История хоррора: О дивный пошлый мир.

      Готовка началась спустя каких-то 20 минут. Скелеты попивали свои любимые специи. Андайн, болтая о том, как заполучила это щупальце, следила, чтобы нервничающий Сайдар не свалил обратно в подвал делать их заумные дела, и готовила заранее разделанные части щупальца.       Черри же на эту готовку реагировал никак! Скорее его удивляла рыба, которая, видимо, от скуки на пенсии решила их навестить. Так или иначе, с ней он делил кухню и готовил всё то, что не из этого морского монстра. Сайдар пытался успокоиться, похлёбывая кетчуп, который почему-то не был ему приятен с каждой новой трапезой. Но так или иначе, он успокаивал его. Так же, как и диванчик, где он прилёг. Он не мог поверить своему носу, признать то, что услышал, и в принципе отказывался понимать, что в столь сытное время Андайн предлагает ему съесть кусочек монстра. Это неправильно. К тому же ему на нервы давила стиральная машина, которая слегка стучала наверху. Андайн на удивление быстро вышла из своей естественной среды.       Когда Андайн закончила разделывать ту часть, что решила приготовить, она открывает холодильник, где, к её удивлению, есть еда. Вся дверца под завязку заполнена их специями, которые слегка стучали друг об друга при открытии. Основная часть была заполнена каким-то мясом под сыром, которое на вид было ничего так, сальсой, где было много больших кусков какой-то зелени, и какими-то бутербродами с каким-то салатным наполнением. Один из них она забрала и, попробовав, почувствовала, что тот был ещё и с чесноком. Резкое, сбивчивое дыхание заставило тёмные мысли Сайдара лишь усиливаться, пока Черри, сдерживая улыбку, говорил: — Ешь что хочешь, только я люблю много специй, помимо моей любимицы — горчицы. А Сайдар просто помещался на этом направлении, заливая их даже майонезом поверх почти всего в холодильнике. Андайн от такого лишь удивлённо посмотрела. — Ух ты. И насколько же давно ты в этом направлении? Санс слегка удивился этому и сказал, слегка стесняясь: — Много лет, если честно. Как старший, я должен был нас обоих обеспечивать, а воевать всегда слишком устало. Андайн от такого открыла рот и смотрела на Санса, как на нового монстра. Хотя...Когда у неё было время с ним болтать вот так вот непринуждённо? Когда он только поступил? Нет. Он был никем. И их встреча, скорее, убила его, чем дала хоть что-то. Когда его брат, единственный раз с ним победивший, и начались тренировки этой внутренности человека? То у него, то у меня. Тоже нет. Около дома Андайн Санса толком нельзя было заметить, если он был там. А около их дома — так же нет. Он выгонял брата из дома, так как тот был ему обузой. Даже в боевых тренировках он не давал брату его поддерживать, мотивируя тем, что тот выйдет и сам подставится. Даже после этого Папирус обычно посылал рыбу домой, так как ванная одна, и раз они не пара, то давать ей вымыться — неправильно. Когда та передала свой пост Папирусу? Так же нет. Она стала светской леди и пыталась какое-то время в высшем свете гнуться, пока ей это не надоело. Хотя её советы могли помочь поначалу с этим. После того, как та узнала, как дела в Сноудине? Так же нет. Папируса убивать желания не было. Никому он не мешал, а его брат...Он был бесполезен по словам брата. Работал посредственно, на куче мест. Хотя, может быть, из-за нескольких постов он не выделялся? Напивался в баре в отличие от брата, что запил после того, как получил кучу собутыльников. — Санс, — Андайн сжала свои руки и продолжила говорить, — Твой брат, похоже, ещё та паскуда. Этот дом. Еда. Видимо, и все ловушки — тоже твоих рук дело? — Да! — скелет не знал, как реагировать на все эти её эмоции, что внутри бурлили, как и на лице. — А я думала, что это всё смог этот шкаф с костями! — от злости та раскинула руки и поцарапала рукой бок холодильника. — А он даже за домом не может следить! Полный кретин! Ебучий бездарь! И его ты смог сделать таким, за счёт своей силы и его хитрости! Андайн открыла дверцу и, забрав пару бутылок горчицы, идёт к своим заготовкам. После та по-быстрому находит тару и, закинув туда кусочки кальмара, выливает столько специй, сколько только смогла наколдовать. В лёгком свете горчица стала проникать с кальмара с гигантской скоростью. После пары мгновений присмотра Андайн пошарилась в холодильнике и, найдя яйца, стала искать другую тару. Вместо миски, та взяла тарелку и, разломав их в кулаке, заставила всю эту жижу идти с руки туда и крутиться самим. Черри от вида такой готовки удивился. Он, кроме быстрого забирания нужных объектов, не смог свою магию к готовке приспособить. Тут же по виду — мастер магической готовки. Так со стороны Андайн выглядят «кулинарные страдания», а не тренировки? — Похоже, мой брат далёк от твоего уровня в карпанарии. Прямо ни одним щупальцем не смог в эту тему вры́бстись. Андайн от такого улыбнулась и громко стала смеяться, остановив все потоки магии на кухне. Смех был так резок и неожиданным, что Сайдар, всё с теми же мрачными мыслями, впрыгнул в кухню со своим ледорубом. Черри телепортировался к другу и перекрыл ему путь. Рыба к тому моменту успокоилась и, повернувшись к ним, говорит: — Ты умеешь шутить? Ха-а-а-ах. Я и не знала. Черри злобно на неё посмотрел и рявкнул. — У меня было своё шоу в пабе Гриллби! Каждый вечер пятницы смешил и стебал. Я заставлял местных смеяться и угорать почти всем городом! Са́йдар уже забыл эти слова и, слегка проводя около пылающих глаз своего альтер-эго рукой, говорит: — Думаю, после этого она поняла! Что вы тут делаете? Андайн стёрла слёзы, выступившие от слишком сильного зажмуривания. — Да так! Твой помощник наделён юмором. Я буквально проглядела его, пока Папирус выпячивал свои рёбра. А сам, стоило только дать ему самостоятельность, засрал весь город. Разбросал всех местных, как игрушек. Тыкался своим членом в кого попало, даже во мне успел поиграться. Ах… теперь я наконец смогла понять, зачем тебе он. Хотя до сих пор не могу понять, почему ты отказываешься от щупальца. Оно вкусное. Черри заливался от похвалы румянцем и улыбался. Сайдар же был грустен, и эти шутки ни черта не помогли. А от слов про съесть другого монстра ему захотелось её убить. — Я не ем других монстров! Вот и всё. Это мерзко и отвратительно. Лицо скелета было окрашено мраком, и пылающие два глаза заставили выглядеть скорее расстроенным, чем зловеще. Черри смотрел с лёгкой опаской на альтер-эго. Он прошёл через голод, где его городок смог выжить, не прибегая к этому. В отличие от гвардии и, скорее всего, самой новой королевы Андайн. Андайн же лишь положила руку на череп Санса, от чего тот пытался её атаковать своим ледорубом, что свободной рукой бывшая глава схватила и сказала: — Я это делаю не совсем ради удовольствия, а ради устрашения. Монстров куда легче напугать и не давать им творить что-то за пределами их полномочий. А этот мудак, мало того, что держит будущих шлюх для Маффет в ужасных условиях, ну, я так считаю. Так к тому же и даёт ими пользоваться чёрти кому. Что по твоему страшнее — моя трапеза, от коей ты отказался, или тот осьминог, что решил вскрыть самое дорогое в шлюхах — их невинность? Санс после такого совсем опустил руки и, забрав резко ледоруб, уходит лежать на диван, под какие-то нечленораздельные звуки. Черри же, подойдя к удивлённой Андайн, говорит: — Он рассказал, что там, где он жил, гвардия и прочие практиковали каннибализм. Думаю, ты вздёрнула его плохо восстановившийся хрящ. Андайн после такого потеряла лицо. Вены, по которым в её теле течёт мана, в цвет человеческой крови, увеличились и показались со всех открытых частей её тела. Руки, шея, голова — на всех них было множество вен, что продолжали свой труд и бились, делая её лицо более угрожающим. Черри от такого упал и пытался на руках отползти подальше. Она выглядела слишком страшно, и внутри него вспыхнули картины некоторых лиц из тех, кого они недавно заковали. Тело скелета пробили волны боли и ужаса. Его сковал страх от того, что череп старательно пытался скрыть. Скелет стал активно потеть, пока изо рта стал выходить густой магический пар. Этот пар шёл крайне быстро по всем помещениям дома и привлёк внимание, сперва Андайн, что окончательно подавила свою ярость и стала водить своей рукой около лица Санса. — Испугался, что ли? Хэй, Сайдар! Сюда! Твоему другу плохо! Сайдар лежал, спрятав голову. Лишь крики рыбы привлекли его внимание на странный магический туман, испугавший его до ужаса. Когда тот встал и пошёл на кухню, мимо него стали идти струйки этого магического тумана. Схожий запах с тем, что был от его вещей после первой кормёжки. Стиральная машина не смогла отстирать этот запах.       На кухне он видит склонившуюся перед скелетом Андайн. Та пыталась ему что-то сказать, но тот лишь держался своими руками за лицо и смотрел на неё глазами настолько большими, что красный глаз Сайдара казался обычным. Он максимально себя не контролирует. И всё это из-за этой рыбы? — Что ты тут натворила? Андайн посмотрела на нового главу стражи, как и Черри смотрел на него, и отполз ногами шутя назад, прижавшись как мог к стене кухни. — Он сказал, почему тебе моё угощение не по нраву. Я пыталась сдержать злость и ор на тот беспредел, что у тебя был. А потом он просто стал таким. Я его испугала, — интонации такие же грустные, какими были до этого. Сайдар примагнитил к себе бутылку горчицы и, отхлебнув оттуда немного. Во время этой трапезы скелет посмотрел на реакцию другого скелета. На его лице сменилась эмоция, и тот обескураженно стал смотреть, что будет дальше. Оставив бутылку на полу, скелет поднял руки вверх и сказал Андайн, что не понимала зачем это. — Оставь его тут. Ему надо время, чтобы прийти в себя. Он не в себе пока что. Любое не то действие, и он на нас нападёт. Он, видимо, считает, что он ещё в плену. Так что дай ему время прийти от эмоционального плена. Лёгкая улыбка скелета быстро сменилась кислым лицом. За ним удивлённо пошла Андайн. — Что? Зачем? Ты не знаешь, как ему помочь? Сайдар спокойно говорит: — Его перепугал до смерти Меттатон, когда нас до своего дома подбросил. Там он был в полном ужасе. Тут же он просто испуган. Его надо успокоить, а заставить его думать — идеальный, как по мне, план. Не думаю, что эти... — Скелет не знал, как их назвать, поэтому продолжил: — Были к нему столь щедры, давая ему что-то. И вряд ли то же самое пили, что и он. Он не помнит большую часть того, что было. — И как ты выбрал такого безумца к себе в помощники? Я с ним пила, и он вроде забавный. Я не помню большую часть того дня. Но раз он так странно себя ведёт. — За эту неделю это второй случай. Он боится прикосновений. Он боится, видимо, ярости. А я не особо люблю других трогать руками, коротковаты. А про ярость. Кроме тебя, тут никто мне, подобное, пока не дал в полную меру. Андайн поняла его претензию и говорит: — Я не выбирала, кого куда отправлять. Это делают выборная коллегия, которую я могу просто убить, если не нравятся их действия. Так же я не могу быть везде, но клянусь, что защищу твоих монстров. Просто скажи, где они, и я обеспечу их во время пути всей защитой, что мне будет доступна. Са́йдар от её слов усмехнулся и смеялся так сильно, что даже до переполненного страхом разума Черри это пробилось, и тот потянул руку к банке с горчицей, что видит как очередную бутылку с вином. В то же время Андайн от такой реакции сама вспотела и уже переполнена злости на него. У неё куча связей, а он под ней просто смеётся. — Чего смешного, сказала, мудак? — Андайн пытается его атаковать своим кулаком, но скелет телепортируется, лёжа на диван. Скелет перестал смеяться, найдя приятную позу. — Я хочу их телепортировать. Я имею силы в телепортации. Он умеет в них силы. Вдвоём тот прибор починить легче. В конце концов, неделя или меньше, и техническая часть готова. А дальше — тонкая настройка магических путей, допиливание с магическими ветрами строения выпускных отверстий для стабилизации. И куча прочей технической поебени, что ты не поймёшь. Так что твоя помощь мне нужна в том, чтобы эта информация не просочилась дальше нас троих. Андайн от его речи зауважала этого монстра. Он мало того, что объяснил, а не послал, как всякий высокомерный придурок. Нет. Он сказал от "а" до "я", почему и как. Но его слова о приватности как минимум странны. — Сохранять тайну тут? Не вижу у качи рабочих, этих чернорабочих, их слуг, что скоро будут тут всё разнюхивать, что с этими придурками и огромных получишь камер жестянки? Это место для такого подходит от слова нихуя! — Но никто не будет трогать дом, кроме комнаты на втором этаже. Подвал цел и никому нахер не сдастся. Так что мы просто сместим с него вид на ремонт города и наши с ним лица. Я и так сказал, что буду отправлять сюда своих монстров. И надо лишь немного показать им то, что я использую длинные и тайные пути. И твоя помощь в примере просьбы проверить некоторые дальние города будет полезна. — Договорились, панк! Надеюсь, Санс уже пришёл в себя. Руки чешутся уже готовить. Я голодная. Думаю, как и эти. Андайн пошла ко входу в дом и, открыв его, видит около него парочку знакомых монстров. Это седой сине-чёрный виверн, что был главой оружейного треста. На месте соединения плечевых и локтевых костей крыльев у него так же руки, которые он по привычке сжимает и прижимает так свои крыльями максимально сильно к спине. Но так Андайн снова увидела весь старый шрам, что нанесла ему давным-давно. Множество атак копий оставили на лице шрам в виде упавшей буквы «Т» с лёгким продолжением на крыло и левой стороне лица. Прямо за ним был старый, но не седой, тощий гуманоид, инквизитор. Его давний коллега, выглядевший с каждой следующей встречей всё тоньше и на сей раз цвета асфальта. Появление Андайн удивило инквизитора, и он открыл все свои четыре глаза. Он даже выпустил из ладоней длинные и изогнутые кинжалы. Удивительнее всего было видеть его в теплой одежде, закрывающей руки и живот, что по виду больше напоминало шею. Инквизитор заговорил первым: — Что ты здесь забыла? У нас дела к новому главе гвардии. Сайдар, лишь крикнул тем же грустным голосом: — Заходите! Андайн решила с нами перекусить! Надеюсь, не только я не хочу есть других монстров?! У нас тут дружеская пирушка! Правда, мой заместитель немного не в настроении, так что на кухню заходить опасно! Боюсь, убьет всех, кто ему не понравятся! Так что, надеюсь, вы все здесь впервые! Андайн отошла, давая им пройти. Инквизитор и глава оружейного треста осмотрели дом, где были следы старых драк и запах кальмара. Инквизитор понял, что это тот монстр, у которого его подчинённые любят развлекаться. Защита инквизиции от проверок в обмен на то, что тот дает пользоваться своим товаром. На его он постоянно.       Глава же треста, увидев ледоруб на кухне, обомлел и не знал, как реагировать. Он видел это оружие по новостям, но не думал, что он действительно использовал обычный ледоруб. — Как ты с этим неудобным инструментом убивал и сражался? На такой вопрос Сайдар вытянул руку, и ледоруб послушно прилетел к нему. Затем скелет отпустил магический захват и показал свои физические возможности. — Я достаточно силён, чтобы им пользоваться. Я много лет использовал топор, так что не особо долго морочился, когда начал его использовать. — Мне жаль, что вы лишились своего оружия, — монстр показал действительно печальное лицо, и Сайдар от удивления вскочил с дивана. Андайн же лишь усмехнулась. В своё время они по этому поводу поссорились. Его пугали и вгоняли в грусть сломанные или потерянные оружия. Андайн же использует едва ли не одноразовые копья. Главный инквизитор зашел в дом и, не услышав тут биение души Папируса, сказал: — И где же брат твоего помощника? Мне говорили, он здесь, а я его даже не слышу. Сайдар спокойно ответил: — Я отдал его Меттатону. Робот вырезал что ли место, где мы договорились отдать его как новую телезвезду. Оба новоприбывших монстра были удивлены. Глава треста улыбнулся и сказал на эмоциях: — Одобряю! Этот идиот покупал у меня инструменты, и те, что остались в сарае, выглядят и ощущаются ужасно. Инквизитор же просто промолчал и придержал голову рукой.       В этой позиции их заметил Черри, выпивавший третью бутылку из холодильника. Увидев инквизитора и главу оружейников, он отошел назад, но Сайдар сказал ему: — Я сам не знаю, зачем эти сюда пришли, но пока они вроде не пытаются ничего плохого сделать. Так что не волнуйся, драк тут пока не будет. Оба Санса выдохнули. Глава треста, ехидно улыбаясь, сказал: — У меня мало времени. Передел сфер влияния в столице — процесс прибыльный, помощь всяким отдаленным особям — тоже. Так что просто оставлю тут свою визитку. У меня есть любое оружие, что можно сделать или материализовать здесь. Так что звоните, через пару дней в лучшем виде к вашему дому доставят. Глава треста достал карточку с номером и парой ближайших мест, где можно встретить его монстров. Отдал он их в руки заместителя, который, прочитав, быстро сказал: — Рад с вами, мистер, второй раз встретиться. — Неужели ты меня помнишь? Мне казалось, что когда я здесь был и предлагал услуги твоему брату, ты был… ну, малость не в том состоянии. — Вспомнил недавно. — Ох...тогда рад, что твой череп работает не хуже твоего искалеченного собрата. Приятно было вас всех видеть, господа и леди! Андайн улыбнулась. Виверн спокойно вышел и взлетел так резко, что часть снега запорошила всех, кто был в гостиной. Андайн, с улыбкой, стала стряхивать снег. Сайдар и инквизитор делали это с каким-то нехорошим настроением. После этого Сайдар тем же мрачным тоном сказал: — Зачем же ты пожаловал? Какие услуги предлагаешь ты? От таких слов Андайн едва сдерживалась, чтобы не засмеяться. Черри вспотел и стал успокаивать, выпивая свою горчицу залпом. Сам же инквизитор вытащил клинки и, злобно подходя, сказал: — А ты, я вижу, шутник! Не узнаешь в лицо верховного инквизитора? Того, кто может закрыть этот проект. Того, кто должен следить за правилами. — И тот, кто здесь проиграл так сильно, что стал напоминать сушеную воблу? Андайн от этой шутки засмеялась так сильно, что инквизитор не смог ничего сказать, пока она не успокоилась. Черри тоже стало легче. Когда смех закончился, он продолжил. — С чего ты так решил? — Вся эта история здесь. Все эти идиоты. История этих скелетов. Если бы ты делал свою работу правильно, то мне бы не пришло в голову здесь осесть. Не пришлось бы тебе со мной общаться. Не пришлось бы пытаться сохранить лицо, когда тебя макают в то, что ты дал Папирусу окуклиться здесь. Дал ему стать частью тех, над кем он должен был работать. Дал ему творить всё, что вздумается, и превратил этот городок в помойку. Каждый дом здесь, каждый кусочек мусора и каждый житель, что пришлось отсюда съехать, — твоя вина. — Заткнись! Ты не понимаешь. Сайдар защитился от клинков своим ледорубом, и, к удивлению обоих, они не могли ни оттеснить, ни отдать инициативу. — Чего я не понимаю? Ты просто забил на главу гвардии. Боишься своих коллег? Или как? Раз ты так угрожаешь, значит, тебя вполне устраивало это место и то, во что оно выродилось. — Каждый глава гвардии решает сам, как ему действовать. — Но, увы, он не глава гвардии. Он глава тех, кого я заковал. Только они захотели за него отомстить. Только им он был нужен. Вряд ли, если бы Папирус так получил звание, на него бы не ополчилась половина гвардейцев. Так что заткнись и убирайся из этого дома. — Придурок! — Перешел на личности. Нет больше атак, как и возможностей оправдаться? Ты даже не сказал, зачем пришел! — Я королевский инквизитор. Тот, кто должен докладывать королю о том, что творится, и заказывать тех, кто творил зло против его планов. А здесь дети аристократов заковываются в кандалы и заставляют трудиться как чернорабочего в какой-то глуши! Как ты оправдываешь то, что понизил авторитет дворян? — Никак! Мне наплевать на них. Я просто хочу сюда переехать. Они засрали это место. Не решились сбежать, так как они в их семьях никто. Мне отдельно четверо из их рядов пришли и дверь выбили, чтобы договориться, что я держу этих слабаков здесь и делаю, что мне хочется с ними, а я не вмешиваюсь и их не вмешиваю в то, что сейчас творится. Инквизитор после этого убрал оружие и, отпрыгнув, сказал: — И кто это был? Черри вмешался в разговор и сказал: — Капуста. Парочка монстров с орихалковым оружием и какой-то обезьян. Увы, я их не видел, пока мой брат первое время туда-сюда ходил и меня как прислугу за собой таскал. Инквизитор после этого улыбнулся и сказал им: — Значит, большая тройка решила их здесь оставить. Ладно. Приятной вам пирушки. Мне надо идти дальше. Извините, не люблю, когда пытаются давить. Черри лишь кивал черепом, соглашаясь с ним. Сайдар просто был рад, что тот свое дело здесь закончил и уходит. Андайн лишь на последок сказала: — Не думала, что ты сам сюда придешь! — Мои помощники попали в нехорошую ситуацию. Пока им помогают прийти в себя после нее, делать в этом направлении подземелья ближайшие дни буду я. — Случаем, не я кого-то из них убила, когда спалила за изнасилование пару часов назад? — Ох. Ну, в этот раз нет. Далько и западнее отсюда появился странный монстр, что состоит из тьмы и творит там свою мини-империю. Так что мне надо было убедиться в парочке мелочей, прежде чем пойти разведывать, что там творится. Мои ребята там погибают пачками, и мне надо выяснить, что там такое творится. Сайдар от такого лишь сказал: — Удачи, королевский инквизитор! Тот, прищурившись и не увидев никакого умысла и глубины в его, почему-то кислом лице, сказал: — Принимаю. Удачи тебе здесь. Ведь, судя по камерам, здесь моих ты будешь видеть крайне редко. Когда инквизитор ушёл, тот закрыл дверь, которую никто из троих не захотел закрыть во время разговора. После этого Черри, опустошив бутылку, говорит: — Пошли уже готовить. Я устал здесь больше, чем за все эти часы в подвале с той машиной.