Serment

Глава первая Визит, которого не было       Драко Малфой сжимал в руке галлеон. Его кулак то сжимался, то разжимался, а уши буквально поворачивались на каждый шорох. Хижина в лесу давно стала его тайным убежищем, которое он защитил родовой магией не хуже Мэнора. Только здесь они могли встретиться и не быть обнаруженными. Она опаздывала. А может и вовсе решила не приходить, все-таки их последняя встреча была не самой радужной. Он грустно усмехнулся, вспоминая, что было в эту последнюю встречу. Но все-таки он надеялся, что умнейшая ведьма столетия не окажется совсем уж дурой и поймет, что, если бы ситуация и вправду была не критической, то он бы ни за что ее не потревожил. Ветер обжигал холодом щеки, когда Драко вытащил уже пятую по счету сигарету и прикурил при помощи обычной магловской зажигалки. Пламя быстро потухло, поэтому ему пришлось опустить голову поближе к сжатым в оберегающем пламя жесте рукам. Поэтому он пропустил вспышку аппарации, и сигарета вылетела у него изо рта от сильной пощечины, которую влепила ему Грейнджер. — Мерлин, Гермиона! — прошипел он, смотря в горящие бешенством янтарные глаза. Она похудела, а волосы были убраны в тугую косу, чего раньше она не делала. — Ты полагаешь, что ты этого не заслужил? — тон Гермионы был намного холоднее, чем ветер. — Полагаю, что заслужил даже еще парочку таких же, но может быть хотя бы не с порога, — Драко поднял руки в примирительном жесте. — Клянусь, что я трансфигурирую тебя в хорька, если ты мне не объяснишь, зачем меня вызвал прямо сейчас, — Грейнджер уперла руки в бока, Драко вздохнул. Он скучал по этому, только Мерлин знает, как же сильно он скучал. — Покурим?       Гермиона смерила его еще одним уничижительным взглядом, а потом достала сигареты из заднего кармана джинсов. Молча протянула ему пачку. Такие же, как и курил он сам. Потому что именно она была инициатором его зависимости.       Они стояли рядом, молча выпуская дым в небо. Драко дорого бы отдал, чтобы проникнуть к ней в мысли именно сейчас. — Почти три года, Малфой. И вот я вынуждена снова врать своим друзьям, чтобы сбежать к тебе. Когда монета нагрелась, я подумала, что схожу с ума. — Когда я сжал монету, то сам думал, что схожу с ума, но, Грейнджер, мне удалось сделать нечто, что способно переломить ход этой войны. Вернее, я надеюсь, что нам удастся это сделать.       Гермиона подняла на него глаза, делая последнюю тягу, Драко не отрывал глаз от ее тонких пальцев. — Хм, ну я готова тебя выслушать.       И они вошли в хижину, сначала она, потом он. Как и раньше. ***       Драко зажег камин и сел на кресло, жестом предлагая Гермионе занять место на диване напротив, он нервно похрустел пальцами. — Ну, так и что же тебе удалось раздобыть такого, что ты решил нарушить твою клятву, — не выдержала первой Гермиона.       Драко молча протянул ей старинный свиток. Она осторожно развернула хрупкий пергамент. Ее лицо стало абсолютно сосредоточенным, глаза быстро бегали по строчкам, а пальцы нервно барабанили по колену. Драко не мог перестать рассматривать ее лицо, столько времени прошло, появились новые морщинки, усталые тени под глазами, новый шрам на лбу. Ему так хотелось протянуть руку, убрать выпавшую прядку волос. Но он не смел. Все, что он мог — это смотреть. — Малфой, где ты это взял? — потрясенно выдохнула она, глядя на него совершенно ошарашено.       Внутри парня поднялась волна гордости, он не смог сдержать улыбку. — Что, не ожидала такого? — Где ты это взял? — Я проник в личную библиотеку Лорда, — просто ответил Малфой. — ЧТО?! Тебя же могли просто… — Я понял, что вы не справляетесь, и больше не мог выносить хотя бы минуту бездействия, мне дорого обходятся мои решения, Грейнджер, но я устал от этой войны, устал от того, что все зависло в подвешенном состоянии, устал быть мальчиком на побегушках у выжившего из ума Лорда, своей тетки, отца. Я понял, что должен действовать. — Три года назад ты так не считал, — холодно протянула Гермиона. — Я считал точно так же, и кому, как ни тебе, это знать! Но я не мог, Гермиона, я был связан. — И чем же ты был связан? Ты никогда так до конца и не говорил мне всей правды, а теперь ты призываешь меня, говоришь все эти вещи и даешь то, что однозначно переломит ситуацию. Что произошло, Малфой?! — Моя мать умерла на прошлой неделе.       Слова повисли в воздухе, Гермиона, подскочившая во время своего страстного монолога, медленно села обратно на диван. — Моя соболезнования, но, однако, я не понимаю… — Моя мать вынудила меня дать ей непреложный обет, что я никогда не пойду во вред себе и своей семье, не сделаю никакую глупость, буду верен и послушен. — Твоя мать сделала такое? Но это же… — Да, Грейнджер, это насилие, она заставила меня под угрозой собственного самоубийства, когда узнала, какую задачу поручил мне темный Лорд. Она и раньше догадывалась, что я в некотором роде потерял интерес к его идеям, что я стал размышлять о том, что все это дерьмо. В моей семейке никогда не было здоровых отношений, неужели ты еще это не поняла! Поэтому, как только она умерла, я понял, что пришло время. — Малфой, я даже не думала, вернее, я думала так много, почему все было так, как было, я тысячи тысяч раз прокручивала в своей голове все то, что было между нами, твои намеки, но я бы никогда не подумала, что на это способна Нарцисса, — Гермиона вновь вскочила с дивана, бешено мечась по всей комнате, Драко спокойно наблюдал за ее паникой. Он не раз уже видел ее в таком состоянии, поэтому просто ждал, пока ураган пройдет. — Ладно, черт, блядь!       Малфой слегка дернулся, услышав от нее ругательство, война дурно влияла даже на ярых праведниц, впрочем, он знал, что не такая уж она и праведная, какой представлялась всем.       На секунду он прикрыл глаза, перед его глазами замелькали образы, а тихий голос на надрыве шептал его имя. Черт, нельзя, нельзя, нельзя! Погружаться в то время, он обещал. — Окей, мы к этому еще вернемся. Давай по существу. Это рецепт зелья, которое способно уничтожить крестраж, созданный ненамеренно внутри другого живого существа. — Да, как я понимаю, все наши теории подтвердились, поскольку у Лорда не осталось ничего, а он все еще жив и теперь скорее скрывается от Поттера, чем ищет с ним возможности расквитаться. — Да, как Лорд оберегает себя, так и мы оберегаем Гарри. — Представляю, как героическому Поттеру нелегко отсиживаться, пока Орден продолжает вести активное контрнаступление, — усмехается Малфой. — Ты даже не представляешь насколько, — устало выдыхает Гермиона, по-видимому, истерики Поттера на этот счет ее порядком утомили. — Я знаю, что ты активно участвуешь в операциях Ордена. — Откуда? — Я несколько раз видел тебя на поле, не забывай, Грейнджер, я все еще Малфой. Она смотрит на него целых тридцать секунд. — Он заставляет тебя участвовать в операциях? — А ты думала, что я сижу в Малфой-Мэноре и гоняю с ним чаи? — ядовито огрызается Драко. — Я, я. Я не была уверена. — Уж будь уверена, Грейнджер. Поэтому это зелье не только путь к спасению всего магического мира, но и мой оправдательный приговор, если ты выступишь на моей стороне. — Все всегда через личную выгоду. — Ну, извини, что я не твой святой Поттер, который рискует жизнью ради спасения человечества.       Гермиона молчит. — И что ты хочешь конкретно? — Я хочу, чтобы ты помогла мне сварить это гребанное зелье, напоила им золотого мальчика, а потом, когда у Лорда не останется ничего, чтобы привязывало его к этой бренной земле, я хочу убить его. Своими руками, — голос Драко тяжелый, хриплый, а внутри все скручивает от невыносимой, жгучей ненависти. — Ты же знаешь пророчество, — тихо пытается возразить Гермиона. — Оно не будет иметь никакого значения, если крестраж подохнет внутри Поттера. Он освободится от этого бремени. Лорд станет не страшнее обычного пожирателя, у которого окончательно съехала кукуха. — Ты несешь абсолютную чушь! — безапелляционно заявила Грейнджер. — Нет. Не пытайся меня переубедить. — Я могу уйти сейчас, рецепт ты мне уже дал. — Уходи, давай.       Драко даже не двинулся с места, когда Гермиона пошла медленно на выход. Она остановилась перед самой дверью. — Почему ты так хочешь совершить самоубийство, Малфой? Убить Лорда — это не одно и то же, что убить простого пожирателя. У тебя метка. Ты не можешь подойти к нему просто так, не сможешь, я ведь знаю, что твой отец входит в личную охрану Лорда. Я видела разведданные. — Тебя это не касается. Это моя цена. Ну и твои показание Визенгамоту, если я все-таки останусь жив. — В этом пергаменте не хватает чего-то, ведь так? — А ты думала, что я вроде Уизли, кретин в десятом поколении? — зло огрызается Драко, его бесит разговаривать со спиной девушки, он хочет видеть ее глаза. — Не смей оскорблять Рона! — Гермиона разворачивается и видит фирменную ухмылочку, понимая, что он просто таким образом вынудил ее вернуться к разговору глаза в глаза. — Последний ингредиент зелья знаю только я, Грейнджер. Поэтому либо ты соглашаешься с моими условиями, либо пусть все катится в ад. — Ты такой же невыносимый, несносный, эгоистичный, подлый! — Слизеринец, — с улыбкой заканчивает Драко, на мгновения переносясь в события трехлетней давности, правда тогда все закончилось самым неожиданным для него образом, на который сейчас он не смеет рассчитывать.       Гермиона застывает в шаге от него. В ее зрачках тоже бродят тени прошлого, они однозначно вспоминают одни и те же события. — Я согласна, — выдыхает Гермиона. — Тогда дай сюда руку. — Для обета нужен кто-то третий, если ты забыл, — откликается она, не спеша протягивать ему свою ладонь. — Я и не прошу у тебя обет, есть и другие виды магических клятв, — спокойно отвечает Малфой. — Руку, Грейнджер!       Она протягивает ему правую ладонь, он поднимает палочку левой, медленно, глядя ей в глаза. Он делает надрез на своей правой ладони, потом на ее. Сжимает пальцы сильно. Гермиона даже не морщится, столько всего уже было пройдено за эти годы, столько боли и ранений, что надрез не кажется чем-то уж запредельным, гораздо больнее ощущать его взгляд. — Ты клянешься, Гермиона Джин Грейнджер, что сваришь со мной зелье, даешь его выпить Гарри Поттеру, а потом позволишь мне убить Темного Лорда собственноручно? — Клянусь. — Ты клянешься, что будешь выступать на моей стороне, когда будут судить бывших пожирателей смерти? — Клянусь. — Ты клянешься, что не попытаешься мне помешать, если все-таки что-то пойдет не по плану и мне придется отдать свою жизнь? — Этого не было в условиях! — попыталась возмутиться Гермиона, но Драко лишь сильнее сжал ее ладонь. — Клянешься, Гермиона? — Клянусь, — прошипела девушка ему в лицо.       Драко удовлетворенно улыбнулся, проведя палочкой над их сомкнутыми руками. — Serment       После заклинания порезы на руках закрылись, а на ладони прямо посередине появилась родинка. — И что это было? — любопытство, как обычно, лезло из Грейнджер. — Мой предок во Франции был известным параноиком, но бесконечно брать и давать непреложные обеты невозможно, тогда он придумал элегантный выход из положения. Клятва на крови, которая не убивает тебя как непреложный обет. Она лишает тебя магических сил, если ты ее нарушишь. Не такая серьезная штука, как непреложный, но достаточно ощутимая для любого мага. — И вернуть магию потом нельзя? — Я не знаю, — уклончиво отвечает Малфой, — Моему деду не пришлось этого выяснить, он умер не от своих невыполненных клятв. — А как он умер? — Его сжег дикий дракон, на которого он случайно наткнулся, проводя свои исследования в Украине. — Печально, — произнесла Гермиона. — Да, его так «обожали» в нашей семье, что меня назвали Драко, — улыбнулся Малфой, глядя на вытянувшееся лицо Грейнджер. — Ну и семейка, — протянула она. — Именно что семейка.       После ритуала Драко явно расслабился, он не был уверен, что после всего Грейнджер не пошлет его куда подальше, но расчёт на ее ответственность и героизм сработал. — Ну и каков план, Малфой, — Гермиона устало привалилась к спинке дивана, разглядывая свои колени. — Нам нужно собрать ингредиенты, многие из списка достаточно редкие, а некоторые и вовсе мне представляются чем-то вроде фантастических бредней, но я полагаюсь на твой ум. — Я заметила, что помимо состава рецепт просто напичкан загадками, руническими символами и приписками на латыни? — Старофранцузский. — Прекрасно. — Да, дело будет нелегким, и, скорее всего, не быстрым. Но это наш единственный шанс. — Если мы не найдем Лорда первыми, и Гарри его все-таки не убьет. — Можешь не сверлить меня взглядом, я не знаю его местоположение. А если бы знал, то незамедлительно бы тебе сказал, — Драко не нужно было смотреть на нее, чтобы считать проницательный, колючий взгляд, брошенный на него из-под ресниц. — Даже несмотря на твое самоубийственное желание его убить собственноручно? — Даже несмотря на это, я, повторюсь, не кретин, и я не меньше твоего хочу, чтобы этот кошмар закончился, ясно?! — Малфой знал, что не стоило повышать не нее голос, он не имел право на доверие, не после всего, что случилось. — Не ори на меня, Малфой. Я имею право на свое недоверие, на вопросы, да, Мерлин, на все что угодно. Я здесь исключительно потому… — Не стоит, я понял. Извини.       Гермиона вскинула на него глаза, как будто догадываясь, что он пытался извиниться не только за повышенный голос. — Проехали, — ее тон не потеплел. Драко понимал, что он не прощен, да и вряд ли сможет хоть когда-нибудь заслужить ее прощение. — Я задействована во многих операциях Ордена, а ты, как я понимаю, в операциях Пожирателей. Когда же мы сможем заниматься поиском ингредиентов? Расшифровкой рецепта? — Будем выкраивать время, Грейнджер. Я выбил себе небольшое дельце вдали от основной заварушки, Лорду пока что на передовой я не нужен. У нас есть пару недель, чтобы собрать основной костяк. — Я постараюсь тоже выкроить эти две недели. Завтра у нас операция, если все пройдет удачно, то у меня будет немного времени. — Что за операция? — Я не буду обсуждать с тобой дела Ордена, ясно? — отрезала Гермиона. — Я бы мог помочь. — А я до сих пор не уверена, что все это не подстава, что ты на нашей стороне. — Ты мне клятву дала только что! — Только то, что это зелье существовало в теории, подтолкнуло меня к этому решению. Я видела несколько упоминаний о нем, я сама искала по всем захваченным библиотекам. Но я ни на йоту не верю тебе, Малфой, — гневно выплевывала слова девушка. — Проехали. Я никак не смогу переубедить тебя, поэтому давай заниматься делом, — Драко свел конфликт на нет, Гермиона посмотрела удивленно, раньше такого за ним не водилось. — Встречаемся здесь же, завтра, я буду тебя ждать. Защиту для аппарации я сниму для тебя сейчас. Связываемся, как и прежде, через монеты, — Драко спокойно продолжал инструктировать, а Гермиона просто таращилась на него. — Я принесу сюда все необходимое: котел, базовые ингредиенты, ножи, драгоценные камни, весы… Да что?! — рявкнул он, не выдержав пристального взгляда Гермионы. — Ты изменился, Драко, — тихо сказала она, впервые называя его по имени с момента их сегодняшней встречи. — А ты нет? — И я, наверное, тоже.       Они молча смотрели друг на друга. — Я буду ждать тебя завтра, — наконец тихо произносит он. — Покурим? — предлагает Гермиона, останавливаясь на пороге. — Давай.       И они молча стоят возле хижины, пока сигареты не перестают тлеть у них в руках. А потом она аппарирует, не говоря ни слова. Драко достает еще одну, его руки немного дрожат. Пока все складывается удачнее, чем он предполагал.