И так бывает.

38 ГЛАВА «Крошки мои, за мной!» — Теперь ты понимаешь, что мне еще сегодня надо покинуть дворец, — закончил я рассказывать об услышанном мною разговоре Джерису. — Да, так будет правильно. Но как же дети? — Если я останусь, будет только хуже, а потом мы вдвоем с Зераном что-нибудь придумаем. — Ладно, давай собираться. В свою комнату не ходи, я на тебя возьму сменку. — Эй, ты что, со мной? — Одного я тебя точно не отпущу. — Но… — Все, Эрг, не отговаривай. Друг я тебе ли как? — сказал и смотрит своими синими глазищами. Вот же упертый. — Все, сдаюсь. Дай сейчас что-нибудь переодеть, а то я в своем белом костюме, как пятно в ночи. Джерис только усмехнулся, но в недра шкафа полез. — Вот, возьми, будет немного великовато, но другого нет. — Нормально, ты даже не представляешь, в каких только нарядах я не бродил. Увидел бы, от смеха помер. — Как ты собираешься своего демона вытаскивать? — К сожалению, идей пока нет, но они будут. — Мне бы твою уверенность — пробубнил Джерис. — Собрался? — Да, и еды взял, хорошо, что от ужина не отказался. — Отлично. Жаль только, что детей не увижу. Так все. — А ты уверен, что подействует твое сонное заклинание? — Будем надеяться. От разбойников помогло, на три часа вырубило. Пошли. Из дворца мы вышли без особых затруднений, прошли через кухню. А вот подойдя к воротам, почувствовал волнение и понял, что помимо караулов, здесь еще и магией оплетено, как паутиной. Черт! Блин, я же летать могу, скорее всего, не далеко, но как-нибудь перелететь с Джерисом раскорячусь. — Берись за руку, а лучше смени ипостась и прижмись ко мне. Блин, Джерис, спереди прижимайся, у меня там крылья раскроются. Начали. Смена ипостаси, и за спиной два мерцающих звездами крыла, восхищенные глаза друга немного отвлекают. Вздыхаю, и закрываю свои. Сосредотачиваюсь. Вот оно, сонное. Крепче прижимаю Джериса, отпускаю поток, даря сновидение всем, до кого дотянусь. Ничего себе, пол дворца накрыл. В казармах точно все храпака давят. — Джерис, ты не спишь? — Нет, — шепчет он. — Тогда держись крепче, придется перелететь. — Стой, — вздрагивает он. Я не слушаю, мне дорого время. Усилено машу крыльями, на удивление легко поднимаюсь над забором, и летим. — Будем лететь, пока не устану. Держись. Набираю скорость. Ух ты! Как быстро. Сам не ожидал, деревья внизу только мелькают. Через минут пятнадцать нашего полета, вынырнул из-за моего плеча Джерис, с любопытством рассматривая проносящийся мимо ночной пейзаж. — Ничего себе скорость! Знаешь, мы вроде село пролетели, оно в дне пути верхом. — Слушай, а как далеко нам лететь-то надо? — Горы видишь? Чего молчишь? Я же спиной, мне невидно и отсюда тебе не подсказать. — Я кивнул, и вообще мне сложно говорить. Я не привык и сразу сбиваюсь с ритма. — Ясно. Так вот, направляйся к горам. За горами владения демонов. — Далеко, — расстроено протянул я. — Все, молчи, а то опять сбился. До гор я не дотянул, но рядом все же приземлились. — Мы недели на две опередили, представляешь, сколько бы шли сами и без лошадей. А ты такое расстояние за ночь преодолел! Силен, — восторгался Джерис, пока я, валяясь на земле, переводил дух. — Хочуперевернуться… — Чего? — ниже наклонился он ко мне. — Тьфу, тьфу, — выплевывал я попавшуюся в рот траву. — Говорю, хочу перевернуться на спину. — Крылья убирай и вперед, — удивляясь моему пожеланию, пожал он плечами. — Не могу, сил нет, — захныкал я. — Давай я тебе спину разомну, может полегче станет. Сильные руки стали разгонять застывшие мышцы спины. Сначала я чуть не заорал, так болезненны были прикосновения. После нескольких минут почти мурчал, и сам не понял, как уснул. Утро разбудило лучом в глаз. У, фонарь. Странно, не замерз. Открыв глаза, усмехнулся. Ну, еще бы, я замерз. Почти полностью лежу на Джерисе, укрывшись крылом. — Проснулся? Спал как младенец, только жестко. А полезное приобретение крылья. Жаль, у меня таких нет, — и благоговейно провел рукой по перьям. Я засмеялся. — Щекотно. — Правда? — и продолжает гладить. — Джерис, хватит, гладь, хотя бы по росту перьев, а не против, — сквозь смех выдаю я. Ага, так меня и послушали. Приходится выворачиваться и спешно менять ипостась. Он обиженно вздыхает, я показываю язык. Смотрим друг на друга и начинаем хохотать. Все, прощай, крыша. Наспех перекусив, мы пошагали дальше. — Красиво. В степи мне нравится. — Эрг, нам лучше не показываться хозяевам этой степи. — Опять орки? — Нет, с чего ты взял? Кентавры. — Ого! А почему не показываться? — Просто у них настроение меняется слишком быстро. Не поймешь, чего учудят в следующую минуту. — Расскажи мне о них. — А что про них рассказывать, каждый ребенок знает. И наши Владения переплетаются с их территорией. Можно сказать, мы — дружим. — И? — Что? — Не зли. — Ладно, — рассмеялся Джерис. — Увидишь рогатого, будь более сдержан. Он у них — король. Решают они все вместе, но король имеет вес. — Учтем. — Рога и волосы светлые, и у королевских отпрысков белеют где-то в пятнадцать. Рано, притом, что жить могут до ста шестидесяти. — Они бессмертны? — Глупости. Откуда ты это взял? Все, не дуйся. — А на людях они женятся? Чего ты ржешь, как конь?! — Эрг, ну ты даешь! Представь сам, какие они, и какие люди. Как ты себе это представляешь? — Молча, — буркнул я. А что, у нас в книгах, которые я читал, кентавры только так с людьми сближались. — Представь, они ростом под три метра. Мускулисты, массивны. Да там веса под тонну! Представляешь? — Угу, перебор. — К тому же они совсем не признают смешанных браков. — А если любовь? — немного ерничал я. — Все просто. Проходят магический ритуал, и вот на свет появляется новый кентавр. — А обратно можно? — Нет. Один раз решил и сделал. Можно еще родиться кентавром, — расхохотался он над моей удивленной миной. — Если обрисовать в общих чертах, кроме того, что у них настроение скачет? — Неукротимы, воинственны, честны, преданны, свободолюбивы и горды. В основном целители и музыканты. Знаешь, а мне больше северные кентавры нравятся, у них такой густой мех, просто сказка, какой красивый. — Кто бы мог подумать, — поддел я смеясь. — Музыканты… Хотя, в степи и без музыки… Значит, теперь кентавры. Ладно. Слушай, Джерис, ты сказал, что дали фору в две недели. Так нам теперь можно не переживать? — Это мы себе на две недели сократили. А догнать нас могут в любой момент. — Это как? — я даже встревожено остановился. — Пегасы. — Ты хочешь сказать, что в конюшнях нашего дворца — пегасы? А мы сейчас топаем на своих двоих?! — Стой, не ори. Взять пегасов из конюшни у нас все равно бы не получилось. Про магию забыл? — И точно, забыл. Получается, зря только на тебя накричал. Прости. Что-то я слишком взвинчен. — Сам сейчас весь дерганый. Нам главное в горы подняться, там драконы живут, но мы их спокойно обойти сможем. Тропинку знаю, проведу. А за горами владения Демонов. — Отдохну, полетим. — Угу. С боку раздался конский топот. — Их там немало, — прошептал тихо Джерис, но продолжал идти. — Фиг их знает. Поворачиваться не хочу. — Так и будем идти? — Ага, пока не окри… — Стойте! — раздалось за спиной. — Вот и дождались, — все так же спокойно и шепотом усмехнулся Джерис. — Эх, вот постоянно, все «просто», не бывает, — согласился я, медленно поворачиваясь к окрикнувшему. Трындец! Дайте мне стремянку, а то шея болит. Перед нами стояли кентавры, хозяева этой степи, экземпляры в размере пяти штук. А белобрысая и рогатая громадина сейчас возвышалась над нами, нетерпеливо перебирая передними ногами и смотря очень странным взглядом. — Человечки, нам нужна ваша помощь. — Ничего, что мы эльфы? — шепотом спрашиваю у Джериса. — Им все равно. — Понятно. — Говорите со мной, человечки, — недовольно всхрапнул кентавр. — Опять вляпались, — я тяжело вздохнул. — Говорите уважаемый, мы вас внимательно слушаем. — В нашем табуне идет спор. Мы не можем разрешить его. Вы, чужие, его и рассудите. — Джерис, а нам потом голову не открутят за решение? — все так же шепотом спросил я огорошено друга. — Не знаю. Раньше с таким не сталкивался. — Ага, все бывает в первый раз. Вот только вопрос, почему чаще со мной? — шепчу, а сам продолжаю смотреть на кентавра и тупо улыбаюсь. — Мы подвезем вас. — Мотнув головой, подозвал двоих не меньшего размера. Один черный, а другой серый, шкура лоснится, переливается. Красавцы, и лица очень даже. — Ноги у человечков слабые. Держитесь крепко, — это мне уже черный объясняет, после того как закинул к себе на спину, словно пушинку. Дернув посильнее, он, наверное, и не заметил бы, что руки оторвал, как у насекомого. Мрак. Я на лошадях скакать не люблю, а тут на кентаврах. Они же скачут, как хотят, где хотят. То подпрыгивают, перепрыгивают, то резко останавливаются. В-общем, ощущения не из приятных, как селедка в бочке бултыхаешься. К тому же чувствовать под собой перекатывающиеся от движения мышцы, немного возбуждает. И вот как я теперь с него слезу? Ого, а у Джериса, похоже, те же проблемы, вон как покраснел. На очередном скачке, чуть не прикусил себе язык. Блин, быстрее бы слезть с этого транспорта. — Мы в табуне, человечки, — нарисовался, не сотрешь, рогатый. С трудом отцепляю от гривы свои пальцы. Сам не ожидал, что так вцеплюсь. — И нечего на меня так смотреть. Скажи спасибо, что клоками не выдрал, — буркнул я своему кентавру. А тот только фыркнул. Вообщем сползти у меня не получилось. Меня просто сняли со своей спины одной рукой и поставили на землю. — Судите спор, — потребовал у нас король. Все расступились, пропуская вперед двух взъерошенных, с горящими глазами кентавров довольно внушительных размеров. Оба молоды, горячи и красивы. Один пепельный, другой как смоль. На фоне друг друга смотрятся просто великолепно. И вообще табун довольно разношерстный. Женщины стояли немного в стороне отдельным островком, мужчины что-то оживленно обсуждали, иногда потрясая своими длинными копьями. Варвары. — О чем спорим? — растормошил своим вопросом Джерис двух взвинченных кентавров. Они стали одновременно говорить, и все на повышенных тонах. К этому объяснению подключились и остальные кентавры, в-общем получился гвалт. — Тихо! — рыкнули мы одновременно с Джерисом, и сами недоуменно переглянулись. Странно, но действие возымело. Тишина. — Вы, я так понимаю король? — дождавшись утвердительного кивка от рогатого, я продолжил. — Тогда расскажите, о чем спор. — Кер Серч, — он указал на пепельного, — спорит с кер Верчем. — Джерис, слушай, смешную коротенькую историю расскажу: «Недавно поспорил с боксёром. Кто в итоге оказался прав, не помню…» Не находишь, что все может статься? — когда я замолчал, он тихо похрюкивал в руку. — Кер Серч, он хочет быть главой пятнадцати кентавров, и кер Вереч хочет того же. — Силой выясняли? — удивился я этой проблеме. — Силы равны, — спокойно пояснил мне король, а два спорщика между собой зло переглянулись. — Можно послушать каждого спорщика? — задрав голову вверх, спросил Джерис у рогатого. — Как хотите, — кивнул головой, предлагая одному из них начать. Кентавры говорить начинали одновременно, как и замолкали. — Все стоп, — гаркнул я, после трех бесплотных попыток, видя, что атмосфера только сильнее накаляется. — Первым давай ты, черный. Меня поняли сразу. — Я хочу быть вожаком этого табуна. Я силен, и смогу защитить его. Дать кентаврам пищу и хорошее пастбище, — кер Вереч, говорил спокойно уверенно и с достоинством. Мне он понравился, и Джерису, видимо тоже, не зря же он мне подмигнул. — Теперь ты, пепельный, — махнул рукой Джерис. — Это место мое по праву. Мой отец был вожаком, а я его сын, — мы, не удержавшись, синхронно с темным, поморщились. А пепельный продолжал распыляться, — я силен, умен и красив. Я тоже могу охотиться. — Тихо. — Властным окриком остановил король. — Джерис, смоляной? — совсем тихо зашептал я, склонившись к уху. — Да. Пепельный еще слишком молод. Только я набрал в грудь воздух, чтобы сказать, что говорить будет он, Джерис меня опередил. — Говоришь ты, — и улыбается, зараза. — Скажите, вот вы. Да вы. Золотистая. — Это кан Лерса, — пояснил мне король, как зовут золотистую кентавру. — Кан Лерса, скажите ваше мнение, кто должен стать вожаком? — Кер Вереч. Табун будет расти. — Спасибо — поблагодарил за меня Джерис. — А вы? — я снова указал, методом тыка на шоколадную кентавру. — Кан Верса, ответьте, — попросил рогатый. — Конечно, кер Серч, — вздернула она голову вверх и пренебрежительно фыркнула в нашу сторону. Они переглянулись, и сразу стало понятно. — Любовники? — шепнул мне Джерис. — Похоже. — Скажите, уважаемый король, а что, вожак должен быть сыном вожака? — Необязательно, но да. Последние пятьсот лет сын вожака сам становится вожаком. — Ого! — присвистнул я. — Но четких правил на этот счет нет? — влез, любопытствуя Джерис. — Нет. Четких нет — А почему вы сами не решили этот вопрос? — все же не удержался я. — Голоса разделились, и я не могу встать на сторону кого-то одного. Недопустимо сеять раздор в табунах. — Так получается, это просто маленький табунчик из пятнадцати кентавров, а вообще их много, — поразился я. — Всех кентавров в табуне больше. Просто считаем мы табун по тому, сколько женщин в нем, — неторопливо объяснял нам король. — Намудрили, — недовольно буркнул я. — И да. Я король, возглавляю своих кентавров, но запрещать им я не могу. Мы свободны в своих решениях. Табун, за который спорят керы, один из многих, но от этого спор не менее важен. — Мы понимаем, — склонились мы в легком поклоне, мимоходом успев переглянуться. — Ты… — пошевелил губами Джерис. Точно гад. — Мы вынесли решение и готовы его вам сказать. Решать будете сами, принимать или нет. — У нас есть четкое правило: при решении вопроса, который не могут решить сами кентавры, обратиться к чужаку. И что они решат, так и будет. — Круто у вас, — протянул я. — Получается, как мы скажем, так и будет? — переспросил ошарашенный Джерис. — Да. — Вот так все просто. Называется, решайте и берите на себя всю ответственность. Удружили, кентаврики. Посмотрел на Джериса, а тот только руками разводит. Опять вся ответственность на мне. Черт! — В силу своей молодости и горячности, к тому же небольшой заносчивости, кер Серч, не может быть вожаком. Вожаком должен стать кер Вереч. Кто-то громко радостно заржал, кто-то недовольно зафыркал. Взбешенный пепельный рванул на нас, король сам лично прикрыл наши тушки, от него. — Кер Сереч, таково решение чужаков. — Нет, это несправедливо, — заорал кентавр. Молнии. Гром. Небо потемнело. Я как-то даже испугался внезапности смены погоды. Ярко огненный шар стал приближаться к нам, постепенно увеличиваясь в размерах и меняя свое очертание. Все замерли. — Обалдеть… — пред нами, зависнув в воздухе, стоял конь, намного крупнее кентавров. Тело горело ярким оранжевым пламенем, грива, хвост и на ногах огонь был ярко синий. Огненная нереальная коняшка. — Это Кирин, — с благоговением выдохнул Джерис. Это чудо, подойдя к кентавру, ставшему теперь вожаком, слегка дунуло на его лицо и прикоснулось своей огненной мордой ко лбу. Все, сейчас сгорит. Я даже зажмурился, но криков не было. Открыв один глаз, увидел, что все стоят молча и провожают взглядом удаляющуюся точку. Фух. Кирин исчез, небо посветлело. Возмущающийся кентавр враз стих и понуро встал в стороне. — Кер Вереч, вы будете великим вожаком. — Сказал король и преклонил перед ним одно колено, следом это сделали все кентавры, не исключая прежнего соперника. Только я стоял и как идиот вертелся не понимая, что произошло. — Может, ты мне объяснишь? Что это за огневик прискакал? — зашипел я рассержено на довольного Джериса. — Это не огневик, а полностью магическое создание — Кирин. Поборник справедливости. Появляется ну очень редко, последний раз …хм — Твой друг прав, — перебил король. — Это наше божество. И появлялся он шестьсот лет назад. Видеть его можно, когда творится ужасная несправедливость, или при рождении великого вождя кентавров. Сегодня великий день. У нас произошло рождение вождя Керив Вереча, он принесет процветание нашему народу и останется в истории. Чтобы каждый кентавр мог знать своего вождя в лицо и прислушиваться к его советам, мы будем звать его Керив Вереч, а метка огня покажет, что он отмечен Кирином. — Я безмерно рад, но не могли бы вы нас отпустить? Мы спешим, — решил я под хорошее настроение побыстрее отсюда убраться. Меня ждет Зеран. И отнюдь не в комнате повышенного комфорта. — Мы не держим вас, чужаки. Вы свободны, — улыбнулся нам король. — Куда вы направляетесь? — Нам нужно перейти горы, — пояснил Джерис. — Перейти не поможем, а до гор доставим. Подошедшие к нам кентавры, снова легко закинули нас к себе на спину. Мы толком не успели крикнуть «пока», как они сорвались в галоп. — Ой-ей, опя-ять тря-я-яска, — пожаловался я ухмыляющемуся Джерису, и предусмотрительно замолчал. Ну его, еще ненароком останешься без языка. Как бы мы ни скакали хорошо, вместо того, чтобы тепать своими ногами, у самых гор я соскочил с их спины с огромной радостью. И просто поблагодарив, с облегчением смотрел вслед удаляющимся кентаврам. — В горы? — развернулись мы, смотря на очередное препятствие. — В горы. Меня Зеран ждет.