I am not...

      Он знает, что это всего лишь сон. Более того, он охотно использует эту осведомлённость. Каждую ночь он превращает свои несбыточные мечты в реальность, свои стыдные фантазии в фантомные ощущения. Поздним вечером, ложась в кровать, он намеренно усиленно думает о возлюбленном, чтобы встретится в грёзах. Это срабатывает не всегда, но достаточно для возникновения зависимости. Это лекарство, которое спасает его от жестокости и несправедливости настоящей жизни.       Он ни за что никому не признается в этом, но каждый раз, попадая в сказку, искусно управляя своим сознанием, он ведёт всё к сексу. Он думает о касаниях и получает их. Он целует и чувствовает жар мягких губ так, будто всё взаправду. Он раздевает своего друга по ночам с таким упоением и благоговением, будто в действительности не видел даже его оголённой щиколотки. Он представляет, как его ублажают, и скрытая в тенях фигура медленно опускается на колени, проводя рукой по телу до мурашек, не отводя взгляда. Но и режиссёр этой пьесы старательно держит глаза открытими, он уверен — только закроет их, и всё растворится, как и не было вовсе. Он охотно меняется ролями со своей фантазией, потому что она выглядит как тот, ради кого он готов на всё. Нет, он не просто готов, он хочет делать то, что могло бы вызвать лишь мимолётную улыбку на его лице, и то, из-за чего оно исказится, а тело станет мелко дрожать под ладонями. Он говорит слова о любви и получает их в ответ, он всегда слышит то, что хочет слышать, потому что здесь — он главный. Здесь его никто не отвергнет, не предпочтёт другого, не сделает больно, не ранит.       Это иллюзия, он это понимает. Понимает, что когда он проснётся, всё останется прежним — он не с ним, не ласкает его, не проводит губами по лицу, не шепчет томно под ухом, не дарит до стыдного пошлые, но такие нужные комплименты, не любит. Хотя, конечно любит, но иначе. Это не то, этого недостаточно, это почти мучительно. А во сне… Во сне всё так, как он мечтает. Это ничего не меняет — лишь приглушает болезненные симптомы, не борясь с истинной проблемой. Но он так благодарен, что имеет хотя-бы это. Он не грустит, не плачет. У него есть множество других поводов это делать. В эти короткие ночи он чувствует себя по-настоящему счастливым. Он улыбается, открывая глаза, вспоминая мгновения, подаренные Морфеем. Он никогда не жалеет, даже если сознание оказывается ему неподвластным, даже если оно теряет свою гибкость. Даже когда единственное, что ему достаётся — это лишь милое свидание в знакомом кафе или невинная прогулка в парке недалеко от компании без каких-либо поцелуев, интимных касаний и любых намёков, он примет это, как благословенный дар, и готов будет заплатить любую цену за то, чтобы это повторилось.