- Любопытство не доведет вас до добра, леди Харрис.

Англия, 1857 год.       Растрепанные локоны развевал ветер, подол платья был бесповоротно испачкан, сердце в бешенном ритме билось о стенки грудной клетки. Девушка могла бы думать о том, как её драгоценная и, чаще, чем хотелось бы, чрезмерно придирчивая тетушка будет злиться, в очередной раз отчитывая Агату за её «дурной нрав, никоим образом не сочетающимся с образом леди», однако все её мысли занимает лишь восхищение происходящим. Юная мисс Харрис – дочь трагически погибшего герцога, которая была рождена, чтобы покорить высший свет – сейчас рассекает воздух, несясь с бешенной скоростью на крепком скакуне. Щеки налились румянцем, лоб покрылся испариной, но девушка и не думала останавливаться. Она неслась навстречу уходящему вдаль горизонту, выкидывая из головы все мысли, которые обычно не дают девушке покоя. Только в такие моменты Агата ощущала себя свободной. Только в такие моменты Агата была собой.       Всю свою жизнь девушка считает, что родилась не в то время и не в том месте – ей по душе вовсе не бесконечные балы и светские беседы ни о чем, ей неинтересен этикет, а наука о том «как правильно держать вилку» вообще вызывает у девушки желание закатить глаза. Агата мечтает о путешествиях, о бурной жизни, искрящейся воспоминаниями и приключениями, захватывающими дух. Ей никогда не нравилось её идеальное отражение в зеркале в моменты, когда служанки работали над её идеальным образом – да, леди Харрис обладала утонченными чертами лица, её каштановые волосы красиво обрамляли лицо, а в её зеленых глазах утонуло немало кавалеров – однако большую часть времени это утонченное лицо не выражало никаких эмоций, а взгляд был потухшим и безжизненным. В такие моменты девушка видела в отражении не себя, а миловидную куклу в красивом платье, которую нарядили так, чтобы она всем нравилась. Только вот самой Агаты в этом всем практически не оставалось.       Когда солнце начало садиться, окрашивая небо яркими красками, юная леди направилась в сторону особняка, заранее готовясь к расправе. Подъехав к конюшне, Агата не самым элегантным образом спрыгнула с коня и огляделась: «Кажется, Аннет ожидает меня в поместье. Что ж, было бы неожиданно, если бы она встретила меня с распростертыми объятиями прямо у конюшни». Представляя эту комичную картину, девушка, хихикая, двинулась в сторону дома. – Леди Харрис, хорошо провели время? – спокойный голос, не выдающий и доли возмущения, раздался откуда-то сверху. – Улыбка не сходит с вашего лица, судя по всему вы отлично провели этот вечер. Агата знала: если Аннет не злится и не кричит – пиши пропало. Гораздо спокойнее девушка реагировала на возмущения и вопли со стороны тетушки, часто подобное поведение всегда собранной и сдержанной мисс даже веселило юную Харрис. Однако это неподдельное спокойствие заставило табун мурашек пробежать по спине девушки. - Тетушка, я безмерно уважаю вас, но не собираюсь извиняться за своё желание прожить интересную жизнь. – практически не дрожащим голосом ответила Агата, поднимая голову. Аннет уставшим взглядом смотрела то ли на свою горе-племянницу, то ли на пионы за её спиной. Женщина стояла на балконе и пила свой любимый ассамский черный чай. С одной стороны, она уважала Агату за то, что она следует своим принципам несмотря на мнение общества, за то, что даже сейчас, зная, что Аннет недовольна, девушка без тени страха и сожаления смотрит прямо в глаза своему личному инквизитору. Но все это неважно, когда леди из высшего общества катается верхом, что просто немыслимо, так ещё и возвращается в родное поместье в крайне неприемлемом виде. Аннет уважает Агату, но ещё больше Аннет уважает правила, которым девушка совершенно не следует. - Агата, - отбросив все формальности выдыхает женщина, - послушай меня не как главу рода Харрис, а как свою тетушку, которая воспитывала тебя в любви и ласке: ты должна понимать, что если о твоем, - женщина замялась, подбирая корректное слово, - не совсем элегантном увлечении узнает кто-нибудь из влиятельных семей, ты погубишь не только свою судьбу и упустишь шанс на удачное замужество, но и бросишь тень на репутацию нашего рода. Девушка устала слушать подобные речи, ей надоело объясняться перед тетушкой, пытаться убедить её в том, что она катается верхом только в уединенных местах и никто никогда не увидит её за этим занятием. Она повторяла это тысячи раз – примерно пару раз в неделю с 14 лет, когда тетушка впервые поймала племянницу скачущей навстречу ветру, девушка была вынуждена доказывать Аннет, что она, может, и не самая элегантная леди Англии, но точно умнее многих, и не позволила бы своей страсти разрушить свою судьбу. Поэтому сейчас леди Харрис лишь закатила глаза и направилась в свои покои, полностью проигнорировав выпад тетушки. Аннет не была удивлена, но это не значит, что её устраивало такое поведение племянницы. Уже готовясь отворить двери своей комнаты, девушка услышала шаги за спиной. - Вы что-то хотели, мисс? – бросив через плечо более чем не заинтересованно спросила девушка. До ужаса грубо, даже для Агаты, но она не могла сдерживать свои эмоции. Больше не могла. - Агата, я буду терпеть все твои выходки, потому что кроме друг друга у нас нет никого в этом мире, - строгим, но любящим голосом произнесла Аннет. Девушке сразу стало стыдно за то, как резко она ответила своему единственному родному человеку, но обида за то, что этот самый единственный родной человек не доверяет ей, тоже никуда не делась. – но я не могу позволить себе и дальше закрывать глаза на твое поведение. – продолжила глава рода Харрис, устало потирая переносицу. - Ты под домашним арестом. Агата нервно усмехнулась. «Плохая шутка» - могла бы подумать девушка, если бы не знала – Аннет Сильвер Харрис никогда не шутит. Медленно поворачиваясь лицом к тетушке, Агата пыталась переварить то, что услышала, но так и не смогла найти слов для ответа. Аннет могла ругать свою племянницу, могла по-настоящему сильно разозлиться, но ограничивать её свободу – никогда. Поэтому девушка пребывала в состоянии крайне похожем на шок. - Думаю, тебе хорошо известно, что я не шучу. Мне самой это не нравится, но все разговоры оказались бессмысленными. Мне, как твоему опекуну, необходимо принять меры, Агата. - Поэтому ты решила наказать меня как провинившегося подростка? – не без издевки в голосе наконец произнесла девушка. – Тетушка, это смешно. Тебе хорошо известны мои способности поступать так, как мне вздумается. Ты не сможешь запереть меня в четырех стенах особняка, а если и попытаешься, - девушка с вызовом посмотрела в глаза женщины, - я просто сбегу. – Агата всегда была смелой и честной в своих высказываниях, особенно с Аннет. Потому что в этом вся Агата. Потому что этому её научила сама Аннет. - Дерзишь даже в такой ситуации? Достойно уважения, в некотором роде. Однако не нужно думать, что ты уже стала мудрее меня: я прекрасно знаю, что именно может запереть тебя в комнате, и мне хорошо известно, что это точно не замок и не закрытые окна. – женщина жестом показала мимо проходящей прислуге заварить ещё черного чая, после чего продолжила, - это весомая угроза, - улыбаясь собственным мыслям протянула Аннет, будучи уверенной в своей победе в этой схватке. - Конюшня? – практически равнодушно спросила Агата. Вопрос был риторическим, так как всем в этом доме было известно, что единственное, что может повлиять на юную мисс – это её любимое увлечение. – Не слишком ли это банально, тетушка? Мне казалось, что ты в состоянии придумать что-то более изощренное. - В простоте кроется вся прелесть этой угрозы, милая. Тебя не напугает ничего, кроме потери лошадей. Я практически уверена в том, что даже брак по расчету с пожилым господином ты примешь более покорно, чем продажу конюшни. Агата невольно передернулась всем телом, представляя себя на месте одной из бедных леди, которые были проданы мерзким старикам ради спасения жизни их рода. - Даже если ты продашь конюшню, я найду способ ездить верхом, просто в этом случае мне придется покидать пределы поместья. – Агата достойно держала оборону и казалось спокойной снаружи, однако самой себе она врать не могла: девушка боится. Единственное, что она боится потерять в своей скучной жизни, это то, что заставляет её пульс учащаться, то, что позволяет ей очистить разум. И она не могла хладнокровно реагировать на возможность потери чего-то столь важного. Но в это же время Агата оставалась собой – упрямой и своевольной леди дома Харрис, которая просто не может себе позволить сдаться и принять поражение. Поэтому, несмотря на медленно накатывающую панику, девушка твердо стоит на ногах и смотрит тетушке в глаза, будто совсем не испытывая страха. В ответ на это, Аннет просто улыбнулась и молча покинула коридор, оставив девушку один на один со своими мыслями. Ей не нужны были слова, чтобы понять, что она смогла повлиять на свою племянницу. Одного лишь испуганного взгляда изумрудных глаз было более чем достаточно, чтобы убедиться в собственной победе.

***

      Ветер нещадно пронизывал каждую клеточку тела девушки, дождь бил по лицу с нарастающей силой, совсем не считаясь с хрупкостью Агаты, но девушка будто не замечала попыток природы остановить её: она мчалась вперед в надежде выпустить пар. Признаться, угроза Аннет на пару часов смогла усмирить девушку. Та даже подумала о том, что стоило бы пойти на уступки и сократить езду верхом до одного раза в неделю. Но непокорная мисс Харрис на то и зовется непокорной – её не устраивает, когда что-то решают за неё. Вся её жизнь и без того пропитана надоедливыми правилами и обязанностями. Она не могла позволить отнять у неё ещё и это – единственное радующее душу девушки занятие. Она знает, что, если бы поговорила с Аннет, она не стала бы полностью лишать племянницу своего любимого хобби. Она знает, что после этого ночного побега последствия могут стать куда более удручающими. А ещё Агата Харрис прекрасно знает, что ей ужасно надоело всегда идти на уступки и идти против своего сердца, поэтому сейчас она не намерена этого делать. Возможно, позже она найдет в себе силы на диалог с тетушкой, но не сейчас. Не тогда, когда глаза застилает пелена слез, а её маска внешне сдержанной и сильной леди готова пойти по швам. - Господин, вам стоит воспользоваться каретой: в такую погоду опасно ездить верхом! – раздалось из глубин леса. «Вот черт» - пронеслось в голове юной леди. Агата резко затормозила. Сейчас ночь и из-за ливня видимость практически нулевая, но риск попасться на глаза какому-то «господину» все же пугал девушку. Да, она непокорная и откровенно не самая элегантная леди Англии, но она умнее многих из них и понимает серьезность ситуации.       С силой натянув поводья, девушка развернула коня в противоположную сторону от того места, где она слышала голоса. Нагнув корпус вперед, Агата резко ускорилась, не разбирая дороги. «Сбежать, главное поскорее сбежать отсюда!». Сердце забилось с такой скоростью, будто вот-вот выпрыгнет из грудной клетки, но девушка игнорировала это. Она просто неслась как можно дальше, как можно быстрее. Спустя пару мгновений девушка почувствовала столкновение – достаточно сильное для того, чтобы напугать, но недостаточно сильное для того, чтобы вытолкнуть её из седла. - Твою мать! – разнеслось откуда-то снизу. – Насколько надо быть сумасшедшей, чтобы в такой то ливень садиться на лошадь так ещё и набирать такую скорость? «Голос мужской, но такая манера речи явно не может принадлежать тому самому господину, от которого я бежала. Значит, можно не скупиться на выражения» - про себя рассудила Агата, параллельно отмечая, что мужчина из седла выпал, а она – нет. «Ну и кто решил, что езда верхом – мужское занятие?» - Настолько же, чтобы садиться в седло, не умея в нем удержаться! – самодовольно ответила Агата, после чего быстро ретировалась с места преступления. Мужчина ещё пару секунд буквально сидел в луже, опешив от наглости девчонки, однако, услышав приближающиеся голоса, поднялся на ноги. - Господин Нильсен, вы в порядке? Я же предупреждал Вас, даже имея такие навыки, как у вас, в такую погоду слишком опасно ездить верхом! До особняка осталось совсем не много, гораздо разумнее было бы послушать меня и закончить путь, сидя в карете. – замельтешил мужчина средних лет, осматривая своего господина на предмет ранений. - Похоже, мои навыки езды верхом не так уж хороши, Фредерик, - с улыбкой отметил мужчина, жестом показывая, что с ним все хорошо.

***

Агата галопом неслась сквозь заросли леса к родному дому. С одной стороны, девушка была напугана тем, что почти попалась человеку из высшего общества, с другой же – была несказанно горда тем, что сидит в седле крепче мужчины, лица которого совсем не разглядела. Однако, долго думать о том, какая из эмоций преобладает, не пришлось. Приближаясь к особняку, девушка заметила языки пламени где-то неподалеку от дома. Сердце пропустило удар. - что за… - договорить юная мисс не смогла, так как картина, представшая перед ней, повергла её в шок. Горел вовсе не лес и даже не её любимая конюшня. Горел весь особняк рода Харрис. Её особняк.

***

      Агата практически пришла в себя, когда кто то подошел к ней с кружкой чая в руках. - Пожарные поделились, чтобы мы согрелись, - спокойно произнесла Аннет. Девушка дрожащими руками взяла чашку, не осмеливаясь поднять глаза. Чувство стыда за то, что она развлекалась, пока её любимая тетушка и весь обслуживающий персонал боролись за свои жизни, съедало её изнутри. Аннет понимала. Аннет всегда очень хорошо понимала свою племянницу, поэтому не задавала вопросов, а лишь объяснила ситуацию, избегая эмоционального описания подробностей. - Молния, - женщина отпила немного теплой жидкости, чтобы унять дрожь в теле, - молния попала в наш особняк. Громоотводы были неисправны. Особняк деревянный, поэтому огонь быстро набрал силу, и даже ливень не смог потушить его. Первой запах гари почувствовала Марта, она же разбудила меня. Мы быстро поняли, что тебя нет, и начали выбираться из здания. Никто не пострадал, мы даже успели вынести какое-то количество имущества. Глаза Агаты наполнились слезами. Дом, в котором она росла всю жизнь, её комната, к которой она так привыкла, её любимый диван в гостиной, на котором она любила читать приключенческие романы, и даже её любимая конюшня, все сгорело во всепоглощающем пламени. Но, что самое пугающее, в этом же пламени чуть не пострадал её единственный родной человек, которого она оставила одного, пока «выпускала пар». Девушка до боли сжала кулаки, ногтями впиваясь в кожу ладоней. - Тетушка, - стараясь сдерживать дрожь в голосе, начала Агата, но в итоге так и не справилась с волной эмоций. Юная мисс Харрис стояла рядом со своим сгоревшим имением и громко рыдала, под понимающим взглядом Аннет, что спокойно пила чай. - Тебе стоит успокоиться, милая. Я ведь учила тебя, что слезами горю не поможешь. – Женщина с нежностью погладила племянницу по голове, смотря в бесконечное небо, затянутое тучами. – Главное, что ты ещё не успела запятнать нашу репутацию и связи нашей семьи все ещё помогают нам. Агата шмыгнула носом и в недоумении посмотрела на тетушку. - На то время, пока мы не найдем новое жилье, господин Нильсен предложил нам пожить в его поместье, - улыбаясь, произнесла Аннет.