Демон из леса

После маминой смерти Махиру пересекся с отцом лишь на ее похоронах, которые, как он узнал только через пару лет, организовал сам Таиши. Мужчина держался отстраненно от всех родственников жены, лишь изредка кивая, если с ним здоровались или приносили свои соболезнования. Сирота хотел подойти к отцу, но дядя придержал его за локоть, сказав, что не сейчас. Ему следует подождать, пока все уйдут. — Почему? — Твой отец слишком не любит показывать, что ему тоже бывает больно. В этом он мог его понять, даже слишком сильно. Лишь когда в помещении остались они втроем, Тоума громко цыкнул, жалуясь на лицемеров, что когда-то клялись Акире, что если она выйдет за него, то даже на похороны ее не объявятся. — Пришли поддержать свой святой образ, чертовы-… — Тоума, не при Махиру. Когда дядя провожал его спать, шатен слышал, как что-то громко грохнулось. А сквозь бесконечные ругательство, от которых Тоору все-таки не смог его уберечь, просачивались еле слышимые всхлипы.

***

На следующей день Тоума уехал из страны, пообещал стабильно переводить Тоору деньги на содержание Махиру. Мальчика все устраивало, ведь его отношения с отцом всегда были слишком натянутые и держались только благодаря маме. Пусть временами в детстве он искренне считал, что папа любит его. Да, несомненно, любит, но той любовью, которую он не может понять. Без слов, без действий, без эмоций, из-за сковывающего страха, который побороть он так и не смог. И все, на что могло хватить Таиши в качестве проявления внимания к сыну — рекомендательное письмо в один из престижных университетов и возможность дальнейшего трудоустройство в один из филиалов его компании. И если первый «подарок» он принял, то над вторым думал по сей день. Ведь этих филиалов было всего мять, и каждый из них находился заграницей, далеко от Японии. С одной стороны, огромные перспективы, больше никакой нужны в деньгах, престижное светлое будущее и еще горы плюсов. С другой… Ему страшно. И дело даже не в покидании зоны комфорта, а в том, что с подобной «стабильной жизнью» он потеряет все также, как и отец. Возможно, его рассуждения были глупыми и наивными, как их когда-то называл Рюсей, но… Это не для него. Все это, включая его специальность, на которую он пошел по советам дяди, — было не его. Но просто все бросить и начать заново было ни капельки не легче. С чего начать? Что он хотел? Уверен ли он в том, что действительно не видит себя каким-то офисным планктоном в строгом черном костюме с начищенными до блеска туфлями? Ну, ладно, в чем-то он был действительно уверен. Образ жизни отца — тоже не для него, как и образ жизни дяди Тоору тоже. Чего же он хотел? Быть похожим на маму, помогать людям также, как и она. Но не был ли он слишком простодушным? Ведь для помощи людям мама долго и упорно училась без каких-либо «рекомендаций» от близких или кого-то еще. Хватит ли у него сил? Приезжая в знакомое место без тысячи оценивающих глаз, он лишь один раз подумал, что, возможно, это поможет ему в принятии решения. Но, в итоге, из-за «демонических» обстоятельств все отошло на второй план. Он узнал причину извинений Куро и даже не мог определить, что чувствовать на этот счет. Слишком много информации, слишком много непонятных для него вещей и слишком много прошлого. Мама… Мама действительно упала из-за Куро? Куро, который искренне боялся его потерять, и из-за этого, скорее всего, захотел стереть воспоминания его отцу? А потом воспоминания из… прошлых жизней? В каждый из которых Махиру, видимо, скоропостижно умирал. Вся эта цепочка казалась ему полным бредом, но, учитывая, что Куро демон, обладающий сверхъестественными способностями, то почему он задается вопросами о подобном? И все же. Куро убил его мать… Это все еще крайне нереалистично звучит. Да даже если ее действительно подтолкнула та «волна», она могла оступиться еще до нее. А если нет… Он все равно не чувствует никакой злобы или разочарования. Возможно, это как с ненавистью к Ооте. Прошло слишком много времени, и уже ничего не осталось, но Куро об этом все еще не знал. Ему нужно все рассказать, правда, перед этим, шатен все-таки хочется подкрепиться той вкусно пахнущей лапшой.