Урок длиною в жизнь

      — Отчеты готовы?       — Да, доктор Мо-Эрис.       — Отлично. Поздравляю, доктор Тау. Есть шансы, что мы, наконец, получим одобрение совета на внедрение новых алгоритмов.       Мужчина выгнул спину, потянулся, кладя руки на пояс, его губы растянула улыбка. Дышать, однако легче не стало.       — Они не поверят в сказку про сбой в работе кода, — заключил он, прищурившись. — Сколько раз такое случалось? Пару десятков раз при миллиардах запущенных земных жизней…       — Достаточно лишь того, что это случалось, — холодно ответила Мо-Эрис.       — И случилось в очередной раз… как раз именно тогда, когда спор с доктором Обедином явственно указал на вектор ваших интересов…       — Почему вас так это заботит, доктор Тау? — женщина подошла вплотную к коллеге, теперь с расстояния осязаемости дыхания пристально смотря ему в глаза сквозь толстые прямоугольные линзы его очков. — Вы ведь мечтаете изменить мир, верно? Этот неповоротливый совет давно пора раскачать, стряхнуть с него столетнюю пыль, — процедила она. — В крайнем случае… мальчишка нажал не на те кнопки. Бывает.       Доктор Тау силой воли сохранил нейтральное выражение собственного лица. Безумно хотелось поддаться гримасе отвращения от мерзкого скрипа льда на ее зубах.       — Эмерик — ваш племянник, доктор.       — Теперь вы вдруг играете роль морального компаса, — Тильда громко рассмеялась. Гром этого смеха мощной звуковой волной ударил по лицу мужчины словно это была пощечина.       — Просто удивляюсь, как подобные решения могут привести к Светлому Будущему, — Тау интонационно выделил последние два слова, немного поддаваясь вперед.       — Только подобные решения к нему и приводят, — доктор не отступила, а лишь вздернула подбородок, не разрывая зрительного контакта.       Мужчина долго вглядывался в кошачьи глаза, отчаянно пытаясь найти там то, во что некогда верил.       Он верил в революцию без жертв. Он верил в то, что есть те, кто не обменивает людские жизни на «всеобщее благо». Он давно понял, что намерение не стоит и гроша, если за его благостью стоят разрушенные судьбы.       — Вы действительно думаете это был успех? Что если нам попались две довольно сильные личности, которые пришли к определенным осознаниям вне зависимости от того, какой жизненный путь был для них разработан? Это слишком маленькая выборка, чтобы можно было делать какие-либо выводы…       — Тем не менее, есть результат, — резко оборвала его речь Мо-Эрис. — Я вас умоляю, доктор Тау, неужели за весь ваш многолетний опыт вы не поняли, что люди, в большинстве своем, овцы, которым необходим свет, указывающий верный путь? — она надменно изогнула бровь.       — В таком случае кто в праве решать, какой путь верный? — усмехнулся мужчина.       Тильда ответила красноречивым молчанием. Ее взгляд особенно понятливо выражал ее уверенность в том, что ответ на этот вопрос лежит на поверхности.       — За весь свой многолетний опыт я понял, что люди способны очень на многое, в том числе и вести себя как стадо овец. Еще я понял, что стоит одной овце почувствовать свое преимущество над другими, она не побрезгует этим преимуществом воспользоваться. Мы изменим мир, доктор, но только в том случае, если сумеем исправить этот баг. Отчет будет представлен на следующем совете, за это не волнуйтесь, — отступая назад, проговорил Тау мрачно и холодно.       Он поспешно развернулся, покидая комнату.       Белая дверь захлопнулась за его спиной. Он остановил запись диктофона и шумно выдохнул. Возможно, миру и суждено будет однажды измениться, но впереди лежал еще долгий путь…