Проект "Моргана". Новая Вселенная.

      Решив всё же не рисковать, они перебрались через стену в месте, куда их отвёл Кей. Парнишка явно очень хорошо знал город. А ещё уж очень похож на одного хамоватого наёмника. Нужно будет спросить у Хосока детские фотографии. Тэхён уверен, что лицо маленького Чонгука будет в точности идентично.       И хотя по дороге к разлому они не обсуждали услышанное, наверняка не он один был захвачен новой информацией. Ему было искренне жаль охотников. Что же случилось? Как они победили королеву? И куда исчезли? Неужели действительно погибли? Тогда почему Чимин не рассказал людям о храбрых товарищах? В голове было столько вопросов, что Тэхён даже не успел перебрать их все, прежде чем они прошли через разлом.       Судя по тому, что по прибытию их с Юнги не арестовали, а лишь суровым взглядом велели сесть в машину, Пак разобрался с их проникновением на базу. И решив, что опасность миновала, он наивно расслабился, мечтая о вкусном ужине и горячем душе.       Правда, уже по прибытию в лагерь ему пришлось уворачиваться от тумаков брата. Кузен же выразил свой гнев в виде игнора. Но вот Хосок явно не намеревался сдерживаться, и вместе с ругательствами им с Юнги прилетело несколько затрещин. Чонгук же молча вышел из машины и направился в корпус, словно ничего не произошло.       Наконец, выслушав тираду друзей о безответственности их поступка, Тэхён направился в душ, а после на кухню. Вот только весь голод, что, казалось, скручивал его желудок по дороге, исчез. И, оставшись один за столом, он ковырялся в тарелке, пытаясь всё же разложить вопросы в голове.       По коже прошёлся холодок и, обернувшись, он столкнулся с его причиной взглядом.       — Охренеть мы сегодня узнали новости, да? — он знал, что тот злится и, хотя понимал, что вести себя как ни в чём не было глупо, всё же решил попробовать.       Естественно, в ответ ему прилетело многозначительное Ничего. Наёмник даже не смотрел на него и, подойдя к холодильнику, молча достал бутылку воды.       Игнор? Считает себя таким важным?       — Если надеешься услышать спасибо, то зря, — фыркнул он, поднявшись из-за стола.       Серьёзно? Будет теперь всю жизнь молчать?       — У нас всё было под контролем.       Вот же бесячий! Присосался к своей бутылке! Сколько вообще можно пить?       — Как видишь, мы могли спокойно вернуться и без вас, — выкинув остатки еды, он положил тарелку в посудомойку и развернулся.       Чёрные глаза, в которых пламя ярости уже сожгло его заживо, сверкали в одном шаге от него. От неожиданности Тэхён дёрнулся, но для хищника Чонгука кажется, это было воспринято иначе, и тот, сделав последний угрожающий шаг, встал ближе… слишком близко.       — Только попробуй выкинуть такое ещё раз, — прорычал наёмник.       И вот всё внутри кричало о том, что нужно просто дать тому уйти. Но…       — А то, что? Будешь угрожающе сопеть? — хмыкнул он, но даже не успел моргнуть, как чужая рука схватила его за футболку, натягивая ворот.       — Ты правда, хочешь узнать? — каждое слово Тэхён ощущал физически, поскольку сказаны они были в самое ухо. Интонация, что должна была запустить самосохранение, явно включила что-то другое. Потому что не может человек желать втянуть носом запах шампуня своего противника, когда тот стоит так угрожающе близко.       Тэхён замер, пытаясь осознать это новое чувство. Да, на секунду у него перехватило дыхание, и сердце замерло, но это точно был не страх. Тогда что?       — Надеюсь, мы друг друга поняли, — Чонгук отпустил ткань и, развернувшись, шагнул к выходу.       В голове была сотня ехидных высказываний в адрес наемника, и все они кружили готовые сорваться с языка. Но Тэхён так и не смог произнести их. Всё ещё оглушенный новыми эмоциями, он просто стоял, провожая того взглядом.       — Это ещё что за новости? — нервно постукивал он себя по грудной клетке.       Встряхнув головой в надежде сбросить неясно откуда взявшееся наваждение, он вышел с кухни.       Весь следующий день Тэхён старался всячески избегать Чонгука, правда и тот не рвался начать диалог. Расположившись в своей комнате, он принялся изучать записи из блокнота, что передал им старик. Большая часть информации была о классификации нежити.       Общая характеристика представляла существ, как хищников. Прекрасно видят в темноте, имеют повышенные инстинкты и обостренное обоняние. Проявляют интерес только к живой добыче. Рейки, в основном обитали в лесах и очевидно выбирались из логова только по ночам, для того чтобы забрать принесённых им жертв.       Вурдалак — вторая ступень нежити. Мертвецы сохраняющие память и мышление, но им нужна человеческая плоть, чтобы выживать. Внешне похож на Рейка, но обладает большей силой. Отличается повышенной агрессивностью. Предпочитает обитать в тёмных влажных местах. Реагирует на близкий контакт со светом. Боится огня. Способ убийства: копьё\стрела в сердце.       Вампир — самый развитый из представителей нежити. До появления королевы считался верхней ступенью. Внешне неотличим от человека. Бледная кожа. Клыки и когти проявляются только в момент атаки. Способен охотиться при свете дня. Способ убийства: копьё\стрела с железным наконечником в сердце вызывают состояние анабиоза. Полная смерть происходит после сожжения.       Королева — наивысшее развитое существо. Предположительно обладает способностью телекинеза и гипноза. Не боится света и огня. Способ убийства: не найден.       — Не найден… — повторил вслух Тэхён, пытаясь понять, почему автор не исправил запись. Возможно, они не были уверены в найденном способе, а после тот уже не имел возможности внести поправки?       — Что же с вами случилось? — он снова взял в руки старую фотокарточку.       События произошли слишком давно, и никто из ныне живущих не сможет рассказать больше. Чимин единственный, кто выжил и ещё какое-то время вёл затворнический образ жизни. Возможно?       Тэхён вскочил с кровати и, сунув ноги в кроссовки, кинулся из комнаты, сминая задники обуви.       — Нам нужно попасть в замок! — влетел он в комнату наёмников.       — Тебя стучаться не учили? — Чонгук замер, придерживая полотенце на бёдрах.       Пиздец! Тэхён стоял, воткнувшись глазами в обнажённый торс. Он и прежде догадывался, что наёмник прекрасно сложен, но почему-то не сильно задумывался о том, как выглядит это тело под футболкой. Татуировки покрывали руку от запястья до ключицы. Этот узор будто был создан, чтоб взгляд Тэхёна медленно скользил, пересекая границу рисунка, и устремился ниже…ниже… ниже.       — Так и будешь стоять?       — Что? — он, наконец, поднял глаза.       — Что там у тебя за очередная безумная идея?       — Ах… да. Я подумал, что если твой аналог вёл записи, то возможно и Чимин оставил после себя что-то. Ведь он провёл несколько лет в одиночестве. Чем ему ещё там было заниматься?       — Я уже тоже думал об этом. Но больше меня волнует эта семья Ли. Почему они не пытаются бороться? Восемьдесят лет их народ истребляют, а они сидят, сложив руки. И еще, почему стража вооружена копьями, если как сказал старик, у них есть арбалеты?       — Поэтому завтра нам нужно встретиться с королем.       — Завтра? Я только час назад отправил отчёт о вчерашней вылазке, — ударение на последнем слове, явно предназначалось для Тэхёна.       — Ты опять за своё? Снова предлагаешь сидеть и ждать?       — Именно. И если бы кто-то имел хоть немного терпения, то знал бы, что мы должны были отправиться в тот мир утром. Но ты как бунтующий ребёнок, считаешь, что всё знаешь лучше.       — Я опираюсь на свой опыт. И могу с уверенностью сказать, что если бы ждал адекватных решений от правительства, то давно бы помер.       — Не доверяешь правительству, так доверься мне.       — Смешно. Меня просит о доверии наёмник, что ещё две недели назад жаждал моей смерти.       — Если бы я жаждал твоей смерти, ты был бы мёртв.       — Ах, это что же ты пожалел меня или мало заплатили?       — Не считал тебя важным заказом.       Это было сказано с таким безразличием, что Тэхён на мгновение даже опешил. Не то, чтобы он считал себя таким уж важным объектом, но слышать, что наёмник не убил его лишь потому, что не воспринимал всерьез, было действительно обидно.       Чонгук и сейчас не считается с его мнением. Все сказанные им слова воспринимаются как ерунда. И после всего тот просит довериться ему? Довериться тому, кто не сделает лишний шаг, если это не будет ему выгодно? Довериться тому, кто считает его идеи глупыми, а самого Тэхёна ребёнком?       Решив, что нет больше смысла спорить с тем, в ком он по-настоящему разочаровался, Ким развернулся и молча вышел из комнаты.       — Тэхён! — донеслось ему уже в спину. Но он продолжил уверенно идти в сторону выхода из здания.       — Куда намылился? — Чонгук заглянул в открытое окно машины.       — Не твоё дело, — продолжая смотреть перед собой, он завёл мотор.       — Я твой командир, и ты обязан отчитаться по какой причине покидаешь лагерь.       Ким, наконец, повернулся и, поддавшись вперёд, приблизился к лицу наёмника.       — Тот, кто думает лишь о своей заднице, никогда не станет моим командиром, — он произнёс это с максимальным пренебрежением, чтобы Чонгук точно понял, что он думает о нём.       — Зато ты у нас герой дня! Готов наплевать на команду и рисковать друзьями ради спасения людей, которых не знаешь?       — Но не всем же быть как ты! Ты-то бросил свою команду ради денег! — выплюнул ему в лицо Тэхён.       Внезапно лицо Чонгука изменилось. И если прежде в чёрных глазах было простое недовольство, то сейчас весь его вид больше напоминал разъярённого волка. Казалось, он сжимал металлическую дверь машины до скрежета металла.       — Следи за языком! И не говори, чего не знаешь, — прорычал наёмник.       Неужели он попал в цель? Говоря об этом, Ким конечно рассчитывал позлить, но судя по его лицу сказанные слова действительно имели смысл. Чонгук действительно ушёл из армии ради денег?       Ну даже если и так, в этом нет ничего такого. С чего его так перекосило то? В любом случае работать с ним он больше не намерен. И именно это намеревается сказать Чимину.       — А с чего ты решил, что знаешь меня? — парировал он. — Хочешь знать, почему я хочу помочь тем людям? Хочу отплатить за такой же поступок в отношении нашего мира. Когда-то и наш мир был на грани, но те, кто мог просто пройти мимо, спасли нас. Они не отвернулись, не стали сидеть и ждать или наблюдать. Людям того мира неоткуда ждать помощи. Их правительство наплевало на них, так же как и наше. И я сделаю всё что смогу, чтобы помочь им. А ты можешь и дальше сидеть со своими правилами! — он отбросил его руку с двери и, воспользовавшись замешательством, нажал педаль газа.       К моменту, когда Тэхён добрался до базы, прежняя ярость уже улеглась, и, идя по коридору в сопровождении одного из солдат, он уже немного сомневался в своём решении.       Всё же Чонгук пришёл за ними, да и не отказывался совсем помогать другому миру. К тому же это необъяснимое чувство безопасности рядом с ним. Но в то же время наёмник не воспринимает Тэхёна всерьёз. Вечно следует этим глупым правилам штаба. Нет! Он больше не будет с ним в одной команде!       — Тэхён, подожди меня внутри, — Чимин встретил его у дверей и, указав на свой кабинет, устремился дальше по коридору.       Первые пять минут он послушно сидел в кресле напротив стола Пака. Затем пересел на диван, стараясь отгонять от себя мысли о помиловании Чонгука. После несколько раз прошёлся по комнате, рассматривая незамысловатые картинки на стенах.       — Серьёзно? — усмехнулся он, рассматривая распечатанную статью о принцах династии Чосон. Отложив листы, он ещё раз пробежался глазами по лежащим на столе документам.       Проект «Моргана». Взяв папку, Тэхён быстро пролистал верхние файлы, поскольку там были их отчеты, и добрался до раздела «Личные дела».       — Нечестно? — скривился он, раздумывая, стоит ли ему прочитать о прошлом Юнги и выиграть спор.       Решив, что просто посмотрит, но не станет использовать знания для победы, он откинул первый лист с информацией о Чон Хосоке и завис на следующем имени.       — Лейтенант Чон Чонгук. Двадцать девять лет. И ведь знал гад, что мы ровесники, но всё равно выставлял меня младшим?       — Военное училище… отряд зачистки… медаль за поддержание мира за рубежом… медаль за военные заслуги… благодарность… — продолжая вчитываться в информацию из армейского дела наёмника, глаза Тэхёна увеличивались с каждым новом упоминании о героизме того.       — Выговор… ну конечно, я знал, что не может быть всё гладко, — злорадствовал он, предвкушая как будет тролить того по возвращению (конечно он уже забыл, для чего приехал).       — Нарушил прямой приказ и направился в лагерь противника для спасения сослуживца. Чего? Нарушил прямой приказ и лично вывез гражданских из зоны зачистки. Нарушил прямой приказ и вернулся для вывода десяти мирных жителей, — не веря в то, что читает именно о том самом Чонгуке, он даже вернулся к началу, чтобы убедиться в правильности написанного имени на деле.       — Не понимаю. Так почему ты сейчас ведёшь себя как прилежный ученик?       — Я сейчас тебе по рукам дам, — то, что Чимин вошёл в кабинет, Тэхён понял лишь когда тот уже забирал папку из его рук.       — Ты знал об этом? — он указывал на карточку в папке.       — Конечно, я же сам его выбрал, — улыбнулся Пак и посмотрел на всё ещё открытый файл.       — Но почему он ушёл из армии?       — Секретная информация.       — Ну ладно, — сделал безразличное лицо Тэхён и чуть повернул корпус, показывая, что отходит.       — Тэхён! — ревел Чимин, пытаясь отобрать папку, что он выхватил и отбежал к дивану.       Открыв следующую страницу, он старался быстро найти глазами нужную информацию, пока Дьявол предпринимал попытки вернуть украденное. Подняв документы на вытянутой руке вверх, он вчитывался в текст. Ударил капитана… написал заявление… восстановлен… направлен в отпуск по причине…       — Тэхён, я при исполнении! — продолжал возмущаться Пак.       — А я выше, — безразлично ответил он, всё ещё пытаясь осознать информацию.       — По причине потери всего состава… Что это значит? — он повернулся к пыхтящему Дьяволу.       — Отдай!       — Что это значит?!       — Вся его команда погибла, — сдался тот.       — Что?       — Моргана убила весь его отряд.       — И он единственный выжил?       — Его там не было. Двумя днями раньше он нарушил приказ капитана и был отстранён. Точнее он написал заявление…       Пока Чимин рассказывал о том, что произошло четыре года назад, Тэхён боролся с тем, чтобы удержаться на ногах. С каждым новым словом сердце словно пронзали острыми иглами, заставляя кровоточить.

***

      — Может ты обсудишь это со всеми? — Хосок, пытался перегородить ему дорогу к машине.       — Нечего обсуждать. Им дадут нового командира. Ты можешь остаться, если хочешь, — Чонгук в очередной раз обогнул брата.       — Что происходит? — голос Намджуна заставил остановиться. Он надеялся избежать разговора с остальными.       — Я ухожу из проекта, — не поворачиваясь к Киму, он открыл заднюю дверь внедорожника.       — Почему?       — Думаю, вам лучше будет с более компетентным командиром.       — А может стоит услышать наше мнение сперва? — Юнги перехватил его сумку, прежде чем та упала на сидение.       — Я не могу быть вашим начальником.       — Не можешь или не хочешь?       — И то и другое.       — Это из-за Тэхёна? Я поговорю с братом. Он будет слушаться, — Джин также подключился к разговору.       — Дело не в нём, — соврал ли Чонгук сейчас? Он и сам не знал.       Конечно, слова Ви его задели, но больше всколыхнули в нём чувство, что он старался давить всё это время. Тэхён прав и им следует помочь тем людям, но только вот Чонгук не готов. Он стал наёмником именно потому, что не нужно было нести за кого-то ответственность. Если он нарушит правила, никто не погибнет.       — Ты хочешь уйти после того, что мы узнали? — не сдавался Мин.       — Вам назначат другого и вы сможете продолжить, — победив, наконец, в борьбе за сумку, он захлопнул заднюю дверь и обошёл машину.       — Но мы не хотим другого! Или тебе плевать на наше мнение? — Намджун вклинился между ним и внедорожником.       — Ребят, вы отличная команда, и именно поэтому мне лучше уйти сейчас.       — Да что за бред! — Ким ударил по корпусу машины и отошёл в сторону.       — Чонгук, давай дождёмся Тэхёна и утром ещё раз обсудим.       — Ви поддержит мою идею. Он отправился к Паку именно за этим, — то, что тот поехал в штаб, он не сомневался.       — Что? С чего ты взял?       — Ну, я уже немного знаю ваши характеры, — постарался улыбнуться он, и сел за руль.       Боковым зрением он видел, что четверо стоят, смотря на него, и он был рад, что на улице уже темно. Встречаться с ними глазами было тяжело. Но лучше он уйдёт сейчас. Слушая вчера рассказ старика, он сжимал кулаки, понимая, что чувствовал Чимин, потеряв свою команду. И одна мысль, что он может потерять их, снова приводила в ужас. Поэтому, когда Тэхён упрекнул его в заботе лишь о своей жизни, Чонгук понял, что лучше будет таким в его глазах, чем тем, кто подведёт его в будущем.       Звук мотора наполнил площадку и, переключив передачу, он тронулся. Выезжая с территории, дальний свет фар ударил в глаза, вынуждая нажать тормоз. Какого хрена он творит?       В ворота лагеря въехала машина Тэхёна и, перегородив проезд, тот остановился буквально в нескольких сантиметрах от него.       — Кто тебя водить учил?! — Чонгук выскочил из машины.       — Куда намылился? — тот двинулся навстречу.       — Не твоё дело.       — Командир не может покинуть лагерь и оставить команду без указаний.       — Я не твой командир. Больше…       — Так стань им… снова.       — Что, Чимин отказался принять твоё заявление? — не воспринимая слова Тэхёна всерьёз, усмехнулся он.       — Почему, принял. Так что завтра утром мы направляемся в разлом.       — Что?       — Позаботься о нас, лейтенант Чон, — Ким протянул ему лист бумаги с разрешением на отправку.       — Вам назначат нового командира, а пока Хосок будет за старшего, — он прижал документ к груди Тэхёна и развернулся, возвращаясь к машине.       — Я уважаю твоего брата, но мне нужен мой командир.       Чонгук замер перед открытой дверью.       — Он у тебя скоро будет, — он всё ещё не понимал, с чего вдруг Ви разошёлся на столь пламенные речи, но его решение это не изменит.       — Чонгук! Ты не можешь уехать! — крикнул тот.       — Я должен.       — Да не, я говорю буквально. Ты не можешь уехать.       — Почему? — он выглянул в окно.       — Я тебе уже колёса проткнул, — и в его руках блеснуло металлическое лезвие.       — КИМ ТЭХЁН!!!