Владычица Уразара. Смутное время

      Спустя ещё долгую неделю Натан, наконец, нашла в себе силы поближе познакомиться с местностью, в которую их с Сумраком выбросило переходом. Она давно поняла, что они оказались в Кровавом Лесу, на территории метаморфов, одной из разумных Светлых Рас. Но её удивляло, почему за столько дней им не встретилось ещё ни одного из их представителей. Да и деревья молчали.       Натан провела пальцами по чёрной коре ближайшего дерева. Листья его всё так же захватывающе пылали красным в предзакатных лучах солнца. Натан чувствовала, как по сети ствола от корней вверх поднимается из почвы вода, питающая корни и листья. Но дриад, раньше обитавших в каждом здешнем дереве, не было. Ни в этом стволе, ни в каком другом. Вокруг, насколько Натан позволял взгляд, виднелись лишь обыкновенные деревья, пустые изнутри, безжизненные.       Натан только покачала головой и вздохнула, двинувшись вглубь чащи, всё дальше от лагеря в пещере, то и дело касаясь деревьев на пути. Время от времени она оборачивалась на возвышающиеся над Кровавым Лесом Арадрогские Горы, территорию драконов, ещё одной Светлой Расы. Но и там она не замечала никакого движения ни среди скал, ни в небе. Но горы эти являлись самыми протяжёнными на Уразаре, тянулись с востока на запад, почти полностью отрезая север мира от его юга, поэтому, вероятно, что в этом месте у подножья горы просто не обитало ни одного ящера.       Но Натан не покидало тревожное предчувствие, продолжая накапливаться где-то между лопатками. Она в очередной раз повела плечами и поморщилась. Что-то страшное произошло здесь, в этом месте, хотя и очень давно. Но лес продолжал помнить, из раза в раз проживая одно и то же мгновение. Ветер тоскливо завывал в кроваво-красной листве, земля под ногами будто плакала, взывая к ней. Натан опустилась на колени и взяла в руку ком земли. Гниющие листья, веточки, маленькие камушки. Сама земля тёмно-бурая с серыми вкраплениями. Натан пригляделась поближе.       Это что, пепел? Здесь был пожар?       Перед глазами внезапно вспыхнули чёрные точки. Лёгкие наполнились дымом, глаза заслезились.       Натан закашлялась, поспешно вскочив на ноги. Голова тут же закружилась, ноги ослабли, но она встряхнулась и огляделась, сморгнув слёзы.       Треск огня заполнил уши, мешая сосредоточиться. Прямо перед ней ещё один ствол вспыхнул ярким пламенем, до боли опалив кожу. Она вскрикнула, отшатнулась и едва не упала.       Кроме треска огня Натан расслышала ещё один звук. Громкий плач, практически вой. Сотни дриад погибали в пламени пожара, смотря, как горят их дома, вместилища их душ, без которых они не могли существовать. Их крики боли и отчаяния доносились до Натан со всех сторон, окружали, захватив её уязвимое сейчас сознание, не позволяя сосредоточиться, выбраться из этой западни. Их боль поглощала её, отнимала последние силы, затягивала всё глубже.       Натан чувствовала их отчаяние. Ненависть. Ярость. Желание отомстить. Отомстить ей.       — Ты покинула нас!       — Обещала защищать и бросила!       — Предала нас!       — Ты останешься здесь, будешь вечно страдать, как страдали мы!       — Нет! Это не правда, это не моя вина! Я этого не хотела! — прокричала она им, стряхивая с себя наваждение в попытке отстраниться от их эмоций.       «Ты обещала, что будешь защищать Темиена», — вспыхнули в памяти слова отца.       Она не позволит наваждению захватить её. Не погибнет здесь, в этом проклятом месте. Не оставит брата одного в мире, где даже дружелюбные духи ненавидят его.       Краем глаза Натан заметила небольшой просвет между ещё не вспыхнувшими стволами деревьев и поспешно устремилась туда, практически вывалившись за пределы леса.       Она, наконец, смогла вдохнуть глоток свежего воздуха, обернулась назад…и тут же была сбита с ног огромной пятнистой кошкой. Вдвоём они покатились по земле, в сторону от горящего леса.       Сильный удар спиной о твёрдую почву выбил из лёгких Натан весь воздух, и она захрипела. Кошка оказалась сверху, прижав её массивным телом, и не давая пошевелиться. Натан в ужасе дёрнулась, пытаясь высвободить руки. Большие жёлтые глаза с вертикальным зрачком впились в неё взглядом, полным жгучей ненависти, прямо перед её лицом в рычании открылась пасть.       Сердце Натан на долгую секунду замерло, мысли с бешеной скоростью пронеслись в голове. Она привыкла полагаться на собственную магию, не раз спасавшую ей жизнь, и сейчас сконцентрировалась на точке спокойствия и равновесия внутри себя.       Но сила не отозвалась.       Натан даже не сумела нащупать её отголоски внутри себя, будто магии у неё никогда и не было. Она оказалась заперта в этом проклятом воспоминании в смертной человеческой оболочке.       Секунда закончилась, и время вновь понеслось вперёд, отмеряя мгновения до её смерти. Пятнистая кошка впилась когтями в плечо и зарычала, белоснежные клыки блеснули перед глазами. Натан зажмурилась от боли.       Внезапно на шею большой кошки накинули толстую цепь и резко дёрнули назад. Кошка, болезненно взвизгнув, завалилась на спину и конвульсивно задёргалась. В закатных сумерках цепь блеснула переливающимся серым цветом. Серебро. Не переставая визжать, кошка лапами пыталась подцепить цепь, но та лишь сильнее сжималась на её горле.       Натан с удивлением узнала в звере верката – метаморфа, похожего на человека, существа, способного обращаться в кошку. С ещё большим удивлением она узнала форму людей, окруживших метаморфа. Люди были облачены во всё чёрное с серебряными вставками и с серыми плащами со знаками охотников на нечисть: стилизованной руной тейваз в значении «борьбы» и руной соулу, означающей «солнечный свет».       Нет. Этого не может быть.       Охотники не отлавливали нечисть, относящуюся к Светлым Расам, за исключением случаев, когда те дичали и представляли угрозу для людей. Никогда они не охотились на метаморфов на их же собственной территории. И тем более не уничтожали дриад – священных духов леса!       Натан поспешно вскочила с земли и зашипела, когда плечо обожгло болью.       На краю горящего леса лежало несколько человеческих тел, видимо, кто-то из морфов яростно сражался за свою жизнь и свободу. Ещё несколько групп охотников стояли вдоль кромки леса и хватали выбегающих на открытую местность напуганных и раненых метаморфов, ловя их стальными цепями с примесью жгучего для них серебра.       Методично, одного за другим, Охотники отлавливали спасшихся от пламени пожара вервольфов и веркатов. Отлавливали, несмотря на данную клятву их защищать.       Всего в нескольких шагах от Натан из-за деревьев выскочил ещё один зверь. Это был вервольф с запачканным сажей тёмно-серым мехом. Он бросился на мужчину, цепью удерживающего пятнистого верката, но другой Охотник одним ударом серебряного меча снёс ему голову.       — Я приказал не убивать их! — донёсся до Натан громогласный голос откуда-то сзади. — Взять как можно больше тварей живыми!       Она поспешно обернулась на звук. В их сторону широким шагом направлялся высокий массивный мужчина, одетый всё в ту же чёрную с серебром форму. Из-за скачущего неровного света горящего пламени Натан толком не смогла разглядеть его лица, но ей показалось в нём что-то знакомое. Перед мужчиной поспешно вытягивались по струнке и отдавали честь.       Он дал им отмашку, и Охотники продолжили связывать веревками конечности мечущегося в цепях верката. Затем, в несколько рук удерживая его пасть открытой, влили что-то в горло. Когда веркат затих и перестал дёргаться, его потащили к повозке. С неё уже свисали несколько кошачьих хвостов. Верката бросили к ним сверху.       От ярости у Натан перед глазами всё помутилось, и она даже перестала чувствовать боль от раны на плече.       В нескольких шагах от себя она заметила лежащего на спине мёртвого мужчину с разорванным клыками горлом. В руке он продолжал сжимать серебряный меч, и Натан бросилась к нему. С трудом высвободив рукоять из судорожно сжатых пальцев, она покрепче перехватила оружие и нашла взглядом нового командира Охотников. Тот стоял к ней спиной и наблюдал за работой подчиненных.       Ты не должен жить, после того, что сделал.       Натан направилась в его сторону, до боли стискивая рукоять меча. Но не успела она пройти и нескольких шагов, как перед глазами всё закружилось, ноги подкосились. Она осела на землю…       И с удивлением распахнула глаза, когда упёрлась спиной в ствол дерева. В кулаке она до побелевших костяшек пальцев сжимала рукоять Киллуена. Сумрак положил лобастую голову Натан на ноги и с тревогой заглянул в глаза.       Сердце бешено колотилось, будто она пробежала несколько километров. Всё тело трясло, как в лихорадке. Ноги и руки дрожали. Она потёрла рукой лицо и огляделась. Солнце почти село, и красные листья потемнели в сумерках, бросая большие тени на землю. Ни огня, ни дыма больше не было. Криков тоже. Она сидела на прохладной земле в окружении высоких деревьев, вновь выросших спустя многие годы после пожара. Выросших, но пустых изнутри. Безжизненных.

***

      Дым резал глаза, когда Натан, кашляя от удушливого запаха гари, пробиралась сквозь охваченные огнём деревья. Натан оглядывалась в надежде найти выход из этой огненной западни. Повсюду, куда ни кинь взгляд, языки огня лизали чёрные стволы деревьев. Ни одного просвета. Ни одной возможности вырваться. Ни шанса спастись.       Она вновь услышала крики боли, отчаяния, ярости, будто раздающиеся сразу со всех сторон. Но это больше не были голоса гибнущих в пожаре духов Кровавого Леса. Это были крики членов её семьи.       Натан узнавала их даже сквозь треск пламени и грохот падающих деревьев. Когда до неё донёсся болезненный вскрик Темиана где-то совсем рядом с ней, словно у самого уха, сердце Натан едва не остановилось.       Она пошатнулась, не в силах больше удерживать вес тела на дрожащих от ужаса ногах, и инстинктивно оперлась рукой о ближайший ствол дерева. Собственный крик боли потонул в рёве пламени. Натан резко отдернула руку, но было уже поздно. Чувствительная кожа ладони мгновенно покраснела и заныла.       Хотя бы нет волдырей.       Натан невольно хмыкнула в ответ на собственную мысль в тщетной попытке отвлечься от боли.       В следующее мгновение, будто прямо посреди огня, возник закутанный в чёрный плащ силуэт. Боль в обожжённой руке померкла по сравнению с накатившим на Натан ужасом, пока она наблюдала, как незнакомец целенаправленно шагал к ней. Она застыла, не в силах пошевелиться.       Огонь не причинял незнакомцу никакого вреда, пламя просто обтекало плащ со всех сторон, пока тот двигался сквозь лесной пожар. Плотно надвинутый капюшон, как и раньше, скрывал его лицо. Под тканью плотно сгущалась тень, будто маска. Не было видно ни глаз, ни черт лица, лишь тёмный провал вместо головы.       Натан попыталась сосредоточиться на этом и мысленно приказала капюшону исчезнуть. Но, как и до этого, ничего не изменилось.       А вот в его походке и движениях Натан уловила, наконец, что-то знакомое. Но мысль так и не успела сформироваться в её сознании.       Спустя один глухой удар сердца незнакомец оказался прямо перед Натан, и его ледяные пальцы сжали ей горло. Она захрипела, инстинктивно задёргалась в тщетной попытке сбросить его руку. Незнакомец лишь сильнее сжал пальцы и приподнял её над землей, лишив точки опоры и последней надежды вырваться. Натан усиленно пыталась вдохнуть хотя бы один глоток задымлённого воздуха, пока в глазах не начало мутнеть и её не поглотила тьма…