У всего есть цена

День казался нереально долгим. У него по сути не было каких-то четких обязанностей. Да, приходилось спускаться в зал приемов, к посетителям. Морщась от скуки, выслушивать их пустые речи, что-то говорить. Формально ведь он теперь Правитель этих земель! Чиновники склонялись чтобы поцеловать его ладонь, ловили его взгляд, вздрагивая, если в нем вдруг было неудовольствие… Но на самом деле всем руководил неприметный низкий человек с хриплым голосом и бесцветными глазами, постоянно раздававший распоряжения. Его внешность сложно описать, настолько он непримечателен — и не вспомнишь, если встретишь. Люди и сами удивлялись — чего это они выполняют приказы этого самозванца? Кто он такой вообще, откуда тут взялся?! Но Киран видел, как — стоило кому-то попытаться возражать — за спиной управляющего, словно за пустой тряпичной куклой, которую откуда-то сверху дергают за ниточки, материализуется переливающаяся серая фигура. Тянется к тому, кто посмел не подчиниться, наполняя его невообразимым ужасом. Животным страхом, с которым не справиться, настолько он парализует волю. И спорщик бледнел, менялся в лице, и, кланяясь, отступал назад. Сегодня утром опять кого-то пришлось судить. Белобрысый восемнадцатилетний парень; невероятно симпатичный - такой себе крепкий и от этого очень сексуальный мишка, в объятиях которого хочется утонуть. Кирин не особо вслушивался в монотонный текст обвинений. Он раздевал задержанного глазами. Льняная белая рубаха обтягивала мускулистый торс, в районе ширинки — многообещающий бугор. Парень волновался, неуклюже переминался с ноги на ногу, пытался встряхнуть затекшие кисти, связанные веревкой. Киран представлял, как этот самец у всех на глазах становится перед ним на колени, как Кир насаживает его голову на свой член и посильнее прижимает вниз затылок… Как трахает его в рот, приказав снять с пленника штаны, и похлопывает его по мясистым круглым ягодицам, оставляя красные следы ударов… Как загоняет пальцы правой руки в узкую дырочку, левой — усиливая темп, вгоняя свой член еще глубже… Сердце колотилось, во рту пересохло, в паху уже не просто приятное покалывание — до боли ноет затянутый тесными брюками мундира член. Кир вдруг осознал, что бормотание прокурора прекратилось и все смотрят на него. — Ваша Светлость… Ваша Светлость!!! — раздался сдавленный шепот управляющего. — Вы утверждаете приговор? Киран недовольно махнул рукой в знак согласия. Арестованный не давал ему покоя; возбуждение было сильнее всех запретов. Хотелось обладать этим парнем, повелевать, унизить, заставить ползать в ногах и молить о прощении. Киран резко встал, заставив встать и остальных. «Аудиенция закончена», — чуть ли не выкрикнул он неожиданно высоким голосом. «Что стоите? Вон! Все вон!!!» Чиновники засуетились, собирая свои бумаги, охрана скрутила арестованного и пинками вытолкала в боковые двери. Короткий взгляд на обтянутую тонкой тканью штатов попку парня отозвался дрожью во всем теле. Кир жестом подозвал Лиама, старшего офицера охраны, еле дождался, чтобы они остались одни и захлопнулась дверь за управляющим, вышедшим из зала последним. Эти пять-семь минут, пока присутствующие как на зло медленно собирались, пятились и прощались, казались вечностью. — Отведите меня в камеру, где держат задержанного, я хочу сам еще раз его допросить! В глазах офицера отразился страх, но Кир криком пресек любые возражения. — Что не ясно? Это мой приказ! Отведите меня к арестованному! Узкие окна тюремной башни затянуты паутиной. Выщербленные ступеньки, стертые за несколько последних столетий. Пламя факела пытается задуть холодный ветер. Киран никогда не был в этой части здания. При любых других обстоятельствах он никогда бы сюда не сунулся — но сейчас его подгоняли фантазии. Таким притягательным и сексуальным казался арестованный парень! Кир спускался вниз этаж за этажом, пока охрана не вывела его в подвал, перегороженный ржавой массивной решеткой. Тюремщики выпучили было глаза, но Лиам спокойно отдал приказ и те, неумело щелкнув каблуками и отдав честь, отодвинули засовы. Зал из блоков светлого ракушечника казался на удивление теплым. Пламя факелов освещало стены, но купол потолка терялся в темноте. Так странно — промелькнула мысль у Кирана — откуда здесь столько места? Но разбираться было некогда, в центре помещения тот самый блондин. Его уже успели раздеть догола, глаза завязаны черной тканью, во рту кляп, руки и ноги растянуты и зафиксированы в кольцах кандалов. Кирин нервно сглотнул, пожирая глазами роскошное тело парня. «Ну! Что стоите? Выйдите»! — прикрикнул он на свой эскорт. Лиам, чуть задержавшись, оценил обстановку, и вышел, за ним вышли еще два офицера из охраны Кирана. Сердце стучало так, что стало сложно вдохнуть. Кир нерешительно сделал несколько шагов к пленнику, затем подошел вплотную, чувствуя жар натянутого как струна тела. Провел руками по мускулистой груди, покрытой тонкими курчавыми светлыми волосками, по животу, взял в ладонь увесистый член. Его трясло, мысли путались. Хотелось одновременно и причинять боль пленнику, слышать его стоны, и чтобы этот парень обнял его, навалился всем телом… Хотелось почувствовать, как его попку разрывает член, как этот медведь загоняет его внутрь, покоряя, растворяя в себе… Киран прижался к пленнику, стал надрачивать его член, а пальцами второй руки оттянул тяжелые яйца. Мишка застонал, а Кир почувствовал под пальцами потекшую смазку, и ускорил темп еще больше. Резкое чувство холода было таким болезненным, словно его разгоряченным кинули в ледяную прорубь. Кир отступил от арестованного, краем глаза заметил переливающиеся тени. Они возникали из ниоткуда, материализовывались, затем опять пропадали и возникали вновь, уже более явно. Затем среди них возник Хозяин. Не было ни страха, все без исключения чувства словно заморожены, словно Кир управляет своим телом откуда-то со стороны, а не отступает ко входу в камеру, пятясь и шатаясь, как пьяный. К арестованному потянулись переливающиеся силуэты. Пленник вдруг показался призрачным, зато проявилась окружающая тело энергия. Темно-красная в паху, ярко-алая — вокруг возбужденного руками Кира члена парня; зеленая — там, где сердце. Тени облепили обмякшее тело, присосавшись к нему, а Хозяин полоснул когтями и тюремную камеру залила кровь и заполнил крик боли. Киран вывалился в коридор, закрывая за собой тяжелую дверь. Его вырвало и он потерял сознание.