Асфальт

      Арсений мерил комнату шагами, на стене весела пробковая доска с фотографиями 3 людей – двух парней и лучезарно улыбающейся девушки. Вокруг была вереница красных нитей, приводящая к доводам, но все они были перечеркнуты. Пазл не складывался. Что-то было не так. А что, Арс понять не мог.       Он снова взглянул на фото 3 уже мертвых ребят из Северной Вендетты, задержав взгляд на девчонке. Их смерть все еще неистово выворачивала душу. С этим по-прежнему было тяжело смириться.       Арс написал очередное предположение на листке для заметок и прикрепил к пробковой доске. Взглянул еще раз. Перечеркнул. Снова не сходится.       Леша и Эмир были убиты в одно и то же время, в одном и то же месте. Версия с людьми, которые не имеют к гонкам никакого отношения, отметается. Иначе, с большей долей вероятности, они бы были убиты по одиночке. Доказательств мало, из показаний – ничего. Абсолютно ничего. Ребятам, очевидно, очень повезло, что их не расчленили и не растащили по всей Москве.       Альма-Маттер повезло меньше. Арс снова зажмурил глаза, по-прежнему ощущая всю ту боль, что была, когда он увидел ее в последний раз. Теперь эта боль была еще больше из-за того, что ее место в банде заняла другая. Заменили в банде, но не заменили в жизни. Хозяин по-прежнему мало идет на контакт со всеми, кто хоть каплю на нее похож.        «Кормилица». Она кормила всех исключительно положительными эмоциями. Девочка с яркой улыбкой, но противоречиво темными волосами, кавказко-азиатской национальности. «Альма-Маттер». Именно так ее обозвала когда-то Ира, будучи в приступе ярости, когда Альма пыталась ее развеселить. Это имя настолько ей прижилось, что только трое знали, как ее зовут на самом деле. Один из этих трех уже был мертв. Остальные в могилу лягут с ее тайной.           Арс снова рвал все листы, которые путали мысли. Все то, что могло хотя бы натолкнуть на неверный ответ. Как результат – только материалы личных дел и подробности убийства. Время, место и характер ран, несовместимых с жизнью.           Альма-Маттер была изнасилована. Врачи не проводили вскрытие по просьбе Хозяина, но Форс знал это наверняка. Для Иры она была самым близким человеком. Она хотела положить в могилу то, что от нее осталось, не подпуская врачей, которые могли бы оставить на ней еще несколько разрезов и шрамов.           С каждым днем, как Арс пытался разобраться с этим, ситуация запутывалась лишь еще больше. Он отчаивался все больше и больше. Шанс найти виновников уменьшался пропорционально стремительно текущему времени.           Под подозрение падали все, кто был связан с Вендеттой. Это могли быть как соперники, медленно устранявшие конкурентов, так и ребята из всех 4 частей самой Вендетты. Подозреваемых – больше тысячи.