Простынь грязно-розового цвета

Он хотел совсем немного, почти ничего.Еда, вода и жилье — то, что Николаю было нужно.Не надо любви, отношений и всего такого, главное выжить и желательно не умереть от скуки. Он хотел.Это, как можно заметить, глагол в прошедшем времени. Сейчас же он сидит на диване Федора рядом с его хозяином и читает какую-то книгу вслух.И светловолосый просто хочет остаться в этом моменте навсегда.Сердце же бьётся в какой-то непривычной для Коли скорости и он не знает причины. Их встречи стали еженедельными, а иногда они встречались даже после работы.И это очень радовало и успокаивало, снимало стресс, который накопился на работе за целый день или даже неделю. Гоголь негромко проговаривает строчки из книги, порой запинаясь или останавливаясь.Останавливался он по разным причинам — то посмотреть вынеску внизу страницы, то посмотреть на почти засыпающего Достоевского.Ох, а что он будет делать, когда тот заснёт? Парни заметно сблизились и общение с этим человеком приносило Коле удовольствие.Хотя порой темноволосый вел себя.немного странно.То слишком весёлый, то слишком унылый, то вообще безэмоционален.Хотя, если так подумать, то некая унылость и безэмоцианальность были чуть ли не лучшими друзьями молодого учителя, а вот радость? Нет, он, конечно, постоянно легко улыбался в компании Гоголя, хихикал при его шутках.но вот каким он был при других людях? Возможно, такой же, как и с Николаем, тот только с Осаму.Но Коля не хотел думать об этом. Юноша закончил читать, дойдя до конца главы.Глаза Федора окончательно сомкнулись, а их хозяин впал в сон.Интересно, что ему снится? Гоголь улыбнулся.Ему очень не хотелось будить Федора, но.как попасть домой так, чтобы не разбудить его? Занявшись этими мыслями, Николай даже не понял, как заснул.И это было странно для него, ведь.он обычно не засыпает так быстро. Завтра выходной, так что беспокоится не о чем.Разве что о реакции Федора, когда он увидит на своем диване Колю.И что тогда длинноволосый станет говорить?

***

Солнце только начинает вставать, а вот два юноши, что в процессе сна даже и не заметили, как обнялись, вставать не собирались ещё добрых несколько часов.А зачем? У обоих выходной, им тепло в объятиях друг друга, хотя оба этого даже не подозревают. Первые солнечные лучи пробиваются сквозь шторы в комнату, освещая ее и попадая в глаза Николаю, который начал жмуриться и пытаться отвернуться.Однако разбудило его совсем не это. Оказывается, у Федора очень чуткий сон.И хоть никто из них не хотел вставать так рано, они все равно встали.Причина была совсем смехотворна. Сонный Федор сжал свои руки вокруг торса Николая, тихо посапывая.Да, это чудо длилось ровно до того момента, пока тот не осознал, что делает.Аметистовые глаза широко раскрылись и парень вздрогнул, а после даже вскрикнул, хотя сразу же закрыл рот, понимая, что сделал. Разные глаза Коли тут же раскрылись и он недоуменно посмотрел на товарища. — кого убивают? — спросонья спросил тот, глядя на Федора, чье лицо освещали все те же лучи. — нет, все хорошо, — ответил Достоевский, отползая на другой край дивана. Чуть подумал, темноволосый встал с места сидения и направился в другую комнату. — ты куда? — спросил парень, даже не подозревая о ночных объятиях.Ну и хорошо, а то он бы точно рассмеялся из-за этой ситуации. — за пледом.Тебе взять? — крикнул учитель из другой комнаты, слыша положительный ответ.После он зевнул, на что Коля смешно улыбнулся. Юноша с двумя аметистами вместо глаз принес два пледа — один обычный, кофейного цвета, а второй фиолетовый с цветочками.Именно этот он и отдал Николаю. — получите, распишитесь, — произнес Федя, потирая глазенки, — все, я спать, не будить до весны. Гоголь хихикнул и, накрывшись пледом, завалился спать.Вот только заснуть не получалось, хотя очень хотелось, ведь вставать так резко и так рано никому не по любви. Разноглазый поглядел на тонкие руки Федора и ужаснулся.Они сильно тряслись, будто бы Достоевского кто-то очень-очень сильно напугал.И почему Коля раньше этого не замечал? — почему у тебя руки трясутся? — не подумав, спросил Гоголь. — холодно, — соврал учитель и светловолосый сразу это понял.Не могут так руки трястись при холоде! — врешь, — вздохнул диджей, но улыбнулся.Достоевский хмыкнул, ничего не ответив. Время вновь не щадило и пролетало шокирующе быстро, особенно во сне.Проснулся Гоголь где-то около двенадцати утра, лениво вставая с дивана и направляясь на чужую кухню.Федора рядом не было, поэтому он скорее всего находится там. — доброе утро, — проговорил сонный блондин.Его коса растрепалась, а вид был слегка помятый, как и, собственно, одежда. Вдруг краем глаза он заметил, что темноволосый что-то быстро прячет и выглядит недовольным.Он, кажется, не ждал Колю здесь, но светловолосый не придал этому значения. — доброе, — буркнул Федор.Ах, да, кроме унылости и безэмоцианальности молодой учитель бо́льшую часть времени был раздражён.Коля не понимал, что так действует на его нервы, но опять же значения не придавал.А надо бы. — очень извиняюсь за слишком долгое прибывание тут, но. — парень зевнул, а после хихикнул, — заснул я совершенно случайно! Не убивай, пожалуйста. И правда.По взгляду Федора можно было подумать, что он сейчас накинется на гостя с ножом или ещё каким-нибудь предметом, которым можно спокойно убить человека.Однако, на удивление Коли, тот лишь с некой хрипотцой в голосе посмеялся, оставляя на лице мягкую улыбку.И куда делось раздражение? — так уж и быть, сегодня не буду, — ответил аметистоглазый, — можешь остаться до вечера, если хочешь.Тишина порой начинает напрягать. — вот и отлично! Чем займёмся? — иди умойся для начала. — есть, командир. Длинноволосый чуть ли не побежал в ванную комнату.Он быстро запомнил расположение комнат в квартире Федора, поэтому это было совсем нетрудно. Умывшись, парень посмотрел на себя в зеркало и понял, что сейчас ему придется переплетать всю бурду на голове, что образовалась за ночь.Он вздохнул и со скучающим видом начал расплетать косу, порой хмурясь. В ванной было через чур душно, поэтому пришлось выйти в коридор, где сейчас стоял Федя и менял число на календаре.И для кого он тут висит? Все же есть в телефонах, часах. — я скоро умру, — заявил диджей, все ещё мучаясь с прической.Федор начал тихо хихикать. — у тебя есть с собой расческа? — спросил парень. — в сумке.вроде. — тащи сюда, помогу, бедолага. Гоголь мельком оживился и помчался за сумкой.И да, какое чудо, там лежала его любимая расческа.Она была просто прекрасна! Коля молча отдал расчёску визави и улыбнулся, будто бы освещая этой улыбкой всю квартиру.Все ее запылившиеся уголки. Федор взял Николая за локоть и повел к дивану. — садись на пол, — будто бы приказал он и Коля тут же повиновался, садясь в позу лотоса.Достоевский же сел на диван и, не зная, куда день свои ноги, закинул их на плечи Коли.Тот засмеялся и явно не был против. — я постараюсь аккуратно, — проговорил Достоевский, начиная расплетать косу. Коля порой вздрагивал или ойкал, но это было нормально.Ведь тогда, когда он пытался навести на своей голове порядок сам, было намного больнее. Учитель плавными движениями начал расчёсывать шевелюру друга, после приглаживая тонкой и холодной рукой.Волосы были мягкие и от долгого ношения косы волнистые, а так же достаточно густые. — у тебя шикарные волосы, — подметил Федор, почти заканчивая, — как ты ухаживаешь за ними? Гоголь молчит.Ухаживает? — я.мою их каким-то шампунем раз в неделю.А надо ещё что-то делать? Теперь молчит Федор. — да ты самая настоящая ведьма, Коль! — воскликнул он и Гоголь засмеялся. Через десять минут тот был с красивой и ровной косой. — знаешь, потом можно будет посмотреть какие-нибудь интересные прически и заплести их тебе, — проговорил Федор, чуть задумавшись. — да? Я не пробовал раньше другие прически.Думаю, будет интересно. Коля вновь лучезарно улыбнулся, заражая своей улыбкой и Федю.На душе вечно угрюмого Достоевского стало тепло, как будто лучи улыбки проникли сквозь кожу и растопили его сердце. — ох, слушай. — вдруг начал говорить Федор, — не мог бы ты сбегать в магазин за чаем? Я тебе скину фотографию, деньги сейчас дам. Коля кивнул, хотя и не очень хотел оставлять свою компанию, хоть и на такое короткое время. Достоевский дал Николаю деньги, скинул фотографию, одел его, словно маленького ребенка, и наконец отправил в магазин.Сам же учитель направился на кухню. И та лёгкая улыбка на лице Федора пропала.Но сейчас будет все по-другому, сейчас он забудется, сейчас.главное.правильно все сделать и все будет хороло.Испытывая какое-то странное волнение, будто бы делает это впервые, парень дрожащими руками крепко сжимал шприц, заправляя его. Почему же он волнуется? Потому что придет Коля и может что-то заподозрить? Нет, он.он уже был при нем в таком состоянии, он не должен понять. Достоевский закасал рукав свитшота, оголяя бледные руки.На изгибе локтя виднелся иссиня-черный синяк и слегка вспухшая вена. Юноша вздохнул.Он чуть поморщился тогда, когда игла вошла прямо в вену.Ого, с первого раза? Парень оскалил зубы в ненормальной улыбке, вкалывая препарат.Ипользованный шприц был выкинут на пол, сознание затуманилось.