.

***

— Вот только он… — Шанкс повторяет слова Луффи, позволяя ей закончить. У него выражение лица, которое она видела раньше. Луффи пытается оценить, сколько она сможет рассказать Шанксу и Макино, прежде чем они начнут плохо реагировать. После тщательного размышления она решительно кивает, словно отвечая на какое-то неслыханное подтверждение. — Морской король говорил со мной. Я слышала, как он говорил со мной. Макино моргает, но мысли Шанкса мчатся: «Она слышала Морского Короля… но я думал, что только Рыболюди могут слышать морских существ? Пока не…» — Морской король — единственное, что ты слышишь? — спрашивает он, сохраняя любопытный тон и следя за тем, чтобы не осталось и следа недоверия. Луффи — ужасный лжец даже в лучшие дни, и что бы она ни пыталась сказать сейчас, она явно в это верит. Не говоря уже о том, что если она думает, что ей не верят (независимо от того, верят они или нет), она может утаить любые другие детали, которые могли бы немного лучше объяснить всю эту ситуацию. Луффи нерешительно качает головой, но она всё еще отвечает. — Это не только Унаги, это… все. — Все? — Ммм. В основном ветры, потому что ветры везде, и моря, если я рядом с ними, но… я могу слышать и другие вещи, если прислушаюсь. — Без предупреждения ее нерешительность превращается в настороженное неповиновение, и Шанкс на полсекунды ошеломлен, прежде чем она продолжает говорить. — Я не сумасшедшая. Это настоящие голоса, а не голоса, которые придумал мой мозг. Я не лгу. Сейчас Макино выглядит немного обеспокоенной, но Шанкс может сказать, что это больше из-за внезапной колючести дочери, а не из-за того, что она слышит голоса, которые никто другой не слышит. Должен ли я беспокоиться о том, как хорошо она воспримет это? — Конечно, ты не сумасшедшая. — Макино подходит, вставая на колени рядом со стулом Луффи, опуская свое лицо на уровень шестилетнего ребенка. — Кто-то сказал, что ты такая? Луффи машет рукой вперед-назад. — Не прим мне и не мне, просто некоторые люди в городе сказали, что слышать голоса — это безумие. Только обычно они говорили, что голоса велят им делать плохие вещи, а ветер не говорит мне делать плохие вещи, даже если они злые. Моря иногда угрожают, но это не мне, и они не хотят, чтобы я делала плохие вещи. Они просто говорят это, потому что злятся. Шанкс молчит. То, что она описывает: слышать голоса, слышать ветры и сами моря, общаться с существами… это знакомо. Он признает это. Не так уж и много, если учесть, что он уже много лет не слышал об этом, но он может знать, что это такое. Но даже если он прав, а он так думает… он никогда не слышал, чтобы оно становилось таким сильным. Он никогда не думал, что сам мир может говорить словами, и тем не менее, похоже, это именно то, что описывает Луффи. — Я не думаю, что ты лжешь или сумасшедшая, Лу-чан, — говорит он, протягивая руку. Она кладет свою крошечную руку в его, такую ​​маленькую и мягкую по сравнению с его мозолистой ладонью. — Я слышал о чем-то подобном раньше, и другой человек, который говорил об этом, конечно, тоже не лгал. — Ты веришь мне? — спрашивает она, и ох, как больно слышать эту нотку невинного удивления и почти недоверия в ее детском тоне. — Ты не думаешь, что я лгу? — Конечно, нет. — Присаживаясь с другой стороны от Луффи, Макино добавляет свою руку в замок, сжимая крошечные пальчики Луффи между своими и Шанкса. — Если это то, о чем я думаю, то это называется «Голос всех вещей». Я не уверен, почему и как, но у некоторых людей есть способность слышать окружающий мир, как правило, с самого рождения — хотя я думаю, что это может проявиться и позже в жизни. Это не Дьявольский фрукт, но он может быть столь же полезным, как и фрукт, и он также не лишает вас способности плавать. Шанкс поднимает свободную руку, чтобы погладить ее по плечу, игнорируя приступ боли в бицепсе, чтобы утешить слегка расстроенную маленькую девочку. У нее такое выражение лица, будто она до сих пор не может поверить, насколько хорошо прошел этот разговор, и Шанкс хочет сделать всё возможное, чтобы заменить это недоверие ее обычной солнечной улыбкой. — Это как… таинственная сила? — говорит она, и уголки ее рта начинают подниматься, заставляя его тоже дергаться. Макино кивает. — Похоже на это. Как насчет этого, Лу-чан? У тебя есть особая таинственная сила, и тебе не нужно есть какие-то противные фрукты, чтобы получить ее. И, наконец, лицо Луффи расплывается в широкой ухмылке, когда она практически вскакивает, чтобы обнять сначала Макино, а затем Шанкса, всё время счастливо хихикая. — Таинственная сила! Это так классно! И я всё еще умею плавать, и мне не нужно было есть этот ужасный демонический фрукт! — Вот эта улыбка, — думает он. …ах, блять, он ее удочерил.