Глава 17.
21 декабря 2023 г., 00:33
1973 год. Ноябрь. Хогвартс.
Много ли терпения понадобилось Регулусу чтобы в тот миг не ринутся за сестрой? Все. Однако, он понимал, что порой бывают вещи важнее перепалок с другом Сириуса. И это, сидит прямо перед ним листая книги по ядам и слушая мини лекцию о них. Барти Крауч был как будто в своем пузыре, не замечая никого и ничего, кроме Блэка. Тщательно записывая все его слова в тетрадь, подчеркивая важную информацию. Его билет в светлое будущее. Сложно, конечно, сказать, что сам парень изменит мировоззрение Магического Мира, но через него он попадет к тому, кто сможет это сделать.
— Я прочитал много книг о ядах, но нигде не было указано о таких подробностях. – парень скептически повернул ему лист бумаги. – Откуда это?
— Из семейной библиотеки, яды страсть моей матушки. – Регулус все пытался найти момент для беседы, включающей в себя что-то кроме ядов. – В детстве она нанимала множество репетиторов для нас, но я всегда тянулся к большим знаниям, которые, возможно, смогут изменить мир.
— Хочешь уйти в научную деятельность?
— Была бы моя воля, возможно. – Блэк слегка наклонился к нему будто собирался выдать страшный секрет. – Жаль, что вся семья против, настаивают на политике.
Голубые глаза парня опасно сверкнули. Вот оно. Хмыкнув Барти продолжил изучать написанную информацию.
— На чем же настаивает твоя семья? – опасно, очень опасно было спрашивать напрямую, но терпения было уже не так много. Крауч представлял собой испуганного кролика, один неверный шаг и он убежит так быстро, что не поймаешь. – Твой отец недавно обедал у нас, вели какие-то важные переговоры, он сказал, что ты очень способный.
Слизеринец поджал губы.
— Возможно, ему стоит говорить об этом собственному сыну, а не людям, с которыми он обедает.
— Понимаю, родителям тоже всегда было недостаточно. Они все настаивали на том, что мы должны быть лучше, совершеннее. – Регулус невзначай отвел глаза, будто это ему причиняло хоть какую-то боль. – Помню я выбил как-то нам каникулы у нашего дяди лишь бы не сидеть за уроками все лето, удивительно, но именно в тот момент я понял, что знания моя страсть.
— Ты попросился на лето к дяде и в итоге просидел за книжками?
— Ну не то, чтобы все время, но я бывал в библиотеке постоянно.
Не имеет значение что это было для того, чтобы меньше видеть Сириуса.
— Если бы у меня был такой шанс я бы к ней не приближался максимально долго. – он выплюнул это слова и сразу же понял, что сболтнул лишнего. – Нет, я не это имел в виду. Просто, устал. Пожалуй, закончим на этом, думаю этого хватит для проекта.
— Как угодно, но помни Барти, я понимаю какого это, когда от тебя требуют слишком много.
Он кивнул.
Собирая свои вещи, Крауч старался не смотреть в пронзительные глаза своего собеседника. Возможно, ему стоило выговорится, и станет легче. Рассказать о том, что у него никогда не было нормальных летних каникул, что его семья тоже настаивает на политике, хотя увлекается он совершенно другим, что отец требует слишком многого, что на первом курсе у него был друг, но их общение быстро оборвали, когда увидели что оценка по одному предмету была Выше Ожидаемого, а не Превосходно.
Все это копило такой клубок злости и ненависти внутри него, что в один момент у Барти появилось только одно желание, быть подальше от своей семьи. Подальше от идеального отца и вечно безучастной матери, подальше от противных кузенов, которые то и дело задирали его, говоря, что он зубрила, который ничего не добьется в жизни, потому что не знает каково это жить.
Потому что он правда не знает, как жить. Как проводить летние каникулы с друзьями, как увлекаться чем то, что не одобрил отец, как не сидеть в библиотеке до ее закрытия проверяя все свое домашнее задание. Он ничего не знал.
Возможно, Регулус Блэк его поймет?
***
Луиза наблюдала как ее подруга выкидывает одно платье за другим. Британский Магический Театр был местом сборища самых высших слоев волшебников, но даже там, не каждому удавалось выкупить ложу. Это не было местом куда ты мог ходить каждую неделю, постановки порой не игрались месяцами, это было политикой театра. Все было продумано до мельчайших деталей. — И откуда же у маленького Блэка такие подарки? — Какая разница откуда, главное, что они есть. – она придирчиво рассматривала изумрудное платье и отложила его в кучу под названием «посмотрим». – Он сказал, что мой план воссоединения семьи хорошая идея, поэтому, видимо, напряг родителей. — И тебе этого достаточно чтобы просить его выходку на вечеринке? – слизеринка скептически выгнула бровь. Блэк была слишком доброй к своим братьям, прощала их буквально за все, а они и рады пользоваться. — Я знаю о чем ты думаешь. – девушка устало вздохнула и упала на кровать. – Но Регулус мой брат, и Сириус тоже. У меня нет никого кроме них. — У тебя есть я. О, а еще Розье, Рабастан и другая куча кузенов с факультета. – Луиза загибала пальцы на руке в качестве доказательства. – И я не могу забыть Поттера, парень не без недостатков, но никто не идеален. — Я не забыла о вас, просто… – пытаясь себя отвлечь она продолжила копаться в шкафу. – Мы выросли вместе, их отец забрал меня из Франции, пока мамина семья отреклась от меня. Сириус рассказывал, что monsieur Орион даже не думал о других вариантах, когда узнал. Кто знает, как бы сложилась моя судьба без них. — У Друэллы и Сигнуса три дочери, думаю придумали бы что-нибудь. — Но тем не менее, забрал меня monsieur Орион, а не они. — Черное. – Забини понимала куда заходит их разговор, и знала какую боль он причиняет ее подруге. Это не то, чего она хотела. Увидев вопросительный взгляд, она объяснила. – Выбери черное платье, ты всегда в нем на светских мероприятиях. — Думаешь не будет слишком банально? — Блэки никогда не выглядят банально в черном, это ваш цвет. – убрав волосы с ее шеи девушка собрала их в подобие прически. – а тут будет изумрудное ожерелье Миссис Блэк, которое она дарила тебе в прошлом году на день рождения. — Я привезла по меньшей мере около десяти черных платьев. – Терцея хмыкнула, соглашаясь, что вариант действительно был отличным. – какое из них? — У нас свободное утро, думаю что-нибудь найдем. Кстати, о дне рождения, что подаришь большому Блэку сегодня? — Я голову сломала, что ему подарить! Кошмар какой-то, у него есть все. – девушка зарылась поглубже в шкаф вытаскивая из него коробку. – Но придумать кое-что удалось. Аккуратно положив холст поверх платьев, девушка начала его разворачивать. Забини видела множество картин ее подруги, но эта… В ней было что-то личное, тайное и сокровенное. Одна из комнат в поместье, скорее всего ее или самого парня, легкий свет из окна, корзина фруктов и Сириус Блэк лежавший на кровати рассматривающий яблоко. Луиза отвернулась как будто застала интимную встречу. Эта картина сама по себе являлась чем-то интимным. Слизеринка перевернула холст чтобы показать название. «1972 год. Август. Старший наследник Великого и Благородного дома Блэк украл яблоко». — Написала карандашом, потому что думаю изменить название, как думаешь не слишком дерзко? – Терцея прикусила большой палец в волнении. Она еще никому ее не показывала. — Сириус и дерзко это синонимы, оставь как есть. — Одним летом, Сириус опять был наказан, кажется за то, что поджег павлинов monsieur Малфоя. Я приходила к нему каждый вечер, и мы разговаривали или играли в какие-то глупые игры, уверена большинство из них он сам придумал. – говорила она, заворачивая холст обратно. – но в какую-то ночь меня поймали и сказали больше не нарушать правил, я перестала к нему приходить. Сириус нашел меня через три дня ворвавшись в мою комнату и украл яблоко, чтобы поговорить. — И ты опять начала ходить к нему? — Нет, мы повздорили из-за того, что я сказала о том, что ему следует быть сдержаннее. После этого я никогда не просила брата о таком, потому что поняла, это убьет его. — Картина — это твое извинение, за тот разговор. – поняла Луиза, размышляя насколько сильно подруга продумала подарок. Это было что-то большее, то, что поймут только они.***
Найти именинника оказалось несложно. Завтрак давно подошел к концу, значит он сидел либо у себя в комнате, ведя отсчет до постановки, либо бегал по Хогвартсу с Мародерами. На третьем курсе они в один момент поделились что им не хватает названия их союзу и выбрали Мародеры. Сириус объяснил это тем, что они постоянно устраивают шалости, а свое новое прозвище взял от monsieur Альфарда. Причем тут Бродяга и monsieur Альфард он объяснять не стал. Дождавшись хоть кого-нибудь выходящего из гостиной Грифиндора, Терцея попросила позвать брата. — Сириус, к тебе там сестра пришла, впустить? – однокурсник Роланд Пибоди просунул голову в их спальню. — Цея? Конечно впускай, чего стоишь? – Блэк подорвался с кровати стараясь спрятать маленький беспорядок, который царил всегда. Джеймс так же начал собирать свои носки и прятать их под кровать в надежде привести их берлогу в более-менее порядочный вид. Раздался стук. – Цея, если это ты, то подожди пока Питер натянет трусы! — Эй, я вообще то одет. – пропищал Хвост, сразу же спрятав покрасневшее лицо за книжкой, которую его заставил читать Люпин. Хохот усилился, и в комнате воцарился небольшой порядок. — Прошу пожаловать в нашу обитель, юная леди. – брат открыл перед ней дверь с протянутой рукой. – Тут, конечно, мало что изменилось с твоего последнего визита, но мы постарались одеть на Хвоста хоть что-нибудь. — С днем рождения, Сириус. – слизеринка крепко обняла его, вставая на носочки, чтобы сократить их разницу в росте. – Надеюсь все твои желания исполнятся. — Они исполнились, как только ты вошла, мы уже выезжаем? – парень не то, чтобы рассчитывал встретить ее до того, как они уедут, но, чтобы она сама пришла к нему вгоняло в недоразумение. — Я пришла подарить подарок. Бродяга только сейчас заметил холст у нее за спиной. Он немного разочаровался от выбора подарка, но не подал вида, зная, как ее это заденет. Надев лучшую блэковскую ухмылку из арсенала, Сириус положил его на кровать и начал разворачивать. Сначала ему показалось что это просто натюрморт, которые десятками лежат на чердаке Гриммо, 12. Явно одна из комнат в поместье на севере Англии, зеленые стены, шёлковое белье на кровати и он. Блэк раскинулся на простынях своей сестры рассматривая яблоко, ему потребовалось пару мгновений чтобы найти этот день в своей памяти. Он нашел ее, чтобы выяснить причину отсутствия, а после бросил. — Переверни. «1972 год. Август. Сириус Блэк украл яблоко.» Чуть ниже была подпись. ”Sois toujours fidèle à toi-même, Sirius Orion Black.” — Я решила, что ты был прав, когда попросил ее украсить тобой, ведь без тебя она просто бы была одним натюрмортом, хранящимся в моей комнате. В этот момент, он понял, что его любовь была чем-то неизбежным. Никто просто не мог не влюбиться в Терцею Блэк. Она была всем. — Je t'aime.
