Свитки листьев шелковицы

Вино приятно согревает горло. Такое и императору не стыдно подать: мёд горный, а не вино, а пьётся, словно кристальная вода. Сладчайшее, а голова после него чистая-чистая, будто не пил вовсе. Отличное вино, чтобы праздновать. Хуже не придумаешь, чтобы заливать печаль. Знал Сяо Хуа, что приносить. Призрачный засранец. И ведь улыбается, зараза. Прячет усмешку вежливо за ленивыми взмахами веера, но нет-нет да запляшут смешинки в глазах. Вот кто бы предположил, что этот шкодливый мальчишка — грозный владыка Долины? Бессердечные призраки не смотрят с любопытством, ожидая реакции, словно драгоценного дара. — Неплохо, — позволяет себе склонить голову Сяцзы, старательно не запоминая, как вспыхивает взгляд Сяо Хуа. Не задумываясь, что призрак воспримет это поощрением. Не давая ему возможность продолжать. Конечно, нет. Хо Сюсю, сидящая возле старшего, тоже вспыхивает. Правда, по другой причине. Можно даже сказать, закипает, начиная что-то вроде «да ты хоть знаешь, слепой, чего это стоило…», но осекается под мягким укором Сяо Хуа. Тот безмолвствует, но смотрит так, что ясно: продолжать не стоит. Расстроится. А расстроенный Сяо Хуа… Н-да… Сяцзы сию пантомиму старательно не замечает. Он занят — у него вино, ясно? Грех было бы дать такому прекрасному напитку пропасть. Раз уж Сяо Хуа так старался. Это исключительно ради вина, и совершенно не повлияет на его упорное желание не выжить. Просто… Надо ценить каждый оставшийся момент. И улыбка Се Юйхуа, редкая в своей искренности, излишне человеческая для Владыки Призраков, тут совсем не при чём. Гвозди противно ноют в груди. Мир на мгновение вспыхивает белым — а когда проясняется, Сяцзы уже знает, кому принадлежит поддержавшая качнувшуюся чарку ладонь. Сяо Хуа притворяется не меньше, чем он сам: принимает вид влюблённой лисицы, поёт сладко, что забыл подогреть — не сердись, дорогой Сяцзы, шепчет лукаво. Слова с делом у него не расходятся. И если импульс ци, мягко согревший нефрит чаши, вдруг покалывает искорками пересохшие меридианы — это лишь повод обвинить Се Юйхуа в неумелости. Мягкий лисий хвост заметает следы на снегу — куда там придворным интриганам. Сяцзы салютует ему в ответ. Вино льётся, словно вода. Без вкуса и смысла.