But with good behavior... who knows?

Двое мужчин находились в своих камерах, их разделяла лишь одна стена. У каждого был ключ от своей камеры. Они получили его ещё давным давно и постоянно выходили ночью, дабы продолжить копать тоннель. Так получилось, что одним из надзирателей оказался сводный брат дальнего кузена Ника, который сделал дубликаты ключей. На свои подушки Джимми и Ник клали самодельные головы, как когда-то делали ребята, сбежавшие из Алькатраса много лет назад. Тем временем охранника на камерах постоянно отвлекал тот самый надзиратель по предложению Макгилла, который, как мы помним, проворачивал такое, будучи Джином Такавиком. Итак, Джимми с Ником покинули свои камеры. Они совместно пробрались к прачечной, которая была очень близко, и, проскользнув мимо охранника, ушедшего в туалет, сдвинули шкаф и пробрались в тоннель. Проще простого. Там было очень сыро, повсюду бегали насекомые, сильно пахло дерьмом, но это не мешало ребятам сбегать из тюрьмы. Марселло полз впереди и с улыбкой глядел вперёд, где была канализация, Джимми же приходилось помимо отходов нюхать ещё и ботинки товарища. Впрочем, уже через несколько минут они добрались до канализации. Николас буквально зазубрил её план, поэтому точно знал, куда им идти. По его расчётам они должны дойти до люка, который находится прямо возле гостиницы, где обычно живут посетители тюрьмы. — А ведь Рон сейчас на свободе гуляет и не прячется от полиции, классно, да? — усмехнувшись, сказал Джимми. — Да, Симмонсу повезло, но... он пропустил все веселье, у нас же круче, брат, — воодушевлённо ответил Ник, бродя по канализации. — Возможно... правда, придётся снова новое имя брать. Одно и тоже... бегу от проблем, которые сам же и создаю... — бормотал Гудман. — Вот она! — шёпотом сказал Ник. — Прямо над нами! Срывай с себя одежду, там нельзя появляться в робе. Ну и... вонять тоже, честно говоря. Парочка разделась до трусов. Сол подсадил Ника, и тот быстренько, используя самодельный инструмент, снял люк и сдвинул его. Выглянув на улицу, он осмотрелся, чтобы никто их не увидел, и вылез наружу. Отвлёкшись на свободу, он постоял полминуты, глядя на улицу, но затем наклонился и помог забраться Джимми. Ресепшн. Эти двое в одних трусах стояли перед женщиной, в недоумении смотревшей на них. — Вы почему в таком виде? — спросила она. — Ехали на попутке, а нас обобрали... Даже одежду содрали, мэм, — сказал Ник, — мы тут хотим перекантоваться и на утро сразу же уедем. — О Боже, бедные... Я вам что-нибудь найду из потеряшек. — Женщина сразу замешкалась и взяла ключи с крючка. — Не волнуйтесь, идите в пятый номер, его как раз на сегодня забронировали, но никто не пришёл. Конечно, этим «кем-то» был надзиратель. Впрочем, без него план бы и не сработал. — Можно я позвоню? У вас же есть телефон? — спросил Джимми. — Да-да, сэр, он возле автомата с закусками, — ответила женщина. Макгилл медленно подошёл к телефону и взял трубку. — Так... Пятьсот пять, сто сорок два, сорок... — Джимми набирал номер, как вдруг забыл следующую цифру. — Сорок, э... Черт, черт... Сорок... Сорок два, да... Точно, сорок два... Ноль... Пять. Фух... Макгилл приложил трубку к уху и стал ждать ответа. Он не знал, существует ли ещё этот номер, и жив ли вообще человек, которому он звонит. Джимми услышал, как трубку подняли. — Да? — произнёс ответивший мужчина. — Здравствуйте... — робко сказал Джимми, — я... мне нужен новый фильтр для пылесоса Hoover Max Extract Pressure Pro шестидесятой модели... — Хм... неужели это тот, о ком я думаю? — Надеюсь, что да... — Кажется, Вы сильно пожалели, что отказались в последний раз, да? Я видел Вас по новостям. — Всё верно... Да. — А ещё мне кажется, восемьдесят шесть лет не прошло. По крайней мере, насколько мне известно. — Давайте к делу, а? — Как знаете. Монтроуз, да? — М... да, всё верно. — Деньги есть? — Могу назвать координаты, где они имеются. На двоих. — Хорошо... вы ведь не далеко ушли, да? — Откуда? — Оттуда, где Вы были семь лет, сэр. — А, да, да. Гостиница. — Хорошо. Координаты. Джимми прошептал координаты места, где закопаны деньги. — Хорошо, — ответил Эд, — я позвоню завтра в это же время.

***

Тиканье секундной стрелки. Мрачная кухня, тишина, прерываемая лишь гулом холодного ветра за окном. Джесси взял чашку и отпил чай, поглядывая на человека, сидящего напротив него. — Откуда ты узнал, что я здесь? — спросил Джесси. — Т-ты же знаешь Келли, да? — сказал Флинн. — Я тоже её знаю. — Келли? Она... чёрт, ты видел Келли? — Я р-работаю с ней в порту в Сиэтле, мы общались, и она тебя упомянула. Я сразу узнал, о ком она, п-показывала фотку. Келли очень м-милая девушка. — Да, я знаю... чёрт, как Уайтов занесло в Сиэтл? — А, ну, мы там уже давненько ж-живём, переехали, когда Эллиот и Гретхен Шварц дали нам д-девять миллионов. Пинкман усмехнулся. — Ч-что? — произнёс Флинн. — Они публично сделали нам такой подарок, мама была счастлива... — Да, да... Хорошо. Но, слушай, парень, зачем ты приехал сюда, а? Тебе здесь не место, ты понимаешь? Своим присутствием ты можешь меня спалить. — И я с-сделаю это, — твердо ответил Флинн. — Ч... что? Ты совсем охренел?! — Если поможешь мне, то я ничего и никому не расскажу, окей? — Что тебе надо, говори уже. Деньги? У меня нет денег, сразу говорю. Хотя, наверное девять миллионов вам хватит. — Я... Ты можешь включить на телике утренние новости? — Э... Ладно, сейчас. Майк, дай пульт, — произнёс Джесси, поднявшись со стула. Флинн поднялся следом. У него уже не было костылей, он спокойно ходил на своих двоих, пройдя дорогое лечение. — Ну, погнали, — сказал Пинкман и включил новости. — В эфире новости и его ведущий Зак Рэнделл, — сказал мужчина с телевизора, — экстренные новости, сегодня появилась новая информация по делу прошлого десятилетия о метамфетаминовом короле Уолтере Уайте, известном как Хайзенберг. Сегодня рано утром его бывшая коллега Гретхен Шварц рассказала, что Уолтер приходил к ней и к её мужу Эллиоту домой незадолго до своей кончины с целой кучей наличного, где было немного больше девяти миллионов долларов. Уолтер Уайт приказал им пожертвовать эти деньги его семье, Скайлер и Уолтеру-младшему, пригрозив киллерами, которые, если что-то пойдёт не так, убьют их. Пара дала обещание и вскоре выполнила его, но вдруг, тогда, когда никто не ожидал, спустя восемь лет Эллиота Шварца убивают пулей в лоб на улице в Праге. Пока полиция разбиралась, кто это мог быть, Гретхен незамедлительно рассказала о просьбе Хайзенберга, а наркоденьги изъяты из семьи Уайтов. — Вот, чёрт, — произнёс Джесси и выключил телевизор.