По ту сторону экрана слишком жарко

***

      Крышу сносило от всей этой осторожности и нежности. Тоша вздрагивал в Пятифановские руках. Это вообще нормально быть таким горячим?

Насколько же ты был желанным.

      Антон чуть поддался вперёд отвечая на детское прикосновение к его губам. Он не был против. Правда не был?       Тоша оказался куда смелее чем предполагал Рома. Тело передёрнуло когда он ощутил как по его нижней губе прошлись мокрым язычком. Как же это было хорошо.       Рома зацепил его язык своим и углубил поцелуй. Мокрое ощущение заполнило его. Когда то Рома уже целовался, но это было не то. Тот "поцелуй" был склийзким и мерзким. Хотелось забыть его как страшный сон и никогда не вспоминать это ощущение снова. Но с Антоном обсалютно все было иначе. Эта была мягкость что текла подобно карамели, постепенно заставляя склонится к Тоше все ближе.        Наслаждение тихими ударами било по ногам, делая их ватными. Но Рома удержался. Хотелось сплести поцелуй ещё сильнее. Хотелось дышать с этим зайчиком в унисон. Хотелось быть ещё ближе, залезть под кожу если можно. Но нехватка воздуха заставила его отстроиться.       Точнее сказать Антон взял его за лицо отодвигая от себя чтобы хоть немного подышать тем временем как Пятифан, высунув язык, тянулся к нему обратно. Взгляд обоих был погружен в пелену похоти. Особенно у Ромы. Он напоминал пса который тянулся к излюбленному лакомству. - Рама.. да.. Да подожди же ты!! - Антон, чуть повышая голос, жадно вдыхая воздух. - и.Извини! Тебе больше? Тебе неприятно? Тебе не нрав- голос Ромы предательски задрожал, а глаза испуганно забегали по лице Петрова пытаясь прочесть его. Но шатен не отстранился.       Зайчику не нравится? Ему хотелось задать ещё вопросы но Антон прикрыл его рот ладошкой. - Помолчи секунду Пятифан! - алое лицо Петрова выдовало смущение с патрохами.       Рома, как послушный мальчик, не произносил не слова. Его напрягали лишь одно, откуда столько стали в его яйцах? Если бы Петров оттолкнул бы его то он уверен что депрессия, истерика и отчаянье это меньшее что накрыло бы его с головой. Поторопился, а теперь только и можешь что молиться что Тоша не назовет это ошибкой и не убежит со всех ног.       Однако все мысли заглушались с первым вдохом. Петров везде хорошо пахнет. Аромат заглушил все желание сопротивляться. Слюна, будто по команде дрессировщика, начала накапливаться. Захотелось вылизать ручки Тошеньки. Даже если они в поту, даже если они в грязи, даже если они в крови.       Антон чуть дергает рукой, не вырывая ее. Горячий язык прошолся по поверхности кожи, а после начал осторожно обволакивать пальцы. В голове промелькнула мысль что наверное член Петрова будет ещё вкуснее. Внизу живота приятно потянула когда Антон просунул пальцы в его рот. Петров рассматривал его клыки чуть гладя пальцем язык. И, о Господи, как же Ромка кайфовал от этого взгляда и действий со стороны Тоши. - "Блять, Тош.. Если ты захочешь меня трахнуть то я наверное буду стонать похлеще любой шлюхи.. Интересно, твой член токого же вкуса как и твоя кожа? Я свехнусь с тобой Тошь! Точнее.. уже.." - Пятифан начал посасывать ловкие пальцы.        Чуть саленоватый привкус кожи заводил. Очень не хотелось отдавать эти ощущения когда Антон вынул пальцем из-за рта шатена. - Ром я.. - И вся уверенность куда то испарилась. Вместо нее пришло смущение. - д-Думаю мне надо домой.. - Антон стыдливо прикрыл лицо ладонью, и уже собрался уходит как Рома прижался к его паху своим. - Т-ты что делаешь?! - Ты хочешь идти с этим? - Рома провел рукой по вставшему паху Петрова, тот вздрогнул томно вздохнув. - Ты ведь.. Не хочешь что бы это обнаружили? - Подбирать слова было тяжело.       У Ромы тоже встал, а стоило ему потереться о Тошу как тело розгорелось чуть ли не до предела. А от того вздоха что издал зайчик он был готов кончить. - Я.. д-Думаю нет.. - Антон стыдливо отвёл глаза, понимая к чему все ведёт. Голубые глаза, отведенные до этого в сторону, вновь впились в него. Сердце трепетало у обоих. - Н.но мы не будем.. делать это.. - тихо подметил зайчик. - Конечно зай.. - мягко положив руку на щеки Антона, Пятифан вновь потянул его для поцелуя. - "Все что ты пожелаешь.. все"       Лёгкие прикосновения в перемешку с мокрыми языками были незабываемы. Но нужно доставить зайчику удовольствие. Что бы он никогда это не забыл. Что бы лёжа в соей кровати дрочил и вспоминал именно Рому. Только его и никогда более.       Пятифан садится на корточки, вновь гладит возбуждённый член через ткань. Слышит лёгкое мычание и понимает что готов сдохнуть на месте. Скрывая дрожь в пальцах растягивает брюки а после снимает и трусы. Среднего размера член, приятного розового оттенка, выглядит более чем привлекательно. Рома нервно сглатывает слюну. - р.Рома! - чуть прикрикивает Антон чувствуя как его член погрузился во что-то очень горячее и склизкое.        Заглатывает почти целиком, попутно проводит языком. Пробует на вкус и подмечает что не так уж и плохо, хоть и непривычно. Вынимает член из-за рта целует головку и вновь погружает в горячий омут но уже лишь ее. Словно в своеобразном трансе забывается. Поглаживает языком, присасывается выбивая очередное мычание и кайфует от всего. От запаха, вкуса, формы. Все что связано с Тошенькой не кажется ему отвратительным. Наоборот, все это особенное.       Вновь забывается. Вырывает его из кайфа лишь бледная пятерня тянущая за коштановые волосы. Так и прости взять глубже. И Рома подчиняется. Постепенно заглатывает, причмокивает языком проходят по венкам. Начинает помогать себе рукой проходят по всей оставшейся длине. Пятифану кажется что он сам сейчас кончик от этих до дрожу необычных ощущений. Чуть задыхается, как под кайфом от наркоты закатываются глаза, а в низу живота блядски завязывается развратный узел. Слышат уже хорошо различимый стон. Не выдерживает, уже тянется к своему же паху, поглаживает сквозь ткань а после, чуть спускает ту, достает возбуждённый стояк.       Петров уже на пределе. Хватает за горло двумя руками, натуральный насаживает, желая разрядки. Рома быстрыми движениями долбиться горлом об член Петрова попутно ускоряя движения руки внизу. - Рома.. Ахх.. Ром~       Его имя. Тоша стонет именно его имя и Пятифан кончает, в за ним и Антон.       Затуманенным взглядом смотрит на раскросневшегося очкарика что хочет отодвинуть Ромку от себя, убрать сперму. Но Пятифан, как будто на зло, вновь чуть заглатывает член, вызывая этим дрожь по телу и удивлённое мычание. Глотает все семя, не остовляя не единой капли. Медленно достает столь полюбившееся лакомство, проходят на последок языком. Демонстративно высовывает язык, пошло ухмыляясь. Антон лишь краснеет как рак, складывая бледные брови домиком.       Никто ничего не говорит. Ромка встаёт с затекших колен и видет как Тоша, застегнув ремень, выходит в коридор. От туда слышится капошание, открытие двери и до жути смущенное: "Пока!"       Вот только Ромке не страшно. Он знает что сделал все хорошо и что доставил Тоше удовольствие.

Пожалуйста, думай обо мне. Только обо мне. О там какое удовольствие ты испытываешь со мной. Люби если не меня то хотя бы мое тело. Пожалуйста, зависть от меня так же как и я от тебя..