Иллюзия преступления

If you stay Если ты останешься, I would even wait all night Я бы ждал и целую ночь Or until my heart explodes Или пока бы не взорвалось моё сердце… How long? Сколько ещё? Until we find a way Прежде чем мы отыщем путь In the dark and out of harm В темноте и выберемся из неприятностей. You can run away with me Ты можешь сбежать со мной Anytime you want В любое время, когда пожелаешь…

      Отключив ненавистный будильник, который прервал увлекательный и захватывающий сон Джерарда на самом интересном месте, юноша отбросил одеяло в сторону и, опустив ноги на теплый пол, поежился. Его мозг не был готов к очередному раннему подъему и не хотел просыпаться, несмотря на то, что лег он довольно рано — около десяти часов вечера.       Именно в тот злосчастный момент он готов был на все, лишь бы ему подарили дополнительные полчаса на валяние в кровати. Он определенно точно пал бы в ноги этому человеку и расцеловал бы его с головы до пяток, но мечтам не суждено было сбыться. Джерард был уверен, что причина его головной боли уже допивал свой кофе, сквозь причитания о том, какие все медленные и почему Уэй до сих пор шатается по квартире, вместо того, чтобы собираться.       Решив ускориться, дабы не провоцировать мужчину на плохое настроение, юноша быстро умылся, привел в порядок волосы и оделся, остановив свой выбор на легком белом поло и темно-синих джинсах. Конечно, ранее Джерард не разрешал себе подобное. Он всегда наряжался в школу, как на праздник, но в крайний учебный день недели Джерард стал равнодушен ко всему, что касалось одежды. — Доброе утро, — пробубнил он, пройдя к своему излюбленному месту около стены и упав на стул.       Все завтраки, что готовила Эва были изумительны. Ароматы, в которых переплетались все возможные нотки пряностей, великолепный вид, искусство подачи, словно в ресторане. Джерард обожал все, что она готовила. — Джерард, ты обязан попробовать новый кофе. Фрэнк сказал, что тебе он точно понравится, — улыбнулась женщина, поставив рядом с тарелкой, где находились яйца Бенедикт со шпинатом и копченым лососем.       Уэй что-то тихо пробурчал, на что Эва тихо посмеялась и в спешке покинула кухню, оставив наполовину спящего юношу и вошедшего в кухню мужчину одних. Она знала, что в семье наконец наступили спокойные времена. Айеро больше не бесился без повода и не крушил все, что попадалось под руку. И Джерард пусть и ворчал по утрам, но не пререкался ни с кем и подчинялся всему, что ему говорили.       Заправив рубашку в облегающие брюки и оставив три верхние пуговицы незастегнутыми, Фрэнк бесшумно подошел к юноше и, положил ладонь ему на плечо, слегка сжал его, смяв в ладони ткань, но даже на это Джерард никак не отреагировал. Он был слишком сосредоточен на помешивании кофе в своей чашке. — Так, — вытащив стул с другой стороны стола, Айеро пододвинул его к подростку и, присев рядом, попытался заглянуть в глаза молчаливому и смурому человеку. — И где же наше настроение? — Плавает на дне этой чашки с кофе, — Фрэнк усмехнулся. Даже несмотря на отсутствие чувства юмора, Джерард пытался парировать. — Твое чувство юмора не хочет присоединяться к моему настроению? — Надо было всё-таки выпороть тебя вчера, — округлив глаза, Уэй прекратил размешивать слегка остывший кофе и поднял голову. — Ух ты, работает. Так вот, как нужно переводить твое внимание? — Очень смешно. Обхохочешься.       Положив два пальца под подбородок Джерарда, мужчина аккуратно повернул его голову к себе, чтобы видеть его лицо и, изучив эмоцию на его лице, медленно заправил выбившуюся прядь белых волос за ухо. Айеро в очередной раз убедился, насколько тот был красив. Его глаза были прикрыты, дыхание было сбито, но Джерард был изумителен в этом состоянии. Джерард держался из последних сил. Фрэнк медленно, практически невесомо приблизился к его лицу и, погладив покрасневшую щеку, коснулся дрожавших губ. — Все хорошо, успокойся. Как видишь, я сижу перед тобой, и не являюсь твоей фантазией, — беззлобно усмехнулся Айеро, отстраняясь от покрасневшего лица. — И если ты сейчас же не приступишь к своему завтраку, Джерард, я за себя не ручаюсь.       Конечно же, после произошедшего минутами ранее события, настроение юноши заиграло новыми красками. Он успокоился, осознав, что Фрэнк не забрал назад свои слова, испугавшись отношений с ним и подпорченной репутации. Он решил сблизиться с ним, несмотря даже на присутствие в доме домработницы, которая придерживалась явно консервативных взглядов на жизнь.       Присев напротив, Айеро пододвинул к себе чашку с кофе и принялся разрезать свой завтрак, сосредоточившись полностью на еде. В моменты приема пищи Фрэнк отстранялся от мира. Он не любил, когда его дергают, задают вопросы и лезут с работой во время приема пищи, вкладывая в этот процесс максимум энергии, так как считал, что завтрак — основа хорошего дня.       Но вот Джерард сосредоточиться на завтраке не мог, упираясь взглядом в оголенный участок кожи на груди возлюбленного. Поцелуй, подаренный Фрэнком лишь раззадорил его, заставив мысли улетучиться в неверном для начала дня направлении и все, о чем мог Уэй думать было лишь его татуированное тело и: О, Господи, какие же у него руки. — Джерард! — подскочив на месте, Уэй воскликнул. Вероятно, предыдущие несколько попыток добиться его внимания оказались провальными для Айеро. — Да что с тобой сегодня такое? — Я не выспался, — Джерард врал. — Всю ночь кошмары снились. — Я проходил мимо твоей спальни в три часа ночи и в это время ты еще не спал, — Фрэнк попытался поймать взгляд подростка, но удалось ему это сделать не сразу. — Тебя настолько сильно смущают мои незастегнутые пуговицы? — усмехнулся мужчина, застегивая рубашку. — Вот что, Джерард, думаю, тебе стоит сегодня немного прогуляться после школы. Я заеду за тобой в районе четырех и мы с тобой куда-нибудь сходим, ладно? Тем более, у меня к тебе есть пара вопросов, ответ на которые я очень хотел бы получить сегодня.       Айеро поднялся с места и, убрав тарелку в раковину, сполоснул руки, протерев их свежим полотенцем, усмехнувшись. Джерард не понимал, что все его жесты, действия, которые он пытается замаскировать, слишком заметны для Фрэнка. Он буквально считывает каждый его вдох, понимая, что он обозначает, и почему же юноша отказывается вставать с места. — Поторопись, пожалуйста. До начала занятий всего час, а мы ещё даже не сели в машину, — сказал Айеро, надевая пиджак. Он нежно улыбнулся своему возлюбленному и поспешил покинуть кухню, оставив его одного со своей проблемой. — Но я думал, что меня сегодня отвезет Мэтью! — вот только его предположение осталось без ответа.

And hold me close, you’ll never see И прижми меня к себе, ты никогда не увидишь You’re the only one who understands Ты единственный, кто понимает The storm in me Буря во мне And I’ll wait for you here И я буду ждать тебя здесь With silent voice С тихим голосом God only knows I never wanted you to make this choice Одному Богу известно, что я никогда не хотел, чтобы ты делала этот выбор.

      Фрэнк знал, что они попадут в пробку, и это ожидание, казалось, длилось уже несколько километров, но мужчина не терял оптимизма. Его настроение было где-то между «хорошим» и «отличным», на улице ярко светило солнце, нагревая не только землю, но и крышу машины, отчего ему, обычно серьезному, хотелось петь и танцевать.       Посмотрев на задумчивое лицо Джерарда, Айеро сделал музыку тише и, повернувшись к подростку, приподнял бровь, ожидая хоть какой-то реакции. — Посмотри на меня, пожалуйста, — Уэй наконец оторвался от окна и, повернувшись к мужчине, посмотрел ему в глаза. — Я не понимаю, что с тобой происходит. Ещё несколько дней назад ты мечтал признаться мне в своих чувствах и наконец почувствовать свободу. А сегодня ты сам не свой. Что случилось? Можешь мне рассказать? — Я действительно не выспался. Не знаю, как рассказать Рэю о нашем разговоре. Он ведь обещал сам тебе всё рассказать, — Фрэнк добродушно усмехнулся, услышав это признание, и, выехав из пробки, направился в сторону школы, до которой им оставалось ехать около десяти минут. — То есть твой друг знал о твоих чувствах ко мне, и его совсем не смущало, что ты влюблён в своего опекуна? — удивлённо спросил Айеро, надевая солнечные очки. — Я начинаю сомневаться в его адекватности. — Между прочим, если бы не поддержка Рэя, я бы уже отбросил коньки, — отстегнув ремень безопасности, Джерард повернулся к мужчине лицом и раздраженно посмотрел на его ухмылку, которая не сходила все утро с его лица.       Припарковавшись в специально отведенном у школы месте, Фрэнк отключил двигатель и, повернувшись лицом к обиженному подростку, нежно улыбнулся. Раздраженный Джерард открывал в мужчине столько нового, необъяснимого. — Перестань вести себя как подросток, которому не дали на выпускном, — бросив очки на приборную панель, Айеро отстегнул ремень безопасности и, достав с заднего сиденья рюкзак, передал его в прямо в руки ученику. — И постарайся не ввязываться сегодня в неприятности. — Торжественно клянусь, сделаю все возможное, чтобы бы тебя вызвали в школу, — отсалютовал Джерард, коснувшись дверной ручки. Он хотел подарить мужчине поцелуй на прощание, но не стал этого делать, зная, что они находятся на территории школы. — До встречи, мистер Айеро. — Скоро увидимся, мистер Уэй, — с придыханием ответил мужчина, понимая, что работать ему будет достаточно сложно, учитывая беспорядочность и характер мыслей.

Şi vreau să fii acolo unde, И я хотел, чтоб ты был там, где Cineva mereu te-aşteaptă unde, Тебя всегда кто-нибудь ждёт Ploile mărunte spală toamnă după toamnă — praful de pe străzi, Короткие дожди смывают осень за осенью — пыль с улиц, Unde ochii care nu se văd, nu se uită, Unde dimineţi lumea se salută, Там, где глаза, которые не видны, не забываются. Там, где люди по утрам здороваются şi vezi zîmbete nu doar în fotografii. И видишь улыбки не только на фотографиях. Şi orice cale-ncepe cu un pas, И любой путь начинается с одного шага, Cînd visezi cu-adevărat şi uiţi de ceas Когда ты по-настоящему о чем-то мечтаешь и забываешь о времени.