one whole

Жизнь этого парня, казалось, безнадежна. С самого детства от Бомгю требовали быть лучше всех, умнее всех. Когда он хотел просто валяться на полу и вытирать пальцами слезы, выступающие от непрерывного смеха, родители говорили: «Ты ведешь себя неадекватно, посмотри на себя! Будь серьезней!» Он, как и многие дети, был искренним, хотел ласки, понимания, любви и, в конце концов, хотел иметь возможность выражать эмоции. Но, видимо, он с самого рождения не имел на это права. Не заслужил. Годы шли. Из эмоционального ребенка, полного сил и энергии, он превратился в парня, который не смог выдержать постоянных порицаний родителей и замкнулся в себе. Он не стал кем-то выдающимся, не стал гением. Родители не смогли добиться этого. Они превратили своего ребенка в закрытого и отстраненного. Бомгю с каждым днем все сильнее чувствовал, как преимущественно негативные эмоции, желая вырваться наружу, лишь бились об клетку, которая за многие годы образовалась внутри него. Желания что-либо делать не было. Не было желания стараться, не было желания продвигаться. Пока его одногодки ставили цели на будущее и добивались их, он только и делал, что лежал в кровати, смотря в телефон. Лишь иногда он садился за стол и начинал рисовать лица людей, которых брал из своего воображения. Вот и все. Вместо успешного и невероятного Бомгю, о котором мечтали родители, сейчас, сидя на подоконнике и куря сигарету, сидел Бомгю, потерявший всякую тягу к жизни. Одним дождливым днем парень, еле волоча ноги, шел в школу. Последний класс. Скоро ему прийдется сделать хоть что-то, чтобы не сгнить на улице в куче ободранной одежды, мусора и объедков. Родители не выгоняли его из дома, но каждый божий день терпеть высказывания о своей никчемности он устал. Он не бесчувственный. Не каменный. Ему больно каждый раз, когда он слышит недовольный голос своих родителей. Он не выдержит, если продолжит жить с ними. Дождь начал усиливаться. Пока другие школьники обгоняли его, держа в руках зонтики, он промокал все сильнее, отчетливо понимая, что если простудится, то будет винить себя в глупости. Однако сейчас ему было все равно. Погрузившись в свои мысли, он шагал медленно и не сразу заметил, что капли перестали попадать на него. Прийдя в себя, он поднял голову, которая всю дорогу была наклонена вниз, и увидел над собой зонт. Когда обернулся, увидел парня, что как-то обеспокоенно смотрел на него. — Что ты делаешь? — Бомгю заговорил первым, безразлично уставившись на него. — Прикрываю тебя от дождя. — Уголок губ незнакомца еле заметно приподнялся. — Зачем? Не нужно, спасибо. — Бомгю отвернулся и зашагал дальше, опять попадая под дождь, а парень с зонтом так и остался стоять на месте, как-то задумчиво глядя в его насквозь промокшую спину. «Интересно, что случилось с этим парнем?» — подумал незнакомец. Дойдя до школы, Бомгю сразу же направился в кабинет музыки, который был заброшен, так как в этом году музыкальный кружок продвигать не стали. Здесь было пыльно, а самое главное — тихо. Никто не ходит, ведь кабинет был на четвертом этаже, который уже месяц «собираются» ремонтировать. Если он пойдет в таком промокшем виде на урок, то его либо выгонят, либо обязательно как-то прокомментируют. Лучше он просидит один-два урока здесь, а потом пойдет обратно домой, ибо в этот день сил Бомгю хватило лишь на то, чтобы промокнуть. Он снял кофту и повесил ее на спинку одной из парт. Теперь он остался в одной лишь мокрой футболке. Было холодно. Доставши из сумки, которая изнутри каким-то магическим образом оказалась относительно сухой, наушники, телефон, а также блокнот с карандашом, Бомгю принялся рисовать. Слушая какой-то трек, он погрузился в процесс. Он не заметил, как в кабинет кто-то зашел и стал у входа. Постояв пару секунд и поняв, что Бомгю его не заметил, он подошел ближе и сел за парту перед ним. Лишь тогда Бомгю увидел какое-то движение и поднял голову. Растерянность. Это был незнакомец, что пытался спасти его от дождя. Он снял один наушник и поставил трек на паузу. — Привет? — От чувства растерянности он поздоровался первым. — Привет. — Незнакомец, получив приветствие, повернулся спиной к Бомгю и принялся читать какую-то книгу. — Почему ты здесь? — Было неловко находиться наедине с полностью незнакомым человеком, и потому он решил завести разговор. Развернувшись обратно, незнакомец слегка улыбнулся. — А ты почему здесь? Бомгю сразу же ответил. Что ему скрывать? Играть в парня-загадку он не особо хотел. — Сохну и прогуливаю. — Я тоже. После этого повисло, видимо, только для одного Бомгю неловкое молчание, и он, чувствуя тревожность от пристального взгляда собеседника, продолжает: — Как тебя зовут? Кто ты? — Ёнджун. Я новенький, недавно переехал. — Почему ты прогуливаешь в первый же день? — Не особо интересует учеба, а еще не люблю смену коллектива, так что сначала привыкну к новому месту, а потом, может быть, покажусь на глаза людям. — О… — И вот опять. Что говорить дальше? Не любит он это. Новые знакомства… Это всегда неловко, некомфортно и тревожно. — А ты? — Что? — Тебя то как зовут… — А, меня зовут Бомгю. — Приятно познакомиться, Бомгю. — Ёнджун улыбнулся, а после вернулся к чтению. Бомгю сидел, не зная, куда себя деть. Он еще минуту не надевал наушник обратно, так как боялся выглядеть глупо, если Ёнджун что-то скажет, а он не услышит. Потом вообще думал уйти. В итоге, взвесив все за и против, а также поняв, что Ёнджун полностью погружен в чтение, он все-таки надел наушник обратно и продолжил рисовать. Он не видел, так как рисовал в сгорбленном положении, что Ёнджун, услышав звук карандаша, слегка повернул голову и стал за ним наблюдать. «Хорошо рисует…» — подумал он. В какой-то момент Бомгю одолела сонливость, и он уснул, а когда проснулся, Ёнджуна уже не было. Взглянув на телефон и поняв, что проспал три часа, а после взглянув в окно и увидев, что дождь, видимо, не думал прекращаться, он вздохнул и решил вернуться ко сну. Однако, спустя мгновение, Бомгю заметил на парте, где еще недавно сидел Ёнджун, зонт и записку: «Вернешь завтра, не стоит мокнуть еще раз.» *** По приходу домой он сразу же пошел в душ, чтобы смыть с себя грязную дождевую воду. Наверное, сейчас самый счастливый месяц в его жизни. Родители впервые уехали на такой длительный срок, так как подвернулась работа в другом городе. Для Бомгю это было даром свыше. Никаких криков. Никаких недовольств. Никаких родителей. Свобода. Тишина. Стоит полностью ей насладиться, пока все не вернется на круги своя. К слову, он хотел прогулять школу завтра, но поскольку ему нужно было вернуть зонт, он все же пойдет туда. Только отдаст и сразу домой. В кровать. Выйдя из душа, Бомгю оделся и надел наушники. Сделав себе чай и взяв несколько печенек, он сел на подоконник и закурил. Хотелось бы просто отдать зонтик и забыть про это нелепое знакомство с Ёнджуном. Но… Впервые кто-то обратил на него внимание, попытался укрыть от дождя и оставил зонтик. Это было приятно и в то же время некомфортно. С чего бы кому-то быть добрым к совершенно незнакомому человеку? В любом случае, он уже не сможет этого забыть.