Игра в Прятки

ЕНТП не глядя нащупывает телефон, лежащий на подлокотнике, и сразу подносит тот к уху, когда слышит рингтон. Затекшее тело говорит, что время для звонка, особенно в выходной, крайне неподходящее. Значит, звонят с работы. — Да? — бормочет ЕНТП в трубку, а второй рукой машет в воздухе в попытке направить ту к лицу, чтобы потереть глаза. Она затекла и не слушается, тычется во что попало и вот-вот саму себя сломает в очередном кульбите. — ЕНТП. — для Менеджерки, начальницы, его имя это синоним словам: "Привет" и "Я тебя уволю". Интонация всегда одинаковая, остается только гадать, что случилось на этот раз. — Он самый. — снова отвечает ЕНТП и пытается затекшей рукой размять затекшую шею. — Ты помнишь? ЕСТЖ, как человек, для которого время — деньги, иногда просто обожает говорить загадками с одной только целью — убедиться, что её собеседник или ответственный человек, или безалаберный балбес, который жизни не проживет без её напоминалок. — Конечно помню! — утвердительно заявляет Полемист. — О чем? На той стороне трубки слышится привычно усталый вздох. — Я жду тебя на работе в полдевятого. Звонок завершается. Было бы очень мило с её стороны хотя бы секунду уделить на то, чтобы напомнить, какой именно работой ЕНТП придется заниматься — хоть убей, он сейчас не может вспомнить, что должен ЕСТЖ. В своем желании попросить босса быть конкретнее Полемист ничего некрасивого не замечает, красота — это ведь понятие субъективное. Но все равно не перезванивает, чтобы не бесить Менеджерку еще до того, как он появится в офисе. ЕНТП наконец разлепляет глаза и понимает, что давит ему на бедра. Кто давит ему на бедра. Посредническое длиннющее, как поезд, тело разложилось на диване, верхняя половина — на Полемисте. На чужих бедрах руки, на них — голова; разлеглась как кошка-переросток. То ли для удобства, то ли из вежливости согнула ноги в коленках, чтобы на другом конце дивана мог усесться любой желающий, вширь не превышающий сантиметров пятнадцать. Аналитик жмурит глаз, вспоминая, чем закончился их вечер и нет ли у ИНФП других причин быть так близко к его ногам, кроме как банально случайно найденной позы во сне. Кажется, нет. Он не может вспомнить, когда уснул, но судя по всему опередил в этом деле Посредницу — иначе бы среагировал и нашел себе другое место для сна. Он невысоко приподнимает праву ногу, чтобы разбудить ИНФП, но она не просыпается. Шевелится остальной частью тела, чтобы девушку растрясли движения — никак. Полемист обеими руками нащупывает под чужими волосами голову и пытается её приподнять. Длинные волосы поднимаются следом, отдельные пряди выпадают из рук ЕНТП и устраиваются у бляхи ремня, откуда их потом не вытащить. Хочется намотать светлую копну на кулак и поднять, но толком непроснувшемуся ЕНТП не хватает на это сил. Он перебрасывает волосы через посредническое плечо и осторожно приподнимает её тело, чтобы встать. ИНФП не просыпается даже когда её кладут обратно, она просто поудобнее устраивает руки под головой и волосы прячут её лицо, как за шторой. ЕНТП смотрит на неё какое-то время, упирается руками в колени и слегка подается вперед, как будто глазеет на незнакомую человечеству вещь. Почему-то ему хочется, чтобы она сейчас проснулась. Чтобы он огорошил её новостью, что она на нем заснула, и чтобы она начала бормотать что-то нечленораздельное в ответ, волосами пытаясь скрыть краснючие щеки. Надписи на его правой руке остановились чуть выше костяшек. Аналитик пытается разобрать последние слова и вспомнить, о чем они говорили, но строчки полны бессмысленных сокращений и кривых букв — видимо, сама ИНФП к тому времени соображала туговато. Полемист берет свою рубашку с подлокотника, пока ИНФП не подмяла её под себя и скрывает надписи под темно-фиолетовым рукавом. Тела разбросаны повсюду в одинаково бессознательной кондиции, но в разных позах. Кровать для гостей забита таким огромным количеством людей, что только их одетый вид говорит о том, что ночью не было оргии. На первом этаже ситуация схожая, но людей, которые не брезгуют спать на полу, больше. ЕНТП двигается на кухню, на диване у окна обычно отдыхает Развлекательница. В этот раз она сидит за столом, ковыряется вилкой в куске торта и с кем-то переписывается. — Нет, я не ложилась, — отвечает Развлекательница, прежде чем ЕНТП успевает даже рот открыть. Она поднимает на него глаза и чуть не роняет изо рта кусок торта. — Что у тебя с шеей?! Вся в засосах! — Чего?! — Полемист рукой берется за шею и тревожно её ощупывает. ЕСФП лыбится во все тридцать два, слегка испачканных шоколадным кремом. — Шучу я, дурик! ЕНТП далеко нелестно отзывается на шутку, из слов, которые не придется цензурить — одна только "жопа" в адрес Развлекательницы. Ту реакция всегда отходчивого Полемиста забавит. — Хочу ИНФП то же самое сказать, — ЕСФП зловеще потирает руки, — представляешь её реакцию? — Представляю. — ЕНТП в некоторой степени смущенно кашляет в кулак. — Свалится тут с сердечным приступом, а на тебя повесят убийство по неосторожности. Подругу это только раззадоривает и она спрашивает, не проснулась ли и ИНФП в такую рань. Полемист отвечает, что нет. Друга часто вызванивают с работы, поэтому видеть ЕНТП проснувшимся в семь утра для ЕСФП в такую же новинку, как для него — с ней по утрам пересекаться. — Моя щетка в футляре под раковиной? — Да, слева. Если она мокрая, возьми соседнюю, желтую. Стратег мог ей случайно воспользоваться. ЕНТП недовольно разводит руками. — Блеск. А желтая чья? — По-моему, ничья. Или Виртуозки и Консулки. С сегодняшнего дня и Борца, может. Он без очков совсем не видит. — ЕСФП делает глоток кофе. — Кстати, он жаловался на першение в горле за завтраком. Посмотри, вдруг вместо тюбика зубной пасты открыт крем для депиляции. Еще сонный, ЕНТП не догадывается, шутит подруга или нет, поэтому серьезно кивает и отправляется чистить зубы. По натуре ЕНТП не брезглив, а если и был, то в силу некоторых жизненных обстоятельств теперь легко мог пить что угодно хоть из чужого кроссовка, видавшего виды, ходившего годы. Но чего он точно не может делить с другими людьми — зубных щеток. В одно время он вдоволь насмотрелся на мужиков, у которых зубы крошились и падали прямо на руки. Если в их ртах и насчитывалось больше пяти зубов, то только благородных желтых и коричневых оттенков. Ни гигиены, ни кальция. С тех пор он трясется над хорошими пастами, зубными нитями, ополаскивателями для рта и мятными жвачками. Знает, что сигареты его зубами не приятели, но все никак не бросит курить. Чтобы лишний раз не вспоминать о толстенном желтом налете на чужих зубах, он берет пачки сигарет с чем-то менее — по его мнению — неприятным: раком легких, импотенцией и инфарктом. На картинки с недоношенными детьми смотрит косо — те совсем беззубые, что даже хуже пародонтоза. Весь отбеливающий мятный арсенал лежит в том же месте, где и был оставлен ЕНТП в прошлый раз. Он замечает, что ополаскивателя стало на пару колпачков меньше и негодует — из-за какого-то нахлебника снова придется тратить деньги бедной ЕСФП. Зубная щетка нетронута, так же прекрасна как в день, когда они виделись в последний раз. Полемисту по жизни приходится много работать ртом и он единственный, кто в этом виноват. Он не теряет надежд, что ослепительная улыбка однажды обеспечит ему повышение на работе, свалит на голову чемодан с деньгами и увезет в кругосветку. Немного сложно приводить себя в порядок не преобладающей рукой, чтобы оставить записи на коже нетронутыми. Те все равно слегка размываются, когда ЕНТП вытирает руки полотенцем. В любом случае, ИНФП если и вспомнит о своих ночных деяниях, вряд ли предъявит что-то ЕНТП, если узнает, что парочка строк канула в Лету, оставив после себя лишь черные пятна на махровом полотенце.

***

— Как провели время вчера? — интересуется ЕСФП, когда Аналитик присаживается к ней за стол. На столе собраны остатки всего того, до чего Полемисту не удалось добраться, когда он был на втором этаже — от салатов и заказанных пицц до чьего-то самодельного рассыпного печенья. ЕНТП пожимает плечами и намеренно набивает рот едой, чтобы пробубнить одно только "неплохо" в ответ. — После всего того, что ты мне рассказал о вашей первой встрече с ИНФП, я даже боялась заглядывать на второй этаж! Тебя так долго не было! — Развлекательница прикладывает руку к груди. — Меня успокаивало только то, что я не слышала криков и звуков битого стекла. — Я честно пытался её задушить там. За весь свой варварский род. — оправдывающимся тоном шутит ЕНТП и накалывает на вилку три разных салата. ЕСФП заискивающе улыбается. Она ерзает на сиденье диванчика и не может найти рукам место, уже весь стол и стаканы в пределах досягаемости обстучала ногтями. Она подпирает кулаками щеки и вперивает взгляд в душу Аналитику. Тот невозмутимо жует салаты и подругу игнорирует. — Вода в чайнике есть? — интересуется он. — Вскипятила минуту назад, — цедит сквозь зубы Развлекательница, пытаясь сохранить доброжелательный вид и не проколоть зубочисткой полемистский висок. ЕНТП наливает себе черный чай и с важным видом смотрит в окно. Пар из кружки раздувает в стороны потоком прохладного ветра из небольшой щели. ЕНТП чувствует, что пыхтящая носом ЕСФП вот-вот сдует с него рубашку, но продолжает не обращать на ту внимания. — Ты такой гад, ты в курсе? — тихонькое воет подруга и обиженно вскидывает руки. — Спроси уже, чего я хочу! ЕНТП её вежливо динамит. Знает, что если хоть один вопрос задаст Развлекательнице, та застолбит за собой выигрышную позицию и начнет нападение: тыкать локтем в плечо, подмигивать и играть бровями. Сам ЕНТП так делал и не раз, когда Развлекательница делилась с ним секретами своей личной жизни. Но он подмигивать-то стал только после того, как она сказала, что принимала ухаживания от смуглого папика в течение месяца. ЕСФП же умудрилась что-то разглядеть в их, ЕНТП с ИНФП, совместно проведенной ночи что-то соразмерное её бесконечным рандеву. Даже если ей просто хотелось попридуриваться, Аналитик этого желания не разделял — пошло шутить о таких, как ИНФП, это себя не уважать. А самоуважения с утра лишаться не хотелось. Полемист остается у мраморных столешниц и согревается горячим чаем. Развлекательница крутит маленькую вилку во рту; по звукам тяжело понять, что сломается первым — зубчики или зубы. — Я просто хотела сказать: "Я так рада, что ты хорошо провел время!". — абсолютно неправдоподобно признается Искательница. — И хотела сказать спасибо, что ты помог ИНФП чуть-чуть развеяться! — Полемист слушает молча. — Честно, ждала вас обоих тут. Но понимаю, что иногда приятнее поворковать и в уединении... — Я сейчас плесну тебе чаем в лицо. Развлекательница принимает позу, в которой Полемист просидел полвечера. — Если бы меня слушали вот так и если бы со мной говорили, — она переходит на мягкий шепот, пародируя Посредницу, — вот так, я бы тоже решила ни-ку-да не уходить! — Я с женщинами в твоем присутствии говорить больше не буду. — Как хочешь! У меня очень много знакомых и парней. — Развлекательница по-детски болтает ногами, когда ЕНТП закатывает глаза, и смеется. — Не хмурься так, а то познакомлю с подружками из косметологии! Или друзьями! Из уст ЕСФП предложение с кем-то познакомиться — это что ни на есть настоящая угроза. Никогда не знаешь, кто скрывается под её загадочным "есть у меня один дружок" — вышибала из девяностых или десятилетняя рукодельница. И никогда не знаешь, в каком количестве их может иметь при себе Развлекательница, обычно оно варьируется от трех до двадцати пяти человек. Остаток совместного утра ЕСФП пытается вывести ЕНТП на откровенный разговор, поинтересоваться, о чем можно было так долго говорить не на кухне и не куря, и нет ли среди записей на полемистской руке телефончика Посредницы. Она даже вызывается им поделиться, если ЕНТП с ней хоть чуть-чуть посплетничает. Но он стоит на своем, как спартанец — не поддается на хитрые уловки и хочет сбросить подругу со скалы. — Самое паршивое знаешь, что? — говорит Развлекательница, провожая Полемиста. — Что ИНФП мне тоже ничего не расскажет, я прям чувствую. — она кусает губы от обиды. — Может и пооткровенничает, если вы с ней близки. Там тако-о-ое было... — ЕНТП чуть на пол не валится, когда ЕСФП его толкает. — Вне праздника её малыхи мы говорили только один раз! Когда я позвала её сюда! ЕНТП поднимает на подругу глаза и его бровь вопросительно ползет вверх. Впрочем, он вскоре отмахивается и продолжает шнуровать ботинок — Развлекательница и хромую козу в дом пустит, если они подышат одним воздухом секунды две. — Тогда сострой грустную физиономию. Может, проканает. — Хочешь сказать, я все это время смотрела на тебя недостаточно грустно?! — вспыхивает ЕСФП. — Меня такое не задевает. — ЕНТП хлопает себя по груди, чуть ли не гордо. — А Дипломатов - вполне. Попытай удачу. ЕСФП обнимает друга на прощание, намеренно наступая ему на ногу, ногтями тыча в шею и бурча что-то угрюмое в плечо, если он вдруг не понял, что она все еще дуется и дает последний шанс признаться в том, в чем он признаваться не обязан. ЕНТП вопреки выходкам Искательницы обходится с ней нежнее, но привычно дразнит и интригует. Уже на улице она бросает ему вслед, что на пороге своего дома не ждет. Она так говорила и в прошлый раз.

***

Полемист снова полторы минуты тратит на светофоре, который не успел проскочить. Красный свет на этом большом перекрестке всегда встречает его по выходным, как будто если не увидит ЕНТП с утра, то заволнуется, засбоит и с горя вмажет фурой по ряду легковушек, сменив красный свет на зеленый. ЕНТП слушает радио и, облокотившись на руль, безынтересно разглядывает рекламу на трамвайной остановке. Афиши давно не обновляли — в прошлый раз он читал о тех же спектаклях и концертах. Он снова жалеет о том, что не сдал работу вовремя и отложил все на последний день. Аналитик до сих пор не может вспомнить, как много должен и сколько ему придется проторчать в офисе. И не заставит ли Менеджерка возвращаться домой за пиджаком — дресскод её волновал, как дежурных в гимназии. Сколько раз ЕНТП не говорил ей, что чайник под присмотром не закипит, когда она стояла у него над душой, ЕСТЖ отмахивалась и отвечала, что без её присмотра этот чайник вообще в утиль спишут. Напоминалки от неё можно найти во всех местах, всех форм и размеров. Только ты взялся за одно поручение — на телефон пришло уведомление о новом. Отвлекся на него — ЕСТЖ уже стоит у рабочего места и интересуется, почему Полемист глазеет в телефон вместо работы. Хоть в окно выбрасывайся с таким режимом. Но только когда они открыты на проветривание. На Полемиста не действует чужой распорядок. Как бы ни старалась ЕСТЖ приучить его к своевременному выполнению обязанностей, ЕНТП все равно сдает работу только тогда, когда дедлайны если не дышат в спину, то бьют по ней ногами. Главное, что успевает — считает ЕНТП. Делится он своим мнением только во время перекура с парой коллег, с ЕСТЖ чуть что — сразу пойдет разговор об увольнении. Она ждет, когда он наконец перестанет быть таким самоуверенным и облажается — не сдаст работу вовремя и будет выгнан отсюда пинками. А ЕНТП как назло не уступает должность более трудолюбивым работникам и продолжает делать все по-своему. В этот раз он даже приезжает на три минуты раньше заявленного. Какая сволочь. Когда Полемист выходит из лифта, он застает Менеджерку смотрящей на наручные часы. — Ты не могла дождаться понедельника, так сильно по мне соскучилась? — шутит ЕНТП и щелкает пальцами. ЕСТЖ не улыбнулась, когда услышала эту шутку впервые. И сейчас, в сотый раз, она тоже не улыбается. В отличие от ЕНТП. — Ещё немного и я начну считать это за домогательства, — предупреждает Менеджерка скорее устало, чем злобно. — Я тоже давно вижу в тебе сексуальную маньячку. Учитывая то, как ты меня ебе- Менеджерка выставляет руку вперед, прося ЕНТП не договаривать и борясь с желанием как следует стукнуть того по губам. Материться нельзя. Всем тем, кто ЕСТЖ не нравится. — Ты сам виноват в том, что бездельничаешь. Если бы не курил с Виртуозом каждые пять минут, давным давно бы сдал отчетность. — ЕСТЖ двинулась в офис. — ИСТП тут?! — если бы у ЕНТП был хвост, он бы им завилял. Босс указывает рукой на компьютер, из-за которого выглядывает взъерошенная макушка коллеги. Полемист, стоя за Менеджеркой, активно машет руками, Виртуоз лишь улыбается поджатыми губами и кивает в ответ. Он не так беззаботно относится к собственным косякам, как ЕНТП. Он не спорит с начальством и часто благодарит Менеджерку в конце дня за то, что она не упускает из виду его ошибки. Оба парня знают, что если одного из них решат вытурить с работы, это точно будет Полемист. — Не отвлекай его, — как ребенку, грозит Менеджерка Полемисту. — Твое задание уже открыто на рабочем столе. Отправишь мне на почту, как сделаешь. ЕНТП разваливается на стуле и готовит себя к работе, как следует на том прокрутившись. ИСТП смотрит на него хмуро и Полемист догадывается, что тот сегодня совсем не в настроении и на диалог не настроен. Может, в понедельник оправится. Они работают в страховой компании. Виртуоз консультирует автомобилистов насчет страховки, а Полемист — разбирается с последствиями: ДТП и прочими ситуациями, когда водитель машет бумажкой над головой и ждет, что компания выплатит ему обещанную денюжку. Их работа становится веселее с наступлением зимы. Одних только дураков на летней резине — сколько! Часто дело доходит до судебных разбирательств и этой, самой интересной частью работы, занимаются не они, а Администратор. Он впитал в себя все знания страхового права, что стоило ему здорового цвета лица, десятка килограммов веса и русых волос. Осунувшийся, поседевший, уважаемый. Для его походов по судам ЕНТП и еще пара коллег подготавливают документы. По возвращении ИСТЖ сообщает, что дело выиграно. А когда ЕНТП пристает с расспросами, не брызгал ли кто слюной от злобы, не дергался ли у кого глаз от напряжения, насколько скучающей выглядела стенографистка, Администратор пожимает плечами и отвечает: "не знаю". ЕНТП хочется с меньшим энтузиазмом подходить к работе, когда он представляет, что молоток судьи стучит только в начале и в конце заседания и ни по чьим головам не бьет. Он так старался ради этого?! Был бы он там, стенографисты бы не скучали! От мысли, что он снова может оказаться в суде, нездорово спирает дыхание. ЕНТП осознает, что занимался бы защитой чужих прав, благородным делом, но... весь этот антураж с креслами судей, скамьями подсудимых, присяжными... приговорами. Все-таки пусть лучше этим продолжит заниматься ИСТЖ. Ему нужно заполнить отчет, раскидать клиентов по таблице. Перерыть договоры с каждым и внести данные в столбики и строчки. Скукотища. И ЕСТЖ еще думает, почему Полемист на рабочем месте выглядит счастливым только когда пьет кофе из автомата в коридоре. Аналитик неохотно хрустит пальцами над клавиатурой и ненароком вспоминает про Посредницу. Скорее про то, что она предпочитает всю информацию писать вручную. Если бы ему пришлось делать это сейчас, он бы не думая застрелился. ЕНТП оттягивает рукав рубашки и смотрит на черные размытые каракули. Раз уж Виртуоз намерен играть в молчанку, а договоры клиентов никуда бежать не планируют, ЕНТП может уделить минутку-другую не на работу. Он снимает рубашку, приподнимает рукав футболки. Находит хорошие ракурсы для камеры и делает пару снимков на телефон. — Не думаю, что ЕСТЖ это впечатлит, — негромко шутит Виртуоз со своего места. — Если все эти мускулы не умеют по клавиатуре стучать, ты ей неинтересен. Он знает, о чем говорит. Виртуоз был местным Годзиллой, на котором исправно раз в два месяца рвались рубашки. За ненадлежащий вид Менеджерка шутливо, но все-таки его отчитывала. А коллега Консулка смущенно отводила глаза в пол. ЕНТП прищуривает глаз и высовывает язык: — Это не для неё. Виртуоз пальцем водит по пробелу. — Да ну? Ты и в туалете, наверное, пару снимков делать собрался? — Ага, поможешь? Коллега фыркает и отмахивается. — Иди ты в баню. И звук на телефоне выключи, чтобы я не отвлекался. — Ширинку мне тоже бесшумно расстегнуть? — Иди в баню, говорю! ЕНТП хихикает. — Король шуток ниже пояса сегодня передал мне свою корону... — ЕНТП укладывает руки за голову и облокачивается на спинку стула. — Польщен. — Не мечтай. Отвлекаешь ты меня, гад, а я почти закончил! В понедельник поговорим. — Ты меня обижаешь. — Заплачь. Из соседнего кабинета раздается нарочито громкий кашель ЕСТЖ, и ЕНТП с ИСТП, как нашкодившие школьники, прячут глаза и возвращаются к работе. Аналитик открывает сделанные фото на компьютере и отражает их, чтобы нечитаемая белиберда превратилась в обычную белиберду. Он открывает пустой документ и берется за переписывание посреднических записей. Открытое ЕСТЖ окошко остается без внимания. Посторонний человек не разглядел бы в тексте ничего, напоминающего сказку. Но ЕНТП видит её перед глазами, слышит в голове. Он полностью просыпается и вспоминает вчерашний вечер. Как много он говорил. Не о работе, не о личной жизни и не о чужой. О том, чего нет. О том, что не здесь. О том, что еще не существует. Спустя такое долгое время в его голове есть что-то помимо претензий Менеджерки, универских проблем ИНТП и похождений ЕСТП. Говорящие животные, грустные змеи и надменные черепахи. ЕНТП хмыкает и на какое-то время зависает над клавиатурой. Какая глупость. Ему кажется, что он даже в детстве не носил в голове таких беззаботных историй. Он представлял, как издевается над создателями учебников по математике и как стучит лопатой по крышкам гробов скучных писателей. ЕНТП хотел отомстить им за то, что Командирка на него срывалась. А сейчас, в свои почти тридцать, он расписывает переживания несчастного змеиного рода, который не мог дать пять своим друзьям и который не мог судить гладиаторов. Аналитику приятно, что эту мысль Посредница не забыла. И то, что она записывала буквально все его мысли разной степени бредовости. Даже те, которые ничего общего не имели с сюжетом. ИНФП стоило только обозначить идею, как Полемист начинал её развивать. Он набирает одно предложение Посредницы, а за ним три-четыре собственных. Даже не верится, что он с таким интересом печатает свои же мысли. Когда очередную загогулину не разобрать, ЕНТП делает перерыв и возвращается к настоящей работе. Устает от той — снова берется за сказку. Он ставит троеточия — "не разобрал слово", в скобках пишет сотню вариантов, что там могло бы быть. Где-то текст подчеркивает — "надо подумать" — и расписывает иные исходы событий. Документ пестрит дополнениями и материала набирается минимум сказки на три. ЕНТП подписывает в конце, если история и персонажи читателю понравятся, можно выкатить целую серию рассказов. Полемист так увлечен работой, что не замечает, как уходит Виртуоз. Он высылает отчет на почту Менеджерки и вздрагивает, когда слышит рингтон мобильника. Звонит сестра. — Ты где? — вместо приветствия интересуется ИНТП. По голосу слышно, что она проснулась совсем недавно и позвонила сразу же, как заметила, что брата нет в квартире. — В плену у террористов. Мне отрезают голову. — шутит Полемист и подносит телефон к автомату с кофе, — слышишь? Машина за моим телом приехала. ИНТП не впечатлена и ругается. К моменту, когда ЕНТП подносит телефон к уху, он успевает услышать только "...в задницу". — Я на работе. — Аналитик достает стаканчик кофе и делает небольшой глоток. — Опять? Тебе вкатывает работать в субботу утром? — Да, кофе вкуснее. Сахар на зубах скрипит звонче. А ты почему не на парах? Прогуливаешь? — Да, снова. — язвит сестра. — Вообще-то нет. Их отменили. Ты скоро домой приедешь? Делец хочет приготовить омлет и спрашивает, долго ли тебя ждать. — Тот самый фирменный омлет за пять минут в микроволновке? Мчусь! — ЕНТП смеется в стаканчик и горячим кофе обжигает губы. — Я уже закончил. Буду минут через пятнадцать. — Ладно... — бормочет ИНТП и передает информацию Дельцу. — Как... все прошло на тусовке? Ты про фенечки забыл, да? ЕНТП прикусывает язык в легком раздражении. — Не забыл. Даже не потерял. — Серьезно? — неуверенно спрашивает Ученая. — И... и что было? Полемист возвращается в офис и смотрит, как допечатывается последний лист сказки. — Расскажу, как приеду. До встречи.