There is no fate but what we make for ourselves.

Тэхён возвращается домой раньше обычного и, не застав никого, разочаровывается сильнее, хотя, казалось бы, что хуже уже быть не может. День выдался просто ужасный, и факт того, что Чонгук так не вернулся домой, делает его ещё хуже. Устало вздохнув, он решает хотя бы попытаться расслабиться и отойти от всего произошедшего, поэтому сначала набирает себе ванну, потом берет один из любимых романов, и в конце концов погружается в другом мир, в котором всё намного лучше, чем сейчас у него. Вода в ванне вскоре начинает становиться холодной, поэтому мужчина просто перебирается из нее в мягкую кровать, чтобы продолжить радоваться за героев в книге именно там. Он отвлекается лишь на то, чтобы попробовать новый крем для лица, но, как только взгляд падает на отражение в зеркале, желание заниматься уходом резко припадает. Опухшие глаза из-за слёз отталкивают полностью, как и слишком бледный вид из-за этих истерик, поэтому Тэхён просто возвращается обратно в кровать, дабы продолжить читать. Время пролетает незаметно, переваливает уже за полночь, и, как только Ким слышит, что дверь входная открывается, оставляет книгу в стороне, а сам вскакивает и бежит на выход, чувствуя новые слезы, но в этот раз хотя бы от радости. Чонгук устало потирает глаза, думая, что Тэхён уже спит, поэтому всячески старается вести себя как можно тише, но после замирает, стоит увидеть у лестницы возлюбленного. Он тихо выдыхает и, быстро избавившись от обуви, которую аккуратно оставляет в бок, медленно идет в его сторону, наконец, проговаривая: — Извини… я хотел, освободиться раньше, но не смог. Слишком долго ехать от офиса до дома, — мужчина переводит взгляд на часы и, нервно выдохнув, кивает в сторону второго этажа. — Иди лучше спать, тебе завтра на работу к девяти, а я пойду в душ, да и спать не особо хочется… поэтому что-нибудь посмотрю тут. Тэхён ничего не отвечает: кидается на мужчину с крепкими объятиями, начиная теперь уже откровенно рыдать, не в силах уже сдерживать всю печаль. Чонгук продолжает стоять, как истукан, совершенно не зная, что ему делать в непростое для них время, но после всё же обнимает аккуратно в ответ, всячески стараясь успокоить мужчину. Тэхёну хочется кричать от боли, переполняющую его сердце, но он продолжает сдерживаться, пока Чон не целует его в щеку. После этого мужчина крепко сжимает в своих руках чужую рубашку, не понимая, что с ним происходит и позволяет всем, абсолютно всем эмоциям выйти наружу. Так проходит пять минут. Десять. И когда брюнет перестает рыдать, старший аккуратно отстраняется и, заглянув в глаза напротив, тихо продолжает: — Может, присядем? — Прости меня. Прости, прости, прости, — Тэхён чуть ли на колени не встает, желая лишь вернуть всё, как было. — Пожалуйста, прости, я идиот. Я не хочу тебя потерять, я исправлюсь! — Так, Тэхён, прошу тебя, успокойся, — Чонгука начинает заметно трясти, но он, пытаясь держать себя в руках, помогает младшему сесть на диван, пока сам становится перед ним на колени, беря за руки. — Всё хорошо, слышишь? Успокойся только, хорошо? — Я думал, что ты не вернешься… Еще Ыну, и, — Тэхён пытается набрать побольше воздуха, чтобы продолжить, и вновь обнимает крепко, боясь, что если отпустить, то Чонгук точно не вернется. — Пожалуйста, не уходи больше! — Выдохни, а то врачи точно в половину третьего не приедут сюда… — Чонгук моментально отстраняется и, взяв мужчину крепко за щеки, целует слабо в нос, продолжая, пока тот пытается сдержать слёзы. — Если не будешь больше плакать, то я готов пообещать, что больше не уйду. Но если тебе всё же станет легче от слёз, то хорошо, я посижу рядом и поддержу тебя. — Я постараюсь не плакать, но не уверен, что получится, — нервно сглотнув, Ким всхлипывает пару раз, а затем вновь тянется за объятиями. — Я боялся, что ты сегодня так и не придешь… еще Ыну сказал, что не отдаст тебя. — Ох, кажется, он перепил… когда я приехал к нему, он пытался обнять меня, но я просто оттолкнул и сказал, что мы поговорим, когда он протрезвеет. Ну, естественно, оставаться я у него не стал и поехал к себе в офис, потому что… дома я больше решил не работать. Устал. Тэхён вспоминает видео, которое благополучно удалил, о чем теперь жалеет. — О-он с утра у меня был. Да и алкоголем от него не несло. — Может быть, выпил после… — тот моментально замирает и, нахмурившись, прокручивает в голове чужие слова. — Был у тебя?! Чего..? — Приезжал поговорить… — Ким отстраняется немного и, потерев пару раз глаза, продолжает тихо. - Сказал, что ты зол на меня, что не отдаст и дал месяц на то, чтобы я изменился. — А ну это да… об этом он говорил мне ещё вчера, когда я приехал, но я не думал, что он серьезно приедет к тебе, тем более на работу. Извини. — Ничего страшного, — Тэхён опускает голову и кусает губы, решая не говорить об остальных деталях диалога. — Но я, правда, напугался этого. — Серьезно думал, что он меня сможет удержать? — тихо посмеивается старший, с нежностью проводя ладонью по кимовой щеке. — Забыл совсем, что я говорил? Брюнет аккуратно накрывает своей рукой чужую, задерживая её на щеке на подольше. — Нет, но… он звучал очень убедительно. Я и без этого был расстроен, а тут ещё Ыну со своими разговорами. — Да ладно тебе, я уверен, что у тебя был человек, который тебя поддержал и утешил, верно? Тэхён перестает улыбаться, а Чон тем временем, осознав свою ошибку, ударяет свободной рукой себя по губам, продолжая: — Извини, просто… мне нужно время, ладно? Тэхён прикусывает губу и кивает в ответ. — Можно вопрос? Только честно-честно ответь мне, пожалуйста. Просто интересно. — Слушаю. — Если бы… - Ким запинается немного, сомневается в вопросе, из-за чего голос начинает немного дрожать, — если бы Ыну признался в том, что ты ему нравишься… ты бы дал шанс? Ну, если бы меня не было. Чонгук слабо улыбается и, решив присесть рядом, заключает мужчину в свои крепкие объятия, а после спокойно отвечает, зная, что после этого ответа совесть его мучить не будет: — Возможно, я бы дал шанс человеку, который находится рядом и в горе, и в радость, но точно не Ыну. Он мой лучший друг, которого я особенно люблю… возможно, эта любовь сильнее, чем к тебе, но тут ни к чему эта ревность. Я знаю, что если ты меня бросишь, уйдёшь или просто захочешь погулять со своим другом, забив на то, что я тебя жду, я смогу набрать Ыну, и он реально будет готов бросить весь мир ради меня. За это я ценю его, но… я бы не встречался с ним, потому что нашей дружбе бы пришел конец. Тэхён кивает пару раз, не зная, радоваться такому ответу или переживать сильнее. Он укладывает голову на чужое плечо и, взяв за руку возлюбленного, переплетает пальцы. — То есть в любом случае ты не стал бы с ним встречаться? — Я же объяснил, крошка, — с улыбкой отвечает тот, вновь нежно целуя Кима в нос. — Я бы не стал встречаться с другом… нет, не так. Я бы никогда не стал встречаться с таким прекрасным другом, который заменил мне и парня, и семью, и других друзей, понимаешь? Таких друзей нужно ценить, а не отпускать, вступая в отношения… ведь они рано или поздно закончатся, а дружбу после них никогда не вернешь. А если и вернешь, то уже лживую и неискреннюю. — Да, у тебя очень хороший друг, — Тэхён жмется ближе из-за внезапных мурашек по всему телу после своих же слов и, не сдержав вздоха, целует аккуратно в щеку. — Очень заботится о тебе и переживает. — Так, к чему вопрос о Ыну? Он тебя чем-то обидел, когда вы виделись или что-то странное сказал..? — Всё в порядке. Мне просто стало интересно и всё на этом. Просто он подходит на роль идеального парня… лучше, чем я, наверное. — Ну, если тебе так сильно хочется разорвать со мной отношения, то я не буду против, Тэхён. Только не нужно вмешиваться в мои отношения с лучшим другом, ладно? Чонгук моментально отстраняется и, почувствовав неприятную боль в сердце, поднимается с дивана и подходит к комоду, в надежде найти там свою POD-систему. Хоть он и обещал себе бросить курить, но постоянный стресс очень плохо сказывается и на нём, и на его психическом здоровье, поэтому сейчас мужчина просто достает свое спасение и направляется к выходу, чтоб не дымить в доме. Тэхён, поднявшись следом, скорее, бежит следом и внимательно слушает Чона, что, выйдя из дома, продолжает свой «монолог»: — Я при любой возможности иду домой, бросаю его, поступаю как ужасный человек… я отталкиваю даже друга, потому что знаю, что тебе было бы неприятно, а ты же в свою очередь делаешь всё наоборот. Неужели ты не понимаешь, что нельзя быть одновременно и хорошим другом, и прекрасным парнем? Тэхён виновато опускает голову и обнимает себя за плечи, начиная их понемногу поглаживать, пока тихо проговаривает, не придумывая ничего лучше в ответ: — Я изменил график и буду теперь два через два работать… — Что? — хмурится Чон, моментально поворачиваясь лицом к возлюбленному. — Зачем? А как же: мне нужны деньги, чтоб не сидеть на твоей шее? — Я… — Я работаю не ради себя, а ради тебя, чтоб покупать тебе всё то, что тебе необходимо, Тэхён. У меня уже есть всё, а ты… даже за продукты мне деньги возвращаешь, так о какой семье идёт речь, м? — Мы же… — Мы же это обсуждали, обсуждали, обсуждали! Да! Осуждали! Но я просто сдался… так, как думаешь, куда денется моя мотивация работать, когда мне работать по факту не для кого? — Я чувствую, что сижу на твоей шее, а я просто совсем не привык к этому. Я всегда был уверен, что работать должны оба, и… я тоже хочу, к примеру, что-нибудь покупать тебе, если нужно, или делать внезапные подарки, но это же нужно делать за свои деньги. Не буду же я просить у тебя деньги на подарок тебе же, — Тэхён поднимает наконец-то расстроенный взгляд на мужчину, пока добавляет: — И я поменял график, чтобы мы смогли больше проводить времени вместе. — Я же не прошу тебя не работать вовсе, я прошу не возвращать мне деньги, а тратить их исключительно на себя. Я смогу обеспечить нас один… но ты же не хочешь меня понимать, так почему я должен, объясни. — Мне просто это тяжело… в новинку. Я всегда думал, что там буду в долгу перед человеком. Я пытаюсь побороть эти мысли, но это оказалось сложнее, чем я думал, прости. Тэхён вновь смотрит в ноги, обнимая себя немного покрепче, потому что ночью небольшой ветерок заставляет мерзнуть, из-за чего тело покрывается мурашками, а руки начинают замерзать. Чонгук тяжело вздыхает и, спрятав предмет, заставляющий его успокоить нервы, скорее, подходит к Киму и, заключив его в крепкие объятия, как можно быстрее заводит обратно в дом, закрывая после за собой дверь. Он ничего не говорит и просто ведет мужчину на кухню, чтоб усадить за стол и заварить чай, который он постоянно прячет от Ыну, потому что тот пьет их как бешенный, а после жалуется, что ночью приходится раз тридцать бегать в туалет. Эти мысли заставляют посмеяться про себя и, когда чай оказывается готов, Чон присаживается рядом, ставя кружку рядом с Тэхёном, наконец, продолжая разговор: — Пей чай, скорее, а после пойдём спать. Завтра тебе на работу, не забывай. м У меня завтра как раз выходной. И послезавтра. Я буду полностью свободен, — Тэхён кое-как приподнимает уголки губ и, поблагодарив за напиток, делает несколько глотков, сначала немного хмурясь из-за того, что тот горячий. — Ты же шутишь, да? — с улыбкой интересуется мужчина и, заметив отрицательный моток головой, моментально серьёзнеет, хмурясь. — Ты же говорил, что она важна… — Я не шутил, когда ещё до этого говорил, что поменял график, — Ким аккуратно берет свободной рукой чужую и, крепко сжав ее, подносит к губам, оставляя легкий поцелуй на запястье. — Мне жаль, что я так часто пропадал на работе. — Если она для тебя так важна, и если ты по-прежнему думаешь, что сидишь на моей шее, то незачем менять график, Тэхён, иди и работай. А то в дальнейшем будешь отыгрываться на мне, я знаю… Чонгук тяжело вздыхает, понимая, что рано или поздно это все же произойдет, поэтому просто сдается и, убрав кимову руку со своей, выпрямляется, кивая на кружку с ещё горячим чаем. Тэхён, поджав губы, всё же кивает и продолжает пить чай, чувствуя легкую боль, до сих пор пронизывающую его. Старший просто молча смотрит на мужчину и, когда тот, наконец, допивает чай, прерывает тишину, ловя на себе удивленный взгляд: — В душе был? — Д-да… я в ванне лежал. А что? — Тогда, иди спать, а я приму душ и приду, но чуть позже. — Хорошо… Тэхён провожает старшего взглядом до ванной комнаты, за дверью которой он пропадает, а после, сделав глубокий вздох, возвращается в спальню, чтоб дождаться Чона здесь. Хоть глаза и закрываются, но Ким продолжает держать себя в руках, чтоб не уснуть раньше времени, поэтому решает взять телефон и посмотреть какие-нибудь видео в тик-токе. Он несколько минут держится, смеётся со всяких видео, но после сдается и, убрав телефон в сторону, закрывает глаза, погружаясь в сон. Чонгук же тем временем, быстро приняв душ и переодевшись в пижаму, покидает ванную комнату и, повыключав везде свет, медленно поднимается по лестнице наверх, всё ещё находясь в собственных мыслях. Голова очень сильно раскалывается, поэтому, прежде чем зайти в комнату и лечь спать, мужчина заходит во вторую ванную и, достав из аптечки обезболивающее, выпивает его и только после идет в свою спальню. Чон, зайдя вовнутрь, расплывается в улыбке, когда замечает спящего Кима и, присев рядом, проводит пару раз рукой по чужой талии, а после ложится рядом, тихо проговаривая: — Люблю тебя, крошка… прости, что я такой, — шёпотом продолжает тот, а после закрывает глаза и, оставив легкий поцелуй на кимовой щеке, нежно обнимает за талию. — Надеюсь, я привыкну к твоей дружбе с этим мужчиной и снова буду делать тебя счастливым… После этих слов Гук быстро засыпает и не ощущает ни чужих поцелуев на своих щеках, губах и носу, ни нежных объятий, которые ему несколько минут дарит Тэхён, прежде чем вновь заснуть. *** Всё же тот факт, что график Тэхёна изменился, повлиял хорошо, даже слишком. Благодаря выходным возможность проводить больше времени поднялась до небес, и даже тот факт, что Тэхён всё ещё гуляет с Соджуном, не так печалит потому, что количество этих гулянок уменьшилось в несколько раз. Кажется, счастье вернулось в отношении, позволяя молодым людям упиваться им. Некоторые переживания остались в душе у каждого, однако это не мешает довольствовать любовью, которая проявляется во внимании и заботе. Но после хорошего всегда идёт что-то плохое. Пара работников ресторанчика ушли то в отпуск, то уволились, и теперь надо как-то выкручиваться, а точнее: выходить на дополнительные смены. К сожалению, такая участь настигла и Тэхёна, поэтому последние две недели мужчина ходит на работу каждый день, и теперь без каких-либо выходных. Чонгук понимает сложившуюся ситуацию, поэтому ничего против не говорит, и всячески старается поддержать возлюбленного, за что тот искренне благодарит. Пока Тэхён теряется в днях, которые сплетаются в один, Чонгук прекрасно помнит об одной важной дате, которая очень быстро наступает. Желая порадовать прямо с утра возлюбленного, мужчина приготавливает завтрак, делает кофе, и всё это на подносе преподносит Тэхёну в постель, пока пытается разбудить. Тот достаточно быстро открывает глаза, видимо, привыкнув к подъему, и, заметив поднос в чужих руках, расплывается в улыбке. — Доброе утро, крошка, — с широкой улыбкой шёпотом проговаривает Чонгук, плюхаясь рядом. — Можешь, вместо каких-либо слов, поцеловать меня… знаешь же, что это будет самым лучшим подарком для меня. — Доброе утро, — со счастливой улыбкой сразу отвечает Тэхён и, оставив легкий поцелуй на чужих губах, осматривает завтрак с восторгом. — Ты такой романтичный, Чонгуки. — Я бы готовил для тебя каждый день, но ты знаешь, что я устаю… и не всегда могу что-то вкусное, тем более с утра, накашеварить, — посмеявшись, отвечает старший, кивая в сторону еды. — Кушай, скорее, а то через час тебе уже выходить на работу. А мне ехать в офис, сегодня, к счастью, выпускаю в свет свою книгу… да ещё и не под псевдонимом. Тэхён сразу смотрит удивленно, потому что не припоминает, что об этом Чонгук рассказывал. — Ты не шутишь? Серьезно? Боже мой, я так рад за тебя! — расплывшись в улыбке, брюнет обхватывает ладонями чужие щеки и звонко чмокает пару раз в губы, заставляя Чонгука хихикнуть. — Ты огромный молодец! Но почему не рассказывал? — Ты работал, а я не хотел тебя грузить… проблемами своими. — Ты меня совсем не грузишь, Чонгуки. Я рад услышать о том, что происходит. — Ну, я старался закончить к нашему дню, поэтому… очень счастлив, что мне удалось! — Все с той же радостью отвечает Чонгук, но заметив в глазах возлюбленного недопонимание, моментально убирает с лица улыбку, хмурясь. — Т-ты забыл..? — Сегодня… какой-то день? — неуверенно спрашивает Тэхён, перебирая всевозможные варианты, однако это удается с трудом, потому что мужчина даже забыл уже какой сейчас месяц. — Оу… — Чон понимает, что его возлюбленный просто-напросто забыл о их годовщине, поэтому просто сдается и, решив не расстраивать мужчину перед работой, ударяет себя по лбу, продолжая недовольно. — Какой же я придурок! Все даты перепутал… извини, крошка. — Ничего страшного, — Тэхён неловко улыбается и, вновь чмокнув любимые губы, берет с подноса кружку кофе, делая пару глотков, а затем добавляет. — Видимо, мы совсем перетрудились, что уже дни путаем. — Да… ещё раз извини, пожалуйста! Тэхён кивает и, вновь поцеловав Чонгука в губы, приступает к завтраку, пока тот, предупредив, что пойдёт в душ, покидает комнату. Чон набирает своему другу и отменяет весь сюрприз в виде любимых цветов Кима, прося подвезти их сегодня к ресторанчику ближе к концу смены. Ыну соглашается и, отключив вызов, Чонгук все же уходит в ванную комнату, чтоб понять душ и съездить в агентство для одобрения его книги и выхода её в свет. Тэхён же тем временем, позавтракав и помыв за собой посуду, достаточно быстро собирается и, получив сообщение от Соджуна о том, что он уже подъехал, быстро покидает дом, забывая совершенно о Чонгуке. Он аккуратно отвечает на чужие объятия и, сев в машину, набирает Гуку небольшое сообщение о том, что он опаздывал и за них заехал его друг, поэтому он не успел нормально попрощаться. Чон же, получив это сообщение, выдыхает немного нервно и, отключив телефон вовсе, быстро собирается, чтоб загрузить себя работой и забыть обо всем. Особенно о друге Кима. День длится достаточно медленно, но несмотря на это, книга Чонгука, наконец-то, выпущена, за что мужчина и пьет сразу в агентстве, вместе со своими помощниками. Ыну уже давно подъехал к ресторанчику, где работает Тэхён, но из-за того, что Чонгук отключил свой телефон, так и не может дозвониться до друга и попросить приехать пораньше. Но, к счастью, Гук не заставляет себя долго ждать и уже через полчаса оказывается на том же месте, держа в руках браслетик, который когда-то приглянулся Киму, поэтому, как считает Чон, это отличный повод, чтоб его подарить мужчине. Ведь тот не любит спонтанные подарки, без определенных дат. — Ты почти вовремя, — недовольно бубнит Ыну, поднимаясь со скамейки. — Я думал… — Не ворчи, пушистик, — с улыбкой отвечает Чонгук, подходя ближе к другу. — Я скучал по тебе очень-очень сильно, но из-за работы… не мог с тобой увидеться! Прости-прости! — Совсем уже забыл про меня, — с наигранной обидой проговаривает тот в ответ и, как только получает слабый удар в плечо, с улыбкой продолжает. — Я тоже скучал по тебе! — Я волнуюсь, если честно… словно, предложение ему делать хочу, — с усмешкой продолжает Гук, переводя взгляд на дверь ресторанчика. — Может, покурим? Я хочу немного расслабиться… —- Конечно. Отойдя немного в сторону, каждый достаёт то, что вошло в привычку: Чонгук свой под, а Ыну любимые сигареты. — Думаю, — начинает разговор мужчина, привлекая внимание Чонгука, и, сделав небольшую паузу из-за затяжки, продолжает, — ты волнуешься, потому что это ваша всё же первая годовщина. Она особенная. — Ох, давай не будем о ней, ладно? Я всё же хочу расслабиться, а не вновь погружаться в мысли о том, что Тэхёну, может, не понравится… тем более же он забыл о ней совсем. — Забыл? — тот сразу вскидывает брови удивленно и, заметив кивок, задумывается. — Ну, он вроде дома почти не бывает в последнее время… устал, наверное. Но ему обязательно понравится твой подарок, Чонгук. — Ладно, неважно… просто постоим так ещё несколько минут и пойдём. Я просто… ох, хочу помолчать. Хотя бы минутку, прошу. Ыну кивает, понимая, как сильно его друг переживает, поэтому просто подходит ещё ближе и аккуратно, главное по-дружески, обнимает Чона, продолжая свое любимое дело. Чонгук же просто смотрит куда-то прямо, прокручивая в голове свое каждое слово, которое необходимо будет сказать Киму, как только тот его увидит. А Тэхён тем временем, сидя за столиком вместе с Соджуном, который, отпросив и себя, и Кима у начальства на два часа раньше, просит отметить свой день рождение вместе в этом заведении. Ким не против, потому что знает, что он успеет вернуться домой к одиннадцати, как они вместе с Чоном договаривались. Именно поэтому сейчас мужчина отрывается на всю, выпивая уже третий стакан своего любимого коктейля, от которого, на удивление, быстро не вставляет. Вот только не всё идет так гладко, как планировалось. Последнее, что из произошедшего четко помнит Тэхён, так это то, что перед ним стоит Чонгук, весь в слезах, крепко сжимая в своих руках огромный букет пионов, а Соджун спокойно, полуголый, стоит рядом, довольно улыбаясь. Ким, придя более-менее в себя, так и хочет подойти к своему возлюбленному и просто попросить забрать его домой, как тот, моментально развернувшись и выбросив и цветы, и браслет, убегает прочь, оставляя мужчин одних. Выйдя из ресторанчика, он сталкивается лбом об лоб со своим другом и, стоит ему поднять глаза полные слез на Ыну, наконец, тихо проговаривает, чувствуя как горло неприятно сжимается: — О-он изменил мне… — Что? — Ыну удивленно охает и, кинув взгляд в сторону заведения, совсем не знает, что можно сказать. Он лишь заключает Чонгука в свои объятия, чтобы хоть так помочь, показать, что тот не один. — Можно к тебе..? — запинаясь, задаёт единственный вопрос Гук, крепко сжимая в руках чужую рубашку. — Прошу… просто прошу тебя, Ыну, я не хочу к нему, не хочу! Ыну знает, что это разобьет ему сердце. Ыну знает, что ему будет тяжело. Но несмотря на всё это, он соглашается и, решив оставить чужую машину тут, обещая забрать ее с утра, сажает друга на заднее сидение своей машины, скорее, покидая это злосчастное место. Он просто наблюдает за тем, как его друг убивает сам себя всю дорогу, пытаясь что-то сказать, но то ли из-за комка в горле, то ли из-за слез не может этого сделать. «Теперь я точно тебя никому не отдам, мальчик мой… больше я никому не позволю сделать тебе больно.» Ыну, доехав достаточно быстро до своего дома, выходит сначала из машины сам, а после помогает выйти и Чонгуку, что уже, чуть успокоившись, просто смотрит куда-то перед собой своими безжизненным взглядом. Последний раз такой взгляд блондин видел несколько лет назад, когда узнал, что бывший Чона покончил собой, что как раз и убило в мужчине все живое. — Я до последнего думал, что никогда не увижу этот взгляд, Чонгук… — Всё в порядке, — сухо отвечает Чонгук, а после, оказавшись на кровати, поджимает к себе ноги и, крепко обняв их, закрывает глаза, что сильно болят из-за слёз. — Добрых снов, пушистик… иди спать, пожалуйста, не делай ничего такого, что может заставить тебя пожалеть. И он не будет. Не после этих слов Чонгука. Тэхён же тем временем, окончательно придя в себя и поняв, что случилось, медленно поворачивается лицом к Соджуну, что продолжает смотреть на него с той же паршивой улыбкой. Он несколько раз делает глубокие вдохи, а после, принявшись натягивать на себя всю снятую мужчиной одежду, начинает разговор, пытаясь не разрываться. Уж точно не перед этим ублюдком. — И зачем это всё..? — Чонгук просто не был достоин тебя, — довольно улыбаясь, отвечает Соджун, также начиная одеваться. — Точнее, ты не достоин Чонгука, после всего произошедшего… — Что ты несёшь?! — выкрикнув, мужчина поднимает полные боли глаза на друга, всё ещё пытаясь сдерживать все свои эмоции. — Ты не… — А что, хочешь сказать, что ты заслуживаешь Чонгука?! — усмехается тот. — Он пришел к тебе, чтоб поздравить с годовщиной, а ты сидишь на мне, пытаясь сорвать с меня одежду, и говоришь о том, как сильно хочешь меня… низко, ой, как низко! — Я даже не помню, что произошло! — Тэхён резко замирает на пуговицах рубашки, тихо повторяя то, что только что сказал, а затем поднимает растерянный взгляд на мужчину. — Почему я не помню? Это ведь из-за тебя, мудак, да?! — Ну, я совсем немного подмешал в твой коктейль и стимулятор для, так сказать, интимного желания, и легкие наркотики… — Что!? Тэхён осматривается и, схватив какие-то листы, скорее всего с заказами продуктов, сворачивает их, а затем начинает бить Соджуна, что есть силы, пока все же слезы текут по щекам, а с губ слетают лишь оскорбления в чужой адрес. На которые мужчина никак не обращает внимание и, резко схватив младшего за горло, прижимает к стене, а после с ненавистью во взгляде проговаривает: — Раз ты отказал мне в отношениях, то пусть теперь Чонгук откажет тебе, ублюдок… мне никто и никогда не отказывал, слышишь? Я заставил тебя пожалеть о содеянном, а теперь можешь бежать и ноги Чону умолять, чтоб он тебя простил… но всё же я надеюсь, он никогда этого не сделает, и ты останешься один. После этих слов Соджун все же отпускает брюнета и, развернувшись, уходит прочь, оставляя мужчину наедине. Тэхён медленно садится на пол, немного прокашливаясь, прежде чем в слезах не начать звонить сначала Чонгуку, а потом Ыну. Пока в телефоне слышатся гудки, брюнет кидает взгляд на цветы, брошенные Чонгуком, и украшение, которое когда-то хотел Тэхён, и истерика накрывает головой, как и чувство вины. — Ты ещё, после всего этого, пытаешься звонить Чонгуку?! Ты совсем ебанутый?! — не сдержавшись, отвечает на звонок Ыну, быстро покидая спальню, в которой спит Чонгук. — Я только успокоил его, а ты… что ты хочешь от него, блять?! Смерти?! Так не надейся, я тебе не позволю, слышишь? — П-послушай, Ыну… — Я предупреждал тебя?! Предупреждал, Тэхён… поэтому теперь даже не надейся увидеть Чонгука, теперь я точно не позволю никому его обидеть. Даже если мы не будем с ним вместе, я никому его не отдам… никогда, слышишь? Никогда! — Ыну, пожалуйста, послушай… — Тэхён делает небольшую паузу, чтобы сглотнуть ком, который мешает говорить. — Э-это подстава. Я идиот, что не слушал Вас, но… но я бы н-никогда не полез к другому. — Думаешь, я тебе поверю? — П-пожалуйста, — выходит слишком жалобно. — Я… Мне нужно было уволиться, но я не мог, — мужчина замолкает вновь, кидая взгляд на дверь, боясь, что за ним следят. — Я не хотел ничего этого. Блядство. — Где ты? Не то, чтобы Ыну всем сердцем желал помочь Чонгуку и Тэхёну сойтись вновь, но если Киму всё же удастся предъявить доказательства, то так тому и быть, он поможет. Но если нет, то Ыну сделает все, чтоб эта встреча была их последней, раз и навсегда. Тэхён же тем временем быстро отвечает, боясь, что старший может передумать, дополняя свой ответ тем, что будет ждать в парке, у ресторанчика, чтоб не пересечься больше с Соджуном. На что мужчина кивает и, попросив его подождать немного, всё же выдвигается в путь, надеясь, что Чонгук будет крепко спать и не встанет раньше времени. Ким, быстро собравшись, покидает ресторанчик, кидая его хозяину лишь напоследок что-то невнятное, прежде чем скрыться в бесконечных лабиринтах парка, где он частенько гулял с Соджуном. Воспоминания об этом проходятся неприятной, режущей болью по сердцу, от чего мужчина сжимает футболку в области груди, в надежде, что это поможет ему, хоть ненадолго, скрыть боль. Всё, о чём ему нужно думать, так это о Чонгуке, перед которым придется на коленях ползать и умолять его, простить, а также довериться вновь. Хоть такое выполнить очень сложно. — Вперёд, Тэхён, я внимательно тебя слушаю, — спокойно проговаривает, зашедший на территорию парка, Чха, держа в руках ключи от машины, которые судорожно перебирает, чувствуя напряжение. — Но знай, если я не найду доказательств, что ты реально невиновен, я своими же руками придушу тебя. Ким кивает и, пару раз постучав по месту рядом, дожидается, когда Чонов друг присядет рядом, а после, когда тот всё же выполняет его немую просьбу, начинает свой рассказ. Ыну внимательно слушает мужчину и, почувствовав то самое сочувствие к нему, подсаживается поближе и вовлекает в свои объятия, нервно выдыхая. Он никогда и подумать не мог, что когда-нибудь будет сидеть вот так с Тэхёном, выслушивать его и помогать вернуться Чонгука, потому что всегда мечтал оказаться на месте Кима. Но, к сожалению, всё тщетно. — М-мы можем поехать в больницу, и… я сдам анализы, я уверен, они обнаружат все вещества, которыми меня напичкал Соджун. — Тэхён, — схмурившись, Ыну немного отсаживается и, сложив руки на груди, продолжает, смотря в красные, от слез, глаза напротив. – Даже если мы докажем твою невиновность, даже если Чонгук простит эту «измену», - последнее мужчина берет в кавычки, - то вряд ли он простит то, что ты его не послушал… хоть он предупреждал. Он чувствовал. - Что мне сделать, Ыну? Ч-что, скажи? – вновь начав рыдать, Тэхён закрывает руками лицо, с каждой минутой ощущая к себе ненависть всё сильнее и сильнее. — Я ублюдок, знаю! Знаю я, что подло поступил с человеком, который любит меня всем сердцем, знаю-знаю! Н-но… на то мы и люди, чтоб ошибаться… — Ты читал книгу Чонгука? — Что? — хмурится тот, поднимая взгляд на старшего. — К чему сейчас книга Чона..? Блондин слабо улыбается и, достав из кармана телефон, быстро открывает записи своего друга, что каждый день кидал ему, в надежде получить оценку и поддержку, потому что Тэхён ему этого не давал. И не потому что не хотел, а потому что уставал на работе и не успел прочесть что-то новое, постоянно откладывая на потом, чтоб прочесть уже готовый результат. Ким трясущимися руками берет чужой телефон и, пробежавшись сначала по названию, а после по описанию, понимает, в чем дело. Чонгук все предвидел. — Не говори, что… — Чонгук тебе говорил, что от судьбы не сбежать? — Тэхён кивает, и Ыну расплывается в улыбке, уводя взгляд в сторону. — Вот и мне он об этом говорил, поэтому… решил доказать, написав книгу. — Но он смог остановить измену своим присутствием, значит, судьбу изменить можно, да? — с ноткой надежды продолжает Ким, хватая блондина за руки. — Прошу, Ыну, скажи… — Да, избежать измену удалось… но прощение ты вряд ли получишь. Он будет жить с тобой, будет говорить, что любит, потому что на самом деле очень сильно любит тебя, Тэхён. Но верить твоему «люблю тебя», он уже никогда не сможет. — Я никогда не заслужу его доверия обратно… верно? — услышав в ответ лишь «возможно», Тэхён кидает взгляд на пионы, которые положил до этого рядом с собой, а затем на свое запястье, которое украшает браслет. — Если бы можно было выбрать какую-нибудь способность, то я бы хотел уметь перематывать время. — Ты как-нибудь держись, ладно? — Ыну пару раз ударяет мужчину по спине и, поднявшись на ноги, кивает в сторону выхода. — Я пойду, а ты… сам сможешь добраться до дома или тебя подвезти? — Я справлюсь, а ты… должен быть рядом с Чонгуком сейчас. Когда я смогу его увидеть? Старший лишь пожимает плечами, наблюдая за действиями Кима, который, поднявшись на ноги следом, аккуратно берет в руки цветы, прижимая к своей груди, а после все же отвечает, сам начиная сомневаться в собственных словах. Ведь Чонгук вряд ли уедет куда-то, вряд ли не захочет видеть своего возлюбленного и вряд ли простит друга, если он запретит тому видеться с Тэхёном. Чонгук — самый сложный персонаж для понимания. — Думаю, тогда, когда он захочет тебя видеть, Тэхён. Но, если этого не произойдет, не злись ни на меня, ни на него… я просто куплю билеты, и мы вместе улетим куда-нибудь подальше отсюда. — Я буду ждать его дома, — Тэхён достает телефон из кармана и заказывает себе такси, надеясь, что доберется до дома без проблем. — Я не могу к нему приехать, да? — Почему спрашиваешь у меня, м? Разве тебя когда-то чужое мнение волновало? Вроде бы, нет… так, в чём проблема вновь делать всё, что велит твоё сердце? Ыну знает, что относится к Тэхёну уж слишком строго, но также он знает, что если этому мужчине дать слабину, он сдастся и больше ничего не будет предпринимать. Совсем ничего. — Тем более это твоя жизнь и твой Чонгук, пока что, конечно. — Тогда… могу я поехать с тобой? — интересуется аккуратно Ким, с огромным сожалением смотря в чужие глаза. — Пожалуйста? Лучше решить всё это быстрее, чем… тянуть. — Только с одним условием: ты дашь ему выспаться и поговоришь с ним утром. Для тебя я подготовлю комнату для гостей, а сам переночую с Чоном… — заметив хмурый взгляд младшего, блондин тяжело вздыхает, закатывая глаза, прежде чем продолжить, — но не думай, ничего я предпринимать не буду. По крайней мере, сейчас. — Хорошо, — нервно выдохнув, Тэхён отменяет такси и вместе с мужчиной идёт в сторону его машины. — И спасибо, что приехал и послушал… — Не думай, что я это делаю лишь ради тебя, Тэхён. Знай, что я также страдаю из-за этой ситуации, потому что… иду против зова своего сердца. — Я так не думаю, но всё равно спасибо тебе. Ыну не отвечает на это и, дойдя до машины, садится за руль, пока Тэхён занимает переднее место рядом. Они молча доезжают до дома, и блондин, как и обещал, подготавливает комнату для Тэхёна, который в свою очередь пока ставит цветы в вазу. Он благодарит Ыну за гостеприимство, а зачем, закрывшись в спальне, планирует просить здесь до следующего дня, чтоб побыть наедине с собой и обдумать все, что произошло. На что, к счастью, Ыну никак не реагирует и ничего не говорит, просто решая заняться своими делами, а после уйти спать, о чем и предупреждал Тэхёна. Ночь проходит для всех очень быстро, кроме Тэхёна. Мужчина постоянно ворочался, выходил пить воду, обмывать лицо, чтоб более-менее успокоить собственные мысли. И сейчас, когда в дверь стучат, Тэхён тут же поднимается с кровати и, подбежав к ней, открывает ее, пропуская Ыну в свою временную комнату, моментально начиная закидывать его разными вопросами: — Чонгук проснулся? Как он себя чувствует? Всё хорошо? Я могу выйти? Могу поговорить с ним? Я… — Притормози, — устало отвечает блондин, хватаясь за голову. — Не думал, что ты такой говорун с утра… и да, Чонгук проснулся, так что делай, что хочешь. Я буду на кухне, готовить завтрак, меня не трогать. Когда я голодный, я очень злой. Ясно? Тэхён кивает и взглядом провожает старшего, устало выдыхая. «Надеюсь, он захочет со мной говорить… а если нет, то лучше мне его оставить и больше не тревожить», — мысленно проговаривает Ким, укладывая свою руку на дверную ручку комнаты, в которой находится Чон. — «Что ж, будь, что будет». Тэхён заваливается в комнату и, поймав на себе удивлённый взгляд, закрывает за собой дверь, начиная диалог: — Я понимаю, что ты сейчас на меня безумно злишься и обижен, но, пожалуйста, послушай меня. Я был абсолютно не прав, когда не слушал вас, и надеялся, как дурак, что все будет нормально. Это принесло ужасные последствия, одним из которых стала эта отвратительная подстава вчера на годовщину. Я в здравом уме ни к кому другому не полезу. Тэхён на секунду замолкает, опускает голову виновато и, облизнув пересохшие губы, продолжает: — Соджун подмешал мне препараты просто. Воспользовался этим. Сказал, что… раз я отказал ему, то теперь разрушит наши отношения. — Я знаю, — спокойно отвечает старший и, получше укутавшись одеялом, принимает более удобную для диалога позу, смотря на Кима всё тем же разочарованным взглядом. — И всё в порядке, я не злюсь, не обижаюсь… просто я убит, и я думаю что, это нормально. — Тебе Ыну все рассказал? — тихо спрашивает Тэхён, пока аккуратно делает несколько шагов вперед поближе. — Нет. — Но… — мужчина на минуту замирает и, вспомнив слова Ыну о книге, кивает несколько раз, продолжая. — Да, книга. — Да, Тэхён, книга… — усмехается Чон, кивая в сторону кровати, тем самым приглашая младшего на неё присесть. Но не слишком близко. — Та самая книга, которую ты сам отказался читать, хотя обещал мне, что сделаешь это, когда будешь посвободнее, но ты вновь меня проигнорировал. Как и проигнорировал мои чувства. — Я не игнорировал, Чонгук… — мужчина разочарованно вздыхает и присаживается на край кровати, аккуратно укладывая свою руку поверх чужой ноги. — И никогда не хотел. Ты сам видел, что я был занят сильно. — Раньше ты просил меня читать каждую мою запись, но что сейчас изменилось-то, Тэхён? Если ты меня разлюбил, то… — Я не разлюбил тебя! — резко выкрикивает Тэхён, крепче сжимая чужую ногу. — Я люблю тебя всё также сильно, как и любил раньше, понимаешь? Люблю! И, быть может, даже сильнее, чем раньше! Чонгук понимающе кивает, переводя взгляд на кимову руку. — Тогда, почему ты так поменялся? — Я… я не знаю, — брюнет разочарованно вздыхает. — Возможно, слишком много переживаний, загрузки, и я просто идиот, что не замечал этого за собой. — Хватит давить мне на жалость этим: я просто идиот, и тому подобное, Тэхён. Я же сказал, что не злюсь на тебя, не обижаюсь, ничего. Я просто больше не смогу тебе доверять, как раньше… я в принципе никому не смогу доверять. Если ты собираешься продолжать в том же духе, то лучше езжай домой, ладно? — Прости. — Езжай домой, — шепотом продолжает Гук, уводя взгляд в сторону. — И руку убери. — Что мне сделать, чтоб ты… — Хватит! Выкрикивает старший, поднимая злой взгляд на Тэ. — Просто, блять, хватит! Пусть будет так, как было и раньше, будем и дальше играть счастливую пару… но не здесь. Ты как хочешь, но я сегодня же покупаю билеты обратно в Корею… — Я поеду с тобой куда угодно, — тихо проговаривает Тэхён и поднимает сожалеющий взгляд на мужчину, надеясь, что тот не разозлится сильнее. — И... мне жаль, что я забыл о годовщине. Почему ты сказал тогда, что сам перепутал дни? — Потому что ты знаешь, как сильно я не люблю расстраивать тебя, особенно по пустякам, крошка… — поняв, что сказал слишком многое, Чонгук слабо ударяет себя по губам, отрицательно мотая головой. — Тэхён, просто забей и сделай вид, будто ничего не было. Забыл о моих словах, что ли? Ким отрицательно мотает головой, чувствуя, как что-то пронзает его сердце, заставляя замычать от невыносимой боли. — Всё в порядке, Тэхён, — хоть и сам Гук в это не верит, но всячески пытается поддержать своего возлюбленного, которого любит до сих пор. Поэтому, дождавшись, когда тот опустив голову вниз, подсаживается поближе и вовлекает в свои крепкие объятия, тихо продолжая. — Я люблю тебя. Всё хорошо. Правда. Всё хорошо. Тэхён пускает слезу, прекрасно понимая, что ничего не хорошо и навряд ли это «хорошо» когда-нибудь уже настанет, даже вернувшись в Корею, что, кстати, происходит уже через день. Ыну решил не ехать, поэтому лишь просто обещает, что даже на расстоянии будет помогать, чем только может, за что Чонгук его благодарит, а Тэхён готов провалиться под землю. И вроде можно начать заново строить счастливую жизнь, но чувство вины Тэхёна не отпускает: за то, что не слушал, за то, что пришлось вернуться из Америки, где Чонгук хотел начать новую жизнь, где вернулся к писательству. Его поглощает вина за то, что не смог сдержать собственное обещание, что обмануть судьбу получится. Кажется, что поцелуи, объятия и слова любви все те же, но почему-то каждый раз режут по сердцу, заставляя напомнить о том, что доверие Чонгука вернуть, вероятно, уже никогда не получится, что тоже помешает вернуть то счастье, которое теперь утеряно. «Я люблю тебя», - говорит каждый день Тэхён мужчине, который на это улыбается с некой болью, отвечая тем же. Может со временем боль от произошедшего немного пройдет и станет легче жить, но на совсем она никогда не покинет сердца и будет рано или поздно напоминать о себе.