Встреча на Эльбе

"Сбит с ног — сражайся на коленях, идти не можешь — лежа наступай"© Василий Филиппович Маргелов

Эдуард Артемьев — и ветер унёс её шарф https://youtu.be/fQ6GgmqCgqU …в общем, только зазвучал медляк, я моментально встал и, с улыбкой на лице, протянув одну руку, а другую упрятав за спину, спросил: -Мэм, разрешите вас пригласить на танец? У Сэмми глазки загорелись и она тихо промолвила: -Успеешь ещё меня «мэм» поназывать… Мы же в России… Как у вас… Вместо этого? Я позволил себе вольность: -Потанцуешь со мной, красавица? Девушка задумчиво протянула: -Кра-са-вит-са… Запомню — тут же Сэмми стала какой-то скучной пай-девочкой отличницей, серьёзно стараясь запомнить, но я не стал дожидаться и, взвизгнувшую её, взял на руки и, донесся под очарованный взгляд краснеющей американки, поставил её в самом центре площади и, только вспоминая, обхватил красотку под медляк, начав медленно, но уверенно вести, тихо говоря: -Хочу загладить вину за испорченный твист… И, прошу прощения, но я совершенно не умею танцевать -Да? А выглядишь уверенно! -Спасибо — улыбнулся я -Просто продолжай… Да… Вот так… — тихо сказала Саманта и, кажется к оху Славяны, сама прижалась ближе ко мне. Моя левая рука переплелась с её пальцами, а правая была на пояснице и так хотела скользнуть ниже. Саманта на мгновение прикусила губу, но затем упрятав взор, подняла его вновь с такой ошеломляющей любовью и доверием, что я чуть не сбился. Девушка вдруг высвободила свои ручки и, обеими ими обхватив мою шею, стала медленно покачиваться, пока я уже обеими ладонями бережно и крепко, держал хрупкий стан американки. Она, пододвинулась ближе и, чуть щекотя пальчиками мой затылок, влюблённо глядела в мою душу, опьяняя. Поскольку мы почти в упор уже были, боковым зрением я заметил серьёзно задумавшуюся Ольгу Дмитриевну, что скрестив руки на животе, ладонью прикрывала нижнюю половину личика, строго и злобно глядя на нас с Самантой и только она зыркнула на меня, как мне показалось, что я укололся обо что-то омерзительно холодное и злобное. Рядом с вожатой стояла медсестра. Всё это — в светомузыке. Виола вдруг просто и незатейливо улыбаясь нам, чуть наклонив голову к подруге, сказала: -Дааааа Оля… Кто бы мог подумать… Эх и скандилишко же начнётся… Вот у них уже незапланированная беременность, пресса в шоке, все в шоке… Это пока ему слово не дадут… А уж он-то как начнёт… Бедная девочка, ещё не знает кто её танцует… Я сдавленно улыбнулся. Поглядел в синие счастливые глаза и понял:

РАДИ ТАКИХ МОМЕНТОВ СТОИТ ЖИТЬ!

В спину прилетело от Ольги Дмитриевны: -Ты мне скажи лучше, Вилка… Мне ему башку прям щас начать откручивать, или потом, без скандала? -А почему же «ему»? -Ты посмотри на неё… Смотрит, прихорашивается, гляди серёжки другие, одежда в обтяг почти, всё с нашего Лодыря глаз не спускает… Вот почему. Потому что голова у неё уже не работает… Эх… После этого я отказался слушать дальше. Целиком и полностью я любовался Самантой, которая уже одну ручку отпустила и тыльной её стороной стала гладить мою щёку. Я улыбнулся, сражённый ласковой пулей наповал и, нежно поцеловал ладошку девушки. Она хихикнула, так очаровательно сияя глазками… -Ты знаешь, я никогда не думала, что меня когда-нибудь кто-нибудь будет ревновать… Я машинально обхватил Саманту крепче и она, поняв намёк, улыбнулась. Спросил: -Почему? -Потому что никогда не думала, что у меня будет кто-то… Что когда-нибудь потанцую с мальчиком… -Ты никогда… Саманта отрицательно помотала головою и довольно заулыбалась, искорками глаз пьяня меня. -Ах ты злодейка американская! А меня ещё твисту учила! Саманта очаровательно засмеялась и оказалась ещё ближе. Тихо сказала: -Я поэтому про того парня сказала… Представила как мы посмотрим… И будем учиться вместе… Вдвоём… Ты и я… В домике… В домике, где… Уже пьянея, я понял только что Саманта вовсю гладит мой затылок, а её личико совсем рядом и мы одышкой свежего дыхания обдаём друг-друга, краснея. -…в домике, где мы… На чём там остановились? — спросил я, перехватив ахнувшую сладко, Саманту крепче и улыбаясь. Сэмми, краснея мордашкой и пьянея взором, поглядела на меня игриво и вот наши лица уже совсем близко, я опускаю веки, предвкушая пьянящее вино поцелуя… …с резким рыком искр электричества, свет на площади мигом потух, оставляя непривыкшие глаза в абсолютной тьме, музыка прекратилась, а под крики вожатой в матюгальник:

ТАНЦЫ ОКОНЧЕНЫ!

…лишь почувствовав её нежные ручки на своём лице, услышал сквозь тяжёлое девичье дыхание: -Быстрее! Пока не видят! Отчего в темноте мои губы кажется тьмокнули Саманту в переносицу, а американка меня — в подбородок. Снова загорелся свет, послышался топот. Мы с Сэмми посмотрели друг на друга и засмеялись, вспоминая недавний конфуз. Справа от себя я услышал железное строгое от Ольги Дмитриевны: -Попались. Голубки. Топот оборвался и два запыхавшихся кибернетика сказали: -Ольга… Дмитриевна… Провод… Его… Нельзя… Так… Делать… Вожатая злобно сказала: -Мне — можно. Мы с Сэмми плавно, непроизвольно-синхронно прекратили смеяться и как-то так вышло, что один из нас поглядел на вожатую, затем и второй. От её вида на наших лицах даже и улыбки растаяли, а мы, прочистив горло, вынуждены были отстраниться, холодно поблагодарив друг-друга за танец…