Сбежавшая невеста

Зеваю и сижу в кофейне аэропорта. Я уже и забыл, когда в последний раз встречал Киру. Сейчас мне необходимо убедиться, что все хорошо. Перед вылетом звонил Ромка. Он кажется на грани нервного срыва, да еще и так описывал внешний вид Катерины. Мне стало любопытно, что такого могло произойти, чтобы шокировать Малиновского. Перед прилетом спускаюсь в зону ожидания. Взгляд натыкается на молодого человека с цветами. Черт, вылетело из головы, надо было взять Кире букет, но что тогда делать с Пушкаревой. Она ведь может обидеться. Или стоило порадовать обеих, но это было бы полной глупостью. Прихожу к выводу, что отсутствие цветов к лучшему. Первым кого я замечаю это Кира. Она что-то весело рассказывает девушке рядом. В какой момент до меня доходит, что это Катя, не помню, но чуть не падаю с ног. Человек, который сотворил это, достоин премии. Осознаю, что впервые вижу Катерину в брюках. Пиджак подчеркивает тонкую талию, а топ под ним - красивую грудь. Волосы завиты и легко прихвачены заколкой. Что придает легкую небрежность, и выглядит невероятно сексуально. — Здравствуйте, Андрей Палыч, — даже не сразу замечаю, что ко мне подошел отец Пушкаревой. — Доброй ночи, Катя уже идет, — произношу я, и сам понимаю, насколько глупо это звучит. — Я вижу, — сурово замечает Валерий Сергеевич. Он явно чем-то недоволен. — Привет, Андрюша, — Кира едва касается моей щеки губами. — Здравствуйте, Андрей Палыч. Папа, ну я же просила не приезжать. Я вполне могла добраться на такси! — Катя едва удостаивает меня взглядом и переключается на отца. — Или мы с Андреем могли бы довезти Катю домой, — с улыбкой добавляет Кира. — Мне в последние несколько дней не до сна. Марш в машину, дома поговорим, — слова звучат как военный приказ. Хочется защитить Катю, но под суровым взглядом она прощается с Кирой и уходит. Рядом с нами обнимается и целуется пара, а я не знаю даже о чем говорить. В голове пустота. Через несколько минут наконец-то появляется Малиновский. Оказывается, его чемодан перепутали, пришлось разбираться. — Поехали, довезем Ромку и ко мне. Только я ужасно устала, — зевая говорит Кира. Почему-то от ее взгляда меня бросает в дрожь. Пока едем с Малиновским, он без умолку болтает и рассказывает о командировке. Но, как только мы оказываемся вдвоем снова, сгущается тишина. Чтобы хоть немного сгладить ситуацию, включаю радио: Красивая любовь, красивые слова-обещания. Север и Восток, оказалось, мы в любовь играли. Красивая любовь, но ее не перепишешь сначала. Север и Восток, мы с тобой далеки, как снег и пламя. Звучит из магнитолы. Завожу разговор про свадьбу. Звучит все искусственно, сам понимаю. Но в этот раз не только с моей стороны. В словах Киры нет энтузиазма и огня, с которым она говорила о свадьбе еще неделю назад. Она не расспрашивает меня о том, чем я занимался здесь без нее, не изводит своим контролем и ревностью. Идеальная девушка, о которой только можно мечтать. Надеюсь, это не затишье перед бурей. Едва мы доезжаем, Кира принимает душ, и ложится в кровать, засыпая за несколько минут. Все это настолько непривычно, что я даже не знаю, как подступиться к разговору. Создается впечатление, что мою невесту подменили. И это я еще не общался с Катериной! Может, магнитные бури? Нет, всему должно быть логическое объяснение, правда, я его не нахожу!