Не забытое прошлое

— Да, милый, — Кэйа зажал телефон между плечом и ухом и с сожалением взглянул на испачканную в сперме диванную подушку. Альбедо на другом конце провода спросил, как у них дела, и чем они занимаются. Кэйа честно ответил, что они убираются и стирают постельное белье. После течки один-два дня они посвящали уборке, дети находились вне дома, и они могли спокойно убрать следы своей страсти с любых поверхностей и заняться сексом в качестве бонуса. Если быть честными, они начали делать это после того, как Альбедо нашел подозрительное пятно на диване, потом еще одно. Конечно, они соврали, что это след от чая, сока или что-то подобное, но улики следует устранить. Альбедо в телефон протянул какой-то звук и сказал, что скучает. Кэйа ответил тем же. — Что сказала бабушка? Как вы вернётесь домой? — Кэйа открыл дверь террасы и разместил на скамье подушки без чехла. Солнце приятно грело. Подушки, одеяла детей, постиранные пледы и чехлы дивана — всё пропитается солнцем. Детям будет приятно спать в свежей постели. — Автобус, — грустно ответил сын. Кэйа даже замер, удивившись тону. Потом он вспомнил, сколько учебников тот взял с собой. Альбедо сразу стало жаль. Сумку Кли он тоже будет нести. — Автобус? Когда приезжает? — Кэйа оставил дверь открытой, чтобы выветрить запах. Как бы он ему не нравился, не хотелось, чтобы дети унюхали его. — Где-то в три, не помню, — послышалось шуршание, скорее всего Альбедо начал искать билеты. Кэйа мягко улыбнулся, увидев Алису, которая мыла полы. Он дошел до прачечной и проверил таймер на стиральной машине. Затем поднялся на второй этаж. Алиса почему-то начала влажную уборку с первого этажа, когда правильнее со второго. — Ммм, в 15:16. Автобус номер 65. — Мы заберем вас. Позвоните, когда сядете, и приедете. — Хорошо, пап, — незамедлительно ответил послушный ребенок. Кэйа заглянул в комнату Альбедо. Шторы были непривычно распахнуты, а окна открыты. В комнате был относительный порядок. Кэйа планировал протереть пыль, а полом займется Алиса. Еще забрать вещи на стирку. — Я приберусь у тебя? — спросил он. С подростком нужно быть осторожным. Он не хотел ссоры, или чтобы Альбедо попросил установить замок на дверь. Дружба между ними должна сохраниться навсегда. В комнате Кли он мог делать всё, что угодно. Она пока не хотела убираться сама, и тайн у нее тоже не было. Кроме, пожалуй, кукол мужчины и женщины, лежащих в коробке голыми. Кэйа придумал два сюжета игры, либо они мертвые в гробу, либо у них любовь в гробу… — Да, только не трогай компьютер и… — Альбедо замялся. — Окей. Я только перестелю постель и протру пыль. Кэйа вышел на балкон и оглядел велосипед и скейтборд сына. Альбедо тщательно ухаживал за своими вещами, поэтому они были укрыты тентом для защиты от солнца и осадков. — Спасибо, пап, — тихо сказал Альбедо. — О, Кли попросила меня заинтриговать вас с мамой. Она всё-всё расскажет, когда мы встретимся лично. — Случилось что-то плохое? — спросил Кэйа. — Нет. Относительно, нет, — ответ сына не избавил Кэйю от напряжения. Он очень надеялся, что Кли не поранилась и не сломала что-нибудь, как год назад. — Пока, люблю тебя, — на ужасной ноте закончил Альбедо. — И я. Кэйа положил телефон в карман халата и пошел в ванную за принадлежностями для уборки. Завтра его дети будут дома, дом должен быть идеальным к их приезду.

***

— Мама, папа, я встретила свою пару! — воскликнула Кли, врезаясь в обоих. Кэйа погладил её по голове, не до конца понимая о чем речь. Альбедо, шедший за сестрой, вздохнул. — Он очень милый! — воскликнула она. — Его волосы очень мягкие! Он очень красивый! — продолжала Кли. — Мы обязательно поженимся! Алиса и Кэйа переглянулись. Кли продолжила рассказывать о своей «паре». — Она познакомилась с мальчиком, — пояснил Альбедо, Кли заснула, сразу как ее пристегнули к автокреслу. Алиса взглянула на отражение в зеркале, Кэйа, не занятый вождением, обернулся. — Он такой же, как она описала? — Да, он закончил первый или второй класс, плохо говорит. Мне кажется, он лишился родителей недавно, дядя Варка пристроил его в Приют Фавония. — Так странно. Нужно ли Кли общаться с ним? — спросила Алиса. — Он омега, — дополнил Альбедо. — У Кли семейное, — он взмахнул рукой, образно показывая на родителей. Алиса обернулась на него через плечо, чтобы получить претензию в лицо, а Кэйа рассмеялся и положил руку на руль, чтобы поправить их движение. Его невинный ребёнок становится дерзким. У Альбедо даже подросткового бунта не было! Он никогда не перечил им и не огрызался. — Что ты имеешь ввиду? — спросила Алиса. Небольшое пространство автомобиля наполнилось феромонами. — Алиса! — воскликнул Кэйа, не понимая претензии. Впервые он чувствовал этот подавляющий оттенок в запахе супруги. — Перестань, он же шутит. — Молодой человек, я жду объяснений, — Алиса, хоть и вернулась к вождению, была не в настроении. Они молча доехали до дома и там разошлись по комнатам. Кэйа остался в Кли на руках посреди гостиной, не зная, что делать. На самом деле он предполагал причину «семейного», дети часто повторяют за родителями, поэтому Кли приглянулся мальчик-омега, как ее папа был омегой, а мама — альфой. Их семья с гендерной стороны была необычной, ведь чаще всего мужчиной был альфа, а женщина — омегой. Или пары были однополыми. Девушки-альфы предпочитали девушек-омег в пары, так было комфортно физически и культурно, когда омега занималась домом и детьми, а альфа работал. Мондштадт в этом плане не имел иерархии гендера и сабгендера, здесь омеги были сильными и независимыми от альф. В Ли Юэ или Инадзуме подобная особенность быта сохранялась с древних времен. Их семья действительно была особенной, Кэйа обожал её всем сердцем. Он обернулся на шаги по лестнице, Альбедо спускался. — Пап, давай я помогу, — он снял с плеча Кэйи рюкзачок и сумку с вещами Кли. Конечно, Кэйа мог оставить вещи на первом этаже и подняться с Кли наверх, уложить ее и спуститься на сумками. Он был под давлением феромонов альфы, которая связала его меткой. После течки он во всем слушался альфу. За спиной он услышал, как открылась дверь, Алиса вышла из комнаты, но, заметив Альбедо, остановилась. Неловкость ощущалась в воздухе. Кэйа подошел к ней и отдал дочь. — Мама, — прошептала Кли во сне и обхватила шею Алисы руками. Кэйа поцеловал Алису в щеку и погладил Альбедо по голове. — Я приму душ, жду вас в столовой помирившимися. Он взбежал по лестнице. Тишина внизу пугала. Кэйа щелкнул выключателем ванной комнаты и закрыл дверь, услышав, как Алиса сказала: «Прости». Кэйа снял одежду и расстегнул чокер. Ссоры — это нормально. Алиса и он всегда старались находить компромисс, ведь они были совершенно разными людьми, выросшими в разных социальных условиях. Кэйа, привык к наличию горничных, которые занимались домашними делами, что был совершенно дезориентирован, когда переехал в общежитие и сосед по комнате обратился к нему с претензией. Они имели график уборки, они должны сами убирать комнату и смежную ванну, готовить себе еду и стирать одежду. То же самое женившись Кэйа должен делать в доме Алисы, и это делала Алиса, ведь она никогда не имела горничных. Кэйа не понимал, что означает мало денег на счете или их отсутствие, его счет автоматически пополнялся на сто тысяч моры каждый месяц. Конечно, после кончины отца переводы прекратились, но сумма на счете была огромна. Она сокращалась и сокращалась неизбежно. Зарплата Алисы зависела от количества лекций, которые она вела в месяц, от продаж книг. Если она отменяла лекции ради Кэйи и детей, то её зарплата становилась меньше, значит они лишались какого-либо комфорта в следующем месяце. На этой почве первое время были ссоры. Альбедо всегда старался быть хорошим мальчиком, тихим, ничего не требующим. Отличные оценки, прилежное поведение. Кэйа не помнил, когда Алиса была недовольна Альбедо или ругала его за что-либо. Сейчас, в период созревания вторичного пола, проявился бунтарский характер, или сын попал в компанию хулиганов, которые подают плохой пример общения с родителями. Может Альбедо всегда был против Кэйи в их семье? Он помнил свою маму и не хотел появления другой «мамы». Алиса предала маму Альбедо, приведя в дом постороннего мужчину. Но ведь Альбедо никогда не высказывал недовольства, не протестовал и не грубил. Он принимал помощь Кэйи, с радостью кушал его блинчики. Нет, Альбедо ведь шутил. Невинная шутка. Почему Алису задело? Кэйа взглянул на себя в зеркале и, повернувшись спиной, поднял волосы, на железе четко очерчивалась метка Алисы, поверх выжженной лазером кожи. Неделю его преследовала одна мысль, которая легко забывалась, стоило Алисе оказаться рядом. Потом он не мог вспомнить, о чем думал до этого, а Алиса не желала оставлять его одного, поэтому маниакально находилась рядом. Омеги не могли позаботиться о себе в течке. Оказавшись наедине с собой, он вспомнил, что хотел проверить. Метка Дилюка действительно не проявилась. Кэйа облегченно выдохнул и залез под душ. Он действительно боялся, что метка истинного вернется, когда он встретит Дилюка, его чувства и его семья разрушится, и он окажется во власти ненавистного альфы. Всё-таки Кэйа помнил себя прошлого, который всеми силами хотел увидеться с Дилюком, когда тот разорвал с ним контакты. Кэйа названивал ему, старался выловить выходящим из квартиры, приезжал на винокурню и даже пытался пробраться в дом через чердак. Его остановила Розария, он рассказал ей о том, что пытается встретиться с Дилюком, но тот избегает его. Зачем Кэйа преследует того, кто лишил его крыши над головой? Того, кто отобрал наследство, заморозил банковские счета и очернил его имя в кругу друзей и родственников. Омеги из детского дома говорили, что безродная омега не имеет поддержки, и ее можно выбросить, когда она перестанет удовлетворять богатого сынка. Они были правы. — Он избалованный ребенок, который выдумал бредовую историю, выставляя своего отца и тебя посмешищем. Он не заслуживает твоего внимания. Незачем унижаться, Кэйа. Она была права. Они сходили к врачу, и Кэйе выписали подавители. Врач посоветовала ему обратиться в клинику для удаления метки. Операция стоила очень дорого, на нее ушли бы все наличные сбережения Кэйи. Он решил подумать. На подавителям он перестал желать найти Дилюка. В дверь постучали. — Дорогой, ты в порядке? Почти час прошел, — услышал он голос Алисы. Он крикнул, что выходит, и выключил воду. Он не станет искать встречи с Дилюком, чтобы разъяснить ситуацию. Дилюк не хотел знать правду тогда, не захочет сейчас. Дилюк скорее всего тоже не хочет его видеть, Кэйа надеялся, что Дилюк спрашивал про него Джинн только чтобы назвать его мерзкой омегой, которая разводит альф на деньги. Кэйа закутался в халат, когда Алиса снова постучала. Он щелкнул замком. Она резко открыла дверь. — Я задумался, — сказал он и повернулся к зеркалу, чтобы расчесать мокрые волосы, Алиса обняла его со спины. Губы коснулись железы, и Кэйа наклонился, чтобы дать ей свободу действий. — Ты выглядел испуганным. Я и Альбедо… Нам очень жаль, что мы заставили тебя волноваться. Мы правда не хотели. — Папа, прости, — прозвучал голос из коридора. Там был Альбедо. Кэйа повернулся к нему вместе с Алисой и раскрыл объятия. Его сын крепко обнял его. В последний раз они втроем обнимались, когда Кэйя впервые уложил Кли в ее кроватку. Его только выписали из роддома, и дочь, возбужденная новыми впечатлениями, игрушками и продолжительным смехом, не могла уснуть. Когда она наконец закрыла глаза, Алиса и Альбедо, непосредственно принявшие участие в укачивании, обняли его с обеих сторон и сказали, как сильно его любят. Кэйа прижался губами к макушке сына и прикрыл глаза. — Альбедо, помнишь мужчину, которого мы встретили на парковке, — начал Кэйа. Альбедо угукнул. — Он мой брат, с которым я поругался очень давно. Постарайся не разговаривать с ним, хорошо? — Я обещаю. Кэйи показалось, что голос сына слишком рычащий, как тогда на парковке. Кэйа очень надеялся, что Альбедо не станет с ним спорить. Алиса притянула Кэйю к себе, чтобы Альбедо отпустил его. — Кли, возможно, проснулась. Я слышала звук двери. Посмотри. Альбедо нехотя вышел из ванны и прикрыл дверь, Кли действительно оказалась рядом с ванной. Альбедо увел ее умываться в ванную, принадлежащую Альбедо, ведь Кэйа занял ее ванную комнату. Он сам не заметил, как дошел до нее. Ванная комната его и Алисы находилась на первом этаже, детские ванны были на втором. Возможно, он хотел быть на нейтральной территории. Хоть Кли и должна была пробудиться альфой, она не имела феромонов, и ее комната и ванна были самыми нейтральными территориями. Кэйа развернулся в объятиях и взял лицо Алисы в свои ладони. Настала пора серьезно отчитать взрослую альфу, которая агрессивно реагирует на безобидные шутки сына. — Альбедо не хотел задеть тебя, — сказал Кэйа, Алиса нахмурилась, хоть с надутыми щеками и губами уточкой это выглядело забавно. — Нет ничего плохого, что Кли понравился мальчик-омега, верно? Алиса кивнула. — Они, как и мы, отличная пара. Было неловко серьезно говорить о влюбленности Кли, она забудет о мальчишке с пушистыми волосами уже завтра. — Альбедо скидывал его фотографию в общий чат? — спросила Алиса. Кэйа пожал плечами. Алиса вытащила телефон из кармана и открыла чат. Они удивленно ахнули, на всех фотографиях Кли была рядом с мальчиком, похожим на пушистого щенка или волчонка. Нестриженные волосы торчали, напоминая уши, а вид мальчика был очень невинным и стеснительным. Для своего возраста удивительно, что он играл с малышкой Кли, а не с ровесниками, которыми была большая часть детей. Приют Фавония был детским домом при Церкви Святого Барбатоса, очень приятное место в небольшой деревне в часе от Мондштадта. Туда обычно отдавали детей, которые теряли родителей во взрослом возрасте по причине различных преступлений. С детьми работали психологи и врачи. Бывший Магистр Ордена Фавония, местного правоохранительного органа, финансировал его со своего кармана. У мальчика должно быть тяжелая судьба, раз он попал в это место. — Ты ведь тоже жил в Приюте Фавония? — спросила Алиса. Кэйа кивнул. Он едва помнил то время, дети часто дрались друг с другом, и им было запрещено выходить за пределы двора и общаться с деревенскими и учениками воскресной школы при Церкви. Судя по фотографиям сейчас такого правила не существовало. Дети играли вместе. — Прости, что напомнила. Кэйа покачал головой и пролистал фотографии еще раз, Кли улыбалась и смеялась. Значит, она отлично провела время. Даже если в будущем она заведет отношения с этим мальчиком, он будет рад за нее. — Надо бы напомнить Кли не общаться с незнакомцами, — осенило Кэйю.

За ужином Кли рассказывала, как играла с Рейзором, так звали этого мальчика, в различные игры, как он читал ей истории про Додоко, пока они кушали ягоды. Она со стыдом призналась, что они испачкали книжку. Кэйа улыбнулся, наблюдая, как Алиса щипает за щеки Кли в наказание, хотя за столом она всегда была против баловства и игр. Альбедо в свою очередь поделился, что самым увлекательным был фотоальбом. В остальное время он готовился к экзамену, который пройдет на следующей неделе, и присматривал за Кли. Не смотря на домашнюю атмосферу, Кэйа чувствовал тревогу.