И так бывает.

39 ГЛАВА «Кто куды, а мы — к зайцам!» А в горах-то холодно… Снег, залепляющий глаза и рот. Резкий леденящий ветер, пробирающий до самых костей. Тяжело дышать. Горят щеки. Слезятся глаза. Иду, дрожу, как цуцик. Зуб на зуб не попадает. Джерис ухмыляться пытается, а сам тоже замерз, ведь никто из нас не подумал взять что-то теплое. И кто знал, что здесь снег лежит?! Я в горах еще ни разу не был, а в долине лето. Каждый шаг — с борьбой. Главное — не останавливаться, иначе смерть. Уснешь — не проснешься, став куском льда. — Джерис, нам еще долго? Я скоро в сосульку превращусь! — пока говорил, внутри замерз. Лучше бы рот не открывал. — Нет. Совсем немного осталось. Сейчас за этот уступ завернем и спускаться будем. Ох, наконец-то. Радость-то какая. — Твою же…! — это называется, я пытался сдержаться. Увидел очередное чудо, лучше бы не видел. Грифоны в количестве пяти штук нападают на двух белых пушистиков двухметрового роста. Правда, не совсем белых, скорее розово — пятнистых из-за крови. А грифончики-то не промах. Атакуют скопом и одновременно бьют клювами и рвут когтями передних лап. Еще и хвостом как плетью хлещут. Вздохнув, поплелся на выручку. Пушистикам помочь отбиться, заодно немного согреюсь. — Эгей! — заорал я, и попытался побежать. Ага, очень шустро… Чуть в голос не заржал. Бегу, проваливаясь по колено в снег, бег своеобразный такой, с препятствиями. Добежал. Джерис не отстает. Грифоны, как-то сразу засуетились, на подмогу жертвам не рассчитывали. Мы же сразу двоих обезглавили, без всяких разговоров. Оставшиеся что-то у себя в птичьем мозгу прикинули и, крякнув недовольно, взмыли вверх. Оставив нас теперь разбираться с новыми знакомыми. — Привет, — поднял я руку как индеец в знак приветствия. Стоим, глазеем друг на друга. Холодно… — Простите, у вас надеть потеплее ничего нет? — стуча зубами, спросил у пушистиков Джерис. — У них мех свой, — стуча зубами не тише его, пояснил глупость вопроса друга. Нас не понимали. Но, видимо, сообразив, что такие синие мы явно не от природы, поманили рукой за собой. А, какая уже разница. Плюнули и пошли следом. Дойти, куда нас звали, мы не успели. Прямо на тропе, неожиданно для наших замороженных мозгов, появились два дракона в тонких летних туниках, развевающихся на ветру, держа за шиповатые ошейники виверн, то и дело высовывающих свои длинные раздвоенные языки. — Приплыли… — выдохнул я. Странно, и откуда я в этих стройных, симпатичных юношах признал сменивших ипостась драконов? Но они ощущались мною именно так, распространяя какую-то будоражащую кровь магию вокруг себя, словно дорогое старое вино. — И не холодно им — прошептал рядом Джерис. Брр, я даже поежился, от их вида, после его слов. — Путники, вы идете с нами, — заявил не терпящим возражения тоном, один из драконов. Сначала я хотел возмутиться, но тут же подумал о двух вещах. Во-первых, мне все равно, куда сейчас сунуться, лишь бы в тепло и причем как можно скорее, а во-вторых, мне надо поговорить с мудрейшим. Нас и не спрашивали. Просто переместили, куда хотели. В громадную пещеру, где на нас с любопытством уставились три громадины, оказавшиеся драконами. Это мы поняли после того, как усиленно проморгались от света перемещения, ослепившего глаза. — Синий — он может использовать магию воды. Зеленый — природы, — очень тихо нашептывал мне Джерис. — А золотой? — спросил я, глядя на чешую, переливавшуюся в свете белых шаров, освещавших мрачную пещеру. — Повелевает воздухом. И это — она. — О, дама. Красивая… — я ошарашено уставился на смущенно покрасневшую драконицу. Мило. Ой, они, что все слышали? — Не обязательно говорить, мы читаем ваши мысли, — раздался бас в голове, и судя по круглым глазам моего друга, у него тоже. — Мысли без разрешения читать неприлично, — все же решил я высказать то, что думаю о подобном самоуправстве. Синий дракон фыркнул и снова наклонил к нам голову. Видимо, это он с нами говорил. — Да, это я. Теперь ничего не спрячешь. — Да. Мы будем знать все, — без эмоций подтвердил он. — Спасибо. Обрадовали, — попытался огрызнуться я. — Что вы делали в наших владениях? — теперь, по-моему, говорил зеленый, определять это я пытался по более пристальному взгляду в нашу сторону. — Шли, — снова буркнул я. — Куда? — совершенно без лишних эмоций продолжал спрашивать дракон. Причем, выводя меня еще больше от того, что не велся на мои взбрыкивания. — Мы пытались перейти через горы, чтобы попасть во владения демонов, — более покладисто, чем я, объяснял им Джерис. — Вы можете не говорить, а просто думать, — раздался мелодичный голос. Ой, точно сейчас заговорила золотистая. И голос такой приятный, нежный. Драконица снова покраснела. И смущается так миленько. Она залилась краской еще сильнее. Ох, я же думаю, а она слышит. Ну и ладно, все равно это правда. — Раз мы оказались здесь, не могли бы вы проводить нас поговорить с мудрейшим? — покосился я на застывших гигантов. — Тебе нужен мудрейший? — пропел голосок золотистой драконицы. — Да. — Значит, это тебя ждал наш мудрейший. Идемте, — послал нам мысль один из драконов. Куда идти? Взмах крыла синего, и мы снова стоим, мигая, ослепленные светом переноса. — Приветствую Вас, мудрейший, — силуэты драконов склонили свои шеи в поклоне. Проморгавшись, поклонился и я. Так как не склонить голову перед лежащим под ласковым солнцем драконом было невозможно. Дракон был стар, очень стар, исчисляя свою жизнь не в веках, а в тысячелетиях. Силен, — от него веяло такой мощью, что казалось, он один мог перекроить целый мир. Мудр — чистого небесного цвета глаза смотрели с вековой мудростью и отеческой добротой. И он был божественно прекрасен. Абсолютно белый, нет, не серебряный, а именно кипельно-белоснежный, умиротворенно держал свою массивную голову, на скрещенных передних лапах, и лежа отдыхал. — Ты пришел, «загадка» — улыбнулся он уголками глаз. Его голос, тихий и ласковый, словно обволакивал спокойствием. — Тебе нужны ответы… — Оставьте нас. Накормите и обогрейте нашего гостя. Драконы вместе с Джерисом исчезли, оставив нас наедине. Я себя почувствовал как при разговоре с дедушкой. И спросить много чего хочется, но почтение и уважение не позволяет лишний раз рот открывать. — Я думал, что первый твой вопрос начнется со слов « Могу ли я вернуться?» — прошелестел дракон. — Зачем? Я прижился здесь, там у меня ничего нет, — пожал я плечами, поражаясь сам своему спокойствию. — Тогда давай начнем с твоей спины. Покажи мне ее, — все так же тихо и неторопливо произнося слова, попросил дракон. Скинув рубашку, я повернулся к нему спиной. Благо, от тепла, разливающегося вокруг, я давно согрелся. — Как я и думал. — И что это? — стараясь говорить спокойно, не показывая, насколько взволнован, спросил я. — Найдя второго супруга, ты сделаешь ему щедрый подарок. Судьба заранее готовит каждого, и твоя тату была дана тебе не случайно. — Значит, я просто ношу на своей спине «подарок» для второго супруга? Так все просто? — Почти. У нее есть второе значение, и ты единственный такой в нашем мире. Ты можешь обзавестись своим ребенком. — И сколько их будет?.. То есть я же мужчина?! Я просто физически не могу. Бред какой-то! Вы это специально говорите! — Вот видишь, ты в сомнении, — негромко рассмеялся дракон. — Мужчина даже не сомневался бы в том, что не может. А твой дух изначально был женщиной. От таких слов я опешил. Он знает?! Хотя он же с самого начала предположил, что я захочу вернуться. — Знаю, — слегка кивнул он головой. — Я не могу говорить о будущем, скажу только одно. Когда твой круг будет полон, и желание трех в миг станут, едины, тело покроет серебро узора, и появится жизнь. — Ясно, что ничего не ясно, — пробубнил я. — Не забывай, малыш, что ты в мире магии, — улыбнулся мне дракон. Если немного оскаленную, пасть, в которую я помещусь целиком, можно назвать улыбочкой. — А… — Следующий вопрос, — поторопил меня он, прерывая прежний разговор. — Почему нимфы называли меня «джерс»? — Ты и есть джерс. Спроси об этом у отца. — Но, — начал я, пытаясь объяснить, что родители меня предали. — Предали? — удивился дракон. Я и забыл, что он читает мысли. — Нет, малыш. Они любят тебя. Поговори с ними, и ты поймешь, что ошибался. Не дуйся. — Почему же тогда им нужен был наследник от меня, а не от брата? — У него не может быть детей… — я замер в ступоре. Все так просто? — Наследники могут быть только от тебя, сестра не считается. И родится у них снова девочка. Подумай. Они искали тебя три года. Ты на радость им остался в живых. Что им надо было делать? — Да, — забормотал я, — еще я с супругом приехал. И естественно, быть детей у нас с Зераном не может. — Может. — Да нет, я в общем… Ой, то есть… Фух, я запутался. На тот момент никто не думал, что они могут быть. Получается, что они готовы были на все, лишь бы не потерять меня и получить наследника. Даже на мою ненависть? — испугавшись собственных мыслей, я посмотрел в голубые мудрые глаза дракона. — Да. — Это как же сильно надо любить? — потрясенно прошептал я. — Очень, — кивнул он. — Ты спросил все, что хотел? — Вроде… хотя. Почему Владыка светлых так ненавидит нас? Дракон, печально посмотрев на меня, вздохнул. — Женщина. — Я… — Тсс… — зашипел он, — я не могу сказать. Передай слова его брата и спроси сам. Он ответит. Все? — Вроде да. — Ты направляешься к повелителю демонов. Проси. Я выполню твою просьбу. — Я могу просить, что угодно? — Почти, — « добродушно» оскалился белый дракон. — Вы можете вызволить Зерана? — Нет. Проси только вещи. — Как же мне попасть во дворец? Там же точно не проходной двор. И на демона я не похож, — разговаривая сам собой, я вышагивал как маятник перед драконом. — Через два дня во дворце праздник, — вяло проговорил он. — Повелитель охоч до развлечений и танцев. Я замер. Хитрый дракон. Он знал, что я раньше, в той жизни любил танцевать. Особенно изящно у меня получался танец с веерами. Просить только вещи, да? Значит танцовщицы… Яркая птичка, не больше голубя, с переливчатыми трелями уселась возле носа дракона. Я отмер после щелчка закрывшейся пасти, с пернатым деликатесом внутри. Хм… своеобразный урок. Хищник он и есть хищник… А птичку жалко… — Вот то, что ты просил, — слабая вспышка, и передо мной лежат вещи. — Просил? — удивленно протянул я, рассматривая подарки. Алое кимоно, расшитое золотой нитью. Настолько красивое, что у меня дух захватило. Я такое еще никогда не видел. Осторожно, взял в руки ножи и нажал на бирюзовый камушек, раскрыв два веера. Работа очень умелых мастеров. Невесомый, но прочный веер и смертельно острый его край изумлял. Тэссены были великолепны, в открытых веерах никак нельзя было узнать грозное оружие. Я восхищенно вздохнул, когда следующим подарком оказался, пояс с метательными ножами и звездочками, сюрикенами. — Спасибо, — от всего сердца поблагодарил я мудрого дракона. — Ступай, малыш. Тебя доставят поближе ко дворцу. Не ищи со мной встреч. Скоро я уйду из этого мира. Все эти вещи ты не сможешь потерять. Они будут появляться, когда потребуются тебе, и исчезать, когда нужно. Не повредятся и не износятся. Это мой тебе прощальный подарок, малыш. Я только моргнул, как оказался снова в тусклой предыдущей пещере, в окружении прежних знакомых. Трех драконов и Джериса, одетого в куртку полосатого серо-белого меха и с усердием уплетающего еду. В этой пещере было холодно, поежившись, я с завистью посмотрел на куртку друга. — И чего ты так долго? — Подарки получал, — похвастался я. — И где они? — вскинул в удивлении бровь, Джерис. — Увидишь в свое время, — загадочно подмигнул я, видя, что теперь любопытство друга возрастает. — Где такую куртку раздобыл? — Тебя такая же ждет. Это нам «спасибо» от пушистиков. — Ого. Здорово, — обрадовался я, натягивая на себя теплую меховушку. — Вам пора, — пробасил мысленно синий, заметив, что мы поели. — Мы готовы к полету. — Простите, но мы замерзнем. Там, наверху, — заныл, в ужасе представляя себя примерзшей сосулькой к спине дракона. Наклонившаяся к самому лицу золотая драконица легонько фыркнула, окутав нас паром. Эх, хоть необидно, что съест такая красавица, — успел подумать я, а драконица только тихонько хихикнула. После ее фырка нас окутал кокон, дарящий летнее тепло и не пропускающий промозглый ветер с хлопьями снега. Хорошо. Мы с Джерисом стоим как два идиота и лыбимся от удовольствия. Летели все три дракона, но сидели мы на синем. Я поражался, как внизу не шарахаются отдельные прохожие от пролетающих над ними в сумраке, трех драконов. — Мы невидимы. Магия. — Мелодичный голосок ответил в моей голове. — Спасибо, — улыбнулся я ей. Ну, нравится мне она, что же теперь. И так мило смущается. Вот, опять. Так приятно это наблюдать. Часа через два мы опустились на проплешине леса. Темнота, только луны освещают. Но и они сегодня этим занимаются вяло, вернее тускло. — Ближе не получится. Магическая охрана города, — пояснил нам синий. Дунув, золотистая выпустила небольшой огонек, который стал гореть, словно был костром. — Магия. Будет греть вас до утра. — Спасибо, — в один голос поблагодарили мы драконов. И проводив глазами взмывших в небо гигантов, устало развалились рядом с негаснущим огоньком. — Как ты думаешь пробраться во дворец? — Прикинусь танцовщицей, — зевнул я, потянувшись всем телом. Хотелось спать. — Кем? — Послезавтра там какой-то праздник будет. Вот я прошмыгнуть хочу, только как попасть к выступающим, не знаю. — Это не проблема. У меня хороший знакомый во дворце слугой состоит, поможет. Ты же не собираешься Повелителя убивать? — рассмеялся своей шутке Джерис. — Постараюсь, — вяло улыбнулся я в ответ. Друг, сразу насторожился. — Эргил? — Говорю же, постараюсь, — буркнул я в ответ, на его озабоченное выражение лица. — Пойду, схожу в кустики. Сижу в кустах. Приятно так «думаю». Смотрю, передо мной два красненьких огонька мигают. Понимаю, что это глаза. Молчим и пялимся друг на друга. А у этого слюни текут, и воняет от него… фу… Натягивая штаны в прыжке, с воплем вылетаю из кустов. Сходил, блин, в кустики! Вскочивший на ноги Джерис с опаской вглядывается в ночной лес. — Чего орешь? — Там вонючий и слюнявый, а еще глаза светятся, — оторопело ткнул я в ту сторону, с которой прибежал. — Воняет, говоришь, понятно, — и расслаблено сел снова к костру. — Ты что, офонарел?! А если это нападет?! — Успокойся, он не опасен. — Чего?! — Хватит орать! — рявкнул он, приведя меня в чувство. Что-то действительно, понесло меня. Нервы, черт. — Это гуль. Пока ты сам орал, не слышал как он, в страхе визжа, убегал от тебя. — Правда? — с сомнением протянул я. — Он падальщик. Трупоед. — Совсем? — меня передернуло и затошнило. — Он боязлив и не силен. Безобиден, — спокойно объяснил мне он. — Не знаю, как насчет «безобиден», но когти у него на руках внушительные. Раз мазанет, не залатаешь. — Зря переживаешь, — отмахнулся от моего волнения он и, растянувшись на куртке, устроился спать. — Джерис, а ты умеешь охранный купол ставить? — спросил и сам заметил, как дрогнул мой голос, вспомнив о Зеране. Купол всегда на наших стоянках ставил он, а я раньше даже не понимал, насколько мне будет его не хватать. Быстрее бы увидеть моего демона. — Нет, — разочаровал меня своим ответом. — Ладно, буду пробовать сам. — Представив себе, как накрываю нас пористой крышкой, что-то намудрил, толком и не понял, но купол появился. Летевшая мимо птица, не ожидая появления из ниоткуда преграды, миновать её не успела. Замертво опаленная, свалилась рядом с куполом. — Серьезно… — пораженно выдохнул Джерис. — Пойду и я в кустики сбегаю. — Не ходи. Вдруг там этот твой «безобидный» караулит. Не слушая, с ухмылочкой, он шагнул к куполу, и припечатался, отлетев на метр от него. — Мда…, а у Зерана мы ходили свободно, — грустно протянул я. Повернулся на бок и уснул. Утро началось, с тряски моего плеча. — Эргил, сними этот купол. Слышишь, мне надо … — дергал меня Джерис. Я с трудом разлепил глаза, все еще не понимая, чего он хочет. Солнце только встало, а он уже меня будит, ненормальный. — Ты сдурел? — Сними твой дебильный купол, — прорычал он. Снял. И получилось легко. Здорово. Заторможено наблюдая за прыжками, словно сайгачьими, по кустам моего друга. Пока медленно не дошло, что он так вчера и не сходил в «кустики». Ржал я долго, пока не заболел живот и из кустов не показался Джерис с обиженным выражением лица. — Извини, — покаянно протянул я. — Эх, — махнул он на меня рукой. До дома его знакомого мы дошли без приключений. Демоны бродили в большинстве своем в самых разнообразных ипостасях, кому какая нравилась. Чаще встречались темные эльфы, что и помогло нам не выделяться. Джериса встретили на пороге одноэтажного беленького домика с распростертыми объятиями. — Дружище, столько месяцев прошло. Где тебя носило? — молодой темноволосый демон, в ипостаси темного эльфа, сжал друга в крепких объятиях. Я даже опасаться начал за целостность ребер Джериса. Вроде пронесло — живой. — Савир, дружище. В гости можно? — Тебе можно все…. Или почти все, — подмигнул он Джерису. Опа-па, опять секреты, надоело. — Не представишь мне твоего спутника? — внимательно разглядывая меня, произнес хозяин дома, когда мы зашли в просторный зал и расселись на мягком диване. — Это мой друг, Эргил. — Эргил, это так же мой друг Савир. — Друг? — сощурился он. «Ну, вот так я и знал», — мысленно застонал я. — Только друг. Пришел за своим супругом, — с усмешкой ответил я и с иронией заметил, как расслабляется так называемый друг Джериса. Прям как дети. Не могли просто сказать, что любовники. Или только намечают отношения? — Савир, нам нужна твоя помощь. — Джерис, — начал недовольно демон. — Сав, — убеждая и прося, пристально смотрел в глаза своему другу, Джерис. — Ребят, было бы куда смыться, уже бы это сделал, — устало вздохнул я, пытаясь разрядить накалившуюся обстановку. А то эта гремучая смесь желания и невозможности его получить вывернет и меня наизнанку. Несколько раз, недоуменно хлопнув глазами и постепенно понимая смысл того, что я только что сказал, Джерис, смутившись, покраснел, а вот демон даже и не подумал смущаться, весело рассмеявшись. — Помогу. Если без убийств. Выкладывай. — Нам надо пробраться во дворец. — Просто так туда не попасть. Прислуги много, но ее все знают в лицо, — задумчиво сказал демон, словно прокручивая про себя варианты. — Завтра будет праздник… — Да, день рождения Повелителя, — перебил меня Савир. — Артисты станут выступать… — Станут, — согласно кивнул демон. — Мне надо попасть к ним. — И как кто? — Как танцовщица. Попробую завлечь Повелителя, чтобы остаться во дворце. Мне надо попасть в темницы. — Зря, — огорошил меня демон. — Что именно? — я недовольно огрызнулся. — Повелитель любит парней, а не женщин, — улыбнулся он. — Это к лучшему, — в предвкушении я оскалился. — Эргил, не боишься, что не вырвешься из спальни Повелителя? — заволновался Джерис. — Значит, что я туда попаду, у вас сомнений не вызывает? — довольно протянул я. — Заметит, не сомневайся, — подмигнул мне демон. — Но в остальном у меня тоже опасения. — Тех, кто будет выступать, поселили на эти дни в дальнем крыле. Вам повезло, что именно мы там и прислуживаем. Сегодня же вас туда и проведу. Но придется разделиться. Джерис останется со мною. Я только снисходительно улыбнулся. Я и не надеялся, что после долгой разлуки демон отпустит от себя Джериса. Напросившись в сад, разбитый во дворе дома, я, постоянно восторгаясь, попросил хозяина побыть на природе. Прекрасно понимая, что лучшего предлога на данный момент я придумать не смог, чтобы их оставить наедине. Пока сидел, накручивал себя тем, что это вообще не план, а так просто, повезет-не повезет. И мне помимо того, что выйти из спальни демона, надо будет уйти беспрепятственно, так еще найти в этом дворце, где содержат Зерана. Ну, выйти смогу с помощью магии сна. Найти с помощью крови, и то только направление. А бежать куда? И если он сильно ранен, излечить тоже не смогу толком. Реально посмотреть, задумка глупая, но отступать я не буду. Я должен вернуть своего демона, иначе зачем мне все это? Вернувшиеся через час, обнимающиеся друзья словно светились от счастья. Так, надо возвращать этих голубков на землю. Сначала мои проблемы, потом их любовь. И мне ничуть не стыдно, что я такой эгоист. Савир привел меня в комнату, где временно жили артисты. Очень удачно, было, что собраны все самые лучшие из разных мест, порой совершенно ничего не зная друг о друге. В этой разношерстной компании я благополучно затерялся. Кормили нас неплохо, но я изголодался по пище за время своего путешествия, и желудок остался ненаполнен. Есть хотелось чудовищно. Решив перетерпеть, из душной комнаты выполз во двор и с блаженством окунулся прямо с головой в стоявшую рядом бочку с водой. Вынырнул, с удовольствием пофыркивая. И сильно не приподнимая головы, посмотрел в сторону, ощутив на себе заинтересованные взгляды проходящих мимо нескольких молодых демонов в ипостасях темных. С самой обольстительной улыбочкой, на которую только мог быть способен, я им подмигнул. У одного дернулся глаз. Двое других с остекленевшим взглядом зашли в помещение, совершенно не замечая, как им повезло в отличие от четвертого друга, впечатавшегося в дверь. Мне просто титанических усилий стоило не рассмеяться. И я все же не выдержал, когда они скрылись в казарме. Вытирая выступившие от смеха слезы с глаз, поплелся обратно в комнату. Поймав пробегающего мимо слугу, поинтересовался, где можно помыться. Желания вонять на всю округу у меня не было. Меня без витиеватых лишних изречений послали на… озеро. Мда… много намоешься в холодной воде и без шампуня. Ох, избаловал меня Зеран. Он умудрялся даже в реке делать для меня горячую воду и всегда находил шампунь и ароматное мыло. Непрошено выступили слезы. Черт! Как же я скучаю по нему. Сейчас бы прижаться и почувствовать его руки, гладящие меня по голове. Все, стоп! Хватит раскисать. Артисты, все еще взбудораженные от предстоящего завтра представления, укладывались спать. Кстати, опять кто где может. Слишком много народа, душно. Еще и есть хотелось зверски. Плюнув на все это, я решил сделать налет на дворцовую кухню. Если у них так же устроено, как у нас во дворце, то мне точно удастся урвать кусочек. И спать пойду в сад, я как раз сегодня видел раскидистое дерево, под ним в самый раз будет. Нюхать вонь в комнате, набитой артистами, как селедками в бочке, мне совсем не улыбалось. Пока шел на запах еды, думал, что завтра надо обязательно отыскать Джериса, самому одеться у меня не получится. Плутаю уже полчаса. Запах рядом, а куда идти, не пойму. Ну кто же так строит! Находка для шпиона. Без компаса не разберешься, и мох не растет. Черт! Бреду. Ни фига не вижу, темно. Иду на ощупь, почти. Иногда в окнах мелькает свет лун. — Твою же…! — вырвалось у меня, когда споткнулся. О, вижу! Что-то я с этими нервами про ночное зрение совсем забыл. Наверное, у меня глаза сейчас светятся, не напугать бы кого. Ага, скорее это мне рога поотшибают, у демонов же гощу. Видеть-то я теперь вижу, но от этого не легче Кухня где?! — Эй, милейший, — хватаю проходящего мимо мужчину. — Где у вас кухня? Молчит, а я зверею. Мне его убить, что ли? — Я жрать хочу! — рявкнул я, аж сам испугался. Дайте памперс, этот полный. Желудок подтвердил громким урчанием, что пора отмереть и сказать куда идти. — Там, — спокойно махнул рукой, и хотел идти дальше. Но нифига. — Умник, «там» это где? Пошли, покажешь, или я этот дворец скоро по кирпичику разберу, — прорычал я. — А получится? — поддел он меня. — Поверь лучше на слово. Идем? — наглый какой слуга. Хотя я сейчас не принц, а так, один из артистов. Наверное, он мог со мной вообще не разговаривать. — Идем. Я тоже есть захотел, — согласился мужчина. — Сразу сказать было нельзя? — обиделся я, — Нет. Я не хотел. — Все с тобой ясно. Сам не знаешь, чего хочешь. — Обычно знаю, — растерянно протянул он. Ах, какие запахи! Есть, есть, есть… — Нет, ну чего пялишься, как в зоопарке? Я не ел нормально несколько дней, пока путешествовал. Оголодал малость. — Малость? — не поверил он мне. Правильно, глядя на то количество и скорость поглощение еды, и я бы не поверил. — Это с непривычки голодать, — немного устыдившись своего поведения, попытался оправдаться я, смотря на стоящего в дверном проеме. — Раньше, значит, не приходилось? — с сомнением протянул он. — Да, люди хорошие попадались. А ты чего не ешь? Жуй, а то сейчас придут и выгонят, у нас всегда во двор… — проглотив последние слова, я усиленно зачавкал, коря себя, что чуть не проговорился первому встречному. — Где? — переспросил он. — Не важно. Жуй быстрее, — и сунул ему в руки сделанный наспех бутерброд со стаканом молока. Он ошарашено покрутил в руке бутер, не решаясь откусить. — Чем богаты, тем и рады. Ешь, не бойся, это вкусно, — подбодрил я его, видя, что в этом мире бутерброды делать, пока еще не научились. После двух укусов он, распробовав, потребовал еще. Я, рассмеявшись, протянул ему. — Ты новенький? — неожиданно спросил он, интенсивно пережевывая. — Нет. Я не прислуга. Завтра хочу перед Повелителем танцевать. — За наградой приехал? — ухмыльнулся мужчина. — Какой? — не понял я, — а что, за выступление награда полагается? — Да, — растерянно протянул он. — Тому, кто выиграет, тысяча золотых. — Ого, наверное, много, — присвистнул я, и тут же зажал рот рукой. Надо потише, а я тут рассвистелся. — Много. Откуда такое чудо взялось, что не знает, насколько это много? — рассмеялся гид. — У меня супруг расплачивался, — пожал я плечами, почувствовав себя уязвленным. — Супруг? — закашлялся он. — Да. А что? — с вызовом глянул я на него, немного притихнув, понимая, что в темноте он все равно не видит выражение моих глаз. — Как же он тебя оставил? Надоел? — Нет. Он не по своей воле. — Понятно. И где сейчас твой супруг? — Перебьешься. Много знать вредно, а иногда даже смертельно опасно, — перевел я все в шутку. — Точно, и не поспоришь, — согласился мой собеседник, прекратив расспросы, о супруге. — Если не из-за денег, тогда для чего тебе нужно танцевать перед Повелителем? — Вот же любопытный. — Огрызнулся я, — Чтобы попасть к нему в спальню. Теперь мне пришлось похлопать его по спине, так как он все-таки умудрился подавиться. Еле откашлялся. — Зачем в спальню? — хрипло спросил он. — Чуть не задохнулся, а любопытства полно, — покачал я головой. — Надо. Просьба у меня к нему. — А если не получится? — с интересом спросил он, заставив на минуту усомниться в хорошем исходе моего плана. — Должно получиться, — резко ответил я, дав понять, что вечер откровений закончен. — Слушай, ты здесь все знаешь? — просительно потянул я, сложив перед собой руки в умоляющем жесте. — Знаю, — насторожено ответил он. — Подскажи, где можно нормально помыться. Не могу же я завтра выступать весь вонючий. Фу… самому противно. — В озере не пробовал? — подколол меня он. — А сам не хочешь попробовать? — огрызнулся я. — Без шампуня и мыла. И без горячей воды. — Да… беда. Неженка, — рассмеялся он, сказав мне таким тоном, что я не понял, то ли он издевается, то ли просто весело ему. — Приходи завтра на второй этаж. Повернешь направо. Там последняя комната, с перламутровыми дверями. Там есть ванная, ею почти никто не пользуется. Завтра точно не до нее будет. — Спасибо, — искренне поблагодарил я. — Только приходи во время обеда, тогда точного никого не будет. — Хорошо, как скажешь. — А сейчас куда? В свое крыло? — Не-а, я не могу, там находиться. Столько человек в одной комнате, дышать не чем. Посплю на улице. — На улице? — удивился собеседник. — Да. Там такое красивое раскидистое дерево есть. Все усыпанное цветами, там и пристроюсь. А что, нельзя? — Да нет, можно. Просто странно. Мыться в озере не можешь, а спать на улице для тебя не страшно. — Вот такой я, — пожал я плечами. — Какой есть. Все, пора спать, а то завтра буду сонным бродить, а мне этого не надо. — Пошли, проведу в сад. — О, это просто здорово, а то в этих лабиринтах я точно потеряюсь. — Я в детстве тоже часто терялся, потом привык. — Ко всему привыкаешь, — согласился я. — Что ты будешь танцевать? — Танец, — подразнил я любопытство. — Просто я буду в зале, хотелось бы тебя узнать. — Ладно, но я тебя не узнаю. К сожалению, лун не достаточно для освещения. Смотри танец с веерами. Пока, — помахал я рукой остановившемуся в дверях мужчине. Когда поставил купол, в саду находился я уже один. Вздохнул, и, растянувшись на мягкой меховой курточке, сладко заснул.