Не забытое прошлое

Алиса бережно обняла его. Во время рассказа о своем прошлом он ходил в гостиную и обратно в спальню и строил гнездо заново. Этот процесс был машинальным, он не осознавал, что делал. Потому что был занят подробным рассказом о своем детстве, приемной семье и сексе с истинным. Он не задумывался ни на секунду о чем говорить и что следует уточнить. Алиса ходила за ним хвостиком, благо их спальня находилась на первом этаже, и им не пришлось спускаться и подниматься по лестнице. К концу рассказа он сел на кровать, будто воспоминания причиняли ему боль и лишали возможности ходить. Её губы коснулись его виска. Кэйа утих, обнимая её без слёз. Медленно его запах разбавлялся нотками возбуждения. — Я сделаю всё возможное, — сказала Алиса. Алиса знала, чего боялся Кэйа. Истинности. Одержимые своей истинной парой альфа или омега могли совершать немыслимые поступки особенно, когда их партнёр имел любовника. А Дилюк видел его с двумя детьми. Алиса бы на его месте сошла с ума. Она знала о множестве случаев, когда истинные преследовали свою пару после расставания, угрожали ей и насильно пытались вернуть. — Он же пометил меня, — сказал Кэйа, вспомнив о важной информации. — Когда я встречался с тобой, помнишь, я лежал в больнице, тогда я свел его метку. Кэйа завел руку за шею и щелкнул замком чокера. Это был обычный легкий чокер, который он надевал дома, когда приезжали бабушки или друзья, то есть когда он чувствовал себя безопасно. Алиса кивнула. — Ты заметила? — спросил он в пьяной манере. После того, как железа стала открыла, запах течки стал более заметен, но Кэйа пока осознавал, что делал и что говорил. Алиса ткнулась ему в макушку, которая хранила аромат шампуня. — Да, — коротко ответила она. Тем вечером он остался в ее квартире на ночь, Альбедо был в лагере или поездке. После душа, перед сном, Кэйа дефилировал от кухни, где они ужинали, до дивана в гостиной, где спала Алиса — единственную комнату она отдала сыну. Он будто бы лениво приподнял отросшие волосы, открывая шею. На его железе был некрасивый шрам. Он раньше говорил, что имел неприятный опыт с альфой, и она предположила, что он свел метку по этой причине. Омега остается помеченным на всю жизнь, и, кроме операции, нет способа избавиться от связи. Перекрыть чужую метку способна только истинная пара. Какой бы сильной не была её любовь, она бы никогда не сделала омегу своей, ведь метку поставил другой альфа. Кэйа тоже знал об этом и пошел на рискованный шаг. — Я очень-очень хотел стать твоим, — признался он, поднимая голову. Алиса вздрогнула, не ожидая откровения. Его взгляд, несмотря на испускаемые телом феромоны течки, был ясным. — Я влюбился в тебя очень сильно. Истинность кажется мне ненастоящей связью. Дилюк… Он когда-либо был влюблен в меня? А я был влюблен в него? Я не ждал истинного, я спал с… — он обвел рукой силуэт человека, будто бы позабыл его имя. Алиса попыталась сдержаться, чтобы не остановить его. Она не хотела знать, сколько альф спали с ее омегой. — Он же младше меня, — продолжил размышлять Кэйа. — Зачем мне хранить верность альфе, у которого узел не вырос. Нас даже ничего не связывало… «Хранит ли он мне верность? Я ведь всегда в командировках.» Он спокойно говорил об измене, будто не считал её серьезным проступком. Алиса нахмурилась. Она считала измену худшим, что могло бы произойти между любящими друг друга людьми. Доверие, которое она испытывала к человеку, подорвано. На этом человеке остался чужой запах, сперма и следы. Даже если нет видимых укусов или синяков, кожи касались чужие руки. Она становилась грязной. — Сейчас? — спросила Алиса, перебивая. Кэйа глупо хлопнул глазами. — Ты хранишь верность мне? — Да, я только твой. Он смотрел ей в глаза, не шутил, не улыбался. Его лицо больше выражало недоумение. — Хорошо, мой омега, — Алиса поцеловала его, чтобы стереть глупую мордашку. Она ревновала к людям, с которыми ее муж спал в подростковые годы. А она сама? У нее было множество интрижек в юности. Она не ночевала дома и много путешествовала, даже Рейн была ее случайной интрижкой. Они оказались истинными, поэтому их единственный неинтересный перепихон перерос в Альбедо, а затем в брак. После гибели истинного она отключилась на долгие годы. Множество знакомств с разными людьми в разных странах не возродили в ней желание заводить отношения. Сын рос в ужасных условиях съёмных квартир, отелей и вечных переездов, постоянно один. Какой плохой матерью она была. Но один омега заставил её проснуться. Её бережно, не разрывая поцелуй, уложили на подушки. Она вдохнула через рот, феромоны течки быстро заполнили легкие, омега был возбужден и сгорал от желания притронуться к ней. Он хотел, чтобы альфа раздела его и взяла его. Её тело ответило на приглашение феромонами, а она протянула руки к его рубашке. Она всегда старалась раздевать его аккуратно, чтобы Кэйа не испугался. После откровенного рассказала о сексе с истинным, Алиса поняла, почему Кэйа не любил страстные резкие раздевания, когда быстро сдергивали одежду, почти разрывая. Он так испугался, когда Алиса едва ли не разорвала пуговицы на его воздушной блузке-топе, которую тот надел на свидание. Она думала в тот момент, смотря, как он сжимается и прячется, что совершила огромнейшую ошибку. Алиса расстегнула первые пару пуговиц и приподняла края его рубашки, чтобы он снял ее через голову. Кэйа послушно поднял руки и отбросил ее в сторону, а затем сдернул сместившуюся повязку с глаза. Алиса полностью залезла на кровать, а он снял с себя штаны и белье. Алиса последовала его примеру. Он перекинул через нее ногу и сел на таз. Он жадно припал к её шее, будто бы лакомился выделяемыми железой секретами-феромонами. — Альфа… — прошептал он, его губы блестели от слюны. Они поцеловались снова. Казалось к вкусу рта Кэйи добавился горький привкус лаванды, которой пахла она. Кэйа внимательно рассматривал её лицо перед тем, как продолжил. — Обещай, что не будешь двигаться, альфа. Я хочу сделать всё сам. Он взял ее руки в свои. Их губы встретились. Феромоны Кэйи полностью состояли из феромонов течки, его просьба не вязалась с состоянием. Обычно он просил её войти в него и трахать. Так он, едва находясь в сознании, лежал на спине или животе, а она делала всё, чтобы омега получал разрядку за разрядкой и был полным её спермы. Сегодня он оседлал её и взял инициативу на себя. - Да. Она оставила руки лежать у головы, Кэйа выпрямился и, не теряя времени на прелюдию, поместил её член между своих половых губ. Смазка испачкала его. Кэйа качнулся, чтобы член потерся об его клитор. Стон вырвался из губ, а тело дернулось в судороге. У Алисы перехватило дыхание, тяжесть ее члена стала невыносимой. Алиса толкнулась бедрами в ответ, забывая об обещании. Кэйа поднял на нее глаза и направил член внутрь себя. Алиса привстала, чтобы словить его губы. Она обняла его и не позволила резко принять. Недовольный стон вырвался из Кэйи. Но это было для его блага, Кэйа ненавидел боль. — Тише, — она лизнула его шею и сжала ягодицу, пытаясь остановить. Кэйа закрыл рот и сглотнул слюну, он сам за собой не заметил, что дышал ртом всё время. — Прости, но ты ведь не хочешь пораниться, любовь моя. Медленнее. — Кэйа переместил руки ей на плечи, пользуясь ими как рычагом. Он был всегда очень узким. Друзья Алисы иногда дразнили её поэтому, она редко была дома и редко занималась с омегой сексом, потому они говорили, что её омега должно быть всегда невыносимо узкая. Кэйа принял ее полностью, до узла, и немедленно приподнялся, оставляя после себя мокрый член. Его влагалище выделило еще больше жидкости, и он завалился вперед. Алиса бережно подхватила его. — Ты уже кончил, мой омега. Кэйа покачал головой. Ноги омеги разъехались, а руки мелко дрожали. Алиса прижала его к своей груди и гладила по спине, приговаривая, что он очень хороший омега, он сможет снова принять её. Алиса мягко улыбнулась, наблюдая, как сосредоточенно Кэйа вводит в себя член, как красиво заламываются его брови. Алиса выдохнула, когда член был окружен мягкими горячими стенками, Кэйа привыкал и делал медленные движения вверх вниз. — Теперь не двигайся, — он сделал самое строгое лицо, на которое был способен. Алиса опустила руки, которыми придерживала его талию. Омега сжал свою грудь и откинул голову назад, быстро двигая бедрами. Более эротичной картины не существовало. Его озарял солнечный свет. Круглые бёдра дрожали от напряжения, тонкую талию хотелось обхватить руками, подтянутый живот напрягался, округлая упругая грудь прыгала от его движений. Его тело блестело от пота. Смазка внизу казалась была соткана из бусинок, которые скатывались по ее члену. Не двигаться, как она может не двигаться?

***

Это была первая осознанная течка, даже сложно было назвать это течкой. Они занимались любовью. Они не старались сделать «ребёнка», как это происходило в течку. Они ласкали друг друга и любили друг друга на протяжении недели, отрываясь, чтобы справиться нужду, помыться и покушать. Он не помнил другого нежного любящего друг друга секса между ними. Они всегда голодали, набрасывались друг на друга, желая съесть. Но в то же время это не было аккуратно и мягко, как в их первый раз. Почему у них так получилось? Потому что между ними не осталось тайн? Нет, Кэйа оставил при себе несколько секретов, которые не были важны в данный момент. Кэйа смог отдаться полностью альфе? Но Кэйа всегда отдавался Алисе полностью, он чувствовал безопасность и позволял ей руководить процессом течки. Его не заботило, будет ли она использовать средства контрацепции или нет. Как долго узел будет внутри него. Кэйа убрал волосы с лица супруги и загородил собой свет из окна. Она выглядела исхудавшей, Кэйа сам ощущал, что потерял в весе. Всё-таки течка или гон всегда проходили в минимуме еды и максимуме нагрузок. Нужно вставать, чтобы приготовить завтрак. Алиса кормила его полуфабрикатами, которые Кэйа заготовил до течки. Что до самого Кэйи… В минуты паузы он обнимал альфу и созванивался с детьми. Альбедо прислал около ста фотографий с зоопарка, а потом столько же с деревни бабушки, в основном это были фотографии Кли с местными детьми. Еще компрометирующие фото Алисы в юности, когда та начала встречаться с Рейндоттир, и фотографии самой Рейндоттир с Альбедо в младенчестве, множество детских фотографий Альбедо. Детские фотографии Кли, которые бабушка распечатала с телефона. От чего-то бумажные фотографии приносили сыну больше эмоций, чем слайд-шоу на компьютере. Алиса потянулась к его руке и коснулась губами запястья, где был приток железы. Она так проверяла феромоны. Кэйа усмехнулся, его феромон не стабилизировался, но течка закончилась. — Доброе утро, — прошептал он, поцеловав ее в лоб. Алиса нахмурилась, но продолжила спать. Кэйа придвинулся ближе, чтобы Алиса уткнулась ему в грудь. Альфа закинула на него ногу и руку и притянула ближе. Кэйа потянулся за телефоном, который собственно его и разбудил уведомлением. Всё-таки он был отцом и волновался, когда его дети не были рядом. Каждое сообщение и звонок заставляло его сердце замирать. Писала ему Джинн. Палец Кэйи замер над уведомлением, они не общались несколько лет. Только поздравляли с праздниками. Последний раз Кэйа виделся с ней на выпускном. Тогда форменная рубашка не застегивалась на нем, а Джинн побежала искать по общежитию запасную большого размера. Кэйа был на последнем месяце беременности, его живот очень вырос за время сессии. За приятными воспоминаниями он открыл чат. «Дилюк спрашивал твой номер Такой нервный Пишу на случай, если ты не хочешь его видеть Сразу блокни +49-ххх-хххх-ххх!!!» Джинн знала о них всё, вплоть до причины ссоры и беременности. Она была их общей подругой. В детстве он, Дилюк и Джинн хотели вместе поступить в юридическую академию, защищать слабых, в итоге Кэйа выучился, но ни разу не работал по профессии. А Джинн начала работать в другой сфере и дослужилось до Магистра. А Дилюк… — Кэйа? — позвала его Алиса. — Что случилось? Что-то с детьми? Она проснулась от изменившегося запаха, Кэйа покачал головой и показал Алисе сообщения. Алиса сонно сосредоточилась на тексте, она была знакома с Джинн и доверяла альфе. Алиса не высказала своего мнения, Кэйа заблокировал номер Дилюка и убрал телефон на край кровати. — А, — воскликнул он от неожиданности, когда Алиса расставила его ноги и легла между ними. Альфа была удовлетворена тем, как омега устранил ее соперника. Кэйа прикрыл рот рукой, чтобы не засмеяться, Алиса собиралась вылизать его дырочку в благодарность.