Мое море

Ни до последнего полета, ни до конца света

Судьба — моё проклятие

У этой души нет дома, у этой души нет тона

Горят чёрные зори, моё море

Ни до последнего полета, ни до конца света Судьба — моё проклятие Моё море, моё море Моё море

POV Милош

— Атанасия Ховрахина. Женщина за стойкой регистрации слегка иронично ухмыльнулась, на что в ответ последовало тихое: — Очень смешно. Русоволосой девушке, которая нервно сжимала ручку своего миниатюрного чемодана, сильно похожего на мой, было не до смеха. Она отбивала правой ногой незамысловатый ритм и похоже ей очень хотелось поскорее пройти на посадку. Вид у нее был встревоженный, возбужденный. Казалось, если без предупреждения прикоснуться к ней, подскочить на месте как испуганная кошка спросонья. — Летите в Белград? — Да. — Цель визита? — Свадьба, — нервно выдохнула девушка и качнулась, отчего шпильки ее белых туфелек издали неприятный скрежещущий звук. — Поздравляю. — Спасибо. Девушка, миленькая, Вы не могли бы поскорее? Уже второй раз объявили о посадке. Темно-русые волосы, собранные в незамысловатый хвост, растрепались, отчего вид девушки показался мне еще более очаровательным. В момент, когда она повернула голову, в нервном ожидании рассматривая табло с оповещениями, мне удалось увидеть слегка пухленькие щечки, трепещущие роскошные ресницы и длинный, при этом изящный носик. — Не переживайте. Далеко без нас не улетят. По крайней мере еще есть несколько минут, — мой уставший голос заставил незнакомку в белом вздрогнуть и обернуться. Она мазнула по мне быстрым взглядом, ненадолго задержалась на моем лице. Прищурилась. — Не люблю опаздывать. На этом все. Она вновь отвернулась, словно я был последним человеком в мире с которым она хотела бы иметь дело. — Приятного полета! Громкий звук поставленного штампа заставил девушку ринуться на выход. Моя очередь. — Ой, это же Вы! — огромные глаза все той же девушки за стойкой регистрации расширились еще больше, отчего голубая радужка показалась совсем маленькой на фоне белоснежной склеры. — Извините. Заметив взгляд администратора, что гулял туда-сюда, брюнетка стушевалась и быстро поставив необходимые печати, вернула паспорт. Кажется, сильнее автографа она хотела не вылететь с работы. С одной стороны, я могу ее понять, с другой — мне надоело постоянно купаться в этих лучах восхищения. Скорее дело не в интересе людей, а его мимолетности. Год и эта девочка меня даже не вспомнит, собственно, как и я ее. Тем не менее фанатов своих я не расстраивал, но уж точно не привязывался. — Приятного полета! — Благодарю. Догнать красотку на высоких шпильках не составило труда. Похоже каблуки ей сильно мешали, а колесики несчастного чемодана постоянно ехали не туда. Поравнявшись с ней, улыбнулся. — Вот видите, нас ждут, — пришлось кричать, ведь турбины самолета, что спускался чуть поодаль от нас ревели во всю мощь. Кажется рейс из Сочи. Опять нервная улыбка. — Давайте помогу, — легко подхватив шоколадный чемоданчик, я быстро поднимался по трапу, слыша за собой звонкое цоканье каблуков. — Добро пожаловать на борт, — миленькая стюардесса вернула нам билеты и паспорта, сопроводив в бизнес-класс, пока стюард Евгений занялся укомплектованием багажа. Каково же было мое удивление, когда нас посадили прямо напротив друг друга. Девушка неловко почесала ладонь, посмотрела в иллюминатор и улыбнулась, ненавязчиво заглядывая мне в глаза. — Милош, — я протянул руку, и девушка весьма охотно ее пожала. — Ася. — Я заметил Вы очень пунктуальны. По крайней мере, только пунктуальный человек будет нервничать из-за опоздания, которого, кстати, так и не случилось. — Честно говоря, до сегодняшнего дня я считала себя таким человеком. Вроде бы ничего страшного, но как-то стыдно. Вообще люблю приходить заранее, чтобы не нервничать. — Да, такое бывает с непривычки. Редко летаете? — Да. Все чаще поездами. Как-то легче и спокойнее. — Но долго. — Я никуда не тороплюсь, — она мягко улыбнулась и поправила невидимые для моего замыленного взгляда складки платья. — Так, у Вас свадьба, — заметил я после недолгого молчания. Не знаю почему, хотелось продолжить разговор, а все, что я запомнил так это намечающуюся свадьбу в Сербии. — Да, — неохотно заметила девушка и сжала салфетку, которую стюардесса Леся принесла вместе с обедом. От шампанского я благополучно отказался, а вот эспрессо показался мне хорошей идеей. В конце концов, последние две недели я не высыпался, а работы было полно. Маленькая тележка, которую катила стюардесса накренилась в момент, когда самолет тряхнуло и немного кипятка благополучно обожгло ногу моей немногословной спутницы. — О Боже, извините! — отпечатался натуральный испуг в глазах бортпроводницы. Все ведь прекрасно знают, что в салоне самолета имеется по меньшей мере три камеры, которые фиксируют все, в том числе и оплошности, которые совершают не опытные сотрудницы авиакомпании. Схватив все имеющиеся салфетки, она активно начала прикладывать их к уже раскрасневшейся ноге. Судя по тому как зашипела Ася, лучше не стало. — Все хорошо, ну что Вы! — превозмогая боль улыбнулась Ася, притягивая обожженную ногу поближе к себе. — Всякое бывает. Самое главное, хорошо, что не кофе с сахаром, иначе не отмылась бы. Сведя все в шутку и уняв стюардессу, русоволосая прикрыла глаза, положив руки на живот. Черты лица ее разгладились, стали безмятежными. Казалось, что девушка уже лавирует на грани сна и дремы. — Вы не высыпаетесь? Видимо, перелеты и спектакли сделали свое дело, — улыбнулась Ася и уставившись на меня темно-зелеными глазами, пояснила: — Я сразу узнала Вас. — Правда? Мне показалось, что Вы меня в упор не замечали, или по крайней мере, сочли просто пристающим к красивой девушке мужланом. Ася немного задумалась. — Что ж, приятно слышать, что я красивая. Особенно от актера такого уровня. Я закатил глаза, но не от раздражения, а скорее от того как легко опростоволосился. Язык мой — враг мой. Хотя, кажется девушке было приятно, пусть она отвечала на комплимент сухо, без эмоций. — Но я не отреагировала, потому что подумала, что Вы устали от вечных охов и вздохов: «Ой! Вы же актер!» или «Ой! А можно автограф?». — Почему Вы решили, что меня это утомляет? — Во-первых, Вы выглядите весьма замученным. Во-вторых… Рано или поздно я бы устала. Это же так однотипно. — Вы правы. На самом деле многие считают, что у меня звездная болезнь и все, о чем я думаю, так это о своей карьере и репутации, но репутация актера это часть карьеры, а карьера мой шанс зарабатывать, чтобы обеспечивать семью… Которой пока нет. — Ну, хорошо, что «пока». Рано или поздно все будет. Мне мама так говорит. — А Вы откуда? — Из Севастополя. Из красивого и независимого Севастополя, — я заметил как изменилось настроение девушки. Из спокойного перетекло в мягкое и безмятежное, почти как если бы ребенок говорил о маме. — Берег Крыма? — Да, все верно. — А почему свадьба в Сербии? — Жених здесь проект разрабатывает. Строительство базы отдыха. Он не хотел отрываться от работы, вот мы и решили, что свадьба в Белграде будет хорошей идеей. Тем более, я всегда мечтала побывать в Сербии. — Сербия, может и красивая, но как по мне, совмещать свадьбу и работу как-то неэтично. Нет? Девушка пожала плечами. — Может, на «ты»? — предложил я, удивляясь как легко и одновременно мне сложно общаться с Асей. — Почему нет? Еще около часа мы проболтали ни о чем. Ася вновь прикоснулась рукой к ноге. Прошипев что-то невнятное, предпочла расслабиться и смотреть на плывущие облака. Наверное, это было неправильно, но я представил ее своей. Как мы гуляем по Белграду, Москве, как я знакомлю ее со своей мамой и как она смотрит премьеру спектакля, в котором у меня ключевая роль. Мне было не ясно из-за чего эти глупые мысли влезли в мою голову. Я часто менял девушек, временами был слишком придирчив и эгоистичен… В общем, у меня было прилично недостатков среди которых никогда не было любви к замужним девушкам. По крайней мере, я никогда никого и ни у кого не отбивал. Прочь! Решив, что все-таки помощь нужна, под предлогом «пошел в туалет», заловил стюардессу, вспомнив, что у них на борту должна быть аптечка. Странно, что испуганная Леся сразу не предложила какую-нибудь мазь. Дрожащими руками она протянула тюбик. Уходя, я почувствовал внимательный, изучающий взгляд на себе. Наверняка себе сейчас накрутит, а завтра уже скажут будто у меня новая пассия. Стоять перед девушкой, которая, похоже уже спала было неловко. Появилась шальная мысль, чтобы самостоятельно нанести крем на ногу, однако не известно, чем это могло закончить, да и не настолько хорошо мы с ней знакомы. — Ася? Произнеся ее имя вслух, удивился с каким сильным акцентом получилось. Девушка распахнула глаза и улыбнулась. — Да? — Нашел крем от ожогов. Должен помочь. Немного казалось, что мы как два ребенка. Оба были не уверены друг в друге, да и в собственных поступках. Когда русоволосая робко взяла крем и выставила ногу, чтобы оценить масштаб, я и сам чуть не присвистнул. Большая гематома, значительно больше, чем я предполагал, в некоторых местах была покрыта мелкими, еле заметными волдырями. — Спасибо. Наблюдать за мучениями девушки, которая морщилась от любого прикосновения, из своего кресла было неудобно. — Может, помочь? — Нет, нет. Спасибо. Постепенно, Ася приловчилась и по итогу вернула крем, вновь поблагодарив меня. Остаток полета прошел тихо и мирно. Когда, наконец, пришло время прощаться, я, к своему удивлению, ощутил острое желание задержаться еще хоть на пять минут. Дело было не в желании, которое я испытал чуть ранее. Скорее мне просто было приятно находиться рядом с ней. Такое тепло исходит от сестры или хорошего старого друга. — Благодарим Вас за выбор нашей авиакомпании. Трап остался позади, поэтому мы с моей пунктуальной спутницей посмотрели друг на друга. — Кажется, это был неплохой перелет. — Пожалуй, — улыбнулась она. — Еще раз спасибо большое. Больше слов, наверное и не требовалось. Девушка, покрепче взяв своей чемодан, отправилась на выход, а я оказался в окружении фанаток, которые просили автограф и конечно же, фото. Их было не много, они не были слишком навязчивы, но после двух недель безостановочной работы и постоянных перелетов, я хотел тишины и покоя. И все же. Мне оставалось в перерыве между дежурными улыбками и вспышками камер смотреть на удаляющийся силуэт в белом.