Демон из леса

С каждым новым пройденным шагов в голове становилось все более… пусто? Не сказать, что все это время они просто глупо молчали, скорее даже наоборот, нехило так разговорились. Со стороны могло даже показаться, что они вполне себе близкие друзья, вышедшие вместе на прогулку, а не случайно встретившиеся давние знакомые с очень непростыми отношениями в прошлом. Харуто за это прошедшее время успел расстаться со своей задиристостью и комплексами, став обычным приятным парнем и, судя по рассказам, весьма хорошим мужем, что был готов на все ради любимой. Даже на переезд в более благоприятное место для создания семьи. Конечно, детей в ближайшее время они пока не планируют, но уже решили готовиться, создавая «уютное гнездышко» для большей уверенности в будущем. Оттуда и возник конфликт с матерью, которая не особо хотела отпускать единственного сына с невесткой невесть куда. Путем долгих объяснений и уговоров, женщина все-таки согласилась, но демонстративно «обиделась» на сына, просто не желая сказать честно, что слишком волнуется. И все-таки даже так посоветовала начать их путь самостоятельной жизни с небольшого отпуска, по истечению которого они уже и примут конечное решение. Но неужели Оота позвал его куда-то только для эмоционального пересказа последних лет его жизни? И, словно прочитав мысли шатена, парень рядом, между делом, проговаривает. — Извини, что сразу же не перешел к сути. Мне нужно было немного развязать себя на болтовню и подготовиться к… Я даже без понятия, как это назвать, — они давно покинули деревню, выйдя в лес по протоптанной тропинке. Если Сироте не изменяет память, именно она вела к той самой злосчастной пещере, с помощью которой Харуто обманул его. Махиру старается этого не показывать, но в какой-то момент он ощущает неприятный холодок. Но, к его удивлению и облегчению, они сворачивают в противоположную сторону. Шаг Харуто заметно замедляется, как и весь его прошлый энтузиазм. — Наверное, я начну, — говорит парень, сделав после глубокий вздох. — Я виноват, очень сильно. Сколько бы не прошло времени, сколько бы я не пытался отвлекаться, в груди все равно… Агх! Это напоминает мне нелепые сцены из дорам, который смотрит Мико, но, Сирота, я клянусь, мне действительно жаль. — Оота, это не… — он не особо хотел признавать, но исповедь парня слишком уж также напоминала ему о его прошлых попытках в «извинения». После которого он оставил его совершено одного в лесу. Может и сейчас, ради потехи, решит повторить? Конечно, с телефоном в кармане Махиру выберется гораздо быстрее. — Нет, нет. Если я сейчас не выплесну все эту… Я действительно чувствую себя идиотом. Так! — неужели это будет настолько долгим и драматичным? — Как я уже говорил, я идиот, был им. Маленьким завистливым мальчиком, полным ненависти и жестокости. Говорить о причинах не очень хочется, ведь тогда это будет не раскаяние, а попытки оправдаться и вызвать жалость, поэтому… Не знаю. Сколько бы не думал об этом, никогда не мог проговорить хоть сколько-нибудь кажущиеся искренними извинения. — Не стоит, все в порядке, Оота, — Сирота давно все отбросил и забыл. Извинения тут для успокоения самого «виновника», а выслушивать их лишь из-за этого не хотелось. Довольно эгоистично, но всегда быть «святым» не получалось даже у него. Некоторые эмоции просто сильнее изначально. — Стоит, Сирота. Оставлять это все незаконченным неправильно. — Что «это»? Если ты про наши взаимоотношения, то все в порядке. Ты был ребенком, поэтому не мог в должной степени давать отчет в своих действиях. Я больше не виню тебя ни в чем. — Но ведь… Твоя мама?.. — Это был несчастный случай, Оота. Не стоит класть на свои плечи никак не относящийся к тебе груз. — А демон? В смысле, Куро? — Ха? — Я своей завистью травил вам жизнь. Из-за моих совсем детских воспоминаний, когда он спас меня от огромной падающей ветви, я думал, что теперь я его единственный друг. Постоянно ходил к пещере, разговаривал, не получал ответа, но все равно был искренне доволен и счастлив. Он почему-то скрывался, но я все равно единственный… До момента, пока за мной не навязались остальные. Хотя… Не за мной, а за пещерой, которую до этого все почему-то обходили. Но стоило кому-то показать на нее свои «виды», как всем тут же стало интересно, что же в ней такого необычного! Тогда я придумал ту нелепую игру, подогревая ее выдуманными мной же легендами, которые, на самом деле, я украл из книжек. После все снова относительно хорошо, не считая моей ревности и обиды к родителями из-за появления сестры. А потом, когда вы переехали сюда, сами того не осознавая, наделали шуму своей… идеальностью? Красивая и умная девушка с медицинским образованием, к тому же, являясь, матерью-одиночкой, все равно умудрялась поддерживать дом и сад в идеальном состоянии. И ее такой же идеальный сын-помощник, которого приводили в пример все недовольные собственными чадами родители. Прости. Но именно это все видели и слышали, оттого и… Господи, опять оправдания. В общем, кажется, на мне это отразилось еще сильнее из-за всех моих загонов, отчего и решил повести себя не самым лучших образом. После первого раза я искренне считал, что ты нажалуешься матери, и вы уедите, прямо как одна девочка когда-то. Но заметно этого ты… Да ничего не сделал, но все равно каким-то образом подружился с демоном. В первые в жизни я увидел его облик, а в это время он находился рядом с тобой. Всегда и везде, где был ты — там был и он. И тогда, когда я осознал, что действительно говорю в пустоту, я разозлился еще больше. И сделал еще более ужасный поступок. Оправдывать меня тем, что я был ребенком… Это было слишком. Мои действия, мои отвратные колкости и вся моя зависть… Я ужасен. Возможно, если бы во время того ужина я не надавил на твою слабость, ты бы не убежал. Ты бы не попытался найти свою единственную, как ты считал тогда, поддержку, и твоя мама… Возможно, чтобы ты ни сказал, я действительно стал катализатором всего этого дерьма. Прости, хотя за такое и не прощают. Они остановились. Прямо сейчас, после всего этого словесного потока, выражение лица Харуто было действительно сложно прочесть. — Я бы еще уточнил и перечислил все остальные свои грешки, но, для этого не хватит одного дня. А я, кажется, задержался гораздо дольше, чем планировал изначально, хах, — он прислоняется к стволу дерева, прикрывая лицо руками. — Оота, все действительно в порядке. — Как? Сирота, на твоем месте я бы просто уже мне врезал. И тогда, и сейчас. Много-много раз, чтобы живого места не осталось. А я не мазохист! Шатен стоял молча, не понимая, что говорить дальше. Как реагировать, а делать? Если его оппонент просто отказывался все замять. Махиру вздыхает, опираясь на ствол напротив. Ситуация, конечно, такая себе. — Я не понимаю, — начал шатен, — если тебе так нужно мое прощение, то ты получил его еще пару лет назад. Я простил тебе твои замашки, поступки и слова. И, опять же, прости за резкость, но не строй из себя козла отпущения и не связывай себя со смертью моей матери. А насчет… демона? Я вообще не знаю, про что ты. Воображаемых друзей я точно украсть был не в состоянии. Внезапно Оота опускает руки и впивается в парня пронзительным взглядом. — То есть? Куро. Твой друг. Ты сам дал ему это имя. — У меня даже знакомых… — внезапно вспомнился тот сон. Ку… — нет с таким именем. — Мальчик с красными глазами и светло-голубыми волосами. Описание похоже на него… Но Махиру все равно отрицательно качает головой. — Но как же… Ты не помнишь? Почему?! Харуто хочет сделать шаг навстречу, но остается на месте с безвольно свисающими руками. Эта странная реакция слегка взволновала Сироту, отчего он сам захотел подойти к парню и проверить, все ли с ним в порядке. Но Оота довольно быстро приходит в себя, правда, промямлив что-то непонятное себе под нос. — Видимо, я немного перепутал и ошибся. Хорошо, если ты говорить, что все в порядке… Тогда я пойду обратно. Мико явно не очень будет довольна тем, что я не предупредил, что задержусь. Пока, Сирота. Было приятно тебя увидеть. Надеюсь, у тебя все будет хорошо. И он ушел, даже, можно сказать, убежал с весьма взволнованным лицом. Раскаялся, наплел какую-то историю о каком-то демоне и просто оставил его одного в лесу. Но почему-то Махиру было все равно. Его настигла полная пустота, с которой он пошел в неизвестном направлении. Домой не хотелось.