Make sure you kiss your knuckles (before you punch me in my face)

Они не общались два дня, и это сводило Скарамуша с ума. Скарамуш надел ботинки. Ему нужно было выйти из дома, чтобы подышать свежим воздухом. Чайльд не звонил и не писал, что не было похоже на него, учитывая тот факт, что раньше они проводили вместе почти каждый день выходных. Завязав узел достаточно туго, чтобы кроссовки не слетали, Скарамуш нахмурился и выпрямился во весь рост. Всего в десяти минутах ходьбы от кампуса открылась новая кофейня. Он собирался дождаться Синьору из отпуска, прежде чем отправиться туда на разведку, но ему очень нужен был кофеин и что-нибудь ещё, чтобы отвлечься от всего на свете. На улице было холодно. К счастью, на этот раз он не забыл взять с собой куртку. Скарамуш запыхался и всё равно замерз. Распахнув двери, он шагнул внутрь, почти растаяв, когда услышал запах свежесваренного кофе. Он подошел к стойке и взглянул на меню на стене. Бариста не пришлось ждать долго, так что, как только выбор пал, тот возник прямо перед ним. Понадобилось чуть больше пяти минут, чтобы его обслужили. Схватив бумажный стаканчик, Скарамуш сел за укромный столик в углу, где оказался частично скрыт от посторонних глаз. Он осторожно открыл крышку и зашипел, когда на его пальцы брызнули капли дымящегося кофе. Вытерев руку, он подул на нее. Скарамуш не очень часто наблюдал за всем происходящим вокруг, но в то время это казалось ему самой увлекательной вещью в мире. В каком-то смысле ему не хватало занятий и хоккейных тренировок — по крайней мере, это давало ему возможность чем-то заняться, а не просто сидеть в одиночестве, как гад. Он скучал по Синьоре. Он скучал по Чайльду. Сделав первый глоток, Скарамуш поднял глаза вверх, услышав, как зазвенел маленький колокольчик над дверью. Он смотрел на высокого рыжего парня с низкорослой блондинкой, которые подошли к стойке. Скарамуш замер. Взглянув на лицо паренька, он сразу понял, что это был Чайльд, стоявший всего в нескольких метрах от него. Скарамуш пристально посмотрел на девушку, и ему показалось, что он узнал ее. Быстро открыв аккаунт Чайльда на своем телефоне, он прокрутил фотографии, пока не нашел те, что были сделаны некоторое время назад, и на них была изображена та блондинка, из-за которой они с Синьорой были сбиты с толку каких-то пару месяцев ранее. Это была она. Гнев вспыхнул в его груди при осознании того, что она, вероятно, была его девушкой. Чайльд лгал ему все это время, и ему вдруг пришло в голову, что это означало, что он изменял ей с ним в те разы, когда они целовались или занимались сексом, и он почувствовал, как волна тошноты обрушилась на него, как тонна кирпичей. Вцепившись в край стола, Скарамуш наблюдал за тем, как они садятся рядом. Чайльд начал говорить с ней, но Скарамуш, к сожалению, не смог прочитать по губам. Он увидел, как она ободряюще положила руку ему на плечо и похлопала по нему. Живот скрутило судорогой. Он не мог этого вынести, сидя и наблюдая за ними на свидании. Вместо этого Скарамуш встал и выбрался через черный ход, чтобы его не заметили. Слезы грозили покатиться по щекам. Пошёл снег. Натянув капюшон, он ускорил шаг, пока не вернулся в кампус. Скарамуш распахнул дверь и сделал два шага вверх по лестнице, чтобы быстрее добраться до своей комнаты. Отперев дверь и также быстро захлопнув ее за собой, он снял куртку и вытер глаза рукавом. Его разум был затуманен гневом. Достав телефон, он увидел, что все еще не закрыл вкладку с профилем Чайльда. Он щелкнул по личным сообщениям. «Скарамуш: Блядь, не обращай на меня внимания, а потом иди на свидание со своей девушкой» «Скарамуш: ты лживый кусок дерьма» «Скарамуш: Теперь все понятно» Он бросил телефон на кровать, провел пальцами по нескольким влажным прядям и легонько потянул за них. Его телефон зажужжал. Снаружи снегопад, казалось, только разошёлся. Он подавил желание заплакать. Не обращая внимания на сообщения, он лег в постель, свернувшись в клубок. Ему хотелось, чтобы Синьора была рядом, чтобы она дала ему тот же старый глупый совет, как и всегда. В каком-то смысле это заставило его почувствовать себя лучше, даже если это никогда не помогало. Он издалека услышал звуки шагов по коридору, прежде чем раздалось несколько ударов кулаком в дверь. Подтолкнув себя рукой, Скарамуш подошел к двери, готовясь ко всему, что может случиться, когда он откроет дверь. Скарамуш вздохнул и потянулся вперед, чтобы схватиться за ручку, но стук продолжался. К чему он не был готов, так это к тому, что Чайльд будет стоять там, с мокрыми волосами и грудью, вздымающейся, как будто он только что пробежал марафон. — Что… Все, что он собирался сказать, было немедленно прервано. Чайльд рванулся вперед, схватил его за затылок и наклонился, чтобы поцеловать. Скарамуш отшатнулся назад, широко раскрыв глаза, когда дверь за ними захлопнулась, и тут же припечатался к стене. Его язык скользнул по нижней губе, в рот — он издал тихий стон, позволив прижаться к стене, когда колено Чайльда оказалось между его ног. Скарамуш вырвался из его объятий и обеими руками оттолкнул Чайльда на несколько дюймов. — Подожди, — выдохнул он, чувствуя, как тело дрожит. — Что… — Это была не моя девушка, — начал Чайльд, перебивая его. — Она была моей подругой со школьной скамьи, — он прильнул к его шее, вдыхая его запах. — А я говорил о тебе. Облегчение теплом разлилось под кожей. — Я? — прошептал он, запуская пальцы в темно-рыжие волосы. — Обо мне? Чайльд отстранился, глядя ему в глаза. Скарамуш никогда раньше не видел его таким. — Что я… — он вздохнул и взял себя в руки. — Что я в тебя влюблен. У Скарамуша тут же закружилась голова. Он хотел ущипнуть себя, но тут Чайльд снова заговорил. — И я не знал, что делать после того, как ты сказал все это несколько дней назад. Я... Я был таким гребаным… уебком. Теперь я знаю это, и она даже сказала мне это в лицо, — Скарамушу хотелось рассмеяться. — Я хочу получить еще один шанс. Если ты дашь мне его. Непередаваемые эмоции захлестнули его в один момент. Скарамушу казалось, что весь его мир накренился, слетел с оси вращения; он и не ожидал ничего из того, что только что выдал Чайльд. Это было ошеломляюще в лучшем смысле. Тем не менее, какое-то садисткое желание ошеломить Чайльда оказалось сильнее. Он мягко оттолкнул его подальше, оставляя между ними больше пространства, и сказал: — Нет. Он с удовлетворением наблюдал, как тот остановился, и на его лице расцвела обида вперемешку с удивлением. — Э-э… Скарамуш подавил улыбку, тщательно подбирая слова. — Проси прощения, — сказал он, сохраняя нейтральный тон. Он старался скрыть все эмоции, которые бурлили в его груди в этот момент, в пользу того, чтобы оставаться неприступным на вид. С шевелюры Чайльда стекал тающий снег, когда он начал трястись от озноб, промокший, как брошенная кошка. — А? — На колени, — сказал Скарамуш, скрестив руки на груди. — Проси прощения за то, как вёл себя со мной всё это время. Давай. Вся уверенность Скарамуша рассыпалась в пыль, как только Чайльд опустился на покрытый ковром пол, не сводя глаз с его лица. — Мне очень жаль. Усмехнувшись, он не обратил внимания на то, как жалко трепетало его сердце при виде этого зрелища. — Старайся лучше. Разве ты не хочешь меня? — Чайльд кивнул, и Скарамуш улыбнулся. — Попробуй еще раз. Он беспомощно опустил голову, как стыдящийся щенок. Скарамуш протянул руку, чтобы схватить его за подбородок, заставляя поднять голову. — Говори. — Чёрт, я... — Чайльд высунул язык, чтобы облизнуть губы, и заерзал на полу. — Пожалуйста, — продолжал он, и его щеки покраснели от холода. Скарамуш подумал, что это выглядит мило. — Я был идиотом. Прошу прощения за... все. Я не... — он снова пошевелился, явно чувствуя себя неловко в этой позе. — Я тебя не заслуживаю. В комнате стало намного теплее, чем несколько минут назад. — И? Чайльд обхватил руками его ноги, скользя ладонями вверх по бедрам. — И я люблю тебя, — сказал он так серьезно, как только мог. — Я думаю, что с тех пор, как встретил тебя. Я просто боялся это принять. Выражение лица Скарамуша смягчилось. Суровый маска, который он надевал, тут же треснула, когда Чайльд встал и подошел ближе. Он мягко коснулся чужой щеки. — На этот раз я хочу поступить правильно, — тихо сказал Чайльд. — Пожалуйста. Он смотрел на него еще мгновение, ища в глазах хоть малейший намек на ложь, прежде чем кивнуть. Их губы снова сомкнулись в горячем поцелуе. Спотыкаясь о поребрик и возвращаясь через комнату, Скарамуш упал навзничь на кровать. Чайльд заполз на него сверху, скользнул руками вверх по рубашке и вдоль талии, прежде чем нырнуть за пояс спортивных штанов, пытаясь стянуть их вниз. — Бля, — пробормотал он, осыпая поцелуями его шею. — Ты не знаешь, как долго я этого хотел. Скарамуш ничего не сказал в ответ. Чайльд стянул с него боксеры и отбросил куда-то в сторону. Другой потянулся, шаря рукой в ящике тумбочки, пока Чайльд снимал с себя одежду и с лязгом пряжки сбросил ремень с кровати. Они встретились взглядом снова. Чайльд схватил у него бутылочку со смазкой и выдавил изрядное количество на пальцы. — Скажи мне, если будет больно, — прозвучало единственное предупреждение, которое он дал, прежде чем протиснуться внутрь, все время не сводя глаз с лица Скарамуша. Через несколько мгновений он добавил еще один палец, разрезая их ножницами, чтобы достаточно растянуться, намеренно избегая простаты. Скарамуш вцепился в покрывало. Через несколько минут Чайльд быстро убрал пальцы. Скарамуш чуть не заскулил от опустошения. Руки Чайльда скользнули по его бедрам, раздвигая их еще шире, чтобы он мог удобно расположиться между ними. Он провёл по своему члену, покрыв его достаточным количеством смазки. — Ты такой красивый, — сказал Чайльд, почти задумавшись, убирая волосы Скарамуша с глаз и наклоняясь вперед, чтобы поцеловать его в лоб. Его прикосновения были такими нежными, такими непохожими на то, к чему тот привык. Чайльд сцепил их пальцы на матрасе, прежде чем войти до упора. Лицо Скарамуша исказилось от удовольствия — его рот приоткрылся в беззвучном стоне, ногти впились в спину Чайльда. — Чёрт… — он ахнул, протянув руку к рыжим волосам и ухватившись за пряди. Скарамуш перевел дыхание, пытаясь удержаться на несколько секунд, приспособиться к члену Чайльда, который почти был виден внутри него. — Можешь двигаться. Чайльд так и поступил. Выйдя, он вошел так глубоко, как только мог, гордясь звуками, которые ему удалось вырвать из Скарамуша. Он обеими руками схватил его за талию, слегка сжимая бока, продолжая трахать его в постоянном темпе. Этот раз был совсем не таким, как первый. Этот раз казался более близким, как будто они на самом деле соединялись в одно целое каждый раз, когда Чайльд входил в него. Слезы навернулись на глазах, в горле пересохло, когда он изо всех сил пытался впитать воздух. Скарамуш почувствовал, как его бедра начинают дрожать. Он вцепился в простыни, когда Чайльд ускорил темп, практически оставляя синяки на бледной коже своей хваткой. Боль передалась прямо в член. — Да, — выдавил он, сжимая ноги, чтобы удержать его в том же положении. Скарамуш покачал бедрами вниз, прижимаясь к тому же месту. — Пожалуйста, да… Чайльд прислушивался ко всему, что он говорил, впитывая все его стоны и гримасы. Он снова наклонился, накрыв его губы в поцелуе, жаждущий большего. Наслаждение скручивалось глубоко в его животе с каждым толчком, и член Скарамуша дергался, оставаясь нетронутым. Он хотел было провести по всей длине, чтобы, наконец, достигнуть разрядки, но Чайльд его опередил. Он схватил его за запястье и прижал к матрасу — Хочу, чтобы ты кончил, — сказал он, кусая его за шею. Скарамуш ахнул, его глаза заблестели от непролитых слез. — Как ты думаешь, ты сможешь это сделать? Он неуверенно кивнул и прижал ладонь ко рту, а Чайльд ускорил шаг. Что-то щелкнуло в голове Чайльда. Ослабив хватку на запястье Скарамуша, он свободной рукой обхватил и шею, надавив пальцами на горло. Он увидел, как в глазах Скарамуша вспыхнуло осознание, когда тот надавил на трахею. От перекрытого кислорода перед глазами всё поплыло. Чайльд смахнул слезу со щеки и наклонился, чтобы нежно поцеловать его. Скарамуш чувствовал, как у него снова кружится голова, хотя и не пытался заставить его ослабить хватку на шее. Тем не менее, через некоторое время Чайльд в конце концов отпустил его, стараясь не причинить боль, когда он наклонился, чтобы поцеловать оставленные им следы. Изменив угол наклона, он поднял ноги Скарамуша немного выше. Он замедлил темп, вместо этого сосредоточившись на том, чтобы войти как можно глубже. — Я близко, — выдохнул Скарамуш с хриплым голосом, и костяшками пальцев побелели от того, как сильно он вцепился в простыни. — Пожалуйста... — Пожалуйста что? Он не мог смириться с тем, как нежно Чайльд смотрел на него прямо сейчас. Его мозг был затуманен удовольствием, слезы грозили пролиться из глаз от всей этой стимуляции. — Прикоснись ко мне, — почти умолял он, дергая бедрами вверх. — Я не могу… Ладонь Чайльда сомкнулась вокруг его члена, и Скарамуш не смог сдержать стона. Он сразу же кончил. — Чёрт... — задыхаясь, пробормотал Чайльд. Он тяжело дышал, прижимаясь к уху Скарамуша. — Боже, ты... Ты идеален. Они в безмолвии полежали так немного, пока Чайльд не додумался вытереть Скарамуша своей брошенной в сторону рубашкой. Он наклонился над ним, погладил и целомудренно поцеловал. — Эй, — спросил Чайльд, глядя в глубокие глаза цвета индиго. Скарамуш моргнул. — Ты в порядке? Тот кивнул и положил руку ему на спину, чтобы снова потянуть вниз. Чайльд послушался, лежа на матрасе рядом с ним, обняв его за талию. Повисла тишина, прерываемая только тихим дыханием обоих. — Я правда люблю тебя, знаешь ли. Скарамуш повернулся к нему. — Что? — Люблю тебя, — он сказал это так искренне, что Скарамуш понял, что он не может лгать. Не в этот момент. Чайльд помедлил, словно боясь быть отвергнутым, прежде чем продолжить. — Может мы, ну… будем встречаться? Ему даже не пришлось думать об этом ни секунду. — Да. Чайльд улыбнулся ему, и это была самая яркая улыбка, что он видел за последнее время. За окном снег стих. Он знал, что утром, когда он проснется, будет холодно, и что в конце концов им придется встать с постели, но прямо сейчас, когда они лежали рядом друг с другом на тесной кровати, он знал, что все это даже не имеет значения. Он чувствовал себя самым теплым за долгое время.