Flawless

Сегодняшний просмотр сериала не задался. Эрен недовольно цокнул языком и нажал на кнопку ноутбука, останавливая серию паузой. — Прости, блин, — Армин потянулся рукой к телефону: тот постоянно оповещал о новых сообщениях своей мерзкой вибрацией, и оба парня были этим раздражены. Ну, возможно, Йегер в несколько десятков раз сильнее. — Кто это? — Эрен кивнул на телефон, когда Армин разблокировал его. — Флок. Пишет что-то про вечеринку в доме Сары, — отозвался парень, пролистывая более чем шесть сообщений от друга. Йегер вскинул бровь. — Ясно. Эрен кинул это коротко и показательно безразлично, и всё же его голос блеснул холодом. Он убрал руку с чужой талии, которая раньше обнимала его парня, — Йегер обожал прижиматься к Арлерту — и, нажав на кнопку, уставился в экран ноутбука. — Эрен? — спросил Армин, заглядывая партнёру в глаза, и нахмурился, когда тот даже не перевёл на него взгляд. Потому что Йегер никогда ещё так не делал — ни разу не игнорировал его. — Всё в порядке. Давай продолжим? — было произнесено в ответ. Арлерт глазам своим не поверил: нужно было быть совершенным идиотом, чтобы не понять, что Эрен недоволен, но почему он вёл себя так? Тишину, воцарившуюся из-за напряжённого молчания Эрена и непонимания Арлерта, прерывал лишь диалог персонажей в сериале, и Армин не захотел что-то говорить. Вернее, он не знал, что сказать, поэтому просто положил свою голову на плечо Эрена и поднял взгляд на экран, пялясь в него. Неприятная оскомина внутри заставила его почувствовать стыд. Они просидели так ещё несколько минут, и Армин отметил просто невыносимый факт, что за это время Йегер ни разу не взглянул на него, — а раньше это случалось, и Эрена не беспокоило пожертвовать чем-то важным в сериале, чтобы поцеловать его мальчика или зашептать на ухо, — а ещё то, что он не прикоснулся к Армину и сидел так, словно Арлерта здесь вообще не было. Армин нервно укусил губу, терзаемый идеей спросить Йегера. Конечно, это могло бы спровоцировать крик и вопросы по типу «неужели ты сам не понимаешь, Армин?», но неизвестность и затянувшееся напряжение приносило лишь беспокойство, и вскоре Арлерт просто не смог больше терпеть. Несмотря на то, что он пытался быть осторожным, его голос все равно слегка подрагивал в момент, когда он повернулся к Йегеру и спросил: — Что случилось, Эрен? Но, стоило знать, Йегер был полон неожиданностей, поэтому то, что он сделал сразу же после вопроса Армина, нельзя было предугадать. Арлерту даже не дали возможности сесть ровно, прежде чем втянуть в поцелуй. Он ничего не делал несколько мгновений, застигнутый врасплох этим внезапным действием, но вскоре начал отвечать, заставив себя не думать о происходящем. Эрен разорвал поцелуй и, прижавшись лбом ко лбу Армина, разочарованно вздрогнул. Парень был слишком напуган, чтобы открыть глаза, нервничая из-за того, что, может быть, Эрен рассердился на него, не имея понятия, что он такого сделал, чтобы рассердить его. — Я ненавижу, когда нас отвлекают друг от друга, — Эрен снова вздохнул, и Армин немного расслабился, понимая, что он не был причиной разочарования. Он не мог сказать, что это чувство было взаимным. Если честно, становилось немного грустно, что любой появившийся в жизни парня автоматически превращался в объект презрения Эрена. — Извини, — кивнул он, медленно приоткрывая глаза, но всё ещё смотря вниз, стараясь держать взгляд подальше от глаз Йегера. — Я поставлю телефон на беззвучный режим, ладно? По телу растеклась приятная нега, когда Эрен наконец-то улыбнулся, одобряя предложение его мальчика. Он наблюдал, как Арлерт выключил звук полностью и даже отложил телефон подальше от них, чтобы потом быть крепко обнятым Йегером и притянутым максимально близко к нему. И Армин вновь почувствовал, как важен Эрен и каким хорошим он должен быть, чтоб тот любил его и не сердился никогда. *** Они закончили завтракать, и теперь Армин стоял у комода, протирая его тряпкой от пыли, так как Эрен попросил его это сделать — Йегер был чистюлей до кончиков пальцев — а последний двигал кресла, чтоб помыть полы под ними, ведь, вероятно, там скопилось до ужаса много мелкого мусора. Они всегда делали это вместе, разбавляя дела разговорами, короткими поцелуями, помогая друг другу. И Армину искренне хотелось ни в коем случае не разрушать эту идиллию, в которой они могли не только целоваться и трахаться, но и даже уборкой заниматься вместе, показывая друг другу сплоченность и домашний повседневный уют. Сейчас Армин рассказывал Эрену, как в детстве отец учил его кататься на велосипеде. Другой в свою очередь разбавлял рассказ Арлерта своими комментариями и усмешками, иногда даже позволяя себе подойти и прикоснуться к своему парню. Казалось, Эрен всегда готов был прикасаться к Армину бесконечное количество раз. И, когда Арлерт, забывшись, обронил, что Флок хочет, чтобы тот пошёл с ним на вечеринку его девушки, — как выяснилось с его слов, они с Сарой встречались уже месяц — то Йегер лишь терпеливо объяснил Армину, почему не поддерживает эту идею. Не стоило ожидать другого, потому что Армин ещё изначально знал, что он будет против. Но его обрадовало спокойствие Эрена, и он готов был отказаться от вечеринки в ту же секунду, чтобы Йегер и дальше считал его хорошим и, несомненно, самым лучшим мальчиком. И, когда телефон Армина зазвонил, он поднял трубку, продолжая второй рукой стирать пыль с полок комода. — Итак, я надеюсь услышать твоё «да»! — прокричал знакомый Эрену голос из динамика даже без приветствия или чего-то вроде того — Армин сделал громкость побольше, чтоб прижать смартфон плечом и освободить обе руки. — Прости, Флок, но нет, — сказал он без капли сожаления, приподняв рамку с фотографией и смахивая с неё пылинки. В ответ раздалось разочарованное «ну Арми-ин!». Эрен, к которому Арлерт стоял спиной, сжал пальцы, а на лбу проступила напряжённая складка: то, что он услышал имя его детки от чужого человека, всколыхнуло ревность внутри. Но, поскольку парень увлечённо занимался протиранием комода, он не мог видеть, как Эрен поменялся в лице. — Армин Арлерт у нас женатик и поэтому больше не ходит на тусовки, — дразняще сказал голос из трубки, и Арлерт закатил глаза. Он скорее поверил бы в существование крылатых единорогов, чем в то, что Форстер не начнёт шутить по этому поводу. — Да я просто не хочу туда идти, — сказал он в своё оправдание. — Ты хочешь, я тебя прекрасно знаю, — перечил Флок. Эрен делал вид, будто совершенно не слушает, даже удалился в коридор. На самом деле, он был более чем сосредоточен, ведь он думал, что Флок может причинить его мальчику вред даже так; либо же ревность бушевала в нем во всю. — Слушай, Флок… — Арлерту не дали закончить, обрывая на полуслове. — Армин, ты помнишь, когда мы в последний раз с тобой выпивали? Помнишь? — воцарилась секундная тишина. — Вот и я не помню, чувак. Поэтому притаскивай завтра в шесть свой зад к нам, иначе я приеду сам, и тогда тусовка состоится, но уже в твоем доме. Арлерт не успел что-либо ответить или возразить, потому что гудки в трубке сменили энергичный и громкий голос Форстера. Армину осталось лишь шумно вздохнуть и повернуться к Эрену. — Что такое? — спросил Йегер, и его голос выразил беспокойство, словно он уточнял, все ли хорошо у его дорогого Армина и не расстроен ли он чем-нибудь. Он прекрасно слышал их разговор, но ему лишь хотелось услышать это от Арлерта, чтобы ещё раз удостовериться, что его мальчик ни за что не станет лгать ему. — Флок не оставляет мне выбора, как явиться на вечеринку Сары, — объяснил Армин в двух словах, потом пожал плечами и отвернулся, откладывая телефон. — Котенок, — Эрен слабо улыбнулся и подошёл к Арлерту, и последний мог почувствовать прикосновение к его плечам, — боюсь, ты никуда завтра не пойдёшь. Армин еле-еле растянул губы в печальной улыбке. Естественно. Это было так ожидаемо. — Не то чтобы я вообще куда-то собирался, — тихо сказал он. — Я знаю, что ты будешь против, тем более, я даже не знаком с Сарой, и вообще это плохая идея, — его сердце заныло от какой-то детской обиды, потому что да, блять, Форстер был прав и Армин действительно хотел попасть на эту тусовку и забыть о Эрене хоть на некоторое время, но ещё больше он хотел показать, насколько он послушный мальчик, поэтому он сказал именно то, что Йегер хотел от него услышать. И был рад видеть, как лицо Эрена просияло от его ответа. — Такая умная детка. Ты все понимаешь, котенок, я так тобой горжусь, — с этими словами Эрен поцеловал его, и Арлерт расплылся в его руках от глубокого поцелуя, который дарил ему его парень. Он прижался носом к двухдневной щетине Йегера, и они стояли так около минуты, наслаждаясь дыханием друг друга. *** Эрен оказался бы лжецом, если бы стал отвергать, что звонок Флока, а точнее, ультиматум Армину поставили его в тупик и взбесили. Он до скрежета зубов ненавидел наблюдать, как кто-то пытается посягать на его Армина. Как будто эти тупые люди не понимали, что Арлерт любил только Йегера и принадлежал одному ему?! Был его мальчиком, возможно, не полностью, но ведь Эрен ещё не дошёл до конца. Но он верил в то, что Армин будет принадлежать исключительно ему даже чуть больше, чем верил во вращение планеты вокруг своей оси. И он видел, что достигает успеха, и все же этого было недостаточно, и на его пути до сих пор встречались преграды, как Флок. Следующий день был понедельником, который начался с противного звука будильника. Эрену стоило немалых усилий подняться, ведь они довольно поздно легли спать вчера. Чтобы не разбудить Армина, который к его огромному счастью не должен был теперь ходить на работу, Йегер как обычно тихо собрался и уехал. Сегодня должна была состояться вечеринка у Флока, и Эрен искренне не понимал, кто вообще устраивает такое в будний день, а тем более в понедельник. Но он все же собирался наведаться на ту самую тусовку. Только Армину об этом знать не обязательно было. Весь рабочий день, вплоть до того момента, пока стрелка часов в их офисе не перевалила цифру пять, Эрен сидел как на иголках. Он не был рассеян, когда обдумывал то, что собирается сделать, наоборот — он напоминал акулу, до того его движения были осторожными и точными. Его ни на миг не посетила мысль, что он собирается совершить нечто плохое. Напротив, его намерения были исключительно благородными, ведь он всего-то хотел защитить своего мальчика и предотвратить опасность в будущем. Какой пустяк. После окончания рабочего дня сообщение о том, что он приедет домой позже обычного из-за накладок, было отправлено Арлерту. Эрен спокойно улыбнулся, когда в ответ пришло «Ладно, буду ждать. Люблю» со смайликом сердечка. На самом деле, он не собирался задерживаться в офисе ни на миг, поэтому быстро собрался и практически первым вышел из здания. Дорога до дома Форстера от центра города занимала около двадцати минут в случае полного отсутствия пробок на дорогах. Как раз сегодня таких было полно, и значит, у Эрена были в распоряжении лишние сорок минут, чтобы добраться до места вечеринки ровно к шести и застать Флока там. Пока машина стояла на светофорах и в тех самых пробках, Йегер нетерпеливо похлопывал ладонями по рулю, чаще, чем обычно поправлял свои тёмные пряди, постукивал ногой ритм песен из радио. Он не волновался — предвкушал, что собирается сделать ещё один значимый шаг к их с Арлертом идеальной жизни, где не будет никого, кроме них, где Армин не станет отвлекаться на других людей и где Йегер сможет наслаждаться его прекрасным ангелом с глазами-океанами и бархатным голосом, которым тот будет говорить, как сильно любит Эрена. Это предвкушение обжигало все внутри и пьянило, словно крепчайший алкоголь. Подъехав к дому то ли Флока, то ли Сары — Йегер знал адрес, но понятия не имел, кто действительно там живёт — он припарковал машину в стороне и направился к переходу улицы. Уже через полминуты его палец был крепко прижат к дверному звонку. Дверь распахнулась практически сразу, и на Эрена уставилась девушка, которая, вероятно, и была Сарой. Ну, даже если и не Сарой, Йегеру было совершенно наплевать. — Привет, — сказала она, растянув губы в неясной улыбке, по которой Йегер понял, что она его не узнала и не ждала. — Ты… — Я Эрен, — сказал он прежде, чем повисла неловкая пауза, и заглянул за её плечи, рассматривая длинный коридор и кухню, которую можно было видеть с порога. — Я буквально на пару минут, мне надо перетереть кое-что с Флоком. — А-а, — протянула незнакомка, кивая. — Понятно. Что ж, ты очень вовремя, Флок здесь. — Тебя зовут Сара, да? — решил уточнить Йегер, даже не зная, зачем. Наверное, ему просто стало интересно, какую девушку мог бы выбрать Форстер. — Нет, я Одри. Сара сейчас на кухне, наверное, — пожала плечами она и повернулась в сторону дома. — Проходи, раз тебе нужен Флок. Эрен последовал за ней, прикрывая дверь. Они минули коридор и повернули направо, и тогда Йегер увидел лестницу, ведущую наверх. Стоп, это двухэтажный дом? Надо же, когда он подходил к нему, как-то не заметил. Хотя как вообще можно не заметить гребаный второй этаж? Одри, как она представилась, поднялась по лестнице, и Эрен последовал за ней. Дверь в комнату была открыта, и девушка оперлась плечом о дверной косяк. — Флок, у тебя ещё будет время напиться, — усмехнулась она, видя, как Форстер почти осушил один из стаканов, — к тебе какой-то Эрен. Флок столкнулся взглядом с Йегером, и тогда последний подумал, что его глаза ещё более наглые, чем ему казалось. — О, какие люди, — он не растерялся и протянул парню бутылку крафтового пива, — а где Армин? — Я за рулём, — покачал головой Эрен, — а у Армина дела. И я не задержусь надолго. Форстер оглядел его с неверием и поставил бутылку обратно на стол. Одри переглянулась с еще двумя парнями в комнате, и это выглядело так, словно они могли общаться телепатически. — Я приехал поговорить, — наконец выдавил Йегер, и не только Флок, но и остальные уставились на него как на подопытного кролика, ожидая услышать нечто определённо интересное. — Говори, — кивнул Форстер. — Давай тет-а-тет, это не касается кого-то ещё, — покачал головой Йегер и кивнул на коридор, а потом сделал несколько шагов к лестнице. Как он и предполагал, интерес Флока взял верх, и тот последовал за ним. Эрен практически сбежал по лестнице и вышел во двор, заворачивая с порога прямо на яркий газон. Другого, кажется, это тоже мало волновало, и он продолжал идти за Йегером, пока тот не остановился, завернув еще раз в пространство между стеной дома и высоким тёмным забором. — Какая обстановочка, — заиграл бровями Флоктю, с издевкой зыркнув на Эрена, — прижмешь меня к стене и поцелуешь? Йегер ничего не ответил, закатив глаза, видимо, уже сейчас решив, что разговор вряд ли пройдёт гладко. — Я хотел поговорить о Армине, — сказал он достаточно громко, — и это очень серьёзно, ладно? — Окей, — бровь Флок дёрнулась в коротком удивлении, но он не сказал больше ничего. — Ты не должен писать ему, ясно? И звонить, и вообще хоть как-то связываться с ним, — холодно произнёс Эрен. — Что? — с неверием покосился на него Флок, и его губы растянулись, когда он сухо и громко рассмеялся, глядя на Йегера, как на городского сумасшедшего. — Ты сейчас вообще понял, что сказал? — Я ведь сказал, что это серьёзно! — понятно повысил голос, и Форстер кое-как смог успокоиться. Но его взгляд все ещё выражал неистовое удивление. — М-да, не ожидал я этого услышать… — протянул он, и Эрен зло зыркнул на него. Последнего уже изрядно начал раздражать Флок, как и то, что, видимо, он совершенно не собирался воспринимать слова Йегера всерьёз. — Я тебе ещё раз говорю, чтобы ты не лез к Армину, — это было произнесено сквозь зубы и с таким напряжением, что его можно было бы разрезать ножом. — Окей, ладно, — Форстер выставил ладони вперёд и выдержал паузу, как будто до него сейчас доходила простая истина. — Я не должен писать, звонить Арлерту и вообще оборвать с ним любое общение, так? Эрен нахмурил брови, устремляя практически испепеляющий взгляд на парня напротив. Он знал, что это будет непросто, ведь с такими мудаками, как Флок, никогда не бывало просто. — Так, — кивнул он, уже надеясь, что до него наконец-то дошло. — Ага, — Флок кивнул в ответ, но через секунду вновь расплылся в его коронной издевательской и премерзкой улыбке. — А причины, по которым я должен это сделать, будут? — Тебя не касается наша личная жизнь, это раз, — Йегер сжал кулаки, а его зрачки приобрели тёмный окрас, — а во-вторых… — Слушай, если ты ревнуешь, то тут реально не по адресу. Я не гей и у меня есть девушка, и если ты думаешь, что у меня есть планы на твоего парня, то вообще забей, серьёзно, я скорее трахну свою сорокалетнюю соседку, чем твоего Армина. Но, знаешь, тебе лучше бы следить за своим парнем, поскольку гораздо важнее то, если он изменит тебе, чем беспокоиться о том, что кто-то его уведёт... — Завались! — крикнул Эрен ему в лицо, чуть ли не зеленея, испытав разом такую неприязнь и отвращение к Флоку, что перед глазами все застлало пеленой. И как вообще этот наглый, мерзкий и, в конце концов, просто отвратительный хам мог подходить к его мальчику? Какое он вообще право имеет так говорить о Армине? Как ему хватает духу думать, что Армин изменит Эрену? Йегер предположил, что миру станет только лучше, если Флок вообще исчезнет из него. — Чувак, обрубись! Чего ведёшь себя как истеричка? — после его фразы все внутри сжалось, словно вся злость скопилась разом в один ком, который вот-вот должен был взорваться. — Я непонятно сказал? — один лишь взгляд переворачивал с ног на голову, и желание заехать Форстеру по лицу разлилось по телу. «Ладно, — подумал он, — если он не понимает слов…». — Да нахуй ты вообще привязался? — крикнул Флок, и эта фраза заставила бомбу внутри Йегера сдетонировать. Он сам не успел понять, как его рука резко взмыла в воздух, а потом кулак врезался чуть правее носа парня. Боль от удара разлилась до костяшкам, но это лишь раззадорило Йегера. Флок выматерился и зажмурился, и, видя его скорчившимся от резкой боли, Эрен испытал немыслимое удовольствие. Он полагал, что способ заехать парню по лицу сделает ему легче и выпустит наружу гнев, но, кажется, внутри него этого самого гнева оказалось куда больше. Он хотел убить Флока. Просто задушить его или схватить за волосы и бить об асфальт, пока тот не потеряет сознание. Он думал, это сделает его сильнее, будто напитает, но это было… Нет, не ненормально, по крайней мере, Йегеру так не казалось.  Просто он не имел права так рисковать, ведь это могло разлучить его и Армина, если бы за это взялась полиция. — Сука! — выплюнул Флок, оправившись, и уже хотел накинуться на Эрена в ответ, но второй удар последовал гораздо раньше, и Йегер вновь ощутил, как в голову ударил нездоровый кайф от того, что он сейчас делает. Он сильный, требовательный, агрессивный, вспыльчивый, властный. Это лишь одна его сторона, которую порой необходимо выпускать, чтобы поставить на место таких, как Форстер. Эрен даже не стал ждать, когда Флок оправится, он налетел на него, как на злейшего врага. Они сцепились, и другой попытался повалить Йегера на землю, но Эрен оказался сильнее — он даже тут превосходил Флока. Взгляд застлало пеленой, и Йегер потерял счёт, сколько раз он ударил Флока. Его кулак то и дело врезался то в челюсть, то в нос, то в скулу. Хрипы парня лишь разогревали его. Он никогда бы не позволил насмехаться над ним и унижать, как это сегодня попытался сделать этот мудак. И Эрен частенько позволял раскрыть свое настоящее «я», которое готово было рвать и метать, и приходилось… Ради Армина, ради его безопасности. Он остановился, когда рука саднила и неприятно ныла. Йегер посмотрел на неё: костяшки пальцев были сбиты и покрылись кровоподтеками. Как и лицо Форстера, который сейчас дышал так, словно секунду назад вышел из комы. Эрену даже не стало жутко, когда он полностью увидал картину, виновником которой являлся. Флок заслуживал этого. Он победно улыбнулся, стервозно щурясь, наблюдая размазанное к чертям и уже начинающее опухать лицо парня. Потом привстал, отметив, что гнев и чувство адреналина отступили. — Уёбок, — просипел Флок, прижимая пальцы к разбитой губе, которую было практически не видно из-за количества крови на его лице. Эрен сверкнул глазами, понимая, что большее, на что способен Форстер сейчас, — вот на такие короткие оскорбления. Детский сад какой-то. Ничтожество. — Подойдёшь к Армину или попытаешься ему это рассказать — я позвоню в полицию, но перед этим подкину тебе парочку пакетиков веществ. И не только тебе, а ещё твоей Саре за компанию, — выплюнул Йегер ему в лицо, вставая на ноги и поправляя офисный галстук. — Ты больной психопат, — сказал Флок и мог бы получить ещё несколько ударов в лицо или живот, но Йегер лишь коварно усмехнулся на его фразу. — Надеюсь, мы друг друга поняли, — бросил он и быстро развернулся на пятках, покидая двор. Сев в машину, Йегер потёр переносицу и несколько раз глубоко вдохнул. Конечно, он не собирался избивать Флока, ну, возможно, только один раз в скулу, чтобы показать, что он не шутит, но Форстеру не стоило быть таким мудаком. Он сам виноват, что оказался избитым. Зато его дорогой Армин в безопасности, и Флок, будь он хоть каплю умным человеком, не станет лезть к Арлерту. А его мальчику не обязательно знать, что хам получил то, чего заслуживал уже давно, — думал Эрен. Йегер потер глаза и повернул ключ зажигания, чтобы вернуться домой, где его ждал самый лучший малыш. *** Как только Эрен повернул ключ в замке и открыл входную дверь, в коридоре тут же возник Армин. — Котенок, — коротко улыбнулся Йегер, когда тот подошёл к нему и поцеловал, — он обожал прикасаться губами к коже его мальчика, но ещё больше любил, когда Арлерт делал это первым. Он приобнял Армина и позволил поцеловать себя, а после услышал, как тот еле слышно прошептал: «Я скучал, Эрен». — Ну и денёк, — сказал он, снимая обувь, и для этого ему необходимо было опереться рукой о стену, что он и сделал. Армин напротив замер в непонимании, и до Эрена не сразу дошло, что, собственно, не так. — Что… Случилось? Боже, — Армин почти испуганно уставился на неаккуратно намотанный вокруг кисти бинт. Эрен долго осматривал свою руку после того, что сделал, и, конечно, понимал, что прямо так поехать домой он не может: Арлерт не его мать, которой можно было ляпнуть что-то вроде «подрался», хотя по факту именно сегодня это было правдой. Иронично. Поэтому он не поленился заехать в аптеку и купить бинт и перекись водорода, чтобы хоть как-нибудь обработать сбитые костяшки и замотать их бинтом. Теперь все выглядело получше. — Обжегся. Стаканчик из кофемашины в офисе не удержал и пролил, — ответил Йегер, махая рукой, мол, пустяк. — Думаю, скоро пройдёт. Ничего. Арлерт понимающе кивнул и подождал, когда парень снимет второй ботинок, а затем они пошли на кухню, чтобы поужинать. И Йегер снова был таким заботливым к Армину, рассказывая, как прошел его день на работе и интересуясь, как дела у его парня. У Арлерта трепетало сердце от осознания, что это не сон и сейчас он с любимым и, несомненно, самым потрясающим партнёром в его жизни. Эрену определённо было что выпустить. Он уже получил неплохую эмоциональную разрядку два часа назад, отыгравшись на Флоке, но неужели можно было сопротивляться себе, если рядом с ним сидел этот умопомрачительный Армин? Такой… Просто невъебенный Армин Арлерт. Это единственное, что сейчас способен сказать и подумать Эрен. На самом деле, об этом парне можно говорить всю жизнь не умолкая, но почему-то в голове все смешивается и разом исчезает, словно телевизор со странной программой выключили. И Йегер не думает ни об одной вещи, ведь его малыш чуть ли не забирается ему на колени. Бледная кожа так и просит оставить на ней следы, когда Арлерт наклоняет голову, и Эрен даже сам не слушает, что говорит, и его слова тонут в белом шуме вокруг. Он даже не чувствует, как начинает терять себя, и все ближе и ближе — вот-вот прикоснется к такому желанному телу — но Армин слегка отодвигается и переспрашивает, и, стойте, Эрен что-то говорил? Если нет, то и ладно, а если да — у него окончательно едет крыша и ползёт чердак, и он уже не желает продолжать свой рассказ. Он слишком поглощен. — Боже, ты… — теряется в словах Йегер, когда его рука ложится на щеку Арлерта, и губы под подушечкой пальца кажутся тёплой карамельной нугой. — Какой же ты… Я собираюсь съесть тебя. Армин усмехается и лишь качает головой: — Я невкусный. — Ошибаешься, котенок, — Йегеру совершенно плевать, что фильм не досмотрен — к черту его; как и на то, что Эрен все ещё в офисной одежде. У них ещё будет уйма времени справиться с этим, ведь сейчас они оба предоставлены друг другу и никому больше, и Эрен клянется: если кто-нибудь попытается их прервать — от него и клочка не останется. И он бы хотел остановиться — хотя на самом деле совершенно нет — потому что то, как Армин всегда выстанывает его имя этим мелодичным голосом с придыханием, моля не останавливаться никогда, — да покажите человека, которому не сорвало бы крышу! Они целовались голодно и мутно, не отрываясь ни на секунду даже тогда, когда Эрен приподнял Армина на руки, ведь им, наверное, удобнее было бы в спальне. И Арлерт, стягивающий рубашку с Йегера, такой нетерпеливый и просящий, но при этом трепещущий, будто в первый раз, заставлял Эрена лишь ещё раз удостовериться, что парень был создан исключительно для него. Иначе почему Армин был таким идеальным для Эрена? Почему имел абсолютно очаровательные реакции на каждое слово, сказанное им? Почему так жаждал прикосновений Йегера, почему так легко поддавался ему, если не для того, чтобы быть хорошим мальчиком? Иных причин и быть не могло. Когда Арлерт обвил шею Йегера руками, ближе притягивая к себе, и жарким шёпотом попросил «сделать это» — и Эрену не надо было объяснять просьбу, то желание затмило все остальное, не разрешая больше сопротивляться и оттягивать ласки. Армин уже как-то знал, что член Йегера ощущался… Правильно. Его сначала растягивало, затем что-то болезненно проходило по всему телу, вынуждая комкать одеяло, а потом подбрасывало вверх, и дыхание начинало срывать практически сразу же, после первых толчков. — П-пожалуйста, — задохнулся он, когда Эрен проник в него, неконтролируемо отодвигая свои бедра. Йегер смотрел на него сверху вниз, и тёмные пряди волос Арлерта прекрасно контрастировали с белой подушкой. — Хороший мальчик, — мужчина успокаивающе погладил по бедру и качнулся в Армине, как волна. Тот шумно выдохнул. Похвала Эрена сделала Армину лучше, и он сжался вокруг члена. Он так безудержно хотел большего, что стал подмахивать сам, уткнувшись носом в ключицу низко склонившегося над ним Йегера. Тот понял без слов, и, вскоре поняв, что его парень достаточно привык, позволил себе не без огромного удовольствия сделать сильный и резкий толчок. Армин протяжно простонал и впился тонкими пальцами в чужое плечо. Он дышал в такт Эрену, но ему не было трудно заставить своё дрожащее тело подчиниться. Он старался игнорировать дрожь, потому что возможные неприятности были последним, чего он хотел. К тому же, толчки кружили ему голову, и каждый раз он готов был разорваться, как Сверхновая. Ему казалось, что перед глазами скакали тысячи разноцветных звёздочек, выстраиваясь в загадочные спирали, танцуя непонятный танец. Горячий воздух в комнате почти обжигал на вдохах. По телу проходил пот, делающий кожу влажной. Иногда их губы сталкивались в исступленном поцелуе. Тонкие руки бегали по спине, иногда путаясь в прядях. Армин то ли простонал, то ли проскулил, и его голос оборвался, словно начиная падать все чаще, ведь с каждой минутой как будто сложнее и больнее. Арлерт не понял, но будто Йегер загорелся целью выбить из него жизнь, вытрахать по самые ребра. Почему он так делает? — Ти-ше, — кое-как по слогам прошептал он между толчками, но Эрен, кажется, наоборот лишь ускорился, и Армину всерьёз начало казаться, что дух давно покинул тело. Однако Эрен всё равно продолжил заставлять его двигаться в одном с ним темпе, и Арлерт не поспевал. — Эрен, пожалуйста, слишком быстро, — удалось выдавить ему. Каждый раз, когда их тела соприкасались, это ощущалось так, будто из него вышибали весь воздух, поэтому он попытался замедлить сам, но Йегер не собирался перестать вторгаться в него каждую секунду. События этого дня, все еще крутившиеся в голове Йегера, возникающие переборчивыми моментами, то и дело подбрасывали образы Флока, его мерзкую улыбку и разбитое лицо, которое хотелось доломать окончательно. У Эрена не могла не закипать кровь, и, закрыв глаза, он представлял, как размазывает кровь из носа этого подонка по стене дома. И в какой-то момент ему показалось, что он сделал недостаточно, что стоило просто свернуть тому шею, стоило просто… И Эрен, как на адреналине, делал отчаянно сильные грубые толчки, желая, чтобы каждое его движение приравнялось удару Форстеру по голове. Армин захныкал, когда Эрен начал двигаться еще быстрее, но вместо того, чтобы снова попросить его сбавить темп, он просто закрыл глаза и откинул голову назад, а затем обхватил его руками, ожидая, когда это закончится, всё ещё продолжая подмахивать бёдрами в меру своих возможностей. Эрен даже не почувствовал того, как постепенно начинал терять над собой контроль, — он был слишком поглощён захватившей его агрессией, чтобы заметить это. Вскоре он слишком резко толкнулся бёдрами вверх и сильно надавил на талию Армина, из-за чего тот вскрикнул от острой боли, ведь Йегер был слишком груб. Будучи в неком отчаянии и пытаясь облегчить боль, Армин вонзил ногти в то единственное место, куда он смог дотянуться — чужую спину. Эрен зашипел и выгнулся, когда ногти парня прошлись по его коже, но его собственная боль ничего не значила, потому что он резко распахнул глаза, видя под собой испуганное лицо и дрожащие ресницы. От взгляда Арлерта его окатило волной чудовищного гнева на самого себя. — Блядство, — протянул он, пытаясь отдышаться, и аккуратно вышел из Армина. Тот моментально свёл ноги и слегка подтянул их к себе, и это было единственным, что он сделал — словно он боялся, что за лишнее движение или слово может получить удар или что-то похуже. Он не проронил ни слова и отвернулся, вжимая щеку в подушку, пока по лицу текли неконтролируемые слезы. — Чёрт, ангел, прости. Ты в порядке, детка? — спросил Эрен, мысленно проклиная себя за то, что он настолько увлёкся и позволил себе допустить такую ужасную ошибку. Арлерт слышал, что Эрен что-то говорит, но шок от неожиданной боли был настолько силён, что он не мог разобрать слов, которые Йегер произносил. Всё, что он заметил, — что возбуждение другого постепенно спадало, хоть он ещё и не кончил. Когда Армин медленно начал приходить в себя, то понял, что только что произошло и что он только что сделал с Йегером. Он сильно поцарапал его, от чего тот даже вздрогнул от боли, и это напугало Армина. —Прости, мне очень жаль. Клянусь, я не хотел тебя поцарапать, прости меня, Эрен, — его охватила паника, и слезы потекли сильнее, потому что он испугался, что его собираются наказать за причинённую боль. — Т-с-с, я знаю, детка, успокойся. Это не твоя вина, — нежно сказал Йегер, опираясь на колени и нависая над дрожащим Армином, чтобы поцеловать его во влажную щёку. Эрен никогда раньше не причинял ему такой боли в постели и не трахал его настолько сильно и бесконтрольно, поэтому Армин решил, что, должно быть, он сделал что-то не так, иначе почему мужчина вёл себя так грубо? Но ничего не приходило на ум, потому что парень думал, что он был хорошим мальчиком и делал всё, о чём его просили. Единственное, что он мог предположить, — это то, что он сделал что-то неправильное, даже не осознавая этого. — Прости меня за то, что я сделал. Я не хотел быть непослушным, — тихо сказал Армин, заставляя Эрена прекратить одаривать его лицо лёгкими поцелуями и отстраниться. — Непослушным? Детка, что ты имеешь в виду? — Йегер понятия не имел, о чём говорит его мальчик, — он был хорошим с самого первого момента: он не перечил, не пытался сопротивляться, он просто слушал и делал то, что ему говорили, без возражений. Он был идеальным. — Я-я не знаю, н-но, что бы я ни сделал, извини. Просто… Пожалуйста, не делай мне больше больно, — прошептал Армин последнюю часть фразы, достаточно тихо, чтобы Эрен почти не услышал этого. Чувство вины быстро вспыхнуло в груди Эрена, когда он понял, что имел в виду Армин. Он думал, что Йегер сделал ему больно специально, в качестве наказания. — Армин, я, не наказывал тебя. Ты был самым лучшим мальчиком, ты не сделал ничего плохого, — попытался успокоить его Йегер, но эти слова парня явно не убедили, — это было случайностью, клянусь, я никогда не хотел сделать тебе больно. — Хорошо, — пробормотал Арлерт, позволяя себе немного расслабиться, хоть он и не был уверен в правдивости слов Эрена, когда тот сказал, что это было случайностью. Эрен привстал и потер руками глаза. Гребаный Флок, гори он адским пламенем, заставил Йегера причинить своему мальчику боль и испугать. На секунду он прошелся ненавистью к себе, а горький осадок всколыхнул волнение. — Котёнок, — ласково позвал он, и в его голосе слышны были миллионы извинений. Армин повернул голову и проморгался от слез, все ещё глядя глазами чёртового испуганного Бэмби. Это практически разбило сердце Эрена. Йегер аккуратно притянул партнёра к себе, укладывая его голову себе на колени и гладя по лицу, вытирая пальцами влагу. — Не знаю, что на меня нашло. Но мне так стыдно, малыш, — он покачал головой и вздохнул, и Арлерт болезненно ему улыбнулся. — Я не сержусь, — Армин приподнялся и поцеловал Йегера в уголок губ, обнимая, — я знаю, что ты будешь осторожным. Будет осторожным? Эрен в неверии поднял взгляд. После того, что он сделал, Арлерт все ещё позволял ему продолжить? — Умница, — Йегер приподнялся, и Армин послушно соскользнул с его колен на кровать, видимо, готовясь к тому, что Эрен захочет закончить начатое. — Но я не собираюсь трахать тебя сейчас. Арлерт в непонимании наблюдал, как Эрен тянется к тумбе, где был оставлен его телефон, и вскоре был шокирован, ведь, кажется, тот не собирался его откладывать. — Что ты делаешь? — он замер, нервно переводя глаза от телефона к чужому лицу. — Я хотел бы смотреть на что-нибудь, связанное с тобой, когда тебя не будет рядом, — объяснил Эрен, убирая телефон от лица, чтобы посмотреть прямо на своего парня. Сначала Армин растерялся, но потом он быстро понял, что происходит. Его фотографировали. Он инстинктивно двинулся, чтобы прикрыться, но его остановила рука Эрена, которую он положил на правое колено, и на этот раз Армин был уверен: это было предупреждение. — Но я не хочу, чтобы меня фотографировали, — протестующий голос был чуть громче шёпота, потому что Арлерт был слишком напуган, чтобы сказать это громче. — Всё хорошо, ты выглядишь прекрасно. Хотя комплимент звучал искренне, Армина уколола оскомина. Он не думал, что это неправильно: многие пары так делают, но также понимал, что лучше больше не спорить, поэтому он положил обе руки на постель, чтобы позволить делать всё, что Эрен хотел. Йегер улыбнулся, приблизив телефон к чужому лицу, что крутилось из стороны в сторону, пытаясь избежать объектива камеры и лица парня над ним. — Ты великолепен, детка, — сказал Эрен, наматывая локон волос Армина вокруг пальца и играя с ним, прежде чем позволить ему упасть обратно, присоединяясь к остальной части его беспорядка на голове, — идеальный, — прошептал он, но всё ещё достаточно громко, чтобы Армин услышал. Арлерт дёрнулся от неуверенности, когда камера медленно отодвинулась от его лица и скользнула по его телу. Другой остановился на сосках Арлерта и прижался языком к одному из них, а затем накрыл ртом, обводя им влажную мышцу, что только заставило парня извиваться сильнее. Эрен отстранился от теперь красного и твёрдого соска, продолжая спускаться, пока не приблизился к члену Армина. Он провёл кончиками пальцев по нему, прежде чем наклониться и поцеловать набухшую головку. Он ухмыльнулся, когда член дёрнулся у его губ. — Что ты должен сказать сейчас, детка? — спросил Йегер, двигаясь свободной рукой и снимая член парня, затем поднимая телефон вверх, чтобы поймать его лицо. — Пожалуйста… — Посмотри в камеру, — приказал Йегер сверху. — Пожалуйста, продолжай трогать меня, Эрен, — на выдохе сказал Армин, все ещё не до конца осознавая, что он это говорит. — Заставь меня чувствовать себя хорошо. — Что угодно для моего прекрасного Армина, — более чем довольно ответил Йегер, выключив телефон и спрятав его под одну из подушек, чтоб не мешал, а затем переключаясь на тёплое податливое тело, лаская и целуя его вновь и вновь. *** А потом у Армина пропал телефон. Не то чтобы он был максимально внимательным человеком, но даже для него пропажа телефона была уже чем-то слишком. Он мог поклясться, что уж такую вещь, как телефон, он таскал с собой везде и всегда, кроме уборной, и если даже уходил в другую комнату, то прихватывал смартфон с собой. Арлерт напряжённо наворачивал траекторию от окна до двери и обратно, пересекая комнату уже, кажется, в миллионный раз. Он пытался думать и вспоминать, но ему прекрасно знакома была ситуация, когда мысли стопорятся самым наглым образом, ведь он действительно не мог просто забыть где-то телефон. Где он вообще мог быть? Так что этот вопрос то и дело заставлял волну переживания прокатиться по телу: нет телефона — нет общения с сестрой и родителями, нет общения — вечная скука и желание лезть на стену из-за одиночества и отсутствия — и одновременно с этим вечного контроля Эрена. Его украли — это было совершенно очевидно. Армин озвучил это Йегеру сразу же, как только это пришло в его голову. Ну конечно, раз телефон не мог быть забыт и однозначно не находился в доме, то был украден — других вариантов не было. И из-за этого Арлерт переживал лишь больше. — А если они попытаются его разблокировать? У них получится, определённо. А если взломают мою карту? Туда, конечно, уже не зачисляется зарплата, но все же! Я не хочу, чтобы мой телефон был у каких-то воров! — обречённо повторял он, взмахивая руками, и раздосадованно звенел ложкой, размешивая кофе. — Это всего лишь телефон. Главное, что с тобой все хорошо, — отвечал Эрен, словно такая пропажа была чем-то повседневным. — Потом купим тебе новый. И, кстати, я позвоню в банк и попрошу заблокировать твою карту. И Армин понимал, что Йегер прав и что смартфон — не последняя вещь в его жизни, но все же ему было даже на подсознательном уровне интересно, где он мог быть. Но через два дня интерес поугас, и Армин махнул рукой, ведь в слова Эрена и правда легко было верить. Поэтому его даже перестала волновать эта ситуация, и он, кажется, её отпустил. Армин нарезал хлеб для ужина, ведь скоро должен был прийти уставший и, определённо, голодный Йегер с работы. Он как-то погрузился в свои мысли, даже не заметив, что его палец находился слишком близко к ножу, прошёлся острием по фаланге. Из размышлений его вырвала покалывающая боль, а Арлерт отдёрнул палец, на котором выступили пару алых капель. Чертыхнувшись, он отложил нож и пошёл в ванную, зная, что где-то в тумбе валяются пластыри. Армин подставил рану под холодный поток, ожидая, когда сосуды сожмутся, чтобы заклеить раны, и от скуки его взгляд пополз по полу и коврику. А потом натолкнулся на уголок какой-то странной коробки, что выглядывал из-под ванны.