История хоррора: О дивный пошлый мир.

Сансы успокоились после этого разговора и стали есть и тихо слушать, как эти монстры переговаривались о том, что будут делать дальше. Санса не понимала и трети имён, которые они обсуждали, и что за буквенный план они с ним будут делать. Спрашивать им было стрёмно. Им просто нужны были надзиратели над слабаками, что могут навредить репутации семей, и скорее всего их слова про то, что они могут и не могут, были всем списком. Это радовало. Когда первое и второе было съедено и только стали проносить десерт, в ресторан заглянула тройка монстров. Тигр с огненно пылающей шерстью, ящер с тремя языками, коими тот облизывался, и карлик с тремя длинными руками. Те вошли в центр и, кинув один из столов вверх, ящер начинает говорить. — У вас есть крыша или как? Я так понимаю, что нет. Тигр выпустил свои когти и стал целиться в официантов. — Сдвинетесь — и с вас полетят головы. Официанты остановились и стали чего-то ждать. Монстры, которые ели, слегка напряглись, и летающая мышь в джинсах начала вставать. В этот момент из кухни вышел большой монстр, что слегка горбился в ресторане. Это был гуманоид в очках и копне волос в виде шарика, прикреплённой иглой с кружком на не остром конце, что тот вытащил и стал крутить её в руке. Выглядел он как многоножка с костяной маской вместо лица, что прикрывала гуманоидный рот. — Мелкие монстры решили заглянуть в мою милую обитель? Неужели ночной рейнджер теперь так работает? Или как? Давно я про него не слышал. Тигр выпустил энергию из когтей в сторону гуманоида, что разрушил его свой плащом, что украшал его халат и шорты. Этот большой монстр был главой этого места, что был зол на этих детишек. — Что ты за чмо такое? — со всей злостью орёт на него тигр. — Я тут управляющий. Так что как насчёт быть у меня под крышей? Неплохо плачу, как раз покроете расходы на то, что уже сделали, — говорит глава этого заведения, улыбнувшись. — А что если нет? — ящер улыбнулся. — Тогда все те, кто тут едят, думаю, вы не против кровавого фестиваля тут в обмен на то, что за не отданную пока еду вы не заплатите. — Да, это нас устраивает, — после этого мышь садится обратно за свой стул и начинает наблюдать. Глава ресторана исчез на мгновение, и тигр через ещё мгновение оказался на потолке. Через пару мгновений он оказался около ящера, чью пасть он берёт и выкидывает в колонну около центра зала. Карлик же успел отреагировать и со всей скорости врезался в его грудину. Его одежда слегка рвётся от такого, его настроение портится. Карлик не успел отлететь из зоны ближнего боя, из-за чего попал в объятия. — Извини, но мне не нравится рванина, так что давай говорить! Карлик своими тремя руками пытался что-то сделать с глазами, но выходило скверно. По итогу тело карлика стало сдаваться, тот вырубился, начиная течь кровью из глаз и носа. От этого запаха гигант отпустил бедолагу и сказал всем: — Представление окончено. Вынесите отсюда этот мусор, им ещё много надо будет отработать и проверить. Мне такие случайности не по душе. — У нас не так много подобного оборудования осталось, — сказал один из официантов. Гигант уходит, увидев, что так же испачкал свой плащ, рукав и пол кровью своей иглой, которая порезала руку последнему из этой тройки. — Убирайтесь тут. Я похоронил уже достаточно, чтобы не выносить уже этот запах. После представления посетителей продолжали обслуживать. Отряд ничего не рефлексировал из-за этого и продолжал дальше обсуждать планы, другие посетители, что успели прийти сюда, пока те ели, стали обсуждать подобное. Сансы же стали обсуждать, как что-то из этого получить. Вернее, только Сайдар, которого Черри смог за пару фраз заставить понять, что тут помощь никому не нужна. Особенно от них, в их весьма шатком положении. Когда десерт был весь съеден, отряд сказал скелетам: — Как будете добираться? Обратно за просто так не повезём. Скелеты просто уходили за ближайшую колонну, сообщив им: — Я пройду по короткому пути. Скелеты действительно исчезли за ближайшей колонной.

***

Уже в доме восстановившийся Папирус решил завести с ним разговор с истерикой: — Где вы пропадали? Хотите моей ледяной смерти? — Да так, договаривались с теми, кому она была бы полезнее, но по итогу мы договорились, и мы можем управлять в этой псарне. Папирус впал в шок. Куда пошли? Что они сделали? Они лишь шутят и обманывают, покрывая что-то? Их запах показывал, что на мусорную свалку они не заглядывали. И на запах бара Гриллби не похоже. Запах горелого дерева и лёгкий смог от самого бара легко впитывается в одежду, а тут что-то приятнее и вкуснее. — Да, брат, теперь мы главы гвардии. Пока без церемонии. Нам надо привести себя в нормальный вид. Особенно череп нашего пробитого. Я уверен, скоро ты обрастёшь мхом, Сайдар, — сказал Черри, слегка покрутив глазами. — И где же тут ванная? — Для начала насладись видом. Через пару мгновений они оказались около окна на башне в пределах дома. Им открылся вид на город. Выглядит сам город не очень, но леса около него, пускай временами кривы и косы, но вполне смотрится. Его леса из-за того, что случилось с экологией, выглядят так же издалека. Может, среди них можно будет что-то найти помимо ловушек и одичавших монстров. Душевая комната сохранилась превосходно на фоне большинства комнат дома. Пускай это связано с тем, что сюда почти не заглядывали. Шторы провоняли чем-то и прилипли к стенам в одном положении. Пыль местами можно соскребать ножом с пола, на котором остались следы от ног скелетов. Стиральная машина, упавший на бок большой шкаф и креслице около окна были соседями с душевой кабиной, в которой валялись одним комком приспособления для ванной. Шампунь, куски мыла и разного размера щётки для костей. — Выглядит это место лучше остального дома, хотя малость заброшено. — Видимо, алкоголь и хождение по воздуху плохо сочетаются. Я тут бывал, когда мог, а вот Папирус нет. Пойду его понюхаю. Вдруг воняет хуже, чем бар Гриллби. Черри исчез и оставил своего приятеля самого играться с этим аппаратом. Ванна была бы прекрасным завершением адаптации к этому миру. Сидишь и отдыхаешь в бульоне из самого себя для завершения этого превосходства. Худшее для Сайдара было то, что он выбрал неправильное направление тумблера, и его тело оросили холодные капли воды, заставив кричать и отпрыгнуть из кабины, заставив ледоруб упасть и оставить на полу дырку. Но стоило нащупать место, где вода уже тёплая, как скелет сел и стал прохлаждаться под струями воды. Обволакивающее тепло заставило залежалые кости расслабиться. Даже лёгкое пощипывание на краях пробитого участка черепа не мешало. Другие факторы в ванной приносили спокойствие. Рано или поздно то же почувствует его брат, когда он сможет его сюда перевести. Когда шампунем были облиты все кости, Санс стал тереть кости щёткой. С ручкой он только руки и ноги смог. Остальные кости болели от такого, из-за чего была выбрана перчатка-щётка. Санс смотрел на себя в маленьком зеркале на одном из угловых краёв ванной. Ванной, что стала роскошью в их мире. Даже если это место такое же подземелье-тюрьма, где монстры живут больше тысячелетия, плевать. Такая же ловушка для монстров, но тут можно жить, а не выживать. И сейчас это самое важное.

Пока Сайдар принимал ванную

Черри вернулся в гостиную и ударил себя по лбу, потому что забыл про дверь. Обнюхав и поняв, что брат провонял не алкоголем, а стоками, скелет поспешил к выбитой двери и дверному косяку. Черри стал выгибать кривые гвозди в нормальное положение, чтобы искать новые. Папирусу было видно из этого положения, что делал брат. И то, что он увидел, показалось похожим на настоящую работу. — Ты реально в чём-то не бесполезный? — Да. Только ты, похоже, в свои глаза долбишься, раз увидел это лишь сейчас, — Санс остановился, косясь на брата. Папирус обернулся, оцарапав некоторые кости: — Заткнись! Ты с детства не показал ничего, что я бы мог назвать полезным. Не сделал. Ну, кроме работы, но тебе это нужно, так что не считается. Санс подходит к брату, садится около черепа, стал поднимать его лицо. Глаза братьев сверлили друг друга, и Папирус пытался сдвинуть их. Санс холодно смотрел на брата, пока тот лишь оценивал, что будет. Если получится спровоцировать, то с его состоянием у него есть шанс освободиться и выиграть брата, как было много раз до этого. После вчерашнего ему стало чуток легче, но ему всё равно больно. Санс безэмоционально говорил: — Во-первых, я был гвардейцем-часовым в этих лесах. Во-вторых, у меня было выступление в баре Гриллби как комика каждое воскресенье и вторник, где надо обновлять шутки. В-третьих, я был часовым в Водопаде, около другого входа в наш город. В четвёртых, это продажа всем желающим чимичанга на любом их посту. И в пятых, я был часовым в Хотленде, неподалёку от кулера с водой, чтобы освежиться. Дальше, я был судьёй нашего королевства, да платили паршиво, из-за того, что место бесполезно. А и седьмое место работы. Тот же Хотленд, только на другом этаже около какого-то лифта. По итогу в лучшее время у меня было 7 работ, а был я занят в 6 работах постоянно. Что у тебя? Ответишь? Папирус от такого создал человеческие глаза, показывающие его глубочайший шок. Он плохой часовой в четвёртой степени. И при этом имел ряд подработок. При всём этом третье место главы стражи стоило всех его мест в гвардии. Папирус от такого усмехнулся, но его желания перебили слова Санса перед тем, как начать игнорировать: — У тебя уже нет работы сейчас. С тем состоянием и как ты проиграл мне и моему приятелю, обменяться клятвами придётся с Андайн. Надеюсь, она не слишком устала для этого. Я не хочу видеться с королём. Думаю, как и ты. Не после того, что он сделал. Папирус не знал, что ответить, и лишь от злости заорал на брата: — Даже если и так, это не отменяет того факта, что ты бесполезен по дому. — Но не я же довёл мою комнату до состояния бомжатника. Не я же не менял занавески, и теперь ванная пахнет старыми шторами, — Санс на это парировал. — Я занимался важной работой. Я должен показать молодёжи, что прятаться во всяких люках и прочих местах неправильно. Им надо искать работу и дом. — То есть ты гонял по теплотрассе малолеток, что скорее всего нахер никому не нужны, и даже не стал их слушать? Ты вроде был самым добрым скелетом и хотел забыть про принцип нашего подземелья, но видимо жизнь тебе дала пинок, после которого ты как маленький идиот можешь и пить, и трахать тех, кто не в силах дать тебе сдачи. — Но они важные. Нам, — его прервал стук с потолка, давая старшему брату время, чтобы ответить. Голос Санса дрожал и вот-вот должен был пойти на разрыв. — Нам…это ты боялся их. Высший свет и прочие не из нашего захолустья. Ты решил, что так лучше. Мне было похер, и я был не против. Представления так же похер, но сейчас, когда я опять могу что-то делать, я буду действовать. Сейчас мир непредсказуем, и раз человек ещё не пришёл, то и искажение в нём сохраняется. Подобно моему положению твоего раба больше двух лет назад, — Папирус не знал, о чём его брат, и лишь слушал. Это было безумие в его глазах, — Так что, брат, надеюсь, ты готов. Ведь ты больше не сможешь меня поставить под свой каблук, что я забрал себе. У тебя был шанс, но ты его упустил! Прошло почти 2 дня, и даже если Фриск всё это время куковал у старой леди, то даже вернув время к началу своего нового рута, его друг останется и сможет ему помочь. А если он не появится к вечеру, то и весь вчерашний день был не на смарку. После этого Санс уходит к двери и, расправив все оставшиеся гвозди, стал ставить дверь на место. Когда дверь встала на место, Санс, используя кость как молоток, стал забивать гвозди. Делалось это медленно и быстро утомило Санса. Черри решил проверить друга. Сайдар сидел на кресле около открытого окна. Сейчас скелет под парой старых полотенец выглядел менее сутуло и более мягко. Пол был чист от пыли сухой шваброй, что отмокала под лейкой ванной. Черри громко приветствует осветившегося друга, что стал дремать на кресле и, резко проснувшись, почти сразу успокоился: — Я был рад помыться. Теперь тут стало чище. — Поверить не могу, тут много грязи было. — Трудоголизм? Редкое у меня явление. — Этот дом купил я. Забочусь от готовки до еды я. — Твой брат — бесполезный мусор!