Предатели крови и как их опознать

      Малфой-мэнор наполнялся людьми. Огромное количество важных шишек подходили к владельцам дома, расспрашивали о делах, о планах на будущее, учёбе их сына и всём подобном. Всего за час Малфою это наскучило. Никогда в жизни он так не радовался, что ему лишь тринадцать – в обязанности мальчика пока не входило встречать всех тысячей бессмысленных вопросов. Драко лишь должен был стоять рядом с родителями и быть вежливым с теми, кто сам с ним заговорит. Поместье, казалось, было переполнено знатью. Парню даже стало некомфортно, словно дышать нечем, однако он успешно это скрывал. Не в первый раз ведь. Чуть легче стало, когда он увидел семью Гринграсс. Поцеловав тыльные стороны ладоней Дафны и Астории, Драко выдохнул – пришли его друзья, а значит парень имеет право уйти вместе с ними, что он сразу же сделал. Обсуждая с девушками сначала светские темы, а после и посерьёзнее, Малфою на душе стало легче. Естественно, он не был против всех этих ужинов, но порой находится на них было невыносимо. Успокаивало лишь то, что, в отличие от Хогвартса, здесь не было "лишних". Маглорождённых уж точно. Полукровки также не присутствовали в этот раз, но некоторых из них всё же могли принять: так-то Тёмный Лорд тоже не чистокровный волшебник. Однако не чистокровные были скорее исключением из правил.       За беседами с Гринграсс, а после и другими сокурсниками, парень не заметил, как пришли все. Когда он понял, то неосознанно начал оглядываться на толпу. Где же она? Малфой правда был заинтересован этим вопросом. Ему хотелось взглянуть на неё, узнать, какая она вне стен школы. В стенах мэнора...       И тогда взгляд зацепился за чёрные волосы. У Драко перехватило дыхание. На ужине было много шикарно одетых девушек: сёстры Гринграсс выглядели, словно сошли с обложек журналов, Пэнси Паркинсон в красном бальном платье была похожа на куклу, а взрослые и вовсе поражали чувством стиля и утончённостью. Но она... Была на голову выше каждого. Волосы были изящно накручены, а в них красовались искусственные цветы, глаза подведены короткими, но ровными стрелками, и изумрудное платье ниже колена с открытой спиной делало её не просто моделью: она походила на ангела. Драко была уверен: такой красоты он не видел ещё никогда. Уверенный взгляд девушки, прямая походка... Это было невероятно. Малфой не знал, сколько времени он разговаривал с друзьями, не замечая никого, но понял, что весьма много, когда заиграла музыка. Медляк. Кребб и Гойл уже звали сестёр Гринграсс на танец, а Пэнси пила какой-то коктейль, наблюдая, как к ней подходит какой-то парень. Драко и сам не заметил, как зашагал в сторону Эдисон. — Здравствуй, – поздоровался он, смотря в её глаза. Такие яркие... — Добрый вечер, – с улыбкой ответила девушка. В её взгляде прямо читалась нежность. Точно ангел. — Не хочешь потанцевать? – слова лились сами. Он словил секундное удивление и даже испуг в глазах Мерли, но она быстро собралась и согласилась.       Они умело кружились в танце, не замечая ничего, кроме друг друга и музыки. Эдисон моментами прятала глаза, но старалась казаться уверенной. Малфой же не хотел думать о последствиях, о происходящем... Ему нравилось смотреть в её глаза. На её волосы, улыбку. Её шикарное платье. Ощущать её прикосновения на собственном теле и касаться в ответ. Неописуемое удовольствие.       Песня подходила к концу, и Драко, не желая всё так просто заканчивать, поднял девушку в воздух и закружил. Когда Мерли вновь оказалась на земле, Малфой заметил, что они стали ближе. Она была непозволительно близко... Он чувствовал её дыхание. Сбивчивое, прерывистое. Казалось, ещё чуть-чуть и он почувствует, как бьётся её сердце. Чувствовал её запах. Вишня и сырость. Невообразимое сочетание. Рука Драко поднялась с талии девушки к её щеке. Нежно огладивши контур, он еле слышно проговорил: — Ты прекрасна...       В этот момент музыка остановилась, и парень заметил, что к нему приближаются друзья. Осознав дурость своего поступка, он просто ушёл, поблагодарив Мерли за танец.       Драко чувствовал, что это было ошибкой. Серьёзной. Но также это был лучший момент в его жизни. И объяснить это было невозможно. Тогда.       Лишь отойдя он почувствовал, как сильно бьётся его сердце. Казалось, что оно вот-вот выпрыгнет из груди. Не найдя в себе сил и желания с этим разбираться, Драко просто продолжил разговаривать с сокурсниками, полностью игнорируя их вопросы на этот счёт. И собственное сбитое дыхание. — Драко, дорогой, не мог бы ты подойти к нам? – неожиданно позвала Нарцисса сына. — Да, конечно, – в сердце Драко закралось волнение. Что ей нужно? Что-то случилось?       Парень приблизился к матери и увидел рядом с ней мистера Эдисона. Он удивился и окончательно перестал понимать, что происходит. Что им вдруг понадобилось? Или их настолько смутил танец? Драко часто танцевал с кем-либо на таких вечерах, в этом не должно было быть проблемы. — Мы тут с мистером Эдисоном обсуждали, что его племянница явно немного, как бы сказать... – Нарцисса запнулась и продолжила: – не умеет выбирать с кем общаться. Скажи, кто её друзья в школе?       Малфой едва заметно выдохнул и окинул взглядом Остина. — Грейнджер, Поттер, Рональд Уизли. Она часто с ними ошивается, – на одном дыхании выпалил Драко. – Кроме того общается с Ноттом, Забини и своими соседками по комнате. — Из того, что мне говорит сама Мерлиса, она больше общается со слизеринцами, что плохого в поддержании хороших отношений и с остальными? Не за чем ведь всегда быть на ножах, – обращаясь к миссис Малфой, проговорил Эдисон. Женщина вела себя сдержанно, воспринимая всё как светскую беседу, в которой затронулась серьёзная для многих присутствующих тема. — Но она общается с маглорождённой Грейнджер! — И я не вижу в этом ничего плохого. Как по мне, так травить детей в школе куда хуже, чем общаться с гриффиндорцами. — На что вы намекаете? — Да так, ни на что.       Диалог стал очень напряжённым, и Драко велели возвращаться к друзьям, чему он был несказанно рад. Парень начал раздумывать над словами дяди Мерлисы: если так посмотреть, то со "своими" девушка общается чаще, а хорошие отношения с остальными могут принести пользу в будущем. Что, если больше нет смысла с ней собачиться? Да, когда она только начала дружить с золотым трио, то с ребятами со Слизерина не общалась, за небольшим исключением в виде Теодора и Блейза, но сейчас сокурсники в круге её общения преобладают. Если бы только не Грейнджер...       Осознав, что думает о ней слишком много, Драко гневно выкинул из головы эти мысли.       Дальше вечер шёл спокойно: иногда к компании слизеринцев подходили люди, удивляясь, как сильно они выросли и спрашивая про учёбу. Друзья пили коктейли, обсуждали учёбу, гриффиндорцев и просто говорили о жизни. Мерлиса же в компании Теодора и Блейза ходила чуть поодаль, и Драко не знал, о чём они говорили, но смех с их стороны звучал чаще. Для Малфоя это не имело значения, потому он старался не отвлекаться от беседы в своём окружении.       Всё получалось вполне успешно, пока вновь не заиграл вальс, и Нотт не позвал Мерли на танец. Отчего-то парень почувствовал раздражение. Драко следил за их движениями, чувствуя ненависть каждый раз, как Теодор приближал Мерлису к себе, касался её талии, поднимал в воздух... Он наблюдал за их танцем до самого окончания песни, совершенно потеряв нить разговора. Отвернувшись к своей компании, он заметил, с какой грустью в глазах стояла Пэнси. «— Чёрт... Она ждала, что я приглашу её на танец...»       Вот тогда Драко начал переживать из-за своей увлечённости Мерлисой. Он впервые упустил эту деталь из головы. Раньше Малфой сразу понимал, что ему тоже надо кого-то позвать. И, так как он знал о чувствах Паркинсон к нему, обычно приглашал её. А тут... То танец с Мерли, то вообще его отсутствие. Что с ним происходит? В надежде, что проблема не слишком заметна, и с абсолютной решительностью больше таких оплошностей не допускать, Драко отложил все лишние мысли. С этой минуты ему было запрещено даже просто вспоминать про её существование, не то что думать.

***

      Малфой не пересекался с Мерли даже на секунду взглядом: он не мог позволить себе отвернуться туда, где она могла быть. Смотреть. Только. На друзей. По этому принципу прошёл весь оставшийся вечер. Уже после Драко лежал на кровати в своей комнате и разглядывал потолок. Мысленно прокручивая весь ужин, парень осознал весь масштаб трагедии. Он танцевал с ней. У её семьи была прекрасная репутация, чистейшая кровь и ничего, что могло бы вызвать проблемы в семье или обществе. При обычных обстоятельствах. В Хогвартсе же это было словно крест на репутации Драко. Сначала подшучивал, осуждал, а потом словно забыл обо всём и позвал на танец. Так он это видел. И был уверен, что все видели это так. Каждый. Началась настоящая борьба с самим собой. Что вообще нужно теперь делать? Что предпринять? Или оставить всё как есть?       От нескончаемых размышлений парня потянуло в сон, однако аристократские привычки не позволили просто уснуть. Драко встал, сходил в душ, переоделся, умылся и только после, оставшись совершенно без сил, уснул.       Астрономическая башня. Небо ярко-красного цвета. Кажется, уже совсем скоро стемнеет. Чёрные локоны Мерлисы развиваются из-за лёгкого ветра. Худые бледные руки лежат на её талии, нежно поглаживая контур. Губами Малфой едва ощутимо касался шеи девушки. Практически невесомо. Девушка практически дрожит в его руках. Тает...Прислоняется ближе, поддаётся навстречу движениям, тяжело вздыхает, запрокидывает голову. — Лиса, я...       Сон оборвался резко. Была ещё глубокая ночь. Драко сел на кровати, схватился за голову, пытаясь осознать что это было. А главное почему. Из-за чего ему вообще такое снится? С ней? Это ведь по умолчанию абсурд. Малфой определённо не хотел этого видеть.       Парень решительно встал с кровати и направился к огромному комоду напротив. Достав из верхнего ящика зелье для сна без сновидений, он вновь лёг спать. Малфой был невообразимо рад, что оно вообще у него было. Иначе парень, наверное, и вовсе больше не стал бы спать.       Остаток ночи прошёл спокойно.