История хоррора: О дивный пошлый мир.

Оба Санса, кое-как обработав такую информацию, просто сидели. Сайдар считал, что уже привык к странным показам доминации. Он спасал своих односельчан от Андайн и её подчинённых. Папирус еле мог заменить Санса в защите их дома, но им надо спешить, а не сидеть тут. Но как, когда всё твоё естество, когда ты поднимаешь даже руку, хочет раскрошить череп этому ничтожеству. Черри же выключил глаза и казался меньше, тоньше и тише, чем когда-либо за эти пару дней. Сейчас Санса окунули в прорубь с ледяной водой правды, которую он осознавать хотел, но не так быстро. Его напаивали, заставляли глотать что-то, чтобы он был медленным, сонным и неспособным сопротивляться. Большинство воспоминаний в пелене или глубоко в подсознании упали. И сейчас он смотрит в голове то, что помнит из того, что сделал его брат. И с каждой секундой слабости ярость на себя обрушивалась с новой силой. Все трое вышли из своих мыслей, когда местный Санс стал говорить. Он делал это тихо, мягко и до ужаса спокойно в глазах Папируса, для Сайдара эти слова даже воодушевляли. — Я не могу понять тебя, брат. Ты пытался играть роль большого босса с режимом работы, подобному тому, что я видел. Пытался воспитывать этих щенков и начал с показательной дрессировки меня. И по итогу на этом остановился, — Санс от эмоций стал стучать сочленениями, прямо как совсем юный скелет. — Да-а, думаю…ты ничтожная тень самого себя. Ты не мой брат.Лакомые кости больше мне братья, чем ты. Черри упал на колени, держась за живот. В его разуме пронёсся ряд разрозненных воспоминаний о том, что с ним делали. Ужасные куски, что заставили его тело трястись, и второй рукой местный Санс стал сдерживать блевотные позывы. Скелет телепортировался на несколько секунд на улицу, чтобы выпустить завтрак и обед. А после этого вернулся на кухню попить водички. Папирус стал размышлять, не отвечая, только перед Сайдаром. Любое его слово может привести к тому, что этот грязнуля его порежет в костяную муку. У Папируса не было выбора. Эти юнцы убьют своими связями, если их не дрессировать. Без насилия место среди них никто не сможет выбить. Брат просто помог влиться туда. В чём проблема? Старший помогает младшему. Это всё нормально? Горожане Сноудина — тупой скот, что нашли себе место и живут, даже вдалеке отсюда. Только Гриллби с Сансом остались тут. И если второй стал расходником, то огнементаль просто не мог оставить свой бар. Пускай многие из тех, кто не считался с барменом, умерли. Но он не жаловался на боль. Хотя он мог сбежать куда угодно. Деньги есть. Лицемеры, бесят, а сейчас он пытается давить на него с тем, что он плохой брат? Глупо. Он не решился его убить из-за их общего прошлого, а сделать кем-то вроде своего питомца был не против. Подобное делал почти каждый из его новых друзей с бастардами и теми, кто были не лучшими представителями их дома. Это точно вина речей Сайдара. Обманщика, что оказался сильнее него? Это глупость. Папирус верил в свои фантазии о том, что этот монстр его травил и его друзей, чтобы легче было его прикончить. Причём, скорее всего, они это делали те 2 недели, пока Санс был в сарае. Они слишком много херни сотворили, скорее всего, из-за токсикоза от яда. Санс выпил стаканов 10, прежде чем пришёл немного в себя. Он чувствовал себя лучше прежнего, но что-то ещё давило на его рёбра, и он решил продолжить говорить. На сей раз на скелета, что сидит на диване, смотрел МТТ и ел изувеченный Санс. Санс стал тихо вспоминать приятные воспоминания до времён смерти их отца, но когда скелет излил душу, он заметил, что младший брат потушил глаза и вёл себя так тихо, что оба посчитали его спящим. В проверенных характеристиках была увидена наполовину заполненная шкала ОЗ. Папирус жив, но хотелось излить всё то немногое, что осталось, в душу местного Санса. — Как тебе твои же ботинки? Альфис бы точно расстроилась, увидев тебя в таком жалком положении, а Андайн… Я заберу и твой пояс. Когда Черри потянулся к ремню и прикоснулся к тазовой кости, Папирус резко заорал как мог: — Хватит уже пытаться казаться крутым! Ты всего лишь чёртов придурок по имени «Санс». Санс отошёл и сдерживал приступ леденящего ужаса. Его тело застыло, но он не пытался прятать лицо в меху или плакать, лишь стоял и стучал костями. Но когда хоть как-то в себя пришёл Черри, тот спокойно говорит: — У тебя всё равно теперь два брата. Так что как насчёт теперь называть меня Черри? — Это имя ассоциируется у меня с дешёвыми шлюхами. Тебе идёт. — Значит, с кем-то помимо меня ебался. Даже интересно, с кем тебе было лучше, Папирус. Сайдар от такого оставил следы зубов на ложке. Скелет сдерживал приступ смеха от столь сальной чёрной шутки, чей вкус у него остался во рту в виде боли и привкуса железа. Хотя привкус железа был у некогда голодающего Санса годами. Смыть его не хотелось, чтобы совсем не расклеиться от общего ощущения, смеси мерзости и какого-то местного уюта. Папирус затих, и этого времени хватило, чтобы с его штанов стянули ремень. Черри повязал ремень на морде Папируса так, чтобы он заткнулся. И теперь он продолжил гнуть свои мысли: — У тебя будет время подумать, мой дорогой брат, и рассказать всю правду о том, как проходили для тебя эти два года. И если это не совпадёт с тем, что скажут твои дружки, то я вставлю тебе в таз одного из этих придурков без смазки. Папирус от такой перспективы взвыл. В словах его брата были те же злые нотки и та же жестокость с какими-то своими причинами, что и у того придурка. Он действительно был его альтернативой? Как он тут образовался? Кто будет гонять подростков из канализации? Кто будет вообще что-то делать? У него VIР персоны. От смерти или ранений некоторых из них их семьи должны быть в бешенстве. И у них на это много шансов. Хоть тут на его голову попадёт мало проблем. Он проиграл им, будучи отравленным запахом канализаций, уставшим после бега и, возможно, травмированным им. У него есть шансы выкрутиться и выжить. Папируса должны простить эти гадёныши.

***

Остаток дня прошёл спокойно. Папирус под свои мысли вырубился, и спустя пару часов Черри решил снять с него пояс и оставил на шее как ошейник, показывающий его победу. Сайдар же проверял машину и все имеющиеся у него материалы. Та горелка, которая лежала у них в подвале сломанная, так как у неё поломался камень драконьего жара. Такая штука у него в подземелье редка и стоила много. На таком, как угли для жара, мог в своё время жарить лишь МТТ свои сверх расхайпленные блюда. Если у него украсть, то этот аппарат можно снова запустить. Но не легче ли пойти к Альфис и у неё украсть? Её сотрудники недалёкие, и вряд ли появление Санса, что там некогда работал, будет чем-то удивительным. Но Сайдару хотелось спать. Черри же заснул буквально под столом на кухне. Вечером эти двое проснулись и проведали Гриллби, который спокойно с ними поболтал, пока те ели, и рассказал о том, что эти существа спрятались, ожидая чего-то. Из-за этого у него самый неудачный день после открытия случился именно сегодня. И это нечто пришло на следующее утро. Утром, когда работяги идут на работу, скелеты ещё спали. Сайдар ничего не чувствовал, не услышал и не унюхал своим забитым носом. Дверь в дом скелетов выбили, из-за чего Черри вскочил с кровати и призвал бластеры. Сайдар же, услышав удар двери о пол, проснулся и телепортировался, взяв с собой свой ледоруб. Скелеты, заставив огоньки в глазницах светить, увидели четверых монстров. Один был полуголый и имел крайне вычурные белые джинсы. На их фоне снег казался грязной пародией на себя. Сам же монстр был чёрной летучей мышью, чьё лицо было на верхней части тела. Двое были крайне похожи. Один — бугай с какой-то табличкой-щитом. Другой держал в руках кусок бетонной балки на ручке, который был мало похож на привычный всем молот. Двое были обезьянами с выступающими клочками шерсти из закрытой формы. Из неё виднелись хвосты и уши. Последним среди них был какой-то живой кочан капусты, что смотрелся на фоне своих союзников как какая-то шутка. Монстров-овощей в мире Санса с пробитой головой истребили. Монстры-овощи никогда не были чисто физически, а в условиях голода их даже в пожухлом состоянии ели. — Почему не открыли дверь? — капуста говорила за всех своих. Сайдар решил вести с ними переговоры как с Андайн, без лишней фамильярности и прочего: — Я спал! Если ты доволен, то вали обратно. Думаю, твоему кочану тут не особо-то и хорошо. Монстр с табличкой в руках стал на него зырить. Сайдар на это огрызнулся, когда поймал этот взгляд. — Проголодался, миленький? Я голодный, — монстр-овощ принял слова скелета, начав шутить в схожей теме. Второй скелет двигался осторожно, но почему-то эта четвёрка выглядит стрёмно, но куда меньше страха вызывает, из-за чего Черри решил уйти на кухню. — Доброе утро. Извините, но у меня не так много того, что я бы мог вам предложить. Поможете с готовкой, —голос Черри, на его удивление, почти не дрожал: — Я не против помощи, — Сайдар усмехнулся от такого, присев на подлокотник. Черри продолжил их путать, заставив четвёрку напрячься. Они злились на них, но не показывали ярость или испуг перед одними из сильнейших дворян нового поколения. Поколение, к которому обратился Сайдар с мерзкой ухмылкой: — Может, кто-нибудь из гостей хочет помочь? Улыбка Черри от такого стала настолько естественной, как лицо Сайдара от смеси радости и ярости слились в ужасную мордашку. Такой поворот заставил двух обезьян опустить оружие вниз. — Говорите, будете лишь за ужином? — та, что с молотом, быстрее других поняла, к чему они клонят. — Это вроде завтраком называется, — сказал Черри засмеявшись от такого, — Чёрт. Оговорился. — Бывает. Так поможете или нет? — Для нас тут маловато, так что, может, за нами пойдёте угоститься? — капуста этих всех успокоила. Сансы переглянулись. У них в любое время была опция сбежать. Так что не было никакой в их глазах опасности пойти с этим отрядом. — Только за ваш счёт в этом случае, —оба сказали одну и ту же фразу. Обезьяна выкинула табличку, показывая руками, что на неё надо встать. Такой компанией они вылетают из Сноудина в один из ближайших от него городков. Приземлились они у входа в прилично выглядящий ресторан, где красовалась табличка: «Меттатон оценивает это место на 4 с половиной звезды из 5». Стёкла окон ресторана были желтоватыми, но даже так было видно, что он наполовину заполнен клиентами, как и дороги сейчас полупусты. Внутри ресторана их ждало милое темноватое помещение со стенами, испещрёнными граффити разного вида монстров. Но перед тем как войти, все монстры оставили у входа своё оружие. Те, кто их пригласили, оставили оружие первыми, в том числе и броню. Черри не имел оружия и решил в знак солидарности оставить ремень. Сайдар приставил около всего этого ледоруб. Присесть они решили за столик для 6 монстров. Около стены села эта четвёрка. Скелеты сели напротив, видя, что творится за окном, и им гораздо легче сбежать и осматривать тыл. Монстры переглядывались, пока к ним не подошёл официант, который записал их весьма сумбурный заказ. — Думаю, можно начать разговор с самого важного. Не давайте этим придуркам далеко выйти за территорию города, — сказала обезьяна, хранящая древний молот, Скелеты не поняли прикола, и у Черри нервы кончились быстрее: — Я не понял, можешь подробнее объяснить? Мы, типа, думали, что вы решили что-то сделать или предложить что-то по типу продажи вам монстров для всякого… Капуста от такого ответа засмеялся, решив ответить за всех своих: — Эти идиоты — представители различных важных семей, и мы, как те, кто представляет разные блоки этих родов, не можем допустить выхода их за пределы глуши. Они глупы. Они оскотинились и смогли оскотинить нового главу королевской стражи. Они — дно своих семей, что надо защищать, чтобы величие их великих предков не попортили. И это доверяют главам стражи. Мы лишь перезаключили договоры. Не более. — Может, их всех просто прикончить? — Не понявший их Сайдар вспылил. Монстр с табличкой слегка грустно говорит: — Если честно сказать, это можно было бы сделать, но проблема в том, что это вызовет волнения. Когда вы только победили Папируса и эти кадры попали в интернет, мы надеялись на большее, чем те жертвы, что в итоге были. Их можно списать на право на убийство во время передачи места в гвардии. Пускай они и требуха в своих семьях, но их массовая смерть — не то, что нужно. Ими можно пользоваться. Так что сейчас убивать вам нет нужды. Черри во время этого монолога сжигала ярость. Он с братом считали, что к ним попали сливки общества, те, с кого надо было пылинки сдувать, чтобы их кузены, родители и прочие не решились тебя убить и всех тебе подобных. Они явно показывают, что им чего-то недоговорили тогда. — Почему же этих выродков отправили к ним без уточнения об их статусе? — по-прежнему злился Сайдар. Монстр с молотом почесал свой ус и слегка мрачновато говорит: — Видимо, эти заплатили какой-то швали, чтобы не написали подобное в депеше к вам. Черри трясло от этого. Сайдар, увидев это, пока у друга не пошли слёзы из глаз, сказал: — Это карт-бланш на всё, что не сможет их убить? Про любой вид не смертельной мести они и словом не обмолвились, так ведь? Кочан капусты хищно усмехнулся: — Так. Кто-то из вас сможет подменить Папируса на его должности и стать главой стражи, знать согласна, но в обмен на это вы должны сделать, чтобы те, кого вам прислали, не выходили и не показывали того, что может хоть как-то вас и их самих позорить. То есть всего того, что делал вместе с ними Папирус. В таких обстоятельствах Черри придумал уже, что им надо будет делать. И тот весьма спокойно говорит: — Сайдар, ты считай уже глава стражи. Место главы гвардии не моё. Многовато у меня того, что сделает нам медвежью услугу в этом случае. Сайдар же, откровенно говоря, понимал, к чему они клонят, хотя это его и не радовало. В таких обстоятельствах ему осталось обговорить совсем немного. — Я могу в этом случае перемещаться спокойно по подземелью без вас и вам подобных, что будут этому мешать. Я хочу быть свободным от тех, кто бы дышал мне в затылок, чтобы я уже надзирал за ними. Монстр-капуста от такого начал крутиться на месте, его рвало на куски от смеха буквально. — Нам ты не интересен. Тратить деньги, монстров и прочие ресурсы больше тех, что мы уже тратим на эту тему, будет уже невыгодно. Просто не дай им подыхать так быстро, как было при Папирусе, и не оставляйте следов того, что ты творишь, чтобы получать от них деньги. Большего не надо. Сделаете из кого-то хорошего гвардейца — похвалим, если они помрут от того, что не покажется никому насильственной смертью — поплачем и смиримся. В семье много монстров, и за каждого если биться, никаких ресурсов не хватит. — Тогда я соглашусь. Капуста к тому моменту уже высматривал официантов, которые вышли с подносом первого. — Думаю, можно уже есть и так закрепить наш договор. От таких сухих разговоров я прямо вяну.