Другая история

Шэнь Вэй работал как заведенный. Выплатить долги, разобраться с расписками, найти мастеров, чтобы починить оборудование, велеть проследить за переездом сестры. Чжао Юньлань от него не отставал: рассчитать слуг, жестко разобраться с ворами, провести беседы с возможными новыми работниками, найти и за большие деньги пригласить садовника, умеющего ухаживать за тутовыми деревьями. Работа не заканчивалась. Два года промелькнули так быстро, что Чжао Юньлань не успел оглянуться. Ферма начала нормальную работу, возможно, в этом году они наконец получат прибыль, а не будут лишь запускать руки в хранилище, чтобы покрыть убытки. Шэнь Вэй был решительно отправлен на два месяца к учителям — приближался экзамен второй ступени, и молодой господин Тан был твердо намерен его сдать. Экзамен Цзюйжэнь проводился раз в три года в провинциальном центре. На него имели право приехать те, кто сдал первую ступень не ниже гуншэн. Таких было много. Больше двух сотен молодых мужчин собрались на экзамен. Через восемь дней с начала экзамена вывесили доски с результатами, молодой господин Тан сдал на звание цзеюань, став лучшим среди кандидатов. После праздника в честь возвращения Шэнь Вэя, к ним пришел распорядитель. — Молодой господин Тан, поздравляю вас с достижением столь высокого результата. — Благодарю. Мы решили отпраздновать окончание экзаменов, присоединитесь к нам? — С удовольствием, господа. Было тихо, мужчины наслаждались чаем, сладостями, орехами и пирожками. — Уважаемый господин Тан, я очень рад, что у вашего отца родился такой наследник, как вы, но первый признак непочтительности родителей — бездетность их детей. Я знаю, что вы нашли свою родственную душу, и вижу, как вы счастливы. Но в семье должны быть дети! Чжао Юньлань поджал губы. Он пока не нашел подходящей девушки. Вернее, не нашёл в себе сил отпустить Шэнь Вэя хоть на одну ночь. — Я знаю, что у вас перед глазами был неудачный пример: ваша законная мать, жена господина Тана, уничтожала любых детей от семени её мужа. Это недопустимо, и, надеюсь, она отвечает за свои проступки в Диюе, но не все женщины таковы. Вы знаете, что я стар, я помнил вашего отца молодым тридцатилетним мужчиной, был на его свадьбе, видел, как вы растёте. Мои дети и внуки выросли, правнуки подрастают. Это счастье — наблюдать, как играют дети. У меня есть дальняя родня, из-за мора семья потратила все средства на то, чтобы выжить, они продали всё, включая дочь. Я узнал об этом не так давно и не успел выкупить контракт девушки до дома пионов. Ей было там плохо, и сейчас она боится мужчин, но она красива, молода, здорова, и её не успели напоить отваром для бесплодия. А мой старший внук врач. Он уже не раз помогал парам решить вопрос деторождения. Я предлагаю вам взять себе наложницу, которая родит вам детей, а вы выплатите ей определенную сумму, подарите немного земли, слуг и дом. Вам даже не придётся приглашать её на ложе. Она откажется от всех прав на детей в вашу пользу, а вы будете выплачивать ей небольшое содержание. — Неожиданное предложение, — Шэнь Вэй посмотрел на Чжао Юньланя, тот неуверенно кивнул. — В завещании вашего отца сказано, что до двадцати пяти лет вы должны жениться, вам почти двадцать, а я не уверен, что у меня осталось так уж много времени. Ничего не сказано про законную супругу, значит вы можете воспользоваться этим в свою пользу, и я буду спокоен за судьбу Мьен Чуй. Две ветви рода Тан имеют сейчас дочерей на выданье, и их старшие будут счастливы давить на вас через своих детей. А я не хочу для вас такой судьбы, молодой господин. Вашего отца женили на неподходящей ему женщине, вы видели, что из этого вышло. — Я вообще не хочу жениться! — возмутился Шэнь Вэй. Он не любил, когда на него давили. — Сяо Вэй, это действительно выход, — Чжао Юньлань взял его за руку и переплёл пальцы. — Наложница, которая родит тебе наследника — идеально. Дела на ферме выправились, думаю, мы можем выделить ей содержание. Но она не должна шантажировать тебя ребёнком. — Я помогу вам составить контракт, — кивнул распорядитель. — Обе стороны его прочтут и подпишут. Но помните, доступ к основным средствам рода вы получите только при условии сдачи экзамена цзиньши и рождения минимум одного наследника. Значит, у вас всего два года, а время летит. *** Мьен Чуй действительно оказалась красивой. Светлая кожа, темные волосы, большие глаза, непривычная фигура с большой грудью, тонкой талией и широкими бедрами. Контракт составлялся почти месяц. В нем учитывали всё: содержание, землю, дом, состав слуг, количество детей. Наложнице давали определенные свободы после рождения детей, если же союз не приносил плодов, она оставалась в качестве служанки, имела возможность выучиться рабочей профессии, например, вышивальщицы шёлком, чтобы зарабатывать на жизнь. Шэнь Вэй нервничал: весть о том, что молодой господин Тан берёт наложницу вызвала одобрение горожан. Как бы ни были свободны нравы в цзянху, общество по-прежнему было патриархальным. Несмотря на опасения Чжао Юньланя, внук распорядителя, господин Юан, оказался профессионалом. Составив лунный календарь наложницы, он высчитал лучший день для зачатия мальчика и попросил господина Тан поделиться семенем. Шэнь Вэй, красный, как закатное солнце, с помощью Чжао Юньланя провел нужные манипуляции и отправился снимать стресс с любимым в спальню. Беременность наступила почти сразу. За наложницей внимательно наблюдал врач, а куча слуг предугадывали любое её желание. На исходе весны в доме Тан раздался громкий крик новорождённого здорового мальчика, с большими, как у Шэнь Вэя, глазами и тёмным пушком на голове. — Е Цзунь, — не веря своему счастью, прошептал Шэнь Вэй. — Тебе так не хватает брата? — Чжао Юньлань с умилением смотрел на младенца, но отказывался видеть в нем причину гибели Шэнь Вэя в прошлой жизни. — Он тоже заслужил счастливую жизнь, — почти проурчал Шэнь Вэй, осторожно укачивая младенца. — Ты слишком добрый. Но раз тебе нравится имя, я не возражаю. — Смотри, уши, как у меня, и нос, и губы. Мы сделаем все, малыш, чтобы ты был счастлив. — Конечно он похож на тебя, это же твой сын! Через два года после рождения сына — законного наследника и продолжателя рода Тан, господин Шэнь Вэй в столице сдал высший экзамен на чиновника и был удостоен милости — беседы с Императором. В ней он попросил разрешения вернуться в свой город и упорно трудиться на благо Поднебесной. Ферма по производству шёлка прекрасно работала, принося прибыль. Шэнь Вэй принял обе ветви семьи под свою руку, некоторые выпускники Усадьбы Четырех Сезонов получили работу в роду Тан, парочка из них даже женилась. К тридцатипятилетнему юбилею Чжао Юньланя наложница семьи Тан подарила ему дочь. Всё было хорошо.